II. Когда-то

«Живы ли они, твои стрекозы?» Спрашивает белое пятно в верхних водах Выйди из облаков, богиня Я расскажу о стрекозах И прочих пестокрылых насекомых Им никак чрева моего не покинуть И это доля того, кто не меряет сердце Стало быть, любит безмерно, без повода Без расчёта Их прозрачные крылья Иголки-тельца Проделали в животе моём язвы и дыры И так легко опостылеть Тому, кто делит сердце на клетки Тому, чьи призраки — не зловеще гремят цепями Но тянут руки и гладят волосы «Твоя участь — чужое счастье видеть Своё никогда не поймёшь» Говорит луна, прикрыв нос пуховым веером «Но что ты держишь такое в руках?» О, Селен, я держу лёгкую чашу Невесомую ношу Но мне тяжело Так могла бы начинаться загадка Да закопан труп не в словах А в земле В чаше тончайшая пыль Всё, что от них осталось «От кого? От кого?» — розовая от возмущения луна торопит Я кидаю взгляд на свежевскопанную грядку Весной здесь взойдут гиацинты Сегодня там, моя богиня, лежат бабочки Они не шевелились, когда я их нашла Забытых, у стенки Под часами Сначала я сложила их в пепельницу Потом пожалела Если они когда-то жили, то стоит отдать им должное Пусть плодоносит почва Милое слово «когда-то» Полное обломков Я беру их в руки и… Смотри, сколько боли Так дивно спрятано! И всё в одном слове Теперь я тоже в земле И никогда не буду рядом