Глава V. Переломный момент

      До отбоя оставалось меньше тридцати минут, когда я вернулась обратно в общую комнату. По пути я заметила, как несли картонные коробки черного цвета с розовыми лентами. Подобные уже были замечены, когда приходили забирать трупы. И несли их в направлении мужского туалета. Холодок пробежался по позвоночнику. Не нравилось мне то, к чему это шло. Как удалось узнать, в туалете произошла потасовка, в течении которой погибло пять человек. Среди них был бывший репер, судя по озлобленному, и уже обкуренному, лицу его дружка Намгю. Я старалась держаться ближе к своим, сев среди них, так как не нравилось мне, что “кружки” смотрели на нас как хищники смотрят на своих жертв, готовившись к нападению. Мне было настолько жутко, что я почти не участвовала в их разговоре. Только слушала. — Раз они собираются напасть на нас, то нам нужно напасть первыми! — предложил один из собравшихся. — У нас больше женщин и стариков. Мы не вывезем просто. — Я согласен. Если мы нападëм первыми, то в следующем голосовании сможем выиграть, — первый игрок одобрил данное решение. Мне стало ещë больше неуютно от таких разговоров. Но вот взял слово наш предводитель в лице Ки Хуна. — Мы так не можем. — Разочарованно сказал Ки Хун. — Нам надо выйти любой ценой. И вы сами сказали. Мы больше не можем сохранять спокойствие. — Ён Иль продолжил гнуть свою линию. — Это не значит, что мы должны друг друга поубивать, эти твари именно этого и добиваются. — Вдруг сказал Ки Хун. — Эти твари? — Спросила я, сведя брови к переносице. — Те, кто создал и эту игру, те же самые твари, которые смотрят как мы в нее играем Если мы должны с кем-то бороться, то как раз с создателями игры. — Эти твари, где они? — Спросил Дэ Хо. Ки Хун перевел взгляд в потолок, и все, включая меня, повторили за ним. — Наверху. — моя шея затекла, потому, потирая затылок, я вернула внимание обратно на “456”-го — на верхних этажах расположены все главные комнаты персонала. Человек, который носит черную маску — их лидер. Мы сможем выиграть если доберемся до него. — Хорошо, где мы оружие достанем? — докапывался до него Ëн Иль. — Заберем его у них, — прозвучало довольно самонадеянно. — У людей в масках? — Настороженно спросил Ëн Сик. — Это слишком опасно. Даже если получится забрать пару автоматов, охраны может оказаться больше чем нас, — впервые была с ним полностью согласна, и даже не верю в это. — И что! Просто будем сидеть здесь и молиться, пока не закончится эта кровавая ночь? Вы этого действительно хотите, Ён Иль?! — У нас есть шанс взять оружие? — Уточнила игрок “120”. — Этой ночью, когда начнется драка, у нас будет возможность. Как только выключится свет, тихо проползите под кровати, чтобы эти мерзавцы не смогли напасть на нас первыми. Мы должны оставаться в укрытии и не выходить до самого конца драки… и ни в коем случае в нее не вмешиваться. Драка не продлиться долго… Они не хотят, чтобы все игроки погибли. Как только включат свет, солдаты войдут и возьмут контроль над ситуацией, они будут заняты бастующими, а не теми кто уже погиб. Затем они проверят мертвых, чтобы узнать их личность. Дождемся момента, когда они подойдут к нам и нападем. — Но если мы так поступим, это значит, что другие крестики окажутся в меньшинстве, — печально для всех отметил Чхон Бэ. — Я знаю, — словно зная на что идет, заявил тот. — Но если мы все таки полезем в драку и кто-то из нас в ней погибнет или пострадает, то мой план сорвется. — Вы предлагаете пожертвовать кем-то ради всеобщего блага, — мне показалось, или я услышала в тоне нотки разочарования? Хотя я даже согласна, это звучит слишком… — Если мы упустим этот шанс, то мы пожертвуем гораздо большим. Нужно прямо сейчас прекратить игру, даже если придется принести кого-то в жертву. — В таком случае я поддержу ваше решение, — уверенно заявил игрок 001. Теперь своим застывшим и молчавшим видом, я больше напоминала рыбу, но по другому реагировать было невозможно. Я не могла поверить в то, что сейчас услышала. Он - тот кто выступал за сохранность человеческих жизней больше всего в этой комнате, внезапно решил пожертвовать теми, кто поверил ему. Теперь он вызывает лишь противоречивые чувства. Однако я так же видела, что данное решение далось ему тяжело, но молчать насчет этого я больше не могла. — Вы себя слышите?! — тон моего голоса был возмущëнный, когда я обращалась к предводителю группы. — Господин Ки Хун, в самом начале, Вы выступали за спасение людей из этого кошмара, теперь же вы хотите пожертвовать этими же людьми ради цели, которой Вы буквально одержимы? — А что ты предлагаешь? — поинтересовался он, слегка недовольно. — Защищаться. Сделать баррикады из кроватей, не знаю, но точно не бросать кого-то на верную гибель, — довольно уверенно ответила я, смело вступая в дебаты с финалистом прошлой игры. — А дальше что? Проходить игры? — взгляд мужчины потемнел, а в тоне голоса проскользнул незнакомый холод. — Я не собираюсь проходить через это снова, и воспользуюсь любой возможностью уничтожить игру… — Это прямое самоубийство! — я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить свою потаëнную, более открытую на радикальные действия личность, и не сделать всë ещë хуже. Пришлось встать. — Нездоровая одержимость целями никогда не приводила к желаемому результату, а лишь к боли и страданиям. Я решила оставить данных господ. Умирать не хотелось, но лучше это сделать с чистой совестью, а не прикрываться другими. Но ушла я не так далеко, ибо точно не идиотка оставаться совершенно одной. Я вдруг почувствовала, как закружилась голова, а по всему телу ощущались спазмы, поэтому вернулась на кровать, дабы придти в сознание. Когда до отбоя оставалось меньше десяти минут, то я ощутила как кровать скрипнула и на противоположной стороне кто-то сел. — Пришел уговаривать меня соглашаться на столь рисковую затею? — хмыкнула я, даже не смотря на того, кто решил ко мне подсесть. — Да, мне тоже план не нравится, — на моë удивление, это был Чхон Бэ. — Тогда почему Вы поддержали план Ки Хуна? — Потому-что он мой друг. Я наконец посмотрела на него. Он снова напоминал своим видом доброго дядюшку, что с небольшой улыбкой посмотрел мне в глаза. — Я знаю его уже очень давно, и помню каким он был дормоедом, — видно данные времена его веселили. — Три года потом я его не видел. И едва узнал его, когда вновь встретил уже здесь. То что произошло здесь... сильно его изменило. К тому же потеря матери могла сказаться... Значит мои ранние догадки были правильными. Тяжело выдыхая, я никак не прокомментировала это. Он положил руку мне на плечо, продолжив: — Как бы я не был против, но я его друг, а друзья поддерживают друг друга... Люблю я этого балбеса, что ещë сказать. Я чуть улыбнулась. — У меня никогда не было такого друга... — Дэ Хо стремится стать таким, как я заметил. От двухсмысленной ухмылки, я почувствовала, как жар проливает к моим щекам. И возмущение достигло своего предела. А его данная ситуация видимо забавляла. — Дядюшка, это не то, что вы думаете! — я скромно опустила взгляд. — Я... согласна быть со всеми вами. Но... Но вы должны пообещать, что если мы и уйдем с этого острова, то вместе! — Детка, об этом не переживай, — он потрепал меня по волосам на голове, от чего там едва не образовался ëжик. — Чхон Бэ точно не сдасться без боя! Да ещë и на свадьбе вашей с Дэ Хо погуляю! — Дядюшка! Я только поняла, что уже второй раз звала его так. Но он никак не возражал по данному поводу. Или просто решил не обращать внимание? В любом случае, когда мы выйдем отсюда, я очень хочу продолжать общение с таким человеком. И с бабушкой Гым Джой и еë довольно милым, хоть ещë и не проявившим себя, сыном. И с господином Ки Хуном, разумеется, так как благодаря ему я ещë жива вообще. А особенно хотелось никогда не расставаться с Дэ Хо... В последнее время, я так странно рядом с ним себя чувствую, и если бы не положение, в которое мы все угодили, я бы давно при нëм растеклась в лужицу от смущения. Да и вряд ли он бы обратил внимание на подобную мне девушку, в любой другой ситуации. Такие как он интересуются лишь красивыми. А я так. Ни о чем... Я хотела выжить. Поэтому изъявила желание спрятаться под кроватью, куда меня пригласил Дэ Хо, что был там уже с Чхон Бэ. Первый находился слишком близко ко мне, так, что я ощущала тепло от его тела. Запах пота давно меня не волновал. Но стоило сосредоточиться на деле, так как в темноте я заметила движение. Сторона "ноликов" медленно, с вилками и разбитыми бутылками, пересекли черту. Уже через секунды, были слышны крики и звуки бойни. Я сжалась в маленький комочек и ощутила, что меня к себе прижимает Дэ Хо. Чëртово смущение. Не время сейчас. Я ощутила то, как сильно бьëтся его сердце в этот момент. Он... боится? Я думала морпехи ничего не боятся. Пришлось взять его руку в свою и слегка сжать еë, дабы оказать какую-то поддержку. И самой с катушек не слететь, стараясь не смотреть на то, как вокруг мрут люди. И тут сбоку от нас послышался крик. Я повернула голову и увидела как та девчонка с пирсингом, которая по началу ошивалась с Таносом, отходила от Нам Гю. У них завязалась драка. Кто-то разбил возле парня бутылку, с намерением видно помочь девушке, но в него не попало. Поэтому бойня продолжилась. Он повалил ее на землю, и начал яростно вонзать вилку в еë шею. Вокруг происходила настоящая жатва, а мы ничего не делали. Я почувствовала, как внутри меня что-то обрывается. Страх сменился неподдельным ужасом, и я не могла оторвать глаз от этой сцены. Все происходило так быстро, почти как в замедленной съемке. Крики, воздух, наполненный паникой, и сама борьба за жизнь, развернувшаяся передо мной, стали частью ужасающего спектакля. Я понимала, что сейчас надо сделать что-то – но что? Нельзя. Ибо план сорвется. Дожидаясь подходящего, я сказала: — Нас примут за трупов, если мы обмажемся... кровью. Дэ Хо понял ход моих мыслей. Мы выползли из под кроватей поочередно и осторожно, к ближайшим трупам. Меня едва не тошнило, но я держалась, чтобы ничего не испортить и не спалится. Первым делом, я обмазала кровью лицо парня, а потом взялась за себя. Мы легли на пол как раз вовремя, ибо ворвалась охрана и начала стрелять в воздух. Всë шло чëтко по плану: осмотр выживших игроков, подсчет трупов, выхватывание оружия и последующая атака на них. Дэ Хо затащил меня за барикаду из кровати, при выстрелах прикрывая лицо. Я не могла его винить. Меня мучило бессилие. Они рисковали собой, пока я пряталась. Но пока я решалась, выжившие люди в форме сбежали, за исключением одного. Его взяли в качестве заложника. Я участвовала в том, что собирала всë оружие с мëртвых "розовых фламинго", прежде чем выложить всë в одном месте. Один из игроков схватился за автомат, с решимостью расстрелять всех ноликов, но Ки Хун его остановил. С одной стороны, да, я с ним согласна, но с другой... те, кто своими руками однажды убил человека, перестают быть им сами. Но видела я в во взгляде игрока "456" что-то до жути знакомое. Что-то, что напрягало меня в первом игроке... Теперь нужно собирать добровольцев для того, чтобы оказать сопротивление. Я видела "333" и "007" хотели пойти, но их остановили их женщины, что было ожидаемо. Даже если кто-то из них и злился на кого-то, глубоко внутри они их любили. В эту секунду я посмотрела на Дэ Хо, но заметила нечто странное - положение оружия в его руках. Разве солдаты так держат свое оружие? Я так засмотрелась на парня, что пропустила мимо ушей мотивационные слова финалиста прошлой игры. Типичная я, что уж сказать... — Вы наверняка боитесь, если честно я тоже боюсь. Но второго шанса может не быть. Давайте бороться вместе… И выйдем отсюда вместе. — спокойно сказал Чон Бэ. Это сработало, вышло ещё немного мужчин с крестиками. А так же и я, что удивило многих. — Когда я жила в Японии, дедушка научил меня пользоваться оружием. Как он выражался: "на случай бойни", — пришлось пояснить столь неожиданное решение. — Он был якудзой. И он как в воду глядел. — Все проверьте патроны и оружие. — приказал Ки Хун, больше не тратив времени на выяснения. — Все возьмите по рации. Частоты выставите на счастливое число семь. Я кивнула на слова Чхон Бэ и сменила частоту. А затем в игру вступила игрок "120", в которой я раз и навсегда увидела кумира. — Внимание, это Мп5 пистолет-пулемет. Сначала нажмите на этот рычаг по центру и потяните, магазин отсоединится, переключатель вверх, будет автоматический огонь. Для одиночных выстрелов вниз. Сейчас у нас мало обойм, поэтому обязательно стреляйте одиночными. И наконец вставляете магазин, тяните верхнюю рукоятку вниз. Это перезарядка. Все поняли? Мы закивали словно китайские болванчики. Периферийным зрением я уловила, что несколько мужчин шушукаются между собой, посматривая в мою сторону. Ох, не нравилось мне это. Да и мои подозрения подтвердились - оружие у меня изъяли. — И как это понимать? — Мы тут ещë раз обсудили... Будет лучшее, если ты останешься здесь, — Дэ Хо неловко улыбнулся. — Понимаешь... твои приступы... — Из-за них нас легко смогут убить, — зато первый игрок отличался не тактичностью в данной теме. — Так что он прав, переждать будет лучше здесь. — Но я ведь... — Нари, — настойчиво попросил младший морпех. Ох, не могу долго сопротивляться таким глазам. Надкусывая внутренюю сторону щеки, я никак не ответила. Группа начала выдвигаться в дорогу, в сопровождении пленëнного квадрата. Чхон Бэ напоследок потрепал меня за плечо. — Не волнуйся, детка. Мы справимся. Я осталась стоять и смотреть им вслед. У меня плохое предчувствие... И оно усиливалось с каждой минутой, пока я сидела с остальными в общежитии. А когда вернулся до смерти перепуганный Дэ Хо, что лепетал что-то про то, чтобы проверили карманы павшего персонала игры на присутствие обойм с патронами , то паника во мне только возросла. Я судорожно начала помогать извлекать обоймы, которые потом передавала Дэ Хо, а он закутывал их в свою ветровку. — Что там? — спросила я, пока он тут. Он дрожал. И посмотрел на меня. — Я... Меня п-послали... Я должен идти... Он рванулся к выходу, но вдруг замер, словно вкопанный. Даже стоя ко мне спиной, он излучал нарастающую панику. Я тихо позвала его, но он не откликнулся. Несколько секунд он стоял неподвижно, прежде чем развернулся и медленно вернулся обратно. Я видела, как он, дрожа, забился под кровать, словно ища спасения. Мой прежний образ его рассыпался в прах. Он боялся. Всё указывало на паническую атаку. Я осторожно подошла ближе, присела, избегая резких движений. Слова были бессильны, и я лишь прижалась к его груди, слушая, как учащённое сердцебиение постепенно успокаивалось. Обняв его, словно маленького ребёнка, я пыталась утешить, защитить от всего, что его пугало. Я тихонечко запела, ласково гладя его по голове: — Кагоме, кагоме, Птичка в неволе На жёрдочке. Сгинут аист с черепахой. Кто же за твоей спиной? Он продолжал дрожать, но уже не так сильно, как в начале. Я шептала тихие слова, стараясь создать вокруг него атмосферу безопасности. Внутри меня боролись разные эмоции: тоска, жалость и непонимание. Как мог человек, которого я знала таким сильным и уверенным, оказаться в таком состоянии уязвимости? Прошло несколько минут, прежде чем он медленно поднял голову и встретился со мной взглядом. В его глазах всё ещё отражалась паника, но в них появился проблеск надежды. Я видела, как он постепенно возвращается к реальности, как страх отступает под натиском простого человеческого тепла. — Прости, — произнес он еле слышно, словно это слово могло развеять его страхи. Я только кивнула в ответ, понимая, что иногда нет необходимости в словах. Тебе было страшно. Как же долго ты держался, Дэ Хо... Я бы так не смогла. Я перевела взгляд на патроны... Им нужна помощь! Но от посланника сейчас толка нет, поэтому я решила всë взять в свои руки. Пусть я и умру, но я обязана что-то сделать, и перестать быть настолько бесполезной. Хватая оставшийся автомат, а так же запас обойм, я решительно бросилась в коридор, заранее оставаясь на стороже. Сейчас нет места страху. Моей команде нужна помощь. Моим друзьям нужна помощь. А на фоне пока звучал женский равнодушный голос: — Всем игрокам подготовится ко сну. Немедленно вернитесь в общежитие, иначе вы выйдете из игры. Как же я ненавижу этот бездушный голос, вы бы знали... Неожиданно я столкнулась с Хëн Джи. — Нари? — Где остальные? — Лучше обходить с другой стороны. Она не стала задавать лишних вопросов, а просто прошла мимо меня, в направлении обжещития... Как же я люблю эту женщину, Боже ты мой, и плевать что раньше она была парнем. Я постоянно пряталась, когда слышала шаги солдат. Судя по выстрелам, я уже подхожу к цели. Здесь слишком много коридоров и лестниц, пора бы уже им повесить таблички что где. Благо у меня не было топографического кретинизма, иначе давно бы тут потерялась. Сердцебиение участилось и стало тяжело дышать, но я старалась не обращать на это внимание. Сейчас не время думать о собственном комфорте, так как на кону жизни. Осторожно продвигалась по тускло освещенным коридорам, я старалась не издавать ни звука. Каждый звук, каждая тень вокруг напоминали мне о риске, который я принимала на себя. Эти места были пропитаны страхом и отчаянием — я чувствовала, как истории сотен людей, оставшихся здесь, проникают в меня. Многие погибли здесь, и возможно тоже пытались бороться. На пути попался первый солдат, что уже прицелился, но моя реакция оказалась быстрее. Он схватил пулю в лоб и свалился. Руки немного дрожали, но я успокаивала себя, пока проходила мимо. Они не люди. Они монстры. Я шла по расколоченным камерам какую-то часть пути, но добралась до очередного входа... Тут ружье придерживало вход для отступления. А впереди послышался выстрел, причем явно не из автомата или ружья. Прицелившись, я тихонечко прошла вперëд, спрятавшись за углом. Впереди было несколько солдат, что прижимали к полу Ки Хуна и... Чжон Бэ, который лежал слишком неподвижно. Нет. Только не он. Пожалуйста... Хладнокровие пришло на место эмоциональности, а иная сторона на замену мне. Нескольких выстрелов хватило, чтобы попасть в туловище или голову противникам, что явно не готовились к такому, прежде чем я решилась подбежать к разбитому Ки Хуну. — Надо уходить, пока никого нет. — собранным тоном заговорила я, потом желая оттащить товарища за собой, пока сам мужчина пусто посмотрел на меня. — Скорее! Он переводил взгляд с меня на тело покойного друга и обратно, пока не решился наконец встать и последовать за мной. Держались мы осторожно и тихо, стараясь не попадаться противникам. Ноги сами привело меня в общежитие, где уже осматривали всех игроков. И пока никто не видел, мы вдвоëм встали к остальным и подняли руки. Никто ничего не заподозрил. Я едва сдерживала рыдания. Я должна быть сильной...