Ангел. Кладбище. Дождь.

Вода и плохие дороги - две несовместимые вещи. Машины едва выбираются за пределы ям, луж и грязи на нормальную дорогу; после такой поездки им поможет только автомойка.

Быстрым шагом Ангелина шла впереди Максима, не скрывая своей довольной улыбки от происходящего. Внутри ее сердца грелась маленькая частичка надежды на то, что они сумеют закопать топор войны и больше не будут поднимать причины этого конфликта.

Несмотря на свои слова, от которых самой было тошно, вспоминая те времена, она осознала свою неправоту, опустив многие моменты, Ангелина призналась себе в том, что любила и любит этого идиота, сколько бы он не накосячил. Задумавшись, Геля случайно подскользнулась на ровном месте, падая на бедро и ударяясь рукой о калитку чьей-то могилы. Вскрикнув от резкой боли, Изосимова сама того не понимая пустила слезу. Грязь была не так видна на чёрной одежде, но к сожалению, такое фиаско не отстирается обычным порошком при высыхании. – Сука, – Ругнулась колдовка в попытке встать, снова приземлившись на пятую точку.

***

Максим успел отстать от своей спутницы из-за внутренних переживаний и мыслей, что крутились как заеденная пластинка в голове, но услышав вскрик, тот подорвался и побежал на встречу. Издалека ему виднелась упавшая, вся в грязи, промокшая Изосимова. – Гель, ебаный в рот, что случилось? – Страх, что травма могла оказаться довольно серьёзной нахлынула волной на мужчину. Обеспокоенно он смотрел в глаза возлюбленной, что были на мокром месте. Потекшие стрелки, промокшие, растрепанные волосы, мокрая из-за стекавших по ней капель дождя шея. Даже в таком состоянии, с таким внешним видом, она оставалась для него идеалом. Засмотревшись в потемневшие омуты, колдун молча подхватил Гелю сзади под плечи и помог встать, чуть задерживая свои руки на мокром теле. Сам он был не хуже: увязанные штаны, насквозь мокрая одежда, которая неприятно прилипала к телу, но рядом с ней он не чувствовал всех тех неудобств, доставленных погодным сюрпризом. – Всё в порядке. – Давай помогу, – Подставил он локоть, – Пойдем, пойдем, застынешь сейчас вся, скоро съемки, этого не хватало еще. Бедро невыносимо болело и давало знаки, что там будет не просто синяк, а уж точно целая гематома. Чуть шагнув к Левину, она взяла его под руку. Так, уже довольно медленным шагом, ибо терять было нечего, так как одежда и так была пропитана водой, которая лилась как из ведра, они дошли до машины. – Спасибо, – Тихонько сказала колдовка, когда мужчина помогал ей забраться на ступеньки авто. Сев на место водителя, Левин едва выбрался из-за ям, что встречались около входа в кладбище чаще, чем сами могилы. – Ну и выбрали местечко, – Метался Макс ругательствами и всем, что только можно. Справа раздалось тихое сопение, и повисла тишина. Уже спокойно ведя машину, он кинул взгляд на ангела, сидящего рядом. Расслабленное лицо, спокойное дыхание - она уснула. Улыбнувшись, он так и ехал, в сопровождении посапывания и стука капель дождя о стекло автомобиля.

***

Приехав к своему отелю, он припарковался. Дождь не унимался, а Геля все так же мирно спала, опершись на стекло. Чуть подумав о последствиях, он провел рукой по ее щеке и аккуратно позвал. – Ангел, нужно вставать, мы приехали. Вздрогнув от прикосновения теплой руки к холодной коже, она отпрянула. Глаза потихоньку открылись. – Это же не мой отель? – С вопросом, но без грамма злости произнесла она. – Не твой, но я надеюсь, ты не против, если придется переночевать у меня сегодня? – Нет, не против. Попытавшись встать, с кресла у нее это не получилось, на что Максим спокойно подошел и подхватил Ангелу на руки. – Ты совсем охренел? А ну поставь меня обратно. Живо, – Злобно чиканила слова Геля, будто метала дротики. – Не психуй, Гель, не психуй, – С улыбкой шел тот, неся ее на руках ко входу в отель.