Будущее 1.1

***

И как давно начался этот кошмар Нана уже и не вспомнит. Было потерянное чувство катарсиса. Переживание от новой главы истории, а может она и вовсе пропустила более половины своей жизни. Она больше не чувствует своей вины, она вообще ничего не чувствует.

« И как давно я перестала жить?»

***

1.1 Будущее.

Такемичи Ханагаки все еще не знал о смерти своей бывшей первой любви. Настоящее будущее, такое, какое они сотворили здесь и сейчас. Нана стояла на перроне, вдыхая знакомый запах осени. Воздух был пропитан влажностью, а вдалеке громкими хлопками слышался стук колес по рельсам. Токио, который казался ей таким уютным и привычным, теперь выглядел чужим. Вернувшись из Америки, Нана Сато обходила свой родной Токио. Девушка блуждала по знакомым улицам, вспоминая, как мечтала о большем. Она больше не девочка, а мечты все такие же неосуществимые. Старая школа на окраине выглядела также, каким Сато ее запомнила-с облупившейся краской и заброшенным спортивным залом. Кафе, рядом с которым раньше стояли несколько мотоциклов, а позади него трясли деньги с детей. Как давно это было. Она вернулась покончить с этим здесь, такая слабая и ненужная, что хочется рыдать. Нана... До ужаса мечтательная когда-то девочка, и эта детская мечтательность доводила до ужаса. Казалось, что она никогда не вырастет, продолжит скитаться по улицам тихого ночного Токио, что так приелся своими яркими неоновым светом от уже закрывшихся прилавок, в надежде наткнутся на драку неприятных подростков из другой школы, разозлить придурков с завышенным эго одним своим девичьим личиком, а затем, как только напряжение достигнет пика, убежать, зная, что никто ее не догонит. Она ведь только и умеет, что бежать, бежать, бежать. Всю жизнь бежала, чтобы добежать до края планеты, где убегать тупо некуда. Никто бы не догнал. Только бы это не касалось времени. Оно неумолимо и беспощадно, как тень, следовавшая за ней повсюду. Сато могла убежать от неприятных людей, навязчивых мыслей, от конфликтной суеты, созданной ею самой же. Но от одного времени, что так пристально высматривало каждого и едко поджидало своего часа, скрыться не получилось. Черт, даже от утопающего психопата с манией собственности она убежала. Она мечтала о вечности в живых ощущениях: чтобы адреналин ее не покидал ни на секунду, чтобы она никогда не узнала о трудностях глупых взрослых, лица которых никогда не выражали ни радости, ни желания жить. Вечные борьба с самим собой за право голоса, проникающая пулей в страсть и страдание в совокупности со смесью сомнений и надежд. Таков уж мир, таковы люди. Выживают только те, кто способен бороться, а не те, кто создают проблемы, а потом пытаются от них скрыться. Она стоит, отчаянно пытаясь оправдать себя саму на любимом мосту реки Сумида. Ее прошлое стремление к величию и превосходству никогда уже не заглушит пустое место где-то внутри. Они поймут, на мосту спокойнее стоять перед лицом своего собственного отчаяния, чем послужил результат жизненной борьбы между желанием жить и осознанием, что все кончено, а эта бездна так и манит своими черными глазами и еле живым человеческим видом. Где-то глубоко в сознании она чувствует эпифанию - она знакома с бездной на «ты». Она точно помнит взгляд черноты, она знает какого цвета волосы у отчуждения, она видит худую фигуру безысходности, она помнит черты лица меланхолии и лихорадки. Манджиро - все это в одной его персоне. Он - ее ошибка, Сато влюбилась и погрязла с его черноте, получив и порцию для самой себя. Паранойя владела правом управлять Сано и она тоскливо управляла им, пока не заметила и безнадежную Сато. Она взяла под контроль и девушку, что так яро пыталась спасти утопающую любовь. Манджиро явно был болен. Мы все по-своему больны. Ее болью было время, а его - она. А ведь все было по-другому двенадцать лет назад. Не было ни его расстройства, ни ее противостояния реальности. Результат на лицо: они оба утопают, но уже отпустив друг друга, пожирая себя сами. Уже не было ни одного шанса на спасение, они знали, что это конец. Оба приняли решение переступить черту края: Сано переступил ее тогда, когда полностью отказался от помощи и приспособился к жизни в черноте, а Сато пытается ее переступить сейчас. Ее черта - край этого здания. Она бы снова уехала, пытаясь забыть ужас Токио, но даже в Нью-Йорке черные глаза преследовали ее по пятам. Это было невозможно, он найдет ее везде, как и обещал. Ему стоило верить, а не стоять и ждать, пока он осознает свою участь. И как бы она не пыталась протянуть ему руку помощи, он растолковывал это по-иному. Долго думать не было смысла. Скоро и ее тело будет разлагаться, а где-то там она будет улыбаться и разговаривать с Шиничиро, делясь с ним сигаретой. Интересно, как он там? Как Баджи? Он все еще помнит ее, может будет рад? Она не живет прошлым, просто это трудно… Осознавать, что там ты нужна больше, чем здесь. Она не ушла не попрощавшись, письмо уже лежало на столе давно пропавшего Манджиро, если он еще его не порвал. «Манджиро, мы квиты. Я не убежала от времени, а ты от будущего. Прощай, я любила тебя. Тебе уже поздно жить, как и мне. Я буду ждать тебя там.»

***

2020 г. Такемичи Ханагаки и Нану Сато настигла смерть.