Часть 35. Пятерка червей

Десятый день в Пограничье. Сэкера, переминаясь с ноги на ногу, шла на загоревшийся свет билборда крупного торгового центра в Сибуе. Она смирилась с тем, что от ожогов грязным кипятком после игры на семерку пик точно останутся шрамы. Ей же не привыкать. Указатели на табло гласили: «Игры», а стрелки рядом были направлены вниз. Нужно спускаться в подвал? Звучало, как начало дешевого фильма ужасов. Дешевого настолько, что хотелось посмотреть, что для него смогут выдумать. Долго искать вход в подпольное помещение не пришлось — Сэкера часто бывала в этом торговом центре с матерью и Мивой. Витиеватые коридоры вели вглубь здания, к неработающим эскалаторам вверх и лестнице вниз. Небольшой монитор, на котором обычно значилась карта торгового центра, сейчас изображал стрелку с тем же направлением, что и на улице. Девушка быстро спустилась, натыкаясь на белую стойку. Точно такая же, как на двух ее предыдущих играх. Она спешно взяла с нее один из смартфонов, которых осталось всего несколько штук, и направилась на свет, обогнув низовья лестницы. Пришлось немного походить по темному сырому подвалу, прежде чем Кирия наконец увидела место проведения игры. Посреди тускло освещенного помещения, лампы на потолке которого жутковато подрагивали желтым светом, стоял круглый черный стол, умещающий за собой двенадцать лакированных стульев. Сэкера невольно вспомнила, что подобные были на ее месте работы. На центре стола лежал планшет, гласящий: «Займите любое место за столом, положите телефон перед собой и наденьте на руки браслеты». Свободных стульев оказалось три, и выбор Сэкеры пал на самый ближний. Она стала рассматривать и анализировать внешний вид присутствующих. Слева от нее расположились два мужчины лет сорока в галстуках и деловых костюмах — уже вторую игру она диву давалась, зачем люди так выряжаются. Следом за ними сидела эпатажного вида девушка — синие волосы, затушеванные тенями веки глаз. Рядом крепко сложенный парень с широкими плечами. Через одно свободное место, прямо напротив Кирии, вальяжно расположилась очень интересная особа. Красные пухлые губы, светлые голубые глаза, прямой платиновый блонд, короткая декоративная белая шуба — перед ней сидела девушка абсолютно славянской внешности. Далее следовал худощавый парень с острыми чертами и пугающе торчащим кадыком в овальных очках. Следующими в рядок расположились седой мужчина добродушного вида в розовой рубашке, бородатый парень с небрежной укладкой в белом свитере и женщина лет тридцати в рубашке в полоску. — Нашлись! — воскликнул звонкий голос в момент, когда Сэкера застегнула на своих запястьях тугие браслеты. Оглянувшись, она заметила еще двоих — судя по разношерстности, пара пересеклась на улице. Парень, что, видимо, и оповестил кого-то о найденной арене, прошел к столу и, поправив очки с округлой оправой, сел рядом с Сэкерой, забвенно улыбнувшись. Он выглядел молодо. Слишком — девушке показалось, что он едва старше Кохэку, которому, между прочем, было всего тринадцать. Женщина в возрасте, зашедшая сразу за пареньком, просеменила к столу, заняв последнее свободное место. «Регистрация закрыта. Количество игроков: 12. Игра начинается. Сложность: пятерка червей». — Черт, опять короткая виза, — недовольно прошипел тощий парень в очках. Судя по отсутствию вопросов касательно термина визы и происхождения непонятной сложности, сегодня новичков на игре не было. «Игра: Мафия. Правила игры: Игровой процесс делится на две части — день и ночь. Ночью игроки по очереди выполняют свои действия. Днём все участники обмениваются мнениями и предположениями, после чего следует голосование по итогам которого человека с наибольшим количеством голосов убирают. Каждому игроку присваивается собственная роль. Мирный житель. Голосует только днем. Комиссар. Выбирает, кого проверить на принадлежность к мафии. Маньяка отследить не может. Доктор. Выбирает, кого спасти. Если доктор указал на убитого мафией человека, выбранный выживает. На себя можно указать лишь раз за игру. Любовница. Выбирает, у кого из игроков отнять право голоса. Выбранный ею игрок получает иммунитет на дневное голосование. Если мафия или маньяк избрала жертвой ее любовника, она умирает вместе с ним. Студент. В случае выбывания комиссара или доктора заменяет их должность. Маньяк. Не зависит от мафии. Каждый раунд может убить любого игрока. Побеждает, оставшись в городе один. Две мафии. За раунд убивают одного игрока. Перед вами появились плотные маски. По наступлению ночи все игроки обязаны приложить их к лицу. Маску снимает лишь тот игрок, должность которого была озвучена. Избранные игроки указывают на выбранного человека молча. Перед началом игры все ее участники обязаны представиться». Кирия опустила голову к столу — она и не заметила, что в том действительно было несколько странных вкраплений, из которых выплыли маски. — Три мафии?! А не многовато ли на двенадцать человек? — возмутился крепкий парень, сидящий между пожилой и молодой девушками. — Маньяк — не мафия, — сказал тот, что возмутился о визе. — Он работает на себя. — Такое количество убийц весомо компенсируется студентом, — улыбнулся мужчина в розовой рубашке. — Мое имя — Куросава Акайо. — Мори Иоши, — поднял руку сидящий в белом свитере слева от него. Сэкера представилась после женщины в рубашке Осако Саки и молодого парня Сона Изаму. Двух деловых мужчин звали Фудзи и Хага, синеволосую девушку — Кимура Нана, подкаченного молодого человека — Оно Кента, пожилую женщину — Со Сакура. — Кристина Громова, — мелодичным голосом назвала свое имя блондинка. Кирия, в школьные годы прекрасно знающая историю, по фамилии поняла — девушка, вероятно, русская или украинка. — Кан Хидеки, — замыкающий круг тощий парень натянул очки выше по переносице. — Что насчет ведущего? Роли нам с неба упадут? Ответом на его вопрос послужило легкое движение под руками — из стола вновь выплыли ячейки, внутри которых лежало по одной черной карте. «Ознакомьтесь со своими ролями. Ночь наступит через минуту». Коротко переглянувшись с Соном, Сэкера вытащила темный картонный прямоугольник, закрывая его двумя ладонями. Содержание оказалось впечатляющим. Она быстро отложила карту обратно в углубление в столе, осматривая остальных. Все вели себя похвально — практически никто и мускулом на лице не дернул, когда изучал свою роль. Кирия все же обратила внимание на сдержанно поджатые губы сидящего рядом Хага и нервный выдох пожилой Со — эти тонкие детали могли значить как разочарованность от карты мирного жителя, так и груз ответственности от полученной роли мафии. Девушка решила не торопиться с выводами. «Город засыпает». Двенадцать человек одновременно подняли со стола черные маски, прикладывая те к лицам. Когда голос из планшетки попросил двух мафий, а после и маньяка совершить убийство, Сэкера постаралась прислушаться к шорохам. Это оказалось бесполезной затеей — все происходило настолько бесшумно, что казалось, будто она вообще в этом помещении одна. «Просыпается любовница». Кирия оттянула маску от лица, давая глазам вновь привыкнуть к свету. Ее попросили сделать выбор. Итак, если она выберет человека, которого убили мафии или маньяк, но которого не излечит врач, то умрет вместе с ним. Была и позитивная сторона вопроса — сейчас она лишает одного человека права голоса, но при этом дает ему полный иммунитет на дневном голосовании. Получается, ей следовало выбирать того, кто гарантировано не является мафией или маньяком и будет полезен в борьбе против них. Интересно… Сейчас было бесполезно высчитывать кого — нужно бить, полагаясь на интуицию. Кирия кончиком маски дернула вправо и, не дожидаясь указаний, сунула лицо под металлическое покрытие маски. Следующим был доктор, который также не затягивал с выбором человека. А вот комиссара пришлось ждать с минуту. «Город просыпается. Оглашаются результаты прошедшей ночи. Просьба игрокам отложить маски на стол и сгруппировать руки за спиной». — Это еще зачем? — приподнял брови Фудзи. — Впервые играешь, что ли? — загадочно усмехнулась Кимура, послушно выполняя просьбу. — Сейчас убьют выбывших… Ее пояснение внезапно стало сопровождаться громкими криками и… Всплесками. Сэкера окинула глазами стол и не обнаружила двух сидящих за ним ранее. — Отличный старт, — дернула уголками губ Кимура, закидывая ноги на стул. В нее с двух сторон летели капли. Кирии пришлось перегнуться, чтобы понять, что случилось. Фудзи и Оно упали под пол, и сейчас их тела прошибало сильнейшими разрядами тока в глубоком бассейне. «Этой ночью мафии убили Оно Кента. Фудзи Рюу погиб от руки маньяка. Сон Изаму попал в объятия любовницы, поэтому он лишается права голоса, но получает иммунитет на голосовании. Игроки могут приступать к обсуждению». Когда в детстве Сэкера играла в мафию, после этих слов ведущего начинались громкие споры и выкрики от всех подряд. В подвале же воцарилась гробовая тишина. Девушка бросила взгляд на Сона. Тот ошеломленно смотрел на нее в ответ, по-прежнему удерживая руки за спиной.  — Никто не возражает, если я начну? — подал голос Куросава. Никто не воспрепятствовал. — На мой взгляд, мафией или маньяком может быть Кимура-сан. Не буду лукавить, никакой существенной почвы для таких домыслов у меня нет, но ваша поза открыта, а взгляд — насмешлив. Обычно так ведет себя тот, кто уверен в своей безнаказанности. Нас осталось десять, трое из нас — предатели. На этом голосовании желательно убрать подозреваемого.  — Ключевое здесь «домыслы», — легко отозвалась синеволосая, скинув ноги с кресла, «открыв» так свое положение еще больше. — Если вас смущает моя поза, то боюсь огорчить — вы тоже опираетесь на спинку стула и задорно улыбаетесь, что говорит о вашей самоуверенности. В таком случае, предлагаю убрать вас. — Давайте не будем спешить, — примирительно подняла ладони Осако. — Пропустим один раунд, сократим круг подозреваемых. — Если сейчас комиссар и доктор налажают также, то останется пятеро против троих, — заговорил Кан Хидеки. — Я не привык делать поспешных выводов, поэтому хотел бы выслушать точки зрения остальных игроков. Мори и Осако не вымолвили ни слова. Сэкера подумала, что со стороны мирных жителей довольно подозрительно пропускать голосование, не рискнув даже пальцем в небо ткнуть. — Я проголосую за вас, Куросава, — в очередной раз Кирия удивилась такому чистейшему японскому Кристины. — Странно обвинять Кимуру в том, что делаете сами.  — Мне кажется, что мафиями могут быть эти двое ребят, — заявила Со Сакура, указывая перед собой. — Голосовать за паренька нельзя, поэтому выбираю девушку. Сон удивленно глянул на Сэкеру, когда понял, что пожилая женщина, с которой он вместе зашел на игру, указывает на них. Девушка нахмурилась, упираясь локтями на стол. — Что же вы так резво отмели маньяка? Может, потому что сами им являетесь? — усмехнулась Кирия, глядя, как Со стушевалась. Действительно, ей не показалось — женщина точно оговорилась. — Как удобно обвинять того, кто молчит, правда? Мой голос за Со Сакуру. — За Кана, — поднял руку Хага, натыкаясь на вопросительный взгляд парня в очках. — Не знаю, ты мне кажешься подозрительным. — Прекрасный аргумент, — нервно ухмыльнулся Хидеки. — В таком случае я за Со-сан. Так голоса выйдут вровень, а остальным останется сделать свой выбор. Мори и Осако молча проголосовали за Со. Сэкера усмехнулась — кажется, эти два святых ангела выбирали по принципу «кто дальше сидит, тому и не верим». Впрочем, ей это было только на руку. Таким образом, за Куросаву вышло два голоса, за Со — три, а за Кана и Кирию — по одному. «Со Сакура, пожалуйста, сложите за спиной руки». — Нет, пожалуйста, я не маньяк! — успела воскликнуть женщина, прежде чем из бассейна под ней посыпался столп искр. — И что теперь? — спросила Осако. — Нам скажут, кем она была? «Город засыпает». — Очевидно, мы узнаем это по количеству убитых после этой ночи, — сказала Сэкера, нацепив на лицо маску. Как и ожидалось, маньяка не попросили проснуться, а следовательно, Со Сакура действительно была предателем. Кирия отложила маску сразу после объявления своей роли. Слегка пораздумав, она направила руку в сторону Мори, тут же прислоняя металл к лицу. На этот раз доктор и комиссар сделали свой выбор в считанные секунды. Когда голос из планшетки оповестил о наступлении дня, Сэкера по наитию убрала руки за спиной, устремляя взгляд на двух сидящих рядом мужчин. Между Соном и Мори в воду упала Осако Саки, но это не особо взволновало Кирию. Куда больше заинтересовала реакция на это Кана — парень фыркнул, закатывая глаза. Кажется, спас не того? — У вас двоих есть предположение, почему Со в прошлой игре указала именно в вашу сторону? — не медля, спросила Кристина, смахнув светлые волосы за спину. — Наверное, потому что я не мог себя защитить, — пожал плечами Сон, стараясь не смотреть на плавающий труп Осако рядом. — Почему ты ставишь в приоритет их мнение? — приподнял брови Хага. — Потому что именно я указала на маньяка, — непринужденно отозвалась Сэкера. Затем она снова обратилась к Кристине, отвечая на поставленный вопрос. — Методом тыка. Ей нужно было сбросить в воду кого-нибудь. Мафии она бы, конечно, обрадовалась. Я за Куросаву. Интуиция. — Есть доводы, почему это не ты? — повернулся на нее Хага. — Первая мафия — Куросава, — устало протянула Кимура, накручивая на палец яркую прядь волос. — Уберем его, а если он не мафия, убьете сначала меня, потом ее. Все ведь проще простого. Кристина согласно закивала, а Сон ошарашено заозирался на девушек. — Ни черта не понимаю, — схватился за голову парень. Сэкера внутренне улыбнулась. Пока все шло как нельзя лучше. Она была уверена уже в трех людях — в Нане и Кристине. Блондинка точно была комиссаром — то, как она на прошлом голосовании вырулила обвинения с Кимуры на Куросаву, заставило задуматься. Синеволосая была доктором, студенткой или мирной. То же касалось и Кана — чересчур раздосадованно он фыркнул, когда Саки упала в воду. Чутье подсказывало ей, что мужчина в розовом является одним из мафий. — Позвольте мне объясниться, — начал Акайо, прокашлявшись. — Я подозреваю, кто может быть комиссаром и мафией. Я четверть века проработал в полиции, у меня отлично развит слух. Поверьте, я действительно слышал справа от себя шевеление, когда мафию попросили сделать выбор. Сэкера, Нана и Кристина, не сдержавшись усмехнулись. Все трое были уверены в друг друге и знали, что за маской нереально что-либо услышать. Куросава заливал им в уши и не краснел. — Я оставляю голос на Кане, — кивнул Хага. — Мне кажется, что мафия ты и эта милая блондиночка, но первым я хочу убить тебя. Интересно, как дальше будет играть девушка. Кристина отразила такой самодовольный комментарий, без лишних стеснений демонстрируя противному мужчине аккуратный маникюр на среднем пальце, поджав яркие губы. — Разумеется, я проголосую за Куросаву, — указал на мужчину Кан. — Вы же понимаете, что несете бред? А вот Сон и Мори также назвали фамилию Хидеки. Кирия понимала одно — Мори однозначно не играет. Он уже второе голосование ждал, пока выбор сделают остальные, чтобы присоединится к стаду. Сейчас Мори показал на Кана, потому что его голос был решающим в ничье. Он просто не хотел, чтобы из-за него умирали. Сон же вызывал вопросы. Сэкера пыталась одернуть себя от того, что ему наверняка не больше шестнадцати, пыталась внушить себе, что не нужно смотреть на такие факторы, как возраст. Увы — эта больная тема с младшим братом не отпускала ее. Сейчас, когда девушка в третий раз сняла с себя маску, она была уверена — кто бы из троих парней ни был сообщником Куросавы, выбор мафий упадет на Кана. Сэкера надеялась, что и сам Хидеки это понял, поэтому, полагаясь лишь на глухую мысль об интеллектуальных навыках парня, указала на него. «Доктор выехал по адресу» — такой вердикт огласил планшет. Кирия, поймав на себе взгляды двух девушек, приподняла уголок губ. — У вас на меня зуб, — усмехнулся Кан, переводя взгляд с Куросавы на Хага. — А у любовницы и врача отличное чувство ритма. Несмотря на то, что ты меня ненавидишь, Хага, я вновь голосую против Куросавы. За ним руки подняли Нана, Сэкера и Кристина. Мори медленно махнул рукой следом. Мужчина в костюме и Акайо по накатанной указали на Кана, а вот Сон колебался. — Мой голос ничего не решает но… Мне кажется, мафия — это Куросава-сан, — пробормотал он, не отрывая глаз от стола. Куросава хотел было возразить общепринятому решению, когда плашмя упал в воду под стулом, начиная дергаться в конвульсиях. «Одна мафия покинула игру». — А о мафиях, значит, сообщают, — улыбнулся Кан. — Любопытно. «Город засыпает. Просыпается мафия». Уже привычно Кирия открыла глаза следующая. Какого же было ее удивление, когда она обнаружила, что Кимура, одной рукой имитируя пистолет, указывает на Хага, а Кристина сделала «рогатку» из указательного и среднего пальца, разводя их на рядом сидящих Сона и Мори. Значит, обе предполагали разных убийц. Сэкера задумалась. Думать о том, что Хага мафия, было нецелесообразно — раз блондинка указывала в направлении двух других парней, значит не проверила она лишь их. Кирия указала на Мори во втором раунде, и если бы он был мафией, то его жертва не умерла бы, так как он провел ночь с любовницей. Однако данное правило действовало лишь тогда, когда мафия в городе осталась без сообщника. Теперь ей предстояло выбрать, кого защитить. Смотреть в сторону Хага она также не собиралась — какой смысл, если он уверен в мафиях Кристине и Хидеки, и дальше в поиске не поможет? Кто же мафия…? Мори или Сон…? Выбирать нужно было из трех, в ком она была уверена. А что если сделать иначе? Девушка шустро махнула рукой в выбранную сторону, закрывая лицо маской и ожидая дальнейших ходов других игроков. «Сегодня ни один житель не умер, потому что последняя мафия провела ночь с любовницей». — Чего?! — удивился Кан, оглядывая девушек. — Пришло время вскрывать карты, — улыбнулась Сэкера. — Я подумала, что если мафия осталась одна, то попади она в объятия любовницы, не сможет совершить убийство. Стоило рискнуть, чтобы вычислить мафию. — Нет… — покачал головой Сон. — Ты ведь не…? — Нашей ошибкой было то, что мы берегли его, потому что он ребенок, — обратилась Сэкера к Громовой. Та с неприкрытым разочарованием и сожалением смотрела на мафию. После Кирия обернулась на Сона. — Ты ведь указал на Кристину, да? Узнал, что она комиссар. Понял, что Кан — доктор, я — любовница, а кто-то из этих троих — студент. Даже стал топить сообщника, лишь бы не вызывать подозрений. Мне действительно стоило рискнуть, чтобы вычислить тебя. — Ты хорошо играл роль неприметного боязливого паренька, — ухмыльнулась Кимура. — Я была уверена, что мафия — Хага. — Мне жаль, Сон, — сказала Сэкера в момент, когда подросток полетел в воду. Таковы червы, что ж поделать?