Часть 11. Заговорщики

— Опаздываете, — усмехнулась Куина, разворачиваясь на зашедших на крышу девушек. — Не опаздываем. Задерживаемся, — с важными видом и поднятым вверх пальцем исправила Мива, отбивая девушке с дредами «пять». — Где наш мозг… Мамочки! Чишия, нельзя же так подкрадываться! Обернувшись, Сэкера увидела блондина. Он в своей излюбленной кофте стоял прямо за их спинами, разложив руки по карманам. — В нашем положении нужно быть начеку. Всегда, — наставил Чишия. — А ты где был? — спросила Нагаи, шустро расположившись на выступе крыши, скрещивая прямые ноги перед собой. — Беседовал с боевиками, — два удивленных взгляда моментально вперились в парня. — Объяснял, почему Кирия по первой прихоти не будет являться на их закрытые собрания. — Ты что, в боевиках?! — воскликнула Нагаи.  Сэкера отрицательно мотнула головой, но выудила из кобуры пистолет, демонстрируя тот подруге. — Чисто формально, чтобы можно было носить любую одежду и собственное оружие. — Ну хоть какая-то гарантия безопасности в виде вооруженного человека рядом. А то никогда не знаешь, что может прийти на ум этим тронутым, — выдохнула Куина. — А вы, кстати, почему позже пришли? — Имели честь быть задержанными Нираги и его верными псами, — фыркнула Сэкера, отводя глаза на полный ярких разноцветных огней внутренний двор. Чишия внутренне улыбнулся. Кирия явно относилась к персоне Нираги весьма пренебрежительно. Ровно также, как он сам. Логика «враг моего врага — мой друг» начинала приобретать для него все больший смысл. — Ага, снова вертел своим заносчивым лицом перед баром, — согласно закивала Нагаи. — Хотя его друг вполне неплохой… — Какой еще друг, Мива? — с видом глубочайшей опаски пробормотала Куина. — Надеюсь, ты не влюбилась в какого-нибудь боевика? Особенно в дружка Нираги… Кирия и Чишия обменялись отстраненными взглядами. Оба ощущали себя не в контексте любовных сплетен и интриг, находя утешение в молчаливых переглядах друг с другом.  — Нет, в моем сердце есть место только одному боевику, — долго скучать Сэкере не пришлось — Мива послала ей воздушный поцелуйчик, а губы девушки дрогнули в полу-улыбке. — Предлагаю немного просветить Кирию в наши планы, — произнес Чишия, вновь глянув на нее. Две девушки мигом посерьезнели и кивнули, устремляя внимательные взгляды на блондина. Видели в нем лидера? — Сейчас у руля Шляпник. Именно он выдает номера новоприбывшим, участвует в составлении списков на игры, руководит Пляжом в целом, — Чишия вытащил из кармана правую руку и потряс ей. Фитнес-браслет зазвенел. — Лишь благодаря тому, что мы приносим пользу, Шляпник выдает нам такие номера. Военные, как известно, не блещут умом, а потому в скором времени у них может что-нибудь перемкнуть и наше положение стремительно изменится. Как ты понимаешь, не в лучшую сторону… — И вы собираетесь уйти? — прервала его Сэкера. То было очевидно. — И я очень кстати подвернулась под руку — попала в шайку этих тупоголовых богатырей, чтобы изучать структуру их политики изнутри, а бонусом имею при себе ствол. — Мне нравится ход твоих мыслей, — покачал головой Чишия. — Но когда я предложил взять тебя, руководствовался не этим. Не этим? А чем же? Неужто это жест доброй воли? Подобрать брошенку, как принц из детских сопливых сказок. — Ты, считай, из нас всех наиболее замотивированна, — подхватил его мысль Нагаи, упирая ладони в самый край крыши. — За твоей душой так много карт, с которыми, я уверена, ты совсем не хочешь расставаться во имя спасения Шляпника. Конечно, это было понятно любому — Сэкера не собиралась мирно дожидаться своей очереди, которая, к тому же, после засранца Нираги. Ее карты, как, собственно, и ее саму, нагло забрали, прикрываясь отличными условиями райской утопии. А ей, честно говоря, плевать хотелось на качество жизни. Она не собиралась отступать от того, что уже наиграла. Точно не сейчас. — К тому же, за тобой четырнадцать карт и двенадцать игр. Ты здесь дольше всех нас. Мы не дураки, чтобы упускать такой улов, — улыбнулась Куина, сложив руки под грудью. Сэкера задумчиво кивнула, устремляя глаза в пол. Она предпочитала принимать решения на холодную голову, взвесив все «за» и «против». Однако, ей явно не привыкать совершать сумасбродные поступки, будучи под легким, практически неощутимым градусом и не предпринимая попыток судорожно думать. В конце концов, почти все решения в таком состоянии она принимала в выигрышную для себя сторону. Не прогадает ли сейчас? — Хорошо. Я согласна. — Скажу по секрету, от твоего ответа ничего не зависело, — даже не пытаясь снизить тон, пробурчала Мива с задорной улыбкой, прикрывая рот ладонью от посторонних ушей. — В случае твоего отказа я бы скрутила тебе руки и кинула в какой-нибудь гостевой номер, отпуская лишь пополнить визу. Годы идут, а саркастический и позитивный настрой Нагаи не меняется. Впрочем, именно это Сэкера в ней и любила. — Какой ваш план? — обратилась к Чишие Кирия. Очевидно, именно он отвечал за разработку, которая наверняка еще велась. Шляпник ведь собирал карты не просто так… — Пока не достает такого большого количества карт, мы не спешим, — подтвердил догадки девушки блондин. Подул ветерок, и Чишия механически накинул на голову капюшон так, что его лицо теперь едва было можно разглядеть. — По законам прокрастинации можно предположить, что оставшиеся игры растянут на больший срок, так что нужно быть готовым к тому, что нас, как самых сильных, будут отсылать на каждый этап до срока истечения виз. — Самомнения у тебя — хоть ведрами черпай, — усмехнулась Нагаи, растягиваясь на бортике, словно кошка. — Он прав, — согласилась с парнем Кирия, прикладывая ладонь к шраму на шее. — Но думаю, что гейм-мастер этих игр рассчитывает на то, что игроки могут так подумать. — Что ты имеешь ввиду? — не поняла Куина, заинтересованно взглянув на нее. Не только она. — На Пляже бесчетное количество людей, а игр осталось не так много. Предполагаю, что расчет на последние арены в том, чтобы дать игрокам максимальное количество мест. Визы ведь всем нужно пополнять, — объяснила свою позицию Сэкера, обводя глазами товарищей. — Большой лимит игроков может значить жесткие правила, а, следовательно, и немало смертей — естественный отбор никто не отменял. Не хочу показаться высокомерной, но половина местных бедняг перемрет в ближайшее время. Но в одном Чишия точно прав — группы будут формировать так, чтобы в компании неудачников было достаточное количество сильных, то есть, минимум первых пятьдесят номеров будут гонять по полной программе. Тройка слушателей переглянулись между собой, каждый со своим посылом: Нагаи — довольно, Куина — задумчиво, а Чишия… А Бог его знает. Пожалуй, он был первым на памяти Сэкеры человеком, эмоции которого она не могла разгадать до конца. — Чишия, на пост главного мыслителя нашей компании намечается достойный конкурент. Держи планку, а то рискуешь упасть со своего королевского ложа, — хихикнула Нагаи. — Хочешь сказать, что карты стоит красть сейчас? — подняла брови Куина, выпуская облачко сигаретного дыма в небо.  Сэкера невольно опомнилась, что давненько не курила, и легкие начинало сдавливать от нехватки никотина. Она неторопливо вытянула из кармана штанов сигарету и, подкурив, желанно затянулась. — Нет. Чишия наверняка не знает точного местоположения карт? — парень в знак подтверждения ее слов кивнул. — Я лишь думаю, что игры пролетят быстрее, чем вы думаете сейчас. Все, кроме последней.  — Финала будем ждать, как манны небесной? — предположила Нагаи. — Да, — утвердила Сэкера. — В любом случае, торопиться нам ни к чему. На собраниях исполнителей наверняка будет подниматься тема последних игр. Зачем думать, когда можно заставить думать других? — не дождавшись возражений, Кирия хлопнула себя по бедрам, разворачиваясь. — Что ж, если никто не возражает, я бы хотела пойти спать. Моя комната всем известна, что-то понадобиться — я в вашем распоряжении. И она, отсалютовав, направилась к спуску с крыши, последний раз глянув на людный веселый двор, шум и гам которого стоял в ушах целый день. — Подожди меня! Я, если вы не забыли, уже сутки на ногах, — недовольно пробормотала Нагаи и, весело махнув рукой оставшимся парню и девушке, побежала вслед удалившейся из поля зрения Сэкерой. Двое молодых людей так и остались стоять на крыше. Чишия наблюдал за тем, как Куина выкуривает, кажется, третью за вечер сигарету, и думал. В первую очередь о том, какие теории выдвигает новенькая в их рядах. Ведь он даже не думал о том, что именно перед последней игрой, вероятно, наступит затишье. Хотя сейчас это казалось плавающим прямо на поверхности. Ее идеи хотелось слушать, а расчетливостью — восхищаться. У нее, казалось, был вариант решения проблемы на каждый исход каждого события. Не рассматривала она лишь проигрыш. Это заставляло проникаться ее мыслями, перемещая спектр своего внимания на совершенно другие теории. Кирия была словно грамотный диктатор — в нужной момент пассивно наблюдала, чтобы потом вывернуть положение в свою пользу, укрепляя авторитет в чужих глазах. — Ты отхватил большой куш, — размеренно произнесла Куина, выкидывая окурок с крыши и глядя, как тот догорает несколькими этажами ниже, одиноко лежа на сером каменном полу. — Кирия оказалась полезной в первые минуты посвящения в план. — Интересно, что будет дальше, — согласился Чишия.

***

Следующий день не выделялся чем-то примечательным. Утром Шляпник созвал совет, пригласив туда Нагаи. Толкнув торжественную вдохновенную речь, во время которой Кирия старалась не смотреть на подругу — как в школе, когда какой-нибудь одноклассник выдавал на уроке что-то смешное — иначе обе катались бы на полу от смеха, Такеру вручил ей новый номер, поднятый на пять значений.  Нагаи, правда, от ключа для комнаты отказалась, потому что еще вечером девушки договорились поселиться в номере Сэкеры — там и до лестницы ближе, и до комнаты Чишии. Да и в принципе, жизнь в одном пространстве была им прекрасно знакома и более чем устраивала обеих. Оказавшись в комнате Нагаи, Кирия сразу прикинула масштаб предстоящей работы — вещей в комнате было достаточно минимум для двух заходов туда-сюда. Мива дважды оценивала глобальность проблемы, глазами прикидывая длину коридора. Решено было позвать Куину во имя здоровых ног и спины, но найти ее не удалось. Тогда под руку удачно подвернулся Есикава, тот самый новый коллега по цеху Сэкеры в зеленом поло.  — Ты ведь военный? Почему не носишь оружие? — спросила Кирия, когда они заносили в ее спальню полку для обуви. Есикава многозначительно улыбнулся, резким движением вытащив из-за спины длинный меч. Сэкера и не поняла, откуда он взялся. — Ого, тати? — удивилась она, окидывая взглядом традиционный меч самурая. — Дед был директором национального музея, а это, — он постучал по оружию. — Древняя реликвия. По данным предков, принадлежала самому Миямото Мусаси. Кирия удивилась, но виду не подавала. Великому японскому фехтовальщику они с одногруппниками подражали все детство, равняясь на него, как на эталон ведения спортивного боя. Из бывшей комнаты Мивы оставалось перенести лишь пару вешалок, нагруженных пляжными костюмами, в чем девушке вызвался помочь Есикава, а потому Кирия развалилась на кровати. Ее умиротворение оказалось, к большому сожалению, недолгим — в коридоре послышалась очередь выстрелов и громкие нелицеприятные выражения, изрекаемые двумя, которых Сэкера оставила на пару минут. Коротковолосая спрыгнула с мягкого матраса и вышла в коридор. Не одна она, кстати — из девятой комнаты с лицом, выражающим искреннее замешательство, вышел Чишия. Переглянувшись, они стали свидетелями занимательной картины. Конфликт между Есикавой и Нираги, кажется, был в самом разгаре. Первый имел не очень выгодное положение — все таки Нираги был опытным стрелком, а тати — не самое эффективное орудие против пневмата. — Боже, какой же неуравновешенный придурок! — возмущалась Нагаи, спешным шагом направляясь к ним. Она зашла в открытую дверь номера, и кинула на пол кучу собственной одежды. — Кто из них? — бесстыдно весело спросил Чишия. Очевидно, внутренняя междоусобица в отношениях боевиков его неприкрыто забавляла. — Нираги, конечно, — судорожно выдохнула девушка, хлопнув дверью комнаты и встав между блондином и брюнеткой. — Он ему скоро череп разнесет! Ребят, нам не стоит вмешаться? Чишия и Кирия быстро переглянулись, обменявшись короткими кивками. Понимать друг друга без слов становилось какой-то скромной традицией.  Блондин не был похож на человека, который в райской утопии будет носить при себе оружие — будь то электрошокер или нож — как бы он не любил нарушать правила. Да и угрожать Нираги было опасно, он ведь из другой «касты». Такая самодеятельность не грозила бы Чишие ничем хорошим. А вот Сэкера была вооружена с ног до головы. — Нираги, заканчивай представление, — прикрикнула она, направляя в голову того пистолет. — Что ты к нему пристал? Брюнет сморщился, поворачивая голову на голос. Оружие все же пришлось опустить — направленное встречно очень хорошо отрезвляет. Он с напускным презрением уставился на Сэкеру и Чишию, который стоял с ней плечом к плечу. — Как же без вмешательства наших праведных, — всплеснул руками Нираги. Ствол угрожающе треснул, заставляя девушку дернуть палец, давящий на курок. Но недостаточно для выстрела. — Есикава знает, что я от него хотел. Надеюсь, все понял?! Амида лишь спешно закивал и предпочел покинуть этаж вовсе — настолько парень в рубашке его запугал. — А вообще это не твое дело, Кирия, — Нираги, кажется, впервые назвал ее по имени — видимо, был так зол, что не контролировал пафосную речь. — Знаешь, вместо того, чтобы совать свой нос в мои разборки, лучше бы нашла себе правильных друзей. Брюнет кинул презрительный взгляд в парня рядом с Кирией, подходя на пару шагов ближе и облизываясь. Чишие было вообще все равно — он лишь растянул губы в улыбке, глядя на стоящего перед собой снизу вверх. — Знаешь, Нираги, — начал он, медленно моргнув. Показывал так свое превосходство — перед вооруженным позволял себе закрыть глаза, значит, уверен в своих силах. — Это, конечно, не мое дело, но на мой скромный взгляд, Кирия сама разберется, с кем заводить дружбу. Нираги дернул бровями и на мгновение улыбнулся, а Сэкера вновь заметила, что эта отличительная черта мимики, проявляющаяся в неочевидных движениях определенных частей лица, напоминает ей нервный тик, которым обладал ее младший брат и она сама. Кохэку, не имея возможности контролировать это, часто жмурился, а сама Кирия периодически подергивала правой бровью или уголком губ. Такие изменения стали проявляться после активных побоев от отца — может, у Нираги было нечто подобное в жизни? — Не проблема. Главное, чтобы дружба с такими скользкими типами, как ты, не сказалась на ее положении плохо, — предостерегающе вымолвил брюнет, перебрасывая пневмат за спину и переводя взгляд на Сэкеру. — Агуни просил предупредить тебя, мелкая, явиться вечером на дальние лежаки. Обсудим вопросы фракции. И парень, развернувшись, пошел вдоль дверей к лестнице, попутно что-то негромко говоря Нагаи. Кирия успела лишь заметить, как Нираги подмигнул, поиграв с пирсингом на языке, и унесся по лестнице. — Когда станет известно об аренах, я зайду за вами, — сообщил Чишия и, кивнув, покинул ныне тихий коридор, оставляя девушек наедине. — Что сказал Нираги? — спросила Кирия, утягивая подругу в комнату и закрывая дверь. — А…? А. Решил, что мне будет интересна информация о его планах заглянуть вечером в бар, — отмахнулись Мива, ногами перемещая одежду по полу к шкафу. — На твою смену? — изогнула бровь Сэкера. — Ага. Странно, да? Еще как.