Короткие истории

      САКАЯНАГИ АРИСУ. ФАЛЬШИВЫЙ ГЕНИЙ И ОБЪЕКТ ВОСХИЩЕНИЯ              Аянокоджи-кун запомнился мне на долгое время. Хотя, несмотря на то, что последний раз мне довелось увидеть его около девяти лет назад, я все равно не могу забыть о нем. Он занял все мои мысли на долгие годы, и нет, это не совсем, что романтическая любовь, скорее, зависимость, страсть, увлечение.       И вот, я никак не могла этого ожидать, но истинный шедевр Белой Комнаты вдруг оказался моим одноклассником. Сначала я не поверила, подумала, что совпадение, но отец представил мне информацию и доказательства того, что это действительно Аянокоджи Киетака.       Я с самого детства была гением. В шахматах ещё с малолетства побеждала профессионалов в этом деле, училась лучше остальных, легко впитывала информацию, как губка. Никто не являлся мне ровней.       Смыслом Белой Комнаты было создание выдающегося гения из обычного человека. Для меня эта идея звучит абсурдной, потому что мое мнение, что талантливыми только рождаются. Вот только, даже отец не сильно был согласен с тем, что я лучше учеников из того места, пусть и не подавал виду. Это было заметно.       И тогда у меня появилась цель: доказать, в первую очередь, самой себе, что рождённый гением всегда будет превосходить фальшивку. И никакой тяжёлый труд не поможет одолеть талант.       Поступивший в школу Аянокоджи Киетака, шедевр Белой Комнаты, то есть её лучший ученик во всех поколениях, оказался тем самым единственным шансом для воплощения моей многолетней цели.       — Я принимаю твой вызов, но как бы ты не пожалела о своей заносчивости.       Он принял мой вызов, и теперь остаётся только вопрос времени, чтобы показать истинное превосходство настоящего гения.       Письменные экзамены своего рода формальность, потому что Аянокоджи-кун без проблем с этим справится. В конце концов, в том месте они обучались по шестнадцать-двадцатью часов. Самое главное — шахматы, что показывают аналитические, стратегические и креативные, а также критическое мышление и скорость проработки информации. Вот именно это и поможет нам сразиться по нормальному, нежели простые академические тесты.              РЬЮЭН КАКЕРУ. НЕОБЫЧНЫЙ ОДНОКЛАССНИК              — Уверен, что сможешь победить меня в насилии?       Этот парень обладал не только явно потрясающими академическими способностями, что намеренно занижал свои оценки, но и наглостью и уверенностью. И это мне только нравится. Он начинает все больше меня интересовать.       — Ку-ку, уважаю за смелость, однако моей доброте иногда придет конец, как и твоей наглости.       В конце концов, эту излишняя уверенность не поможет ему, если дело действительно коснется насилия. Я закален множеством драк, а также обладаю настоящей жестокостью и способен принять холодный выбор. Каким бы интересными не был Аянокоджи, он не будет мне ровней в вопросах насилия. Никто не будет.       С самого детства возникало много ситуаций, в которых мне приходилось действовать по всей жестокости и применять грубую силу. И, на самом деле, меня это устраивало. Я даже люблю нечто подобное. Это что-то своего рода моего жизненного предназначения.       Настанет время, когда я раздавлю, наконец-то, своих врагов, и тогда присвою себе полноценную власть. А пока остаётся только накапливать силы и выжидать нужного момента.              СИДЗИ ТЭЙКО. ЛУЧШИЙ ИЗ ЛУЧШИХ              Сначала я был обычным, ничем не выделялся. Как и многие. Вскоре, по возрасту, дети стали создавать неравенство по способностям, и на первый план выходит Аянокоджи. Но потом наступает и мой момент. Только мне удосужилось получить экстра-образование, гораздо более особенное, чем просто и так я жутком и жестоком четвертом поколении. Это и дало толчок к моему стремительному развитию. Вскоре даже шедевров Белой Комнаты стали признавать либо равным мне, либо даже уступающим. Правда, нам так и не довелось встретиться в сражении как в битве на умах, так и в физическом противостоянии.       Та жестокая система, через которую мне пришлось пройти, что кардинально отличалась от других, на самом деле оставила сильный отпечаток на мне и моей судьбе, что неудивительно. Любой бы вообще полностью сломался, но не я. Судя по всему, мне суждено было родиться таким стойким и крепким орешком, что способен вынести все самые жестокие испытания, что готовы погубить простых людей. Поэтому меня и прозвали особенным, одним из лучших в самом тяжёлом, четвертом поколении, поколении монстров и опасных личностей. Правда, даже они для меня лишь пылинки.       Профессор Аянокоджи положил на меня глаз. Он явно оказался очень наблюдательным человеком, раз смог разглядеть в серой мыши огромный потенциал, что и послужило особенным развитием меня через отдельные от остальных, особенные тренировки и конфиденциальное, тяжёлое образование. У меня хватало сил терпеть подобное, но в итоге появился шанс на «спасение».       В тот особенный день защита была ослаблена. Пусть там были и взрослые, мне не составило особого труда расправиться с кучкой мужчин и выбраться, наконец-то, на свободу. И тогда даже бесчувственный и опасный робот, созданный для совсем иной миссии в этом мире, зажил хорошей жизнью.       Я поступил в старшую школу Кодо Икусей, особенное учебное заведение. На самом деле, меня не волнуют элитные привилегии на будущее от нее после выпуска. Просто нечем было заняться. А тут появился и забавный экземпляр, мой давний знакомый, из того ужасного прошлого, что хотелось бы позабыть.              СИДЗИ ТЭЙКО. ГОТОВЫЙ НА ВСЕ (БОНУСНАЯ ИСТОРИЯ)              — Остановись сейчас же, Тэйко!       — Ни за что.       За мной погнался инструктор того места, когда я смогу найти лазейку и сбежать. Вот только, убегать вечно не получится, он будет долго за мной бегать, сильный, крепкий и выносливый мужчина сможет в итоге добраться до молодого мальчика, пусть и не совсем обычного.       Я резко остановился и влетел в него, хватая за пояс.       — Простите, больше так не буду.       От неожиданности мужчина даже и не понял ничего, и оттого остался в ступоре стоять.       Я нащупал у него на поясе предмет, что мне вот-вот может помочь. Значит, у них действительно имелось при себе огнестрельное оружие. Неужели готовы были воспользоваться против детей?       — А-ай!       Прозвучал выстрел. Инструктор упал, хватаясь за ногу. Из нее сочилась кровь. В руке же я держал пистолет, что выхватил у него.       — Извините, но не стоит пытаться меня остановить. Вы же сами знаете, что никто из вас не сравнится со мной. Не бойтесь, я не задел опасных мест, ходить скоро снова сможете. Лучше не двигайтесь и подождите помощи.       Я бросил пистолет возле него так, чтобы тот не мог дотянуться до оружия, а сам побежал от него дальше. Бежал туда, куда глаза глядели. Все равно мне некуда идти, но возвращаться обратно не было желания.       Меня прямо интригует то, что будет со мной теперь. Новая жизнь, на полной свободе. Теперь времени предостаточно, которое можно будет уделить полностью самому себе. Интригующе, не иначе, действительно же.