1. Конец, ставший началом.

      Две недели мучительного ожидания. Острые кончики обгрызанных ногтей впиваются в подушечку указательного пальца. Нахмуренные брови. Яркий древесный запах парфюма Кингсли впивался в рецепторы маленькими шипами и проникал в горячее тревожное сознание. Дыхание замерло на эти бесконечные секунды.       Три. Два. Дыши…       Легким движением министр вытащил из кармана мантии помятый клочок пергамента. С улыбкой на губах он протянул девушке долгожданный адрес. Если они смогли их найти, значит живы. Живы… Слеза облегчения скатилась по румяной щеке. Дыхание начало восстанавливаться. Гарри радостно потрепал подругу по плечу.  

***

      Письмо родителям она отправила сразу же, как вернулась от министра. Прошла неделя. Две. Сомнение снова закралось на подсознании, отдавая болью в груди.       Почему ответа не было? Кингсли достал адрес, значит они живы, верно? Тогда почему не отвечают? Местоположение человека можно вычислить, только если он жив. Кингсли бы не стал отдавать ей адрес, если бы не был уверен, что они точно там. Письмо не дошло? Они не хотят отвечать? Может, испугались незнакомца? А может, ещё не проверяли почту? Может, они на отдыхе или слишком заняты работой?       Что, Мерлин тебя дери, происходит.        Гарри вышел из камина, поднимая на платочке блестящую ложку. Отражающийся о неё свет из окна мазнул по правому глазу, но она даже не моргнула. Гермиона подлетела к другу с другого конца комнаты.        – Куда он доставляет? - она не пыталась скрыть тонну волнения, рвущееся из груди вместе со словами.        – Километр от дома. Кингсли рассказал, как пройти. Я буду с тобой. – Гарри хмуро поправил очки. Она и не сомневалась, что Поттер не бросит её в такой ситуации. Стоять в стороне никогда не было частью его личности.        Девушка кивнула, и через минуту они уже стояли в грязном переулке Австралии. Прохладный ветер мазнул по голым предплечьям. Гермиона сунула руку в бисерную сумочку и стала копаться в поисках своего коричневого пальто. Джинни помогла выбрать его прошлой осенью. Идеальная вещь для такой погоды. Накидывая его на плечи, девушка будто почувствовала моральную поддержку от подруги, находящейся сейчас в тысячах километров.        Как только они сделали пару шагов, с пасмурного неба начало моросить. Гарри одним движением наложил заклинание, создав защитный купол. Пара двинулась вдоль пустой хмурой улицы. Интуиция не подсказывала ничего хорошего.        Через несколько кварталов они притормозили. Гарри присмотрелся к номеру соседнего дома и снова поправил очки.        – Нам нужен вон тот. – прервал он напряжённую тишину и указал на маленький белый дом с жёлтым забором. Гермиона ускорила шаг.        Приближаясь к этому солнечному зданию, она заметила высокую траву. В сердце кольнуло.       Папа всегда стриг газон.       Живот скрутило. Она влетела через калитку во двор. Кроме травы, ничего смущающего не было. Свет в доме не горел. На работе? Но сегодня воскресенье.        Три громких стука упали на дверь и эхом прокатились по черепной коробке. В ушах зазвенело. Голова начинала болеть. Ноль ответа.       Прошептав заклинание, Гермиона распахнула дверь и влетела в проход. Из коридора чёрной дымкой на неё поползла огромная змея. Ноги придавило свинцом. Тело не поддавалось. Ни движения, ни вскрика. Змея с шипением раскрыла пасть и рванула к лицу девушки. Та лишь зажмурилась. Мышцы свело от напряжения. Секунда. Две.       На плечи опустились тёплые руки.        – Гермиона?        Распахнув глаза, она увидела напуганного до чёртиков Гарри.        – Видимо, охранные чары. Она растворилась в воздухе. Всё хорошо.       Но девушка не слушала. На том конце коридора по стене был размазан череп. Чем-то коричневым. С оттенками бордового. Дыхание замерло. Конечности в миг заледенели. Ноги сами рванули с места.       Интуиция несла её по лестнице на второй этаж. Перепрыгивая ступеньки, она вылетела в проход и сразу двинулась к дальней комнате. Вышибая ногой дверь, она почувствовала резкую боль в пятке, но страх и шок не дали обратить на это даже малейшего внимания.       Спальня была такой же светлой, как и весь дом. Белые стены, бежевый шкаф, прикроватная тумба в том же стиле и большая двуспальная кровать. На ней под одеялом в цветочек безмятежно лежало два человека. Грудь сжимало гудящее предчувствие. Всего четыре шага. Сделать четыре шага и узнать. Сзади послышалось копошение.        – Гермиона. Прошу, давай я взгляну. Ты…       Она резко прервала его взмахом руки, всматриваясь в людей на кровати. Хоть одно движение. Хоть небольшое. Хоть одно… ничего.        Приложив все усилия, она подняла и переставила ногу. Шаг. Второй. Уже видно лицо.       Мама…       Третий шаг. Четвёртый. Синяя. Ни одного движения. Ни одного вздоха. Нет.       Нет, нет, нет.       Всё начало расплываться. Слёзы заполонили глаза. Она упала на колени, бросая руки на лицо матери, укутывая в них её холодную кожу. Мир исчез. Картинка плыла. Она не слышала собственного рваного крика. Прокатываясь по щекам, слёзы солёным градом падали на мягкий персиковый ковёр. Гарри замер, не в силах вымолвить и слова. Поддержать или как-то помочь он не мог. Просто не знал как.       Что сказать человеку, который только что потерял родителей? Он лишь сел рядом, мягко оторвал подругу от мёртвой матери и прижал её к груди.       Всхлипы не прекращались ещё минут десять. Он успел отправить сообщение аврорам и Джинни через протеевы чары на кольце.

***

      Несколько часов Джинни прождала в квартире Гермионы, пока та не появилась вместе с Гарри посреди гостиной. Повисла нервная тишина. Девушка подорвалась с дивана и заключила подругу в крепкие объятия. Ты выглядела пустой. Оболочкой прежней себя. Полное отсутствие. Запертая за десятью кирпичными стенами глубоко внутри собственного сознания. Даже тепло горящего камина не согревало от её холода.         – Мы найдём их. Мы найдём их и заставим поплатиться. Они подавятся своими же заклинаниями. А мы будем смотреть, как их ублюдские души пожирает дементор. – Джинни захлёбывалась в агрессии. С горячим сердцем она доносила свою поддержку и чувства любимой подруге, но та лишь опустила голову, и всхлипы послышались вновь.        Опуская её на диван, Джинни кинула вопросительный взгляд на Гарри. Тот дёрнулся и мигом понёсся на кухню. Через минуту он уже протягивал Гермионе зелье сна без сновидений. Она всё так же безжизненно приняла его из рук и, стараясь подавить рвавшиеся всхлипы, залпом выпила бутылёк. Через минуту она уже безмятежно спала на коленях подруги.        – Есть идеи?        – На них наложили только два заклинания. Легилименс и Аваду.        – Значит, они пытались найти информацию. Но какую?        – Возможно, о нашем местоположении. Оставшиеся пожиратели объявили на нас охоту.        – Провернуть это, пока человек спит… Это должен быть искусный легилимент.        – Я тоже так подумал. – Гарри поднялся с кресла и начал мерить комнату торопливыми шагами. – Заклинания наложили около трёх недель назад. Кингсли в это время проверял точность адреса, поэтому ошибки не было. Видимо, они пришли сразу после его людей.       – Кто это мог быть? – Джинни размеренно гладила взлохмаченную макушку. Вряд ли для того, чтобы успокоить подругу. Скорее себя.        – Я знаю только одного живого пожирателя с такими способностями. – Гарри остановился, вглядываясь в языки пламени. В отражении очков они плавно игрались друг с другом над потрескивающими поленьями. – Малфой… Драко.       Послышались причитания и возмущения Джинни, но уставший мозг Гермионы уже не справлялся с действием зелья.       И она провалилась в длинный сон…