Часть 5

Мучине в бежевой шинели было очень мерзко. Он пнул гниющий труп пипуски и наклонился для поцелуя. Его губы сжались, как куриная клоака. Он не выдержал запаха и вида, несмотря на то, что он angel boziy, его организм не выдержал и блеванул на лицо пипуски. Это подействовало на нее, как месячные на раны, она мгновенно перестала разлагаться и открыла свой единственный глаз. Мучина в шинели понял, что листик, который на самом деле является скрижалью, разложился у нее в пятом подбородке, и теперь сама пипуска и есть скрижаль: -Умно, –проговорил мучина в шинели. Мучина осознал, что ничего не можа зрабиць. Кончиком мизинца он коснулся самой не сгнившей части Пипуски. Вспышка света озарила темницу, половина заключённых ослепли. Рыжий краш Ульяны гей пахал белорусские поля у тюрьмы пипуски в подземельном РБ. Это не его работа, не его желание, ему даже не платят за 500км² гектар поля с картошкой. Это закон, конституция 15 марта 1994 года, с 17 лет все обязаны идти пахать поля, як негры на плантациях. На одного человека 500км гектар поля. Их очень много. Слендеринка свалился на землю, испачкавшись в грязи, навозе и гное. Он осознал, что не хочет так жить и стал магом земли. Картошка дала о себе знать. Рыжий краш ульяны гей решил сбежать из подземной Беларуси. Чтобы сбежать ему нужно найти таинственную тюрьму из легенд, которые он слышал в детстве. Посреди его поля находился огромный склеп уходящий высоко в небо, он, пока несколько месяцев копал свое поле картошки, задумывался над тем, что это отделённо может иметь сходство с тюрьмой из легенд. Сегодня будет тот день, когда он наконец исследует это место, потому что он наконец до него дошел. Слендеринка подошёл к склепу, думая, як жа туды попасть. Ен увидел огромную дверь рядом с которой была огромная дыра. Рыжий краш ульяны гей задумался над дыркой, постучал по кирпичу рядом с дыркой и зашёл в дырку, сдерживаясь от того чтобы станцевать чечетку. Зайдя внутрь он обнаружил там огромное количество зеков, бежевого мучину и что-то мерзкое, гнойное, гниющее, воняющее на полу. Его вырвало от вида пипуски. Краем глаза, пока он искал выход, он увидел какую то мерзость. Мучина наклонился к гниющему компу и наблевал жестко, гнойный комок ожил, слендеринка в шоке. Когда была белая вспышка он успел моргнуть и ничего не понял, все пропало, он подумал, что это галлюцинация. После этого ужаса он заметил лестницу, рыжий краш ульяны гей рванул на лестницу, еще не подозревая, что ему придётся ползти 1000 км вверх. Папа Joosтик все ещё стоял и смотрел на дыру в потолке. Он вспоминал жилистый синий писюн, по его морщинистому, ужасному лицо потекла скупая слеза. Папа король вспомнил о листочке и понял, что это его конец. Сзади подошел ббно$ и обнял Joosтика за талию. Молочные сиси уперлись в руки бибиноса, ему это всегда нравилось: –Маленький король Joosтик... Все будет хорошо,– сказал бибинос.– Я рядом. –OK fuck, – промолвил Joosтик. Заиграла грустная музыка пианино. Они романтично стояли, как в Титанике, посреди пустой комнаты 500 на 500 км, позабыв о получасовом пути обратно в замок. После вспышки света Пипуска и Краш Ангел телепортировались в древесный домик. Краш Дин и Краш Сем сидели на диване в напряжении, на их руках были жилистые жилки и на висках, пульсируя. Они подорвались со своих мест, Краш Дин романтично по дружески без намеков обнял мучину в трэнчэ-шинели: –Кас. А как же моя омежья дырка? Дырка?–спросил Дин. –Бля нах. Иди нах бля. Эм бож пох мне, –сказал мучина. – Эм ок, –сказал Дин. Два брата обратили внимание на мерзкую тварь, которая начала визжать, из нее вылетела ядовитая муха. Ульяна увидела мужчин и рванула на них, как собака, на четвереньках. Гнойное уродище со всей своей кабаньей скоростью бежала на красавца Сема. Пипуска визжала, ее обвисшая, с растяжками, воняющая, коровье вымя болталось во все стороны. Когда она бежала между ее ног вытекали яйцеклетки на пол. Краш Сем инстинктивно начал отпинываться ногой от Пипуски. Ульяна попала ему ровно в ступню и отлетела как воздушный шарик с гелием. Она прилипла к потолку гноем. Краш Дин в шоке смотрел на происходящее, не зная что делать: – э бля что нам нах делать? Что это за мерзкая тварь нах?