Часть 13

Прошло уже две недели. После разговора с Хёнджином Йеджи действительно перестала вмешиваться, хотя её душа желала иного. Она всеми силами старалась игнорировать Ниннин и её вызывающее поведение. Но Ниннин, заметив отсутствие сопротивления, начала ещё больше провоцировать и издеваться над ней. И однажды, во время обеда в университете, случилось это. Йеджи сидела одна в столовой, спокойно обедая и пытаясь абстрагироваться от шума вокруг. К ней подошёл Ким Сынмин, парень, с которым она не так часто общалась, но который всегда казался ей дружелюбным и спокойным. — Можно я сяду? — спросил он, держа поднос с едой. — Ты уже сел, — ответила Йеджи, подняв взгляд на него. — Точно, — усмехнулся он, неловко поправляя ложку на подносе. Сынмин был известен своими отличными оценками и скромным поведением. Он не стремился быть в центре внимания и редко заводил беседы сам. Некоторое время они молча ели, каждый погружённый в свои мысли. Но вдруг он прервал тишину. — Ты сегодня хорошо выступила с докладом, — сказал он, немного смущённо. — Правда? — Йеджи удивилась, отложив вилку. — А мне казалось, что я слишком торопилась. — Нет, совсем нет, — поспешил заверить он. — Ты объяснила всё чётко и понятно. Думаю, многие поняли тему благодаря тебе. — Спасибо, — сказала она, слегка смутившись, не привыкнув к таким комплиментам. — Тебе часто удаются такие выступления? — поинтересовался он, чтобы поддержать разговор. — Ну, не знаю, — пожала плечами Йеджи. — Я просто стараюсь быть подготовленной. Хотя иногда это не спасает от волнения. — Если честно, — начал он, опустив взгляд на свою тарелку, — я всегда немного завидовал таким людям, как ты. Ты так уверенно держишься на публике. Я бы, наверное, так не смог. Йеджи улыбнулась, впервые за долгое время чувствуя, что её искренне ценят. — Ты преувеличиваешь. На самом деле, это всё кажется только со стороны. А ты ведь тоже отличный студент. У тебя наверняка всё получается. — Ну, разве что на экзаменах, — усмехнулся он. — А вот говорить перед аудиторией — точно не моё. Они оба засмеялись, и разговор постепенно становился всё легче. Сынмин оказался неожиданно приятным собеседником. Йеджи поймала себя на мысли, что этот небольшой момент простого общения помог ей хоть на мгновение забыть о напряжении последних недель. Вдруг в столовую вошли Ниннин и её компания, а чуть позади — Джисон и Феликс. Последние двое, казалось, не были настроены на разговоры: они молча направились к столу у окна и заняли места. Остальные подошли за едой, громко переговариваясь. Йеджи почувствовала напряжение, едва заметив Ниннин краем глаза. Та, конечно же, сразу заметила её. С подносом в руках и ухмылкой на лице, Ниннин подошла к её столу, а за ней, как тени, следовали Нэтти и Жизель. Кихо, с подносом в руках, лениво оперся на край стола, будто был главным зрителем. — Пытаешься замутить с ботаником, раз не получилось с Хёнджином? Как мило, — Ниннин остановилась напротив, смотря то на Йеджи, то на Сынмина с явно насмешливым взглядом. Сынмин, услышав её слова, нахмурился, но ничего не сказал, лишь сделал вид, что занят своим обедом. Йеджи же, напротив, ощутила, как в груди закипает злость. — Тебе не надоело? — холодно спросила Йеджи, стараясь сохранить спокойствие. — Нет, знаешь ли, — Ниннин прищурилась, её голос сочился ядом, — смотреть, как ты пытаешься жить своей скучной жизнью, пока вокруг тебя разрушается всё, — это даже забавно. Йеджи почувствовала, как пальцы Сынмина слегка дёрнулись на столе, он явно напрягся, но всё равно сохранял молчание. — Ты что, думаешь, что кто-то из нас забыл про твою шалость? — Ниннин склонила голову, её голос становился всё тише, чтобы никто из других студентов не услышал. — Все думают и знают, что ты просто завидуешь мне и Хёнджину. Но это не даёт тебе права лезть туда, куда не звали. — Ниннин, ты переходишь границы, — вдруг тихо, но уверенно сказал Сынмин, подняв на неё взгляд. Она хмыкнула, оглядев его с ног до головы, и кивнула: — О, смотрите-ка, наш ботаник заговорил. Что, решил стать её рыцарем? — Лучше быть ботаником, чем твоей тенью, — спокойно ответил он, вернувшись к своему обеду. Ниннин побледнела, явно не ожидая такого ответа. Её губы сжались в тонкую линию, но она быстро нашлась: — Вы идеальная пара. Занудная девочка и скучный мальчик. — Она насмешливо фыркнула. — Продолжайте. Сынмин, который до этого старался не обращать внимания, молча поднялся, его взгляд холодно скользнул по каждому из них. Он остановился на Кихо. — Отойди, — коротко и уверенно сказал он. Кихо удивлённо вскинул брови, но быстро сменил выражение лица на насмешливую ухмылку. — Ладно, ладно, — он отступил на шаг, его лицо всё ещё сохраняло игривое выражение, как будто он хотел добавить: "Иди куда хочешь, придурок". Но Ниннин не собиралась так легко отпускать ситуацию. Она взяла упаковку молока с подноса и, улыбаясь, шагнула ближе к Йеджи. — Говорят, молоко полезно для кожи и укрепляет ум, — она насмешливо произнесла, прежде чем вылить содержимое упаковки прямо на голову Йеджи. Тишина повисла в столовой. Даже её собственные друзья выглядели немного потрясёнными от столь неожиданного жеста. Кто-то из студентов за соседними столами вскрикнул от шока, но Ниннин лишь стояла, ухмыляясь, явно наслаждаясь моментом. Сынмин сжал челюсть, но прежде чем он успел что-то сказать, Йеджи медленно подняла взгляд, на её лице была смесь ярости и отчаяния. Она уже сжала кулаки, её тело слегка дрожало, но она старалась сдерживаться, чтобы не сорваться. Ниннин наклонилась чуть ближе, явно ожидая взрыва, но Йеджи лишь смотрела вниз, делая всё возможное, чтобы не поддаться эмоциям. — Пойдём, — наконец сказала Ниннин своим друзьям, бросив последний презрительный взгляд на Йеджи. Компашка рассмеялась и двинулась к своему столу. Сынмин хотел было что-то сказать, но остановился, когда заметил, что Йеджи тихо поднялась со своего места. Молоко стекало по её волосам и лицу, оставляя мокрые пятна на одежде. Она ничего не сказала, не глядя ни на кого, просто повернулась и направилась к выходу. Сынмин смотрел ей вслед, его взгляд был тяжёлым и полным скрытой злости. Он провёл рукой по столу, будто сдерживал желание сказать или сделать что-то, что только усугубило бы ситуацию. В столовой снова воцарилась тишина, а шёпот студентов за соседними столами стал громче.