Глава II - Страшная ночь

Повествование от лица Виктории Исаевой

15 мая 1972 год

      Меня зовут Виктория или же просто Вика. Мне недавно исполнилось шестнадцать лет и заканчиваю девятый класс. Живу я с родителями в небольшом поселке, который находится в Тайге. Конечно же, в деревне нормальной работы нет, поэтому мои мама с папой работают в небольшом городке, который находится недалеко от нашего села. Папа у меня врач, он достаточно много людей вылечил иногда приходил на дом, даже когда у него был выходной. Из-за этого его все жители деревни и города давно знали и уважали, и я в том числе. Мама моя выбрала для себя нетрудную, но и нелегкую работа, водителя автобуса. Ей больше нравится двигаться, чем сидеть на месте благодаря этому у нас дома всегда есть что покушать и всегда везде чисто. На кого я собираюсь, пойти учится после школы, пока ещё не решила.       Отношения у меня с одноклассниками хорошие, у меня очень много подруг и чуть ли не каждый парень бегает за мной даже с параллельных классов. Почти все мальчики из моей школы делятся на два типа: либо хулиганы, которым интересно с кем-то снова помахаться кулаками да покурить и попить пиво с друзьями, либо умничающие отличники, которым ничего не интересно кроме учебников и параграфов, не нравится мне такие. Если хочешь себе парня, то либо выбирай из двух перечисленных ранее типов, либо переезжай в город желательно крупный.       Характер у меня скорее скверный, чем мягкий. Я бываю доброй и вежливой хоть в основном с учителями и взрослыми, а с одноклассниками довольно часто вредничаю. В основном с парнями, когда они начинают ко мне клеится как банные листы из-за чего я включаю режим стервы. Помню, как один парень ко мне под юбку залез я его хорошо так отпинала, поэтому мальчики стараются общаться со мной с опаской, даже хулиганы. Почему я себя веду так с ними, я уже описала выше, какие они в этом посёлке. Мои подруги не раз пытались меня с кем-либо сблизить, но я всегда отказывалась. Да-да вот такая я вот.       Сейчас уже десять часов вечера я иду по проселочной дороге из магазина домой. Родители, скорее всего, возвращаются домой, а я решила сходить за продуктами, так как холодильник у нас пустой. Жители деревни уже давно сидели в своих домах и отдыхали после тяжелого рабочего дня. Живу я в доме, который находится на опушке леса и вокруг него лишь только ели и тропинки. Чтобы прийти домой, нужно пересечь реку через мост и дальше идти по тропинке в лес. В первые дни мне было страшно ходить одной, но я со временем привыкла. Подходя к тому самому мосту меня, кто-то окликнул по имени, я обернулась.       - Вика, я тебе кричу-кричу, а ты молчишь. Некрасиво с твоей стороны.       Это был молодой парень лет двадцати, Дмитрий Васильев Козлов. Он живёт один, так как его мама умерла ещё при родах, а отец откинулся четыре года назад. Из-за этого Васильев довольно часто выпивает и сейчас, когда он подошёл ко мне почти вплотную, от него несло перегаром. Я, конечно, всё понимаю у него горе, причём большое, но когда он начинает ко всем приставать по пьяне, особенно к девушкам это уже слишком.       - Да плевать мне красиво это или нет. Я не хочу с тобой разговаривать.       Дима хоть старше меня и я к нему на «ты» обращаюсь, но когда человек не в трезвом состоянии всё уважение к нему у меня теряется.       - Ой-ой, как грубо с твоей стороны, милочка.       - Да плевать мне, я сказала, что не хочу с тобой разговаривать вот и всё.       Я уже хотела продолжить свой путь, как вдруг почувствовала, что меня схватили за руку.       - Я тебя не отпускал.       - Быстро отпусти.       - Нет уж. Раз родители не научили тебя старших уважать, то это сделаю я.       На лице парня появилась злобная улыбка, которая не предвещала ничего хорошего. В этот момент мне действительно стало страшно, я собиралась дать ему ногой между ног, но он резко схватил меня за талию и поднял вверх. Я начала кричать, но он закрыл мне рот рукой и потащил к себе в дом. Я начала брыкаться, пыталась позвать на помощь, кусала руку этого похитителя, но всё было бесполезно. Козлов принес меня к себе в дом и, закрыв за собой дверь, направился в гостиную, всё ещё не выпуская меня из захвата. Оказавшись в комнате, он швырнул меня на диван, я пыталась с него встать, но получила по лицу он алкаша.       - Не рыпайся стерва. Быстрее закончим, быстрее домой пойдешь.       Я немного приподняла голову и обомлела от ужаса. Дима стоял напротив меня без футболки и штанов вместе с трусами, а его вставший от возбуждения член говорил о тот что «готов к работе». Я сразу догадалась, что задумал Васильев, и закричала ещё громче, насильник ударил меня по лицу во второй раз и начал раздевать. Снял с моих ног кеды и принялся за футболку. Я не переставала кричать, и извращенец вставил мне в рот комок какой-то тряпки, видимо подготовился заранее. Как только футболка оказалась на полу Васильев начал снимать с меня лифчик, лапая мою грудь. Затем перешел к юбке, которая сразу же оказалась на полу, а затем и мои трусы.       - Ой, как хорошо, что ты девственница, люблю, когда узенько.       Следующее что я почувствовала это то, как что-то вошло в меня и резкая боль между моих ног. Затем толчки туда-сюда, значит, он вставил своего «бойца» в меня. Сначала было медленно, но с каждым разом толчки становились всё сильнее и сильнее. Мне было больно и мне кажется, что у меня пошла кровь, а насильник даже думал останавливаться. Он продолжал входить и выходить, крепко держа меня за руки и ноги, иногда его лапы сжимали мою грудь. Я больше не кричала и не пыталась выбраться, ведь в этом не было ни малейшего смысла, вместо этого я просто лежала и плакала.       Спустя какое-то время я почувствовала, что в меня ещё что-то вошло, хотя я не видела, чтобы он вытаскивал свой член полностью из меня. О нет, только не говорите мне, что этот урод посадил в меня своё семя. Позже Дима полностью вытащил свой половой орган из меня и довольный немного отошел от меня. Я решила вытащить тряпку из рта и немного приподняла голову. Вся простынь была в моих слезах и тушью которая потекла. Ещё я заметила кровь, всё-таки я была права.       - Давай одевайся и уходи, пока не повторили.       Козлов быстро надел свои штаны обратно и направился в прихожую Суда по звуку двери этот гандон вышел на улицу, а я продолжила плакать, уперев своё лицо в колени. Не знаю, сколько я так просидела, но раз насильник не вернулся ко мне, значит недолго и я начала одеваться. Полностью одевшись, я начала подходить к выходу и в дом зашел Васильев. Мне в нос сразу же ударил запах табака. Изнасиловал ребёнка и решил покурить, я даже не знаю, как его назвать.       - Ну что ты такая грустная. Извини, если с тобой я так грубо обошелся.       Он начал трогать меня за плечи, причем нежно, но я сразу же убрала его рука и дала хорошую пощёчину.       - Отвали от меня, педрила.       Прокричала я в слезах и вышла из дома. Подходя к мосту, возле которого лежал мой пакет с продуктами, который я выронила, когда меня схватили, я оглянулась по сторонам. Я никого не увидела, неужели мои крики никто не слышал из соседей, хотя в домах, что находятся радом с жильём Димы, живут одно старики пенсионеры, а у них со слухом проблемы. Я взяла пакет в руки и пошла домой.       Идя по лесной дороге, я тихо всхлипывала и думала о том, что будет дальше. Я в таком виде когда-нибудь выйду замуж, и что скажет мой будущий супруг. А когда об этом узнает школа, то на меня уже будут смотреть по-другому и даже мой характер меня не спасёт. А что скажут родители. Пока я прокручивала в голове разные мысли, уже виднелся мой дом. Наличие горящего света в нём, говорил, что мама с папой уже дома. Пройдя ещё немного, я уже стояла на крыльце и зашла вовнутрь. Когда я закрыла за собой дверь, с кухни послышался мамин голос.       - Вика, это ты? Ты где была так поздно?       Я ничего не ответила, а просто прямо в коридоре упала на колени и снова начала плакать, прикрыв лицо ладонями. На мой плач прибежала мама, заметив меня в таком состоянии, она сразу же подбежала ко мне и начала обнимать.       - Доченька, что случилось? Кто тебя обидел?       Я молчала и продолжала рыдать не смотря матери в лицо. На мой плач спустился папа со второго этажа.       - Вика, что случилось?       Я снова молчу, лишь немного приоткрыв лицо, посмотрела на родителей. Они лишь с беспокойством смотрели на меня, а затем их взгляды остановились на моих ногах, а точнее на ляжках. На них были синяки и пятна от моей крови. Мама в ужасе прикрыла рот ладонью, а папа посмотрел на меня уже серьёзно и спросил.       - Кто?       - Дима…Козлов, - со всхлипами ответила я, не смотря на родителей.       - Что?       - Я в магазин пошла.…А когда возвращалась,…он перехватил меня…у моста…и затащил в дом, - с трудом продолжила я.       Мама сразу же обняла меня, и начала успокаивать, затем подключился и отец. Дальше была бессонная ночь, отец вызвал милицию. Мы написали заявление об изнасиловании но, приехав к дому Козлова его уже не было. Опрос соседей и ничего, а я всё это время сидела дома, даже не ходила в школу. Я готовилась к буллингу в школе.

30 мая 1972 год

      Прошли чуть больше двух недель после той страшной ночи. Я потихоньку начала забывать об этом инциденте, но на улицу до сих пор не выхожу. Мама с папой пытаются меня хоть как-то приободрить, а этого насильника Козлово до сих пор не нашли. Видимо решил сбежать из посёлка, пока всё не уляжется. Правда в последние дни я стала плохо себя чувствовать. Мне иногда хочется, есть даже когда сыта, а когда голодная то наоборот. Стали появляться головокружения, рвота, тошнота, боль в животе, а также нарушение сна. Я пожаловалась на здоровье отцу, и мы все вместе поехали в город на обследование.       Когда я прошла, все обследования и сдала все анализы, то с родителями ждала заключение от врача. Когда оно было готово, доктор внимательно его изучил и удивленно посмотрел сначала на нас, а потом снова на листок.       - Доктор, скажите, пожалуйста, там всё плохо?       Мама была напугана после взгляда врача как и я. Он почему-то позвал папу подойти поближе. Они немного прошептались между собой. Доктор немного испугался, но быстро успокоился, и продолжила смотреть на нас с мамой.       - Вика, - начал он, - Ты беременна.       От такого заявления мама потеряла дар речи, а я поняла, что Дима все же посадил в меня своё семя. И что теперь будет дальше?

20 января 1973 год

      Прошло уже девять месяцев с момента износа. Об этом узнала школа из-за моего живота. И как я и ожидала меня начали травить, называли шалавой и даже закидывали просроченной едой и мусором. Я им говорила, что всё произошло против моей воли и что надо мной надругались, но всем было плевать. Подруги со мной перестали общаться и начали распускать сплетни про меня, а парни так и вовсе насмехались надо мной. Никто из взрослых в посёлке не хотел общаться с моими родителями.       В школу я перестала ходить, я не могу слушать эти лживые сплетни и обвинения против меня. Мы решили переехать сразу, как только ребёнок родиться, но его всё нет и нет, хотя прошло уже достаточно времени. Внезапно я почувствовала боль в животе, мама сразу ко мне прибежала и начала вести меня к дивану. Снова боль в животе, похоже, что малыш готов появится на свет. Папа нас с мамой начал вести в больницу.       Спустя некоторое время я уже лежала в палате и у меня принимали роды. Боль была ужасной, мне даже стало жалко свою маму, ведь она испытывала то же самое, что и я сейчас. Я не знаю, сколько я так мучилась, но когда боль утихла, я услышала детский плач. Ребёнок родился и это мальчик.

27 января 1973 год

      После рождения моего сына меня выписали из больницы, и мы вернулись домой. Перед отъездом мама мне говорила, что я ещё сама ребёнок и не готова, чтобы расти своего. Мне очень было жалко малыша но матушка моя права. Я не готова ещё чтобы стать матерью да я сама прекрасно знаю от кого этот мальчик.       Мы не знали, кому отдать на воспитание малыша ведь все жители посёлка прекрасно знают, откуда он. Мы уже хотели отдать его в детский дом, но мама вспомнила про своих знакомых, которые хотят ребёнка. Когда мы приехали к их дому, нас встретила девушка лет тридцати и её супруг на пять лет старше. У них когда-то была маленькая дочка, но она родилась с больным сердцем, денег на лечение не было, и в возрасте пяти лет умерла. Мама рассказала людям, что со мной произошло, и они согласились принять ребёнка. Перед тем как его отдать я смотрела на малыша со слезами, очень сильно не хотелось с ним расставаться, но я пока не готова расти ребёнка и вручила мальчика в руки уже его приёмной матери.       - Как его зовут? – поинтересовалась она.       - Мы давали ему имя. Может, Вы, придумаете, - ответила я.       - Максим, - ответил парень, - Максим Дмитриевич Сидоров.       Да, супруга этой девушки зовут Дима, только фамилия другая. Я последний раз посмотрела на своего сына и поцеловала его в лоб. Снова появились слёзы, я попрощалась с людьми и вышла из их дома. Надеюсь, Максим, ты будешь с ними счастлив.