Пролог

«Verzweifle keiner je, dem in der trübsten Nacht der Hoffnung letzle Sterne schwinden».

«Не стоит отчаиваться, даже если в самую тёмную ночь погаснет последняя звезда надежды».

Сквозь легкий утренний туман, который вуалью лежал на величественных стенах замка Северной-Короны, раздавались мелодичные звуки, словно из далёкого от войны мира, доносившиеся из храма богини Морриган, жрицы молились владычице смерти в надежде, что она услышит их. Лилит Анку-Кавалли проскользнула между арками балкона. Каждое ее движение было полным грации, но королева чувствовала тревогу, что скрывалась в раннем утре. В голосе Луки Кавалли, короля Северной-Короны, который поднял голову от усеянного картами и отчётами стола, звучала уверенность. Его ониксовые глаза искали не только ее, но и ответы на многочисленные заботы. За спиной — властная тень, пусть и невидимая, дожидавшаяся повода вырваться в настоящую бурю. - Лилит, — произнёс он, и его голос ослабил узел беспокойства, что стягивал грудь. — Тебе нужно отдыхать, ты ещё не восстановилась, нужно успокоиться. Лилит ненадолго остановилась, она почувствовала знакомый холодок, что заставлял её трепетать. Взгляд Луки как будто пронизывал её насквозь. — Спокойствие, — тихо прошипела она, подходя ближе. — Но как мы можем оставаться спокойными, когда наши враги готовятся нанести удар? Лука сжал ладонь, его кольцо, выполненное из зачарованного металла, сверкало. Он понимал страх жены, но на его широкие плечи легла тень полной ответственности не только за королевство и семью, но и за будущее их мира. Время не на нашей стороне, но мы начали эту войну, мы дали ей причину разгореться, и нам ее заканчивать. В его голосе заключалась вся власть и сила, что он обладал. — Мы не можем позволить страху управлять нами. Лилит сделала шаг в сторону мужчины, ее рука легла на его запястье. — Я не боюсь, Лука, — наконец произнесла она, — но мое сердце бьётся не только за меня. Я должна защитить детей. — Я помогу тебе, — уверенно ответил он, усаживая девушку на свои колени. — Я всегда буду с тобой. Мужчина перевёл взгляд на окно, за ним дела становились до боли обременительными. Воспоминания о прошедших днях просыпались в их сознаниях, старые шрамы вспыхивали на сердцах, каждый из них понимал, что без своей истины пары нет смысла жить. Они были связаны в этом священном танце душ. — Вместе, чем бы это всё ни кончилось, — с той же непоколебимой решимостью произнесла Лилит, целуя Луку. Вместе они стали светом среди ночи. Не позволяя друг другу опуститься в пучину отчаянья.