Воспоминания на аукционе

19.06.2000

Драко тихо вздохнул, глядя на маленький черный комочек, уютно свернувшийся на диване. Её ярко-оранжевые глаза, такие необычные, такие живые, напоминали о прошлых временах, о человеке, которого он больше не видел и, вероятно, никогда не увидит снова. Блейз Забини. Это имя он произнес в тот момент, когда впервые взял котенка на руки под тусклым светом ночного фонаря. Близа. Она была воплощением спокойствия и преданности, чего ему порой так не хватало. Кошка едва ли весила что-то, когда он поднял её, дрожащую от ночного холода. Сейчас она, уже отогревшаяся и упитанная, неузнаваемо изменилась. Черная как ночь, с яркими глазами, напоминающими огневиски – в них горел тот же огонь, что однажды видел во взгляде Блейза, когда тот спорил с ним о жизни. Уход за ней был не столько обязанностью, сколько тихим ритуалом, который Драко неожиданно полюбил. Утром он аккуратно наливал свежую воду в её миску и раскладывал корм, словно это был сложный ритуал зельеварения. Близа, подняв пушистый хвост, обхаживала его ноги, будто благодарила за заботу. Вечерами Драко тщательно расчесывал её мягкую шерсть, снимая остатки пыли и грязи. Она мурчала, растянувшись на его коленях, закрыв свои огненные глаза, словно весь мир исчезал, и оставались только они двое. Но что его поражало больше всего, так это то, как Близа возвращала его к мыслям о прошлом. Каждый раз, когда её глаза ловили свет настольной лампы, он видел в них тень воспоминаний. Она не была Блейзом, конечно, но стала напоминанием о другом времени, о другом человеке. Близа помогала ему не забывать, что даже самые сложные моменты в жизни можно пережить, если рядом есть кто-то, кто смотрит на тебя с любовью. Даже сейчас, Драко откинулся на спинку кресла, положив руку на мягкий мех Близы, которая тут же уютно замурчала. Тёплое присутствие напоминало ему, что даже в самых тёмных уголках жизни можно найти свет. Но воспоминания о прошлом, как всегда, настигли его внезапно. Любовь… Когда-то он верил, что она должна быть простой, как движение палочки, как первое заклинание, которое с легкостью ложится на язык. Но реальность оказалась другой – запутанной, полной недосказанности и боли. Глядя на глаза Близы, такие же яркие, как огневиски, Драко подумал, что любовь – это не всегда о том, чтобы держать кого-то рядом. Иногда это о том, чтобы научиться отпускать. И в этот момент, гладя пушистый бок своей маленькой спутницы, он ощутил странное, но обнадеживающее спокойствие. Их умиротворение нарушил неожиданный звонок. Каден как будто чувствует, что Малфой сейчас спокоен и хочет внести лепту хаоса в его жизнь. — Драко! Ну что, нам удалось. Мы дошли. Ты можешь быть спокоен, мы не покалечились. — пьяно кричал в трубку друг. — Я рад за вас. — со вздохом, но всё равно спокойно произнес белобрысый парень, понимая что от пьяного Лозе сейчас многого не добьешься. — Неужели в этот раз тебе не понадобилась помощь, в том, чтобы добраться домой? — Обижаешь, — будто канючил он. — Loutre предложила пойти пешком, и я безумно рад этому. Раз уж пьяный Каден сам завел тему про свою подружку, почему бы Драко не воспользоваться этой возможностью? — Кстати по поводу твоего “золотца” которого ты так же называешь “Loutre”. — не успел он нормально спросить, что его интересовало, как его перебили. — Ладно, завтра поговорим. Спокойной ночи, — сказал Лозе и положил трубку. Драко убрал телефон от уха и на мгновение остался сидеть в полной тишине. Его мысли блуждали, цепляясь за слова Кадена. Подружка… Он едва сдержал усмешку. Каден так тщательно избегал любых подробностей, что Драко уже было больше любопытно, чем раздражающе. Кто эта девушка, из-за которой тот стал таким скрытным? Переведя взгляд на Близу, которая уютно устроилась на диване, он устало вздохнул: — Если бы не ты, я бы уже давно познакомился с ней. — пробормотал он, слегка усмехнувшись. Кошка медленно повернула голову и посмотрела на него своими глазами пылающего оранжевого оттенка. Она мяукнула, коротко и уверенно, как будто всё понимала. — До чего я докатился, — тихо усмехнулся Драко, качая головой, — разговариваю с кошкой, а ты ещё и отвечаешь мне. Близа лениво потянулась, будто соглашаясь с ним, и он снова улыбнулся. В её спокойной грации было что-то умиротворяющее. Но мысли возвращались к другому. Он осознал, как давно не был с девушкой. Как давно не слышал чей-то искренний смех рядом, не чувствовал лёгкой радости от простого общения. Ещё чуть-чуть, и он окончательно погрузится в будни и одиночество. — Может, стоит сходить на аукцион. — пробормотал он, больше себе, чем кошке. Близа издала короткое “мрр”, словно одобряя его мысль. — Завтра, может быть… — Драко нахмурился, вспоминая завтрашний список дел. Утреннее совещание, документы, которые нужно было подписать, и вечерняя встреча с поставщиками. — Или нет. Проклятая работа. Он снова посмотрел на кошку, которая свернулась клубком на его кресле, и с облегчением понял, что хотя бы кто-то в этом доме живёт без забот. — Придётся отложить, Близа, — произнёс он тихо. — Как обычно. Кошка только прищурила глаза, как будто говорила: “Ты всё равно туда попадёшь. Вопрос времени”. Драко усмехнулся, не став спорить, и поднялся с места, чтобы продолжить свой вечер в тишине.

***

Едва переступив порог своего офиса, он коротко бросил ассистентке Лив: — Сводка. Немедленно. — Мистер Малфой, — начала она, шаг за шагом следуя за ним в кабинет, — вчерашние переговоры с мистером Хартфордом прошли успешно, но... — она замялась, — ...его бухгалтерия требует пересмотра нескольких пунктов. И ещё поставка новых артефактов из Греции задерживается на два дня. Драко резко остановился, повернулся и смерил её хмурым взглядом. — Задерживается? Кто виноват? — Проблемы на таможне, — осторожно сказала Лив, явно ожидая вспышки. — Прекрасно, — процедил он сквозь зубы. — Как будто у меня нет других дел. Скинув мантию на спинку стула, он сел за стол и с яростью начал листать бумаги. Ему приходилось держать всё под контролем: от логистики до клиентов, от финансов до недобросовестных поставщиков. Сегодня это раздражало его больше обычного. Первым делом он взялся за поставку артефактов. Подключив международного связного и несколько авторитетных аргументов, Драко за десять минут решил проблему, которая, по словам Лив, могла затянуться на несколько дней. Он откинулся в кресле, закрыл глаза на мгновение и чуть громче, чем собирался, сказал: — Как будто никто не может сделать свою работу нормально. — Ещё есть проблема с арендой склада на окраине. Владелец требует повышения оплаты, — добавила Лив, осторожно оставляя новую папку на его столе. Драко ударил ладонью по столу, что заставило её вздрогнуть. — Какого черта? — его голос был холодным, но опасно спокойным. — Я лично договаривался с этим человеком. Ему пришлось провести ещё один телефонный разговор, в котором он быстро поставил арендодателя на место. Едва повесив трубку, он оглядел офис, и взгляд упал на часы. "Проклятье, если они меня ещё раз отвлекут, я точно никуда не попаду," — подумал он. К полудню он решил половину дел, но злость не покидала его. Во время короткого перерыва он закатал рукава, встал у окна и посмотрел на серое небо. — Лив, кофе, — коротко бросил он. Ассистентка появилась через пару минут с чашкой в руках. — Вам стоит выдохнуть, мистер Малфой, — осторожно заметила она. Он посмотрел на неё с холодным прищуром, но промолчал. Выдохнуть? Не в его стиле. Особенно когда время поджимает. В оставшиеся часы Драко работал как машина: быстро, жёстко и бескомпромиссно. Все вопросы, которые могли тянуться неделями, он решил за несколько часов, выбивая из поставщиков и партнёров ответы и действия, словно он был не человеком, а силой природы. Под вечер, когда последний документ был подписан, а телефон умолк, Драко устало откинулся в кресле. — Готово, — выдохнул он. Его взгляд упал на часы. Время было на грани, но всё же его хватало, чтобы успеть переодеться и отправиться на аукцион. Он поднялся, надел мантию, подхватил палочку и бросил короткое: — Лив, я вышел. — направился к выходу, уже чувствуя, как его раздражение постепенно сменяется предвкушением.

***

Помещение “Les Murmures du Cœur”, в котором проходил аукцион свиданий, было словно воплощением утончённой роскоши, тонко смешанной с нотками чувственной драматичности. Взгляд сразу приковывали насыщенные красно-золотые тона, которые доминировали в каждом элементе интерьера. Высокий сводчатый потолок был обтянут тяжёлым бархатным материалом цвета бордо, который словно поглощал свет, подчёркивая интимность обстановки. Оттуда свисали массивные золотистые люстры, каждая лампа которых была обрамлена стеклянными лепестками, напоминая цветки лилии. Тёплый свет отражался от золотых деталей, создавая мягкое, почти гипнотическое мерцание по всему залу. В центре помещения находилась небольшая, но изысканная сцена, покрытая блестящей золотистой тканью, напоминающей расплавленное солнце. На её фоне возвышалась высокая ширма из кованого металла с тонкой резьбой, изогнутые линии, что напоминали языки пламени. По обеим сторонам сцены стояли массивные вазы, заполненные алыми розами и золотыми ветвями, словно символы страсти и роскоши. Прямо напротив сцены располагались ряды сидений, предназначенных исключительно для мужчин. Каждый стул был обит тёмно-красным бархатом с изящной золотой отделкой на спинке, а на каждом сиденье лежала аккуратно свернутая карточка с номерами для участия в аукционе. Расстановка стульев была почти с военной точностью, создавая ряды, идеально направленные к центру сцены. Стены помещения были выложены декоративными панелями, инкрустированными тонкой позолотой, в которой отражались огоньки свечей, расставленных по всему залу. Вдоль стен стояли высокие канделябры, добавляющие помещению нотку готической роскоши… Каждая деталь этого места была продумана до мелочей: от бархатных подлокотников до тонких золотых полос на полу, которые указывали на путь к сцене. Здесь всё кричало о роскоши и изысканности, но вместе с тем будто бы держало в напряжении, словно всё происходящее здесь было окутано лёгкой дымкой загадки и ожидания. Тихий гул голосов мужчин в зале стих, как только ведущая вновь вышла на сцену. Красное платье, словно струящаяся ткань крови, обвивало её фигуру, подчёркивая каждое движение. Полумаска из золотистого металла мерцала при каждом её шаге, скрывая черты лица, но делая её взгляд почти гипнотическим. — Дамы и господа, — её голос звучал уверенно и сдержанно, с лёгкой ноткой интриги. — Мы начинаем наш аукцион. Сегодня перед вами три очаровательные девушки, каждая из которых готова подарить вам особенный вечер. Начнём с нашей первой участницы. На сцену вышла она. Чёрное платье на тонких бретельках, облегающее её стройное тело, блестело в свете софитов. Каштановые кудри, уложенные в аккуратные волны, спадали на плечи, а лицо девушки озаряла лёгкая улыбка. Драко замер, его взгляд был прикован к фигуре. "Грейнджер?" – мысль пронеслась в голове, и он машинально подался вперёд. Она была невероятно похожа на Гермиону, те же волосы, те же мягкие черты лица, даже её манера держаться напомнила ему ту самую девчонку из Хогвартса. Но стоило ему приглядеться внимательнее, как он понял, это не она. Девушка была выше ростом, а её фигура, хоть и изящная, не совпадала с воспоминаниями. — Начальная ставка — пятьсот евро, — объявила ведущая. — Кто готов начать? Зал наполнился шёпотом, несколько мужчин тут же подняли карточки, и ставки начали расти. Драко чувствовал странное волнение. Он не мог объяснить себе, почему ему хотелось поднять руку и выкупить этот вечер. Возможно, потому что она напоминала Гермиону? Или потому, что ему просто хотелось чего-то... другого? — Шестьсот пятьдесят! — раздался голос из первого ряда. — Семьсот, — перебил его кто-то из третьего. Драко сжал челюсти, смотря на девушку. Его внутренняя борьба усиливалась. "Она не Гермиона" – сказал он себе. Ставки продолжали расти. Ведущая с азартом следила за залом: — Тысяча сто евро, — объявил мужчина в углу. Драко вздохнул и опустился обратно в кресло. Ему отчаянно хотелось вмешаться в процесс, но что-то внутри останавливало. Эта борьба между желанием и здравым смыслом раздражала его. "Сейчас или никогда" – подумал он, пальцы машинально потянулись к карточке. Но когда он уже собирался поднять её, ведущая объявила: — Тысяча триста евро! Продано! Драко с лёгкой досадой смотрел, как девушка сходила со сцены в сторону победителя. Он расслабился в кресле и тихо выдохнул. "Идиот" – пробормотал он себе под нос. Свет в зале снова приглушался, а ведущая, излучая уверенность и лёгкую интригу, шагнула вперёд. Её золотая маска блеснула в лучах софитов, и она, широко улыбаясь, произнесла: — Итак, переходим ко второй участнице. Встречайте! Аплодисменты заполнили зал, а затем на сцену вышла девушка. Высокая, стройная, блондинка с безупречно уложенными волосами и улыбкой, которая словно говорила: "Я знаю себе цену". Драко невольно задержал взгляд на ней. Её светлые волосы и утончённые черты лица вызвали в его памяти мгновенное воспоминание. Эвелин. Тот вечер в баре. Тот момент, когда он, руководствуясь лишь своим сарказмом и желанием отделаться, поступил с ней не слишком красиво. Он помнил её смущённый взгляд и тихий уход. Драко нахмурился. Он чувствовал в груди лёгкий укол вины, но тут же отмахнулся от него. Торговаться за эту девушку? Нет, он даже не собирался. Она напоминала ему, что он хотел оставить позади. Когда победитель был объявлен, Драко лишь равнодушно пожал плечами и отвернулся. Его мысли уже блуждали где-то ещё, где не было места этим нелепым напоминаниям. Сцена снова залилась мягким золотым светом, и ведущая объявила: — И, наконец, наша последняя участница! Драко, уже разочаровавшийся в первых двух лотах, машинально поднял глаза, не ожидая ничего особенного. Но как только девушка появилась на сцене, он замер. Она двигалась легко и уверенно, словно не чувствовала напряжённых взглядов, устремлённых на неё из зала. Её длинные кудрявые волосы спадали по плечам, слегка покачиваясь при каждом шаге. Чёрное платье с тонкими бретелями подчёркивало её тонкую фигуру и прямую осанку. Драко чувствовал, как его взгляд буквально прикован к ней, хотя в душе всё противилось этому. "Нет, это не может быть она" – мысленно сказал он себе. Но чем дольше он смотрел, тем больше деталей казались слишком знакомыми: осанка, характерная манера поправлять волосы, даже её способ оглядывать публику. Его сердце забилось быстрее. "Это Грейнджер?" – мысль вспыхнула в его голове, но он тут же попытался её отбросить. Это не может быть правдой. Единственный способ узнать наверняка – проверить. Драко почувствовал, как напряжение внутри растёт. Он осторожно склонился вперёд, словно внимая каждой мелочи, что происходила на сцене. Затем, шёпотом, почти не двигая губами, произнёс заклинание, направляя своё сознание к девушке. Мир вокруг потускнел, уступая место чему-то совершенно иному. Он оказался в лабиринте, высокие книжные полки уходили в бесконечность, над головой простиралось мрачное серое небо, а воздух был пропитан холодом, который заставил его вдохнуть глубже. Полки, пыльные и древние, начали покрываться инеем, когда он сделал шаг вперёд. Драко сразу понял, где находится. Это была её защита. Он знал её, потому что сам помогал ей выстроить эту ловушку несколько лет назад, работая вместе с ней над совершенствованием окклюменции. Лабиринт книжных полок, наполненный ловушками для незваных гостей. Затем всё изменилось. Воздух вокруг начал колебаться, словно нарастающий ветер, и он услышал едва уловимый шёпот, превращающийся в голос. — Как? — услышал он. Это был её голос. Точно её. Не громкий, но отчётливо наполняющий пространство. Она заметила его присутствие, но не выгоняла. Вместо этого холод вокруг усиливался, и это было для него последним подтверждением. Это была Гермиона. Драко вылетел из её сознания так же внезапно, как вошёл. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. Сердце колотилось, дыхание стало сбивчивым. Не теряя больше ни мгновения, он резко поднял руку и назвал сумму: — Пять тысяч евро. Голоса в зале стихли. Ему не было дела до того, как это выглядело. Ему нужно было выиграть это свидание.