Глава 19. Конфронтация

Гермиона почувствовала, как её сердце всё сильнее сжимается в груди. Слова Снейпа, словно холодный нож, вонзались в неё. Вопрос «готова ли ты заплатить цену?» был слишком тяжёлым, чтобы на него можно было ответить. Она не знала, как это закончится. Она не знала, что будет после. Комната, в которой они все находились, стала почти гробовой тишиной, нарушаемой лишь тихими дыханиями. Каждый был поглощён собственными мыслями, а давление, которое ощущала Гермиона, казалось, давило на неё со всех сторон. Джинни, всё ещё сидя, сжала руки в кулаки и посмотрела на Гермиону с беспокойством. Она знала, что игра продолжится, но… что если это слишком опасно? Что если их жизни изменятся безвозвратно, и они не смогут вернуться в то место, где всё было нормально? Панси, стоявшая немного в стороне, перевела взгляд с одного лица на другое. Её лицо было напряжённым, а глаза полны сомнений. Она явно переживала за то, что произошло, но ничего не могла изменить. Уже всё было сказано, и они не могли сдаться. Тео также не мог избавиться от чувства тревоги. Он подошёл к Гермионе и сказал тихо, чтобы только она могла услышать: — Мы все рискуем, Гермиона. Но ты не одна. Мы все с тобой, хоть и не знаем, к чему это приведёт. Гермиона, почувствовав поддержку в его словах, кивнула. Но в её голове были другие мысли. Все их действия, все эти задания, казались всё более бессмысленными. Они пытались держаться, но чем дальше шли, тем сложнее было понять, что же на самом деле происходило. И главное — могли ли они что-то изменить? Но тут её мысли прервала внезапно раздавшаяся сдержанная фраза Снейпа: — Следующее задание, Грейнджер, — его голос был таким же холодным и отчуждённым, как всегда. — Ты будешь продолжать, не так ли? Гермиона посмотрела на него с сомнением. Она не могла понять, что он от неё ждёт. Он не был склонен к добрым жестам, но был ли он готов пойти до конца с ними, зная, что игра может привести к непредсказуемым последствиям? — Я готова, — ответила она, решительно, несмотря на внутренние сомнения. Снейп кивнул, не выражая эмоций. — Это задание будет для тебя лично, Грейнджер. Ты будешь должна решить, на чьей стороне ты. Ты пойдёшь в кабинет МакГонагалл и дашь ей валерьянки, но с особым умыслом. В тебе должна быть причина. Она должна принять их и, возможно, даже… оценить твоё внимание. Гермиона удивлённо заморгала, пытаясь понять, что от неё хочет Снейп. — МакГонагалл? Почему её? — спросила она, не скрывая удивления. — Ты говоришь, как будто не знаешь, что задание может быть не таким простым. Всё, что тебе нужно, это заставить её принять это. Либо ты справишься, либо нет. Ты решаешь. Её взгляд снова встретился с глазами Драко. Он был рядом, но выражение его лица оставалось без изменений. Он, как и все остальные, был частью этого мира. И хотя его глаза были полны тревоги, он ничего не сказал. Это был момент, когда слова ничего не значили. Гермиона понимала, что они все были втянуты в это по уши. Вздохнув, Гермиона встала и направилась к двери. — Я сделаю это, — сказала она, уже почти не слыша собственного голоса. Минерва МакГонагалл сидела за своим столом, поглощённая какой-то бумагой. Гермиона, пройдя через дверь, сжала в руках бутылочку с валерьянкой, но её руки слегка дрожали. — Профессор МакГонагалл, — сказала она, подходя к столу. — Я… я принесла вам что-то. Это, ну… для вашего здоровья. Я думаю, вам нужно расслабиться. МакГонагалл подняла голову и внимательно посмотрела на Гермиону. Её взгляд был насторожённым, но не тревожным. В ней не было той подозрительности, с которой она всегда наблюдала за всеми. Это было больше похоже на заботу. — Гермиона, я ценю твою заботу, — сказала она, но в её голосе не было радости. — Но ты уверена, что это не слишком сильный стимулятор? Гермиона почувствовала, как её сердце бьётся быстрее. Весь смысл задания был в том, чтобы МакГонагалл применила это с доверием. Но всё выглядело как-то… не так. — Это… это нужно, чтобы снять стресс. Вы так много работаете, профессор. Я подумала, что это поможет. МакГонагалл взяла бутылочку, медленно осмотрела её и, казалось, всё обдумывала. Это был момент, когда всё решалось. — Хорошо, Гермиона, я приму это, но в следующий раз постарайся не вмешиваться в мою работу такими способами. Я знаю, что ты хочешь помочь, но давай оставим это для более подходящих случаев, — сказала она, открывая бутылочку и делая небольшой глоток. Гермиона сдержала дыхание. Она знала, что это задание было не просто испытанием. Всё это привело её к мысли, что границы между игрой и реальностью стали настолько размытыми, что она уже не могла отличить одно от другого.