Величие дракона

      Блум получила новую силу — Блумикс, — после чего почувствовала невероятную силу, словно она сама стала великим Огненным драконом. Первое время богиня Дракон жила в храме Паймон в Селестии, но вскоре Паймон помогла богине переселиться в королевский дворец на Домино. Было даже непонятно, что двигало ангелочка на такую помощь — желание помочь Блум приобрести определённый авторитет или стремление сбагрить из своего храма ту, кто мог затмить это маленькое существо?       Тем не менее, богиня Дракон с радостью стала обустраиваться на мёртвой планете. Конечно, обитать среди льдов ей не очень хотелось, но новых сил хватило на то, чтобы растопить здешний лёд и превратить вечную зиму на этой планете в вечное лето. Жителей Домино это к жизни не вернуло, но, может, оно и к лучшему — в конце концов, вряд ли семья Блум оценила бы её наглый самозахват королевского дворца.       Остальные же из Винкс вместе с Усаги остались жить в храме Паймон. И если бедную Усаги ангелочек сделала своим администратором, то Винкс постигла участь жить в так называемой комнате нимф, где сидели девушки с именными ошейниками на шеях. Сначала, когда на фей просто надели их именные ошейники, они думали, что теперь им впятером придётся сидеть в плену и молча ждать, когда же их подруге перестанет срывать крышу и она придёт спасать их. Но когда Тоффи, воскресший когда-то благодаря Паймон, стал с полной серьёзностью объяснять девушкам, что заниматься сексом с другими девушками категорически запрещено, а так же что им как новичкам придётся пройти некоторые курсы от профессора Люмин, феи поняли, что они впятером крепко влипли.       Жизнь начинающих нимф долго ждать со своими ужасами не стала. В первый же вечер девушек пришла осматривать Паймон, которая облетала каждую из них и приговаривала:       — Какой прекрасный экземпляр… На такой куколке можно много заработать.       Феям это всё не нравилось. Однако, начало настоящего треша было положено тогда, когда после всего своего осмотра Паймон подлетела к Тоффи и громко сказала:       — Значит так. Девочки хорошо выглядят, крепкость тел есть, кричать вроде умеют. Всех на депиляцию!       Ангелочек довольно улетела. Тоффи же отдал своим подчинённым приказ, после которого фей взяли под руки и повели на процедуры красоты. Кабинет для депиляции оказался первым местом, где с девушек стянули абсолютно всю одежду. Дольше всего это делали со Стеллой, потому что девушка пыталась бить держащее её существо руками, ногами и зубами.       — Пусти, сука! Ты не Брендон, ты не имеешь права так поступать!       Но с феи всё равно стянули всю одежду. После чего её решили положить на процедуру первой. От волос на большей части тела её избавили быстро. Оставалась только зона бикини, при виде которой неожиданно прозвучал вопрос:       — Скажите, пожалуйста, а насколько активную половую жизнь вы ведёте?       Стелла, услышав этот вопрос, громко закричала:       — ЧЕГО?! ПРАВА НЕ ИМЕЕТЕ, ИЗВРАЩЕНЦЫ!       Другие феи тоже кричали, но от боли во время вырывания волос. Так, Музе и Текне было больнее всего, когда по их ногам проходились воском, а по состоянию зоны бикини у Флоры и Лейлы сразу было заметно, что выходить замуж девушки планировали нескоро. Впрочем, кому какое дело было до их парней, когда Стеллу на фоне остальных выделяли в очень даже хорошем ключе…       После депиляции девушек отправили на взвешивание и на замер форм тела. В очередной раз Стеллу отметили лучшей среди остальных, хотя такая слава фее нравилась меньше всего. На Лейле же возник вопрос, стоит ли её вообще оставлять, раз у неё не слишком женственное телосложение. На что Паймон сказала:       — Да оставляй, чё ты колеблешься? Меня там как раз пара богачей спрашивали, есть ли у нас какая-нибудь экзотика в виде представителей третьего пола.       Лейла в этот момент рассердилась.       — Экзотика? Слышь, мелкая, я девушка и у меня есть парень. И я…       Паймон с надменностью перебила её:       — И ты попала ко мне, всё верно. Что касаемо парня — да, согласна, макаки для богатых геев у меня как раз и нет. Спасибо, что подсказала это.       Лейла зарычала. Тем временем очередь дошла до Флоры. Когда её стали измерять, она начала нашёптывать слова «Спасите, помогите», пока её беспощадно лапали. В какой-то момент Текна не вынесла того, как издеваются над её подругой, поэтому начала злиться:       — Да хватит уже! Вы не понимаете, ей больно. Когда вы прекратите издеваться над нами как над рабами?       В этот момент Паймон хищно улыбнулась.       — А вы думали, кто вы здесь? Гости на курорте? Милая, вы находитесь здесь потому что вы подходите на должность нимф, что будут дарить любовь и тепло моим клиентам. Тем более, что Блум мне уже рассказывала, что вы школу-то окончили, а вот домой ещё не возвращались. Так что никому вы сейчас не нужны, кроме меня.       Муза в качестве протеста сказала:       — А вот и неправда! Мы нужны Блум! И она придёт к нам, вот увидишь.       Молчание. Паймон медленно захлопала. Феи удивлённо посмотрели на неё.       — Ты что, не веришь нам, что ли?       — Я? Конечно нет. Вы чё там себе понапридумывали? Я сделала Блум богиней, она теперь возрождает своё божественное королевство. Чтоб вы понимали, Домино когда-то был центром Вселенной. Ну, правда, это пока Селестия не появилась. Так что куда вы хотите — на службу богине или на службу богине?       Стелла как самая бойкая и самая буйная ответила:       — Мы хотим мир, и мы добьёмся его. Магия Винкс — Энчантикс!       Но ничего не произошло. Это фею смутило.       — Эй! А где хотя бы световое пространство, где на тебе появляется одежда, пока танцуешь?       Паймон рассмеялась.       — Что? Тебе ещё и одежда нужна? Нет уж, привыкай — все мои нимфы без одежды ходят.       — Ч-чего?       Ангелочек дала команду — и девушек быстро схватили, после чего повели в комнату нимф. Там их бросили и заперли, оставив при этом без одежды. Стелла и Муза стали с криками стучаться в дверь.       — Эй, ау! Зачем вы нас тут заперли?       В ответ на этот вопрос девушки услышали чей-то тихий голос:       — Не бейтесь, они вас не выпустят. Вас сначала да, будут выпускать и отправлять к профессору Люмин. Но потом вас станут выпускать только тогда, когда вас закажут.       Феи посмотрели на тех, кто находился в этой комнате. Здесь были такие же молодые голые девушки, какими феи были сейчас. Подметив это, Лейла спросила:       — А… Почему вы все без одежды?       Одна из обитавших здесь девушек ответила:       — Нам её не хотят искать. Говорят, мол, лучше нас на месте оденут, причём в одежду, которую не жалко порвать в случае, если клиент того захочет. А так мы якобы находимся в гармонии с самим собой, то есть наше тело дышит, мы нормально воспринимаем его вид и всё это помогает раскрепощаться в постели и не чувствовать при этом никакого влечения к кому-либо ненужному.       Флора уже сидела вся красная.       — Простите, но зачем это всё? Я, просто я… Я думала, что сначала выйду замуж, а потом уже буду думать о таких вещах…       — Серьёзно? Ты что, девственница? Если да, то тогда готовься — твою девственность дорого продадут.       В этот момент Флора заплакала.       — Что? Я им что, расходный материал? Но я не хочу этого.       Ещё одна из здешних девушек сухо ответила:       — А придётся. Им нужна только твоя вагина, а если даже не она, то точно рот, руки и анус. Вот, например, вон там лежит та, кого заказывают в основном ради анального секса.       Феи посмотрели в сторону девушки, которая лежала и двигала взад-вперёд анальную пробку. Видя, с каким лицом она это делает, Лейла невольно спросила:       — Эм… Что она делает?       — Я же сказала — её заказывают ради анального секса. Там уже давно анус растянут так, что без пробки она будет часто накладывать.       — А двигать тогда её зачем?       — А, это… Так это она дрочит. Без этого секс опять может стать болезненным.       — Ого. Но ведь тот ящер говорил, что нельзя такими вещами здесь заниматься.       Услышав это, находящиеся здесь девушки засмеялись. Вскоре одна из них сказала:       — Так это запрещено чисто чтобы мы друг к другу сильно не привязывались. А так им на это плевать, ровно как и на наше психологическое состояние.       Та, что лежала и двигала в себе пробку, тихо пролепетала:       — Да, чисто помогать друг другу не сойти с ума можно. Кстати, если кого будут заказывать на анальный секс, то пробку можно брать — она тут одна на всех.       Феи скривились. Тем не менее, им уже становилось всё равно на то, что они без одежды и что их такими видит целая куча девушек. Лейлу больше напрягало то, что она здесь была единственная из темнокожих, Стеллу напрягало то, что здесь, оказывается, были девушки с грудью больше, чем у неё, принцессы Солярии. Флора же продолжала бояться того момента, когда её кто-то коснётся и лишит девственности.       На следующий день их, как и ожидалось, выпустили из комнаты нимф, но лишь для того, чтобы отвести на курсы ублажения от профессора Люмин. На занятии их обучала милая на вид девушка, которая разговаривала с ними как нежный ангел. Тем не менее, первые же её слова уже поражали.       — Приветствую, молодые богини любви. В ближайшие дни мы с вами научимся определённой базе, которая вам понадобится, когда вы уже будете дарить любовь своим будущим клиентам. Не переживайте, если вдруг что-то не будет получаться — некоторые навыки приходят со временем, и это нормально.       После этих слов феи были несколько в шоке. Первой спросить решила Текна:       — Извините, но… Исходя из ваших же слов про опыт, я же делаю правильный вывод, что вы когда-то тоже начинали как «нимфа»?       Профессор Люмин отвечала достаточно спокойно:       — Я не просто была нимфой. Я до сих пор являюсь самой первой нимфой у Паймон. Сейчас, конечно, я больше обучаю других, но иногда Паймон зовёт меня поработать за приличный гонорар, когда, к примеру, богачи заказывают у неё развлекательное сопровождение на свои собрания.       — А это вы про что?       Вместо ответа девушка закивала головой. Стелла, прямолинейная душа, не сдержалась и выпалила:       — Вас чё, на оргии вызывают?       Повисла неловкая тишина. Девушка улыбалась, феи скривились от отвращения. Наконец, Люмин продолжила:       — Ну, в принципе, для чего вас будут звать — это покажет время. Тем не менее, Паймон будет требовать с вас знание определённой базы. Это нужно, как минимум, для того, чтобы вы не сидели вот так вот, скукожившись, а могли совершенно спокойно взять и…       Тут же девушка взяла в руки фаллоимитатор и начала облизывать у него мошонку. Затем она так же спокойно поставила резиновый предмет на стол и стала смотреть на фей непроницаемым взглядом. Муза при виде всего этого еле выговорила:       — А вы… Сколько лет вы…       — Около 50 лет. В конце концов, я так долго искала брата, что когда я узнала о том, что он умер, у меня уже паспорт не спрашивали в барах. После чего, в принципе, какая-либо цель у наших с Паймон приключений исчезла, а Паймон понадобились деньги.       После такой истории Люмин было даже немного жалко. Однако, феи всё же стали внимать тому, чему их учили на этих курсах, и это несмотря на то, что на второй же день девушек стали учить тонкостям искусства минета. Для этого каждой выдали фаллоимитаторы, а затем заставили засунуть их себе в рот. В полный отказ не впадала одна Стелла, да и то фея явно не получала от этого удовольствие. Больше всего истерика возникла у Флоры: поначалу девушка пыталась представить, что это своеобразная часть её любимого, но когда она стала проталкивать фаллоимитатор почти что в горло, до неё всё же дошло, что это — бездушная резина, которую не волнует, что у девушки на душе, и в итоге Флора нервно вытащила игрушку, а затем стала кричать. Следом она упала головой на стол и начала бить стол кулаком.       — Я так не могу! Я женщина, а не проститутка!       Феи не могли спокойно на это смотреть. Муза, и сама смотревшая на свою игрушку с брезгливостью, подошла к подруге и стала тихо говорить:       — Фло, держись, пожалуйста. Я уверена, за нами скоро придут специалисты, и они…       Лейла тут же прервала её:       — Ага, как же. Они пока сообразят, где мы, нас всех уже на хую вертеть будут. В оргии прям, которую закажут у Паймон.

* * *

      Несколько дней спустя администратору Паймон позвонили. Усаги, которая и была администратором, нервно взяла трубку — всё-таки работа, где её постоянно дёргают, сказывалась на девушке, вплоть до того, что она временами забывала слова, а телефон чуть ли не падал из её дрожащих рук. Пытаясь говорить заученные фразы спокойным тоном, девушка не сразу поняла, что у неё захотели узнать, поэтому тихо переспросила:       — Извините. Что вы хотите?       Пауза. Усаги успела нервно сглотнуть. Наконец, по ту сторону трубки ответили:       — Мы бы хотели, чтобы вы прислали нашему сыну красивую девочку, желательно, чтобы она была феей. Если у вас получится сделать так, чтобы наш сын остался в хорошем расположении духа, то мы вам хорошо заплатим за это. Но, как вы понимаете, оплата будет в самом конце.       Усаги еле смогла ответить:       — Эм, а… Извините, но для таких заказов, по нашим правилам, положена предоплата.       Голос в трубке вновь замолчал, прежде чем продолжить:       — Предоплата будет 10 процентов стоимости заказа. Остальное будем выяснять по факту того, как всё пройдёт.       — Ах, э… Хорошо. Сообщите, пожалуйста, время и место, куда должна прибыть девушка.       Получив информацию, Усаги, однако, вскоре побежала искать Паймон. Ангелочка она нашла в так называемом зале славы, где стояли многочисленные статуи с так называемой богиней Паймон. Среди фигурок, танцующих вокруг центральной статуи, то и дело летали фиксики, явно изучавшие, насколько же тонко выполнена эта работа из камня. Они заливали зал звонким смехом, но стоило им увидеть девушку с потрёпанными пучками на голове, как все они разом испугались и спрятались за маленькие фигурки. Паймон, наблюдавшая за маленькими светящимися тварями, посмотрела на девчонку, затем с укоризной сказала:       — Усаги, как так можно? Ты не выглядишь столь презентабельно, сколь ожидается от моего администратора. Что с тобой случилось?       Усаги взволнованно затараторила:       — Мисс Паймон, мне…       — Кхм. Я не мисс, я госпожа.       — Простите. Госпожа Паймон, мне позвонили с Эраклиона, попросили красивую девушку, желательно фею, для чьего-то сына. По предоплате согласились только на 10 процентов, всё остальное, как они сказали, будет выплачиваться только после того, как всё пройдёт хорошо.       Паймон несколько задумалась.       — Хм. Значит, заплатят в десять раз больше… А сколько они щас заплатят?       Усаги показала, что и сколько будет стоить с учётом того, что по факту можно будет выручить в несколько раз больше. Наконец, Паймон радостно объявила:       — Отлично! Значим, возьмём самую красивую фею и отправим её туда.       Феи в это время находились вместе с людьми Тоффи в храме нимфы Дафны на озере Рокалуччи, который строился по указаниям Блум, когда Винкс победили Валтора, который, в свою очередь, несколько порушил храм нимф в Магиксе, пока воровал заклинания. Подруги Блум могли бы представить, как они здесь однажды окажутся, как угодно… Но явно не так, что они окажутся здесь буквально собачками в ошейниках и на поводках, а так же с наручниками сзади на руках. Их всех здесь посадили перед небольшим бассейном с водой из озера, после чего вскоре к каждой из них начало подлетать маленькое синее существо с какой-то чашей в руках. У этого существа сверкали и глаза, и нож в руке. Текна, к которой он и подлетел к самой первой, тихо спросила:       — Кто ты и что тебе надо?       Существо доброжелательно ответило:       — Меня зовут Нолик. Я здесь, чтобы помочь богине Дракон приобрести больше магии.       — Ты помогаешь не тем, кому надо, Нолик…       — Разве? Не знаю, Дим Димыч мне ничего про это не говорил.       Нолик подлетел так, чтобы чаша оказалась прямо возле рта девушки. Он в итоге сделал так, что ей волей-неволей пришлось отпить немного воды оттуда, после чего у феи несколько помутнело в глазах. Когда синий чертёныш заметил это, он подлетел с этой же чашей к шее девушки и, прежде чем начать орудовать ножом, дружелюбно произнёс:       — Не переживайте. Говорят, что момент, когда люди впервые соединяются друг с другом, больнее.       Наконец, он сделал порез на шее Текны. Оттуда вытекло немного крови, затем то, что вытекло, попало в чашу. Наконец, в чаше образовалась небольшая сиреневая сфера, глядя на которую, Нолик произнёс:       — Всё, как говорила Блум. Дар силы разума…       Это услышала Стелла, которая тут же начала возмущаться:       — Эй! Ты что, воруешь у нас что-то, да?       Существо повернулось к фее, а затем с дружелюбной улыбкой ответило:       — Я не ворую, я всего лишь собираю дары богине. От феи технологий, например, ей нужен дар силы разума, от вас, фея солнца — дар силы оптимизма, от феи природы — дар силы доброты, от феи волн — дар силы духа, от феи музыки — дар силы чувственности. И эти дары меня послали забрать.       Как дальше и ожидалось, аналогичным путём Нолик получил от Стеллы жёлтую сферу, от Флоры — розовую, от Музы — красную, от Лейлы — зелёную. Все пять сфер Нолик унёс с собой. Следом после этого опустошённых фей повели обратно, ведь их ещё предстояло вернуть в комнату нимф, а одну из них подготовить на предстоящий заказ.       И пока феи сидели вместе с другими нимфами и просто ждали своей участи, сферы с так называемыми дарами тем временем доставили на Домино. Там богиня Дракон уже ждала дары возле небольшого столпа, на котором стоял Грааль. Когда богиня увидела пять разноцветных сфер, на её лице появилось нескрываемое удовольствие.       — Наконец-то. Моя сила Блумикса теперь станет больше.       Она брала каждую сферу в руки, а затем клала её в Грааль. При этом она чувствовала, как волшебная чаша наполняет её новой энергией. Когда богиня Дракон закончила свою странную церемонию поклонения собственной шизофрении, она отошла от этого столпа, окружённого небольшим каналом с водой, в котором находились лотосы с горящими в них свечами. Затем молодая королева Домино вернулась на трон, возле которого сидела и скучала Звёздочка. Блондинка, наконец, решила поинтересоваться:       — Блум. А со скольки фей ты уже собрала дары?       Блум несколько впала в ступор. Она вспоминала, сколько уже даров она поглотила с помощью Грааля, пока, наконец, не сказала:       — Эм… Ну, наверное, с половины Алфеи так точно.       — Ух ты. То есть, ты теперь сильнее, чем любая фея Энчантикса?       — Любая? Не, ну…       Несколько подумав, Блум продолжила с ухмылкой:       — А хотя да, пожалуй, да, любая. Та же Фарагонда осталась на уровне Энчантикса, а я вот прыгнула выше. И раз я единственная фея, которая поднялась выше Энчантикса, то я явно должна быть по статусу выше, чем даже такие, как Фарагонда.       — Так ты уже провозгласила себя богиней. Как ты станешь выше статуса богини?       — А мне и не надо быть выше этого статуса. Просто сейчас я богиня лишь для Домино. Увы, но эти тупые твари по-прежнему не хотят признавать Домино истинным центром Вселенной, а потому никто сейчас не будет готов признать, наконец, что я богиня для всей Вселенной.       У Звёздочки возникло некое недопонимание.       — Тупые твари, говоришь? Но ведь ты сама превратила тех же Винкс в идиоток, разве не так?       — В идиоток? Ты думаешь, навсегда, что ли?       — А разве мозги могут отрасти обратно?       Пауза. Несколько подумав, Блум, наконец, ответила:       — Мозги, может, и не могут. Но я верю в то, что Винкс — сильные феи. Вот удивишь, восстановятся — и можно будет взять у них дары по новой.       Сами Винкс в это время сидели в комнате нимф, в которой сидели все «нимфы» Паймон. Флора снова плакала из-за того, что её, ни разу не тронутую, мог растлить какой-то извращенец. Уже даже слух пошёл о том, что Паймон ищет того, кто заплатит как можно больше за возможность дефлорировать фею природы. Для самой Флоры это будто был смертный приговор.       Тем временем где-то в углу столь просторной темницы сидели Лейла и ещё две девушки, одна напротив феи, вторая сбоку. Лейла была несколько напряжена.       — Эм… Вы так уверены в том, что кого-то из нас могут заказать женщины?       Девушка, сидевшая напротив, ответила:       — Конечно. Всякое бывает. Одна богатая дама смогла выкупить девочку, которую почти не заказывали, но при этом которая нравилась ей. А девочка эта была похожа на совершенно обычную девочку, с которой всё понятно. Не то, что такие, как мы…       — Мы? А с нами что? О чём ты вообще?       — Я о том, что в глазах любителей покупать тела мы выглядим как не совсем женщины. Да, биологически мы женщины. Но эй, посмотри на себя. Подкачанная, темнокожая… Конкретно ты тут вообще такая экзотика, за которую будут сраться не только мужчины.       Дальше эта девушка раздвинула ноги и заговорила более томно.       — Но ты учти, что для того, чтобы за тебя бились женщины, тебе предстоит натренировать язык.       Та, что сидела сбоку относительно них обеих, дополнила:       — Поверь мне, лучше ты будешь лизать богатым дамам, нежели богатые мужики будут иметь тебя в зад. Ты хотя бы срать нормально будешь.       Пауза. Лейла глупо похлопала глазами.       — Не, ну… Срать мне сейчас особо нечем, но в целом аргумент.       Фея, наконец, решилась склонить голову туда, куда никогда бы и не подумала это делать. Та, что приняла это, раздвинула ноги чуть шире и оперлась стопами в пол, затем запрокинула голову назад, чтобы легче было сдерживать стоны. Вторая же девушка буквально прошептала:       — Да не бойся, мы тут приноровились к условиям.       Это было не по любви, поэтому отключить голову толком не удавалось. Фея стала осторожно касаться языком половых губ, не особо при этом зная, куда надо двигаться. Отвращение вскоре сменилось интересом, язык стал сильнее контактировать, еле заметные прикосновения, наконец, стали смелыми и вполне себе ощутимыми. Подвигавшись так немного, фея всё же решила исследовать языком глубину этой девушки, тем более что губы, казалось, сами давали зелёный свет на это.       Девушка же в самом начале ничего примечательного не чувствовала — ей даже казалось, что она почти и не почувствует ничего. Но когда контакт стал уже более глубоким, то её дыхание стало учащённым. Она даже в моменте взяла за руку девушку, которая сидела рядом с этими двумя, и стала её сжимать. Боясь, что сейчас могут издаться стоны из первой девушки, вторая стала целовать её.       В итоге это привело к тому, что фею даже немного сжали ногами. Когда это произошло, у неё во рту оказалось нечто жидковатое, из-за чего когда всё закончилось, то Лейла медленно вернулась в положение сидя, при этом устало прикрыв глаза и высунув язык. При виде её слегка недовольного лица первая девушка, как ни странно, устало пролепетала:       — Где ты была раньше…       Наконец, она упала на спину. Лейла, до этого чувствуя лёгкую усталость, теперь почувствовала некий прилив сил. Ошейник на её шее стал блестеть, а за спиной на мгновение появились очертания голубых крылышек. Всё это вскоре исчезло, однако, кто-то из девушек, кто увидел это, с удивлением произнесла:       — Ух ты. Что это? Новое превращение?       — Превращение? Но я же…       Фея осмотрела себя — кроме ошейника, больше ничего на ней не было. Девушка разочарованно выдохнула, ведь получается, что такой же волшебницей, как прежде, она не стала и наверняка не станет. То, что фея была по-прежнему голая и без крыльев, заметила так же Стелла, у которой неожиданно для неё самой вырвалось:       — Ого, вот это превращение. А что это, Путаникс?       Флора, Муза и Текна разом выпалили:       — Стелла!       Блондинка скуксилась.       — Не, ну а что я такого сказала? Никакого нового модного наряда я на Лейле не вижу, поэтому я и не понимаю, как её превращение называется.       Муза стала злиться.       — Ты совсем тупая? Причём тут наряд?       — Хей, я не тупая! Просто во время превращений вокруг нас появляется световое пространство, где у нас появляются одежда и крылья. Ни того, ни другого, ни третьего, извини меня, нет. А ты, Муза, будь добра, успокойся.       — Успокойся? Ты чё Ривена копируешь, овца?       — Сама овца! Раз такая умная, тогда расколдуй вот эту дверь, или хотя бы замок у неё выломай!       Флора, прижав голову к коленям, заныла:       — Прекратите ссориться, прошу вас. Мы всё равно отсюда так просто не выберемся…       Однако, вскоре, словно по закону подлости, дверь открылась, и в помещение вошли двое грозных охранников, которые подошли к Стелле и начали уводить её куда-то. Блондинка, не ожидавшая такой поворот событий, начала кричать:       — Э, стойте! Что я вам такого сделала?       — Вас хотят видеть.       Стеллу в итоге увели. Остальные Винкс остались сидеть в неведении, ведь теперь было непонятно, что могут сделать с их подругой.       Да и сама Стелла не понимала, почему её увели — из-за разгорающейся ссоры или потому что кому-то она стала неугодна? Девушка с кислым лицом ждала, когда же её дотащат словно маленького котёнка к какашкам в тапках. Наконец, её принесли и поставили лицом прямо перед Паймон, ангелочком с недоброй ухмылкой.       — Так-так-так, кто это у нас тут… А-а, королева красоты! Очень рада видеть тебя живой.       Стелла плюнула Паймон в лицо.       — А я как рада тебя видеть, мерзавка.       — Кто бы про мерзавок говорил. Значит так, сейчас мы тебя собираем, Люмин тебе объяснит, что от тебя требуется, и мы тебя отправляем навстречу с твоим первым клиентом.       Услышав последнее, Стелла стала закипать от гнева.       — Ч-чего? Я тебе что, реально шлюха какая-то?       Пауза. Паймон несколько задумалась.       — Хм… Ну вообще да. Зато какая. Элитная. Ну, это если ты не опозоришь меня, а то, знаешь ли, мне платят столько денег, что ХА-ХА-ХА — свой зал с моими статуями я отстроила на деньги с одной лишь Солярии. А, кстати, напомни, где ты являешься принцессой?       Фея зарычала. Но пока её держали два амбала, ангелочек сказала тише:       — Вернее, являлась. Сейчас же я не удивлюсь, если тебя однажды закажет сам король Солярии, и тогда… Ух, вот это я, конечно, денег срублю. Особенно на том, чтобы этот инцидент в новость не превратился.       Стелла в итоге заплакала. Ей итак было больно от того, что родители живут в разводе. А тут ещё летающая мерзавка грозилась сделать новостью то, что солярийский король, оказывается, вызывает проституток. Пока девушка грустила из-за этого, её тем временем отвели туда, где дальше фее сделали макияж с причёской и подобрали красное платье, напомнившее в итоге ей о том самом платье, которое украла Химера. Получив некоторые наставления от Люмин, девушка вскоре отправилась на место встречи.       Её привели в отель, явно сделанный для отдыха вип-персон, ибо к ней отнеслись как-то слишком радушно для девушки, похожей на эскортницу. Более того, её любезно сопроводили до номера, в который ей открыли и придерживали дверь. И когда эта дверь закрылась, девушка оказалась в достаточно тёмном номере, в котором под покровом ночи ничего не было видно. Стелла, лишённая магии света, недовольно произнесла:       — Эй. Можно хоть свет включить?       Неожиданно ей ответил какой-то знакомый голос:       — Ты уверена, что хочешь разрушать эту атмосферу?       Кажется, фея и забыла, как разговаривает её любимый парень. Этот голос показался ей знакомым, словно это был Брендон, а не какой-то богатенький одиночка, которому скучно. Из-за такого ощущения девушка даже невольно спросила:       — Что? Это ради того, чтобы удивить меня?       Голос, звучавший в другом конце комнаты, ответил не сразу.       — Эм… Можно и так сказать.       — У-у… Может, тут ещё где-то цветы находятся?       — Нет, извини, не подумал как-то.       — Хм, а ты загадочный.       Разувшись, фея стала медленно подходить туда, откуда звучал голос. Когда она дошла до, как оказалось, кровати в этом номере, тот, кого она не видела, взял её за руку и медленно потянул к себе. Девушка невольно понимала, что деваться ей некуда, поэтому от безысходности не сопротивлялась. Она не видела, к кому пришла, но как-то ей всё же удалось понять, что коленями на кровать она встала, поставив ноги по бокам ног этого мужчины, а не куда-то на его торс либо чтобы одна из ног упёрлась в его ноги. Затем она присела, после чего буквально через пару секунд руки мужчины оказались на её спине. Правда, там и остались, ибо у него не получалось расстегнуть платье. Причём настолько долго, что Стелла перестала сдерживаться и нервно бросила:       — Блять, ты точно девственник.       По итогу девушка расстегнула платье сама. Затем платье еле сняли через голову. После этого, наконец, оголённые тела обоих стали прижиматься друг к другу, и сам процесс начался без особых сложностей, даже несмотря на то, что Стелле пришлось немного поправить орган клиента дабы он вошёл в правильное место. Периодические поцелуи рот в рот пошли более гладко, и это даже немного помогало как-то войти в ритм, несмотря на то, что это всё было не по любви. Однако, появлялись какие-то ощущения, от которых хотелось закрыть глаза, почувствовать, что ты находишься в потоке жизни…       Кажется, это и был ключ к тому, чтобы предотвратить нервный срыв — ощущение потока жизни. Энергии космоса. В конце концов, того, что ты лишь маленькая частица всей Вселенной. Это несколько успокаивало, настолько, что от нахлынувших ощущений Стелла не заметила, что позади неё появился тусклый свет в виде жёлтых очертаний крыльев. Полноценных крыльев, может, и не было, но этот контур светился ярче маленького ночника. Из-за этого вскоре в комнату из соседней комнаты пришёл некто, спешно бросивший:       — Скай, у тебя всё в порядке?       От услышанного имени Стелла распахнула глаза.       — Скай?!       Удивлённая фея пересеклась взглядом с таким же удивлённым блондином, который был прямо под ней. Оба в итоге испугались, Стелла с криком отпрыгнула в сторону, упав тем самым с кровати. Скай же, прячась под одеялом, тихо сказал:       — Прости, я думал, ты Блум…       Стелла, закрывая грудь одной рукой и промежность другой, ошарашенно глядела то на принца, то на его охранника. Разглядев в охраннике Брендона, фея злобно прокричала:       — И поэтому позвал Брендона смотреть, как ты трахаешь Блум?!       Брендон бросил свой меч, после чего подбежал к Стелле.       — Стелла, а ты сама как тут оказалась? Меня-то король Эраклиона заставил тут присутствовать, а ты здесь как…       Когда он оказался рядом, Стелла со слезами уткнулась ему в грудь и стала плакать уже навзрыд.       — Брендон, прости. Меня украли к летающей мерзавке, которая заставила меня отправиться сюда. Правда, я не хотела…       Скай в какой-то момент решил высунуться с тихим:       — Извини, я тоже не хотел этого. Это мои родители решили всё это организовать.       Брендон со Стеллой злобно покосились на принца, после чего принцу захотелось вновь спрятаться под одеялом. Брендон, обнимая Стеллу, сухо бросил:       — Да ты вообще еблан. Нет бы родакам сказать, что ты не хочешь этого. Как я теперь общаться с тобой буду?       Молчание. Пока Стелла продолжала плакать Брендону в одежду, Скай, несколько подумав, сказал:       — Чувствую, в живых вы меня не оставите.