Война.

Эйвери шла по коридору, её мысли были запутаны, а сердце колотилось в груди. Всё вокруг становилось размытым, все чувства — болезненными, будто она не могла вырваться из своей собственной тени. И вдруг она встретила его. Драко. Он стоял там, словно его только что выключили из всего, что происходило вокруг. Его лицо было напряжённым, глаза — глубокими, полными чего-то, что она не могла понять. Эйвери замерла, не ожидая встретить его здесь, в этом моменте. Он увидел её и шагнул вперёд. — Эйвери, — его голос был тихим, но настойчивым. — Подожди. Она хотела продолжить идти, но что-то в его взгляде заставило её замереть. Она посмотрела на него, но не произнесла ни слова. — Ты ведь понимаешь, что происходит? — продолжил он, и в его глазах было что-то, что всё ещё пыталось её достать. — Мы не можем просто пройти мимо этого. Эйвери подняла взгляд на него, глядя, как тень сомнений накрывает его лицо. Не было слов, которые могли бы вернуть всё назад. Всё, что она чувствовала, — это был пустой взгляд. То, что она видела, было для неё слишком болезненно реальным. — Не подходи ко мне, Драко. — её голос был хриплым, сдержанным. Она не могла позволить себе слабость. — Я больше не хочу это слушать. Ты снова сне соврал. Снова соврал. Он замолчал, и несколько секунд стояли в абсолютной тишине, как будто их мир только что рухнул и они оба стояли среди обломков. Но вдруг раздался крик, который эхом прогремел по всему замку: — Гарри Поттер мёртв! Весь мир вокруг как будто замер. Даже воздух стал тяжёлым, как если бы сама реальность ощущала этот момент. Все эти годы борьбы, все усилия, все силы — и вот теперь, когда всё должно было быть решено. В этот момент Эйвери ощутила, как все её чувства обрушились на неё с новой силой. Она вспомнила те моменты, когда верила в то, что всё будет иначе, что кто-то, возможно, сможет изменить конец этой войны. Но теперь… теперь всё изменилось. Драко, не сводя с неё взгляда, опустил голову, и в его глазах мелькнула та самая боль, которую она видела в его лице всё это время. Тогда на их пути возник голос, чьё имя все знали. — Теперь вы подчинаетесь, только мне. — крикнул голос Лорда, прорезавший воздух. Эйвери почувствовала, как её тело напряглось, и с каждым словом Лорда, она всё больше осознавала, что выборы, которые она должна сделать, будут решать её судьбу. Это было не просто решение, это было предательство всего, что она знала, всего, что она любила. Эйвери посмотрела на Драко, и в его глазах не было решимости, только молчание, как будто он тоже стоял на пороге чего-то страшного, что не могло быть. Она не двинулась, когда Лорд позвал её. Но сзади подошла Эллариан, и без всякого колебания подошла к Маттео, что стоял рядом с ней. Вся компания направилась к Лорду, и потом к Подирателям. Эйвери чувствовала, как она все глубже отдаляется от Драко и всей этой битвы, и в какой-то момент, она поняла, что её путь уже не связан с этим миром. Именно тогда она услышала, как семьи Пожирателей начали собираться рядом с Лордом. Все те, кто ещё стояли на стороне войны. Семьи, которые пришли сюда, чтобы сразиться до конца. Семьи, которые начали уходить, и оставляли всё позади. Всё покидало бой. Семьи покинули его, кроме Маттео. Маттео повернулся к своей матери и сказал, с тихой решимостью в голосе: — Мама, нам нужно уходить. Это не твой путь. Она колебалась, но в её взгляде появилось сомнение. И через несколько секунд, она кивнула и пошла с ним, решив покинуть бой, сделав выбор ради своей семьи. Эйвери стояла там, и все семьи покинули бой, оставив только Пожирателей. Теперь было ясно. Война завершалась, но на поле битвы остались те, кто оставался верным до конца.

***

После того как война завершилась, мир стал другим. Поттер одержал победу, Лорд был убит, и всё, что связано с его правлением, рухнуло. Беллатрисе оставалась в своем доме, поглощённая раздумьями. Она переживала не только смерть Лорда, но и всё, что с этим было связано — все её усилия, все годы верности, и в какой-то момент ей стало тяжело найти место в этом новом мире. Эйвери, её крестница, приходила часто. Несмотря на все изменения, отношения между ними оставались тёплыми. Беллатрисе всегда была радостна видеть её, хоть и чувствовала, как мир вокруг разрушался. — Белла, — говорила Эйвери, сидя рядом с ней. — Я понимаю, тебе трудно. Мы все в этой ситуации. Но ты ведь сильная, ты найдёшь свой путь. Беллатрисе лишь кивала, её взгляд был потерян. Эти дни казались бесконечными, и даже те, кто рядом с ней, не могли облегчить её боль. Они обсуждали множество вещей — и старые воспоминания, и нововведения в мире магии, и другие события, которые, казалось бы, не имели отношения к войне. В какой-то момент Беллатриса вспомнила, как когда-то Эйвери спасала её от сложных ситуаций, как всегда была рядом. А Беллатриса её. — Ты ведь помнишь, как ты меня крестила? — спросила Эйвери, а Беллатриса задумалась. — Это было совсем давно, — ответила Беллатриса с горечью. — И тогда я думала, что всё будет иначе. Война… мир. Всё не так, как мы мечтали. Эйвери кивнула. Но даже в её голосе было чувство, что всё можно исправить. Она верила, что они всё ещё могут найти свой путь. Белла и Эмирея говорили как подруги. Хотя Белла Эмиреи просто крестная. Эмирея рассказала за Драко. И Белла тоже её успокаивала.

***

Спустя две недели после войны. Эмирея Эйвери сидела в своей комнате, тихо разглядывая старинные книги, которые оставались от прошлого, пытаясь понять, как этот мир теперь будет двигаться дальше. После всех событий войны всё было как будто в тумане — и люди, и судьбы, и сама она. Весь дом был полон пустоты, её шаги эхом отдавались в залах. В голове было много мыслей, но всё никак не складывалось в картину. Тут в дверь постучали, и вошла Дафна Нотт, её хорошая подруга. Девушка выглядела несколько обеспокоенной, но сдерживалась. — Привет, — сказала Дафна, улыбнувшись, но её взгляд был напряжённым. — Как ты? Эйвери кивнула, пытаясь скрыть свою тревогу. — Всё как обычно, — ответила она, хотя сама чувствовала, как её мысли всё ещё заняты тем, что было до, во время и после войны. Они стали разговаривать о том, что происходит в мире, как живут их семьи, как ведёт себя Пэнси, что-то о Министерстве. Но разговор быстро вернулся к важному вопросу — к событиям, которые не могли оставить их равнодушными. — Астория исчезла. Уже третий день её нет дома, — сказала Дафна, обеспокоенно оглядываясь. — Я не знаю, что с ней, но её нигде не найти. Эйвери прищурилась, на её лице было беспокойство, но и интерес. — Ты думаешь, она с Драко? — спросила Эйвери, не в силах сдержать мысли, которые нахлынули. Дафна замолчала. Она не была уверена, и это было видно по её реакции. — Не знаю… я не думаю, что она с ним, — сказала Дафна, качая головой. — Он не то чтобы сильно активен, и вообще, все эти его молчания и избегания… Но Эйвери ощущала что-то другое. Что-то, что не давало ей покоя. Она вдруг вспомнила. — Пять дней назад мне пришло письмо… от Драко, — произнесла она, показывая Дафне письмо, которое ещё не успела отправить. Дафна с любопытством взяла его в руки. «Извини меня. Я хочу поговорить» — было написано в коротком сообщении. Эйвери внимательно следила за реакцией подруги. Она почувствовала, как её внутреннее беспокойство только усилилось. — Он хочет поговорить… но почему он не сказал ничего конкретного? — заметила Дафна, чуть больше задумавшись. — Мне кажется, что он что-то скрывает. Эйвери молчала, не зная, как на это ответить. Она ощущала, что что-то здесь не так, но не могла точно понять, что именно. — Он… может быть с ней, — сказала Эйвери с растерянностью в голосе. — Может быть, это просто всё связано с ними. Я не могу понять, почему он молчит. Дафна покачала головой, не веря в это, но одновременно не могла дать полное опровержение. — Возможно, ты права, но… Драко и так всегда был замкнутым. Он не тот, кто сразу всё расскажет. Ты уверена, что хочешь продолжать в этом копаться? Эйвери, не раздумывая, ответила: — Не знаю. Думаю может будет правильным.. В их разговоре не было однозначных ответов, но именно в этом молчании Эйвери почувствовала, что ей нужно что-то предпринять. Подруги молчали несколько минут, каждая поглощённая своими мыслями, и в этот момент Эйвери поняла.