Воспоминания 3. Прихоть.

      — Ну вот! Прогресс всего за неделю, а ты говорил, что бесполезное это занятие, — довольно сказал ■■ ■■■, глядя, как Джин меняет форму пламени. Прошло довольно много времени с момента их первой встречи, возможно даже около месяца, и около трёх недель с момента, как тот начал обучать его и Энью использовать ману несколько иначе.       — Я уже признал, что ошибался. Долго ещё будешь причитать? — недовольно спросил брюнет и попытался швырнуть в жреца сферу воды, преобразовав в неё сферу огня, но огонь лишь на половину стал водой и половины подавили друг друга: вода испарилась, а огонь потух. Он цыкнул на это и начал менять уже сферы огня вокруг него на воду. На этот раз у него получилось.       — Ничего, ты ещё научишься моментально менять атрибут заклинания, — ехидно улыбнулся сероглазый, подошёл к нему и легонько похлопал по плечу. "Жалости мне его ещё не хватало", - подумал Ранкандел. — Это не жалость, я просто издеваюсь, — ехидно прищурился он. "Так и знал".       — Хватит мои мысли читать, — скривился парень.       — А я и не читал, это по глазам твоим понятно, — хихикнул ■■ ■■■. — Тебя, знаешь ли, легко читать. По крайней мере мне, у меня сестрёнка такая же, я научился таких личностей по глазам читать.       — Каких "таких"?       — Ну, менее выразительных. У меня матушка и братец эмоциональные, особенно брат, отец, как говорила мама, тоже был менее выразительным в плане чувств в молодости, а сестрица в принципе стесняется выражать яркие эмоции, а когда я был помладше вовсе всегда казалась холодной, но со временем я стал замечать мелочи, выдающие её чувства, а потом и вовсе научился читать её по глазам и мелким деталям. Так что я теперь быстро замечаю у прохладных людей детали, которые с головой выдают их эмоциональное состояние. К тому же, некоторые мои другие родственники скрываются за какой-то маской, например дедушка, отец мамы, всегда кажется улыбчивым, а его брат-близнец всегда безэмоциональным, хотя последний невероятно любвеобильный и иногда чересчур заботливый. Я бы сказал что он частенько переопекает всех вокруг, даже собственных близнецов. Так, замечая мелочи, я сразу замечаю изменения в его эмоциях. Конечно, не так хорошо, как с сестрицей и дедушкой, потому что его я вижу реже, но всё-таки я научился читать совершенно безэмоциональных людей.       — У тебя, кажется, большая семья, — хмыкнул Джин.       — Очень! Братьев и сестёр родных у меня, конечно, не так много, как у тебя, но очень много дядюшек, тётушек и кузенов, ещё семь дедушек и бабушка, а ещё три прадедушки. Но мы все не кровные родственники, дедушка принял в семью матушку и теперь мы часть семьи. Думаю, можно сказать, что матушка приёмный ребёнок... Ну, как ребёнок, матушку уже во взрослом возрасте приняли в семью, но всё-таки.       — А что насчёт твоего отца?       — Отец у меня один единственный. Он свою семью потерял, его родной мир был уничтожен, — пожал плечами жрец. Брюнет вздрогнул и виновато опустил взгляд.       — Прости, мне не стоило...       — Нет-нет! Всё хорошо, папа уже отпустил это, всё-таки уже не одно тысячелетие прошло, папа говорил, что иногда он осознает, что не помнит лиц близких, которых потерял. Сказал, что особенно печально, что он не помнит уже лиц своих родителей, сестры, его названного брата, племянника, своей прошлой жены и сына. У нас, оказывается, был старший брат, который подвергся магии одного из наших дядюшек, старшего брата мамы, начал поглощать души, убил свою мать ради её сильной души, поглотил её и атаковал отца, но его убили высшие существа из иного измерения, которые были братьями предшественнику отца, который передал ему свою силу. На самом деле отец раньше был человеком, но получил силу высшего существа и так он стал ангелом смерти, а после и Воплощением Смерти. А матушка раньше была на подобии мисс Квикантел, но гораздо сильнее, также у матушки была часть сил высшего существа, да и молодым драконом она была тогда, сотня с четвертью или чуть больше. Матушка учила отца магии, как я тебя сейчас. Матушка скрывалась от своих старших братьев и судий, которые по ошибке хотели казнить матушку. Вернее, им соврали, а Низшие судьи, что ловят преступников-высших и казнят, были совсем неопытные, поэтому их так легко одурачили старшие братья матушки, которые хотели их руками избавиться от матушки, потому что до того, как матушка стала Уроборосом среди потомков дедушки, родного отца матушки, было в порядке вещей прямое убийство своих братьев и сестёр, но некоторые хотели извращённо избавиться от младших, как те старшие братья, из-за которых мир отца был уничтожен.       — Так это они уничтожили его мир?       — Нет, его мир просто был очень хрупок и практически там не было маны, из-за этого он не выдержал битвы между высшими и начал самоуничтожаться. Помнишь, что я говорил про ману и разлив реки при блокировке течения?       — Мир просто уничтожился из-за избытка маны, так как в нём с самого начала не было маны и он легко лопнул, — помрачнел Джин.       — Так всё и было. Этих старших братьев матушки казнили, так как по их вине был уничтожен целый мир. Из-за этого случая матушке пришлось участвовать в этой резне за престол, чтобы обезопасить нашу семью. Матушка так хотела защитить нас, тогда нас, конечно, ещё не было, но это было на будущее, и нашего отца, ведь в итоге его ввязали в эту борьбу за статус Уробороса, ведь нашего старшего брата использовали, чтобы через отца надавить на матушку, чтобы матушка как можно сильнее страдала. Дядюшки были крайне жестокими и ужасными, как рассказывали родители. Многие дядюшки в итоге стали частью немёртвой армии отца и один даже сопровождает меня.       — Нежить что ли?       — В некоторой степени. Они являются высшей нежитью, тени - души, поднятые с того света. И они прячутся в тенях, — как-то хитро улыбнулся ■■ ■■■, его тень вдруг увеличилась и из неё поднялась человеческая фигура, которая приняла вид мужчины с хвостом. Кожа его светилась голубым, как и глаза, хвост его был покрыт чёрной чешуёй, между чешуйками также было голубое сияние, вместо ушей плавники и чешуйки на шее и лице. Одеждой он напоминал моряка, капитана какого-нибудь судна. — Когда-то он был третьим по старшенству из братьев матушки. Его можно отнести к морским драконам.       — Он кажется гораздо сильнее Квикантел и Муракана...       — Ну ты сравнил, обычных драконов и Наследников Уробороса, — хихикнул жрец. — Естественно он будет сильнее ваших драконов, он ведь третий Наследник Уробороса! Был, по крайней мере. Отец рассказывал, что Наследников было множество, но самыми сильными были с первого по десятый. С первого по пятый могли даже влиять на мироздание! Их можно сравнить с вашими богами, но даже сильнее, ведь всем им было подвластно время. У матушки ушло много времени, чтобы стать сильнее первого по старшинству и занять место Уробороса. Матушке пришлось тяжело, ведь матушка не любит ненужные смерти. А вся эта резня за престол... Матушке очень помог отец, он поддерживал её во всём.       — Зачем ты мне всё это рассказываешь? — недоуменно спросил Джин. Они не так близки, чтобы тот так откровенничал и рассказывал о своей семье, они не друзья, у них отношения максимум учитель-ученик или просто хорошие знакомые, но не более, а тот так много рассказывает о себе и своей семье, что ему кажется это странным. Сероглазый ненадолго задумался, махнул рукой тени, после чего та скрылась обратно в его тени, сделал пару шагов вперёд и развернулся на пятках к нему боком.       — А для этого нужна веская причина? — с улыбкой спросил тот.       — Как минимум доверие. Ты мне настолько доверяешь? Что если разболтаю кому-нибудь?       — Пффф, ты не из болтливых. Да и зачем оно тебе или для чего кому-то эта информация? Тебе она, собственно, тоже ни к чему, я просто так, заболтался немного, да и расслабился просто. Если бы оно тебе было не нужно, ты мог бы спокойно просто пропустить мои слова мимо ушей, ты в любом случае заметишь, если я сменю тему, — с улыбкой сказал ■■ ■■■. "Резонно", - подумал брюнет. — Да и ты задаёшь вопросы, значит слушаешь, значит тебе это интересно.       — Не буду скрывать, да, любопытно, всё-таки ты и о других мирах рассказываешь. Мне действительно интересно послушать твои истории, к тому же мы месяц знакомы, тебе известно обо мне практически всё, а я о тебе почти ничего не знаю. Хоть я и не пойму, зачем ты учишь меня и Энью магии, но зачем, если это мне полезно и помогает становиться сильнее?..       — Это просто прихоть, — сказал жрец. — Когда я уйду, вы всё равно забудете обо всём, — пожал он плечами. — Наивысшие создали механизм, благодаря которому мир будет откатываться к моменту прихода высшего существа в мир, где у него была работа, так что когда я уйду, вы обо всём забудете.       — Погоди, что? — ошарашенно переспросил Ранкандел. — То есть, то, что ты сейчас делаешь с нами, абсолютно бессмысленно?       — В какой-то степени да, бессмысленно, — снова пожал плечами сероглазый. — Говорю же, это просто прихоть. И, наверное, желание выговориться. Всё-таки у меня нет друзей и у меня хорошие отношения только с моей семьёй, ведь нас все опасаются. Никто не хочет связываться с семьёй, на которых в любой момент могут напасть. Никто не хочет стать целью сектантов, которые постоянно нападают на членов нашей семьи, чтобы найти слабые места, ведь даже высшие хотят сохранить свою жизнь и безопасность.       — То есть, вы...       — Одиноки. Да, нам тяжело найти не только друзей, но и партнёра. На самом деле, многие партнёры у других членов нашей семьи когда-то жили среди людей и не догадывались о своём происхождении. Они считали себя людьми, пока не познакомились со своими нынешними партнёрами и с нашей семьёй. Так что, в некоторой степени мы чувствуем себя одинокими. Возможно, поэтому я решил тебя обучать. И, возможно, поэтому я рассказал тебе всё это, — с улыбкой сказал ■■ ■■■. И в его глазах он увидел такую боль, хоть тот и выглядел крайне весело. "Это всего лишь маска", - догадался Джин. Ему не нужна жалость. Ему просто нужен кто-то не из семьи, кто просто выслушает его и не станет жалеть. Ему просто нужен кто-то, с кем он мог бы поиграть так, как сейчас играет с ним. Ему просто нужен кто-то, хоть кто-то не из семьи, кто просто выслушает его. Сейчас он кажется даже более одиноким, чем сестрица Йона. И ему даже стало как-то жаль его. — Ну, ты продолжай, не буду больше отвлекать. Схожу-ка я ещё раз за теми пирожными, больно они мне понравились. Хочу ещё!       — Я схожу с тобой? — вдруг спросил брюнет. Тот удивлённо вытянул лицо. — За компанию. Просто немного проветриться, устал я уже возиться со всем этим, — хмыкнул он и развеял воду с огнём.       — Конечно можешь! Что за вопрос? — воодушевился жрец. Видно, что тот рад его компании. Заметно, как тому одиноко и как он рад такой небольшой вещи как "сходить в пекарню за компанию". И, на самом деле, его было чисто по человечески жалко, ведь довольно заметно, как ему одиноко на самом деле. Он похож на брошенного щенка, которого приласкали разок и тот готов пойти за приласкавшим его человеком.

***

      — А ты, я вижу, та ещё сладкоежка, — слегка посмеялся Джин, глядя, как ■■ ■■■ уплетает пирожное за обе щёки, измазавшись кремом.       — Да, ям... Люмлю сламкое, — жуя, сказал тот.       — Ты сначала прожуй, потом говори, — закатил глаза парень и вытер с кончика носа жреца крем. Тот заулыбался, продолжая жевать. "Как ребёнок, ей богу", - подумал он и усмехнулся. — Ты когда остальные пирожные есть собираешься? Они ведь завтра уже могут пропасть.       — А мы... Все вместе выпьем чаю с ними, — сказал сероглазый, доев пирожное, и облизался. — Вкусные пирожные. Потом ещё как-нибудь зайду.       — Ты всегда, когда берёшь эти пирожные, ты зовёшь нас вместе пить чай с ними. Почему не съешь всё сам? Ты же их так любишь, разве нет?       — А одному разве интересно такие вкусные пирожные есть? Лучше разделить их с кем-то, поесть их в приятной компании с чаем. Почему нет? — с улыбкой сказал он ■■ ■■■. "Видимо, сказывается его одиночество", - подумал брюнет, со вздохом кивнул и потрепал его по голове. Тот хихикнул и продолжил весело возвращаться с парнем обратно.

***

      — Ты серьёзно собираешься везде меня преследовать? — недовольно спросил Джин, видя, как ■■ ■■■ следует везде за ним хвостиком. Тот состроил ехидную моську и встопорщил свои звериные ушки.       — А то!       — Это ещё откуда? — недоуменно уставился на уши брюнет.       — Они всегда были, просто вы не замечаете, — ответил жрец и пригладил пушок в основаниях ушек. — Я всегда стараюсь прижимать их к голове, мне так комфортнее и я меньше привлекаю внимание, — сказал он, снова прижал уши к голове и спрятал их за волосами. И только сейчас парень понял, что уши эти действительно всегда были видны, просто под пушистыми волосами они не так заметны. "Дествительно, как брошенный щенок. Хотя, судя по ушам, котёнок?" - подумал Ранкандел и продолжил идти, всё ещё думая об ушах сероглазого. А тот и правда следовал за ним хвостиком, словно уличный щенок, которого разок приласкали. Ну, или котёнок.

***

      — Ты когда-нибудь ешь аккуратно? — недовольно проворчал Джин, вытирая крем с щеки ■■ ■■■ салфеткой. — С тобой возьни как с ребёнком.       — Я бы вытер как доел! — обиженно надулся тот и продолжил есть пирожные. — И не возись ты со мной как с ребёнком!       — Какие у них очаровательные отношения, — сказала Алиса, умиляясь взаимоотношениям парней. — Словно у молодого господина появился младший брат.       — Только этот "младший брат" старше всех присутствующих вместе взятых, — фыркнул Муракан. От его слов Кашемир поперхнулся чаем.       — Му-ра-кан, — по слогам процедил жрец, заметно натянуто улыбаясь. Джин несколько удивлённо уставился на него. Он, конечно, привык видеть у того натянутую улыбку, но чтобы настолько... — Как там говорят люди? Неприлично говорить о возрасте женщины?       — А ты - женщина? — недоверчиво спросил Ранкандел.       — Чисто технически у меня нет конкретного пола, — ответил сероглазый, заметно подостыв. — Но я отношусь к самкам. Если говорить грубым языком. Согласись, прими я женский облик, лишнее внимание было бы обеспечено. Особенно от всяких извращенцев, — поёжился он. Брюнету показалось, что у того волосы стали дыбом. "Совсем как собака. Или вздыбленный кот", - подумал Джин и слегка похлопал друга по голове, как бы пригладив его пушащиеся волосы.       — То есть, Вы?.. — неуверенно проговорил Кашемир.       — Технически пола у меня нет, так как я могу принимать любой облик. Но я отношусь к самкам, — пожал плечами ■■ ■■■. — Кстати! В некоторых мирах у людей есть вторичный пол и в этих мирах у пары мужчин может появиться родной ребёнок, — сказал он, ехидно глядя то на Кашемира, то на Джина. Мужчина побледнел то ли от шока, то ли от отвращения, а брюнет уставился на друга тупым взглядом с таким же тупым выражением лица, пытаясь осознать сказанное. Жрец готов поклясться, что слышит, как у него в голове скрипят шестерёнки, и расхохотался до слёз. — Шучу. Всегда так весело наблюдать на реакцию людей от моих слов! Каждый раз новая реакция и каждый раз так смешно! — смеясь сказал он. Кашемир заметно облегчённо выдохнул, а Джин потёр лоб и отвёл взгляд, нахмурившись. "С другой стороны, в каждой шутке есть доля правды... Нет, лучше не забивать этим голову", - подумал он, тряхнул головой, потёр переносицу и дал другу щелбан, на что тот обиженно надул щёки, быстро прекратив смеяться, потёр пострадавшее место и затих, явно обидевшись на друга.