Часть 1

— Помоги мне, — маленькая девочка еле колупалась в песке, пытаясь забраться на небольшую возвышенность. Местность была похожа на смесь пляжа и гор, поэтому гулять по такой было весьма проблематично. Но, разве это может остановить любознательных детей, ищущих приключения? — Давай руку, — мальчик присел к ней, протягивая ладонь. Девочка положила руку в неё, но, вместо того, чтобы дернуть на себя, мальчик словно подался вперёд. И вот, они уже катятся вниз, к воде, не забывая собирать и головами, и лицами, песок, грязь и ил. Белоснежное платье девочки тут же становится грязным, и она понимает, что за это получит только она. Тетя будет ругаться. Резкий бросок и вода заполняет уши, глаза не получается открыть, только беспомощное падение, бултыхание и борьба со смертью. Перед глазами не проносится жизнь, ведь этой жизни не хватит даже на секунды перед смертью. Всего пять лет, и это время, чтобы умереть? Ей пророчили другую судьбу. Слишком плохие мысли в голове пятилетней девочки, нехватка воздуха. И рывок вверх. — Ты что, совсем уже?! Из-за тебя мы упали! Вот так. Чуть не умерла, а её обвиняют. Девочка смотрела огромными светлыми глазами на мальчика и не понимала, за что кричат. Она ведь не тянула его, и сама пострадала не меньше. Разве это правильно?.. — Ты мне даже ответить не можешь! Свою вину расскажешь моему отцу! А в глазах собираются слёзы. Его отцу… В грязном платье, оборванная, виноватая и жалкая. — И не надо мне тут плакать. Ненавижу воду. Фу. *** — Свята! Тяжелый вздох и девушка оборачивается назад, к обладательнице голоса. По телу растекается раздраженность, поддатая усталостью. Нет, она всегда рада подруге, но сейчас всё, о чем мечтает Свята — попасть в комнату, упасть на кровать и больше никогда-никогда не вставать. — Фух, ты прям со скоростью света передвигаешься, — три «ха». Очень смешная шутка, а главное не заезженная от слова «совсем», — Еле догнала. У меня такие новости!.. — Льдинка, мы можем эти новости оставить на завтра? — Свята старалась лишний раз не вздыхать и не показывать, как же ей не нравится тут стоять. Туда-сюда ходят студенты, и так и норовят ударить своими конечностями. А Льдинка словно и не замечает, стоит себе, довольная и чем-то взволнованная. — Свят, ну это очень интересные новости. Очень! — она подчеркнула «Очень» и Свята сразу поняла, что ничего интересного там не будет. — Прости, я очень устала. И после этой фразы просто смылась в очень даже известном направлении — к себе в комнату, спать, отдыхать и набираться сил. Льдинка была студенткой пятого курса и соседкой Святы. Слава богу, что через стену. Её стихией был лёд, как можно было просто догадаться. А по ней и не скажешь: характер у неё больше походил на огонь. Такой же резвый, теплый и любознательный. И обычно Свята была рада послушать сплетни от неё, но сегодня выдался на редкость тяжелый день. Сегодня все занятия были практическими. — Ну нет, стой, ты должна это узнать сегодня! — И это тоже не было свойственно льду. Зато, Льдинке было очень даже свойственно, — У нас будет императорский бал! Императорский бал. Отлично. Свята тяжело вздохнула, подсчитывая свои оставшиеся нервные клетки. Льдинку как-то не устроило молчание, поэтому она помахала перед лицом у подруги рукой. — Я услышала. Рада. О-о-о-очень рада! А теперь по-настоящему радостной быть и не получится. Сегодняшний вечер обречен и, когда бы ни был этот императорский бал, очень хотелось надеяться, что он пройдет без Императора. Он был нежелательным лицом в её списке номер один. — Что, Святик, расстроена? Нечего будет надеть? Этот голос! Лицо Льдинки тут же изменилось, стало несколько извиняющимся. Ведь из-за неё произошла эта весьма неприятная встреча. Свята уже подумала про испорченный вечер, но сейчас он катился вниз рейтинга. — Лён, ты слюни бы подобрал. Найди с кем пойти, это как-то поважнее наряда, — и милая улыбочка на лице Святы. А потом она быстрым шагом (наконец-то!) идёт в сторону комнат световиков. Световиков было меньше всего. Светлые люди, родившиеся в полностью чистокровных семьях, без примеси иных стихий. Могли полностью управлять светом и считались родственными с огнем. Он ведь тоже даёт свет. — Ты сомневаешься, что я найду с кем пойти? Пф-ф-ф, Святик, это тебя бы кто позвал. На эту фразу она решила не отвечать. Знала, что Льдинка осталась там, и сейчас у них будет какой-нибудь интересный разговор. Они-то отлично коммуницировали, он её регулярно смешил. В этой не очень дружной компании разве что они хорошо общались друг с другом. Вот пусть и общаются. Без Святы. Она проклинала день, когда в школе ей дали имя «Свята». Теперь у …Льна появлялись поводы издеваться над её именем. Его имя никак коверкать не получалось, по крайней мере, у Святы. И называть его прошлым было строго запрещено. Никто не должен знать о личностях обучающихся. И даже если вы знаете друг друга, был огромный риск вылететь из школы. — Ваше высочество, — раздалось чуть сбоку и Свята чуть не поседела. Быстро обернувшись на автора фразы, она продемонстрировала всем своим видом всё, что думает о нём, — Да ладно тебе, тут пустой коридор. Свята обернулась. Действительно, пустой, но так рисковать никогда нельзя! Вдруг кто-то выйдет из-за угла и услышит? — Все, больше так не буду, — парень, стоящий напротив Святы, хмыкнул и сделал шаг к ней, распахивая руки для объятий. Свята всё ещё была недовольна, но скользнула к теплому мужскому плечу. Горячему, если точнее. Все-таки огневик, причём самый сильный из тех, кого она знала. Ялк. Седьмой курс, выпускной. Как и Свята, но она на выпускном курсе по чистой «случайности» и императорскому указу. Если бы она училась как следует, училась бы на пятом. Вместе с Льдинкой. И была бы счастлива, ведь от взрослой жизни её отделяло бы больше времени. Из-за этой «случайности» про Святу знали по всей школе. Оборачивались, смотрели ей вслед. Сначала. Теперь уже все привыкли и знали, что это просто Свята. Просто она младше на три года тех, кто учится на седьмом курсе, и задирается со Льном. Обо Льне отдельное слово — задиралась с ним только Свята. Все остальные девочки предпочитали бегать и улыбаться, надеясь, что он обратит на них внимание. Свята не могла дать этому разумного объяснения. Зато Ялк, его одногруппник, знал наверняка. Лён брал своей неприступностью. Ну, и симпатичной мордашкой. Но, это Ялк признавал только закатывая глаза. Про неприступность Льна: Он учился семь лет, и за это время у него не насчитали ни одной девушки. Не считая поклонниц и пассий на бал, конечно же. Он делал вид, что их не существует. И обращал внимание только на Святу. Едва ли ей нужно было такое внимание, они просто огрызались и мечтали убить друг друга. Подруг, да и всю школу, это невероятно умиляло. Они считали Льна и Святу парочкой, Свята считала, что они ненормальные. Что считал Лён Святу не интересовало, поэтому его мнения в этой сводке не будет. Школа фанатела от неприступного красавчика и… ладно, давайте честно, заучки, предпочитающей убегать из мест, где есть Лён. И даже кольцо на безымянном пальце Святы не отговаривало их от восторженных вздохов в их присутствии. Кольцо по-настоящему впечатлило только Льдинку и Озёру. Ещё одну подружку, студентку пятого курса. С кольцом Свята вернулась в школу после каникул только два года назад, в пятнадцать лет. Девочек, которых впечатляло только то, что Свята учится на два курса выше, помолвочное кольцо удивило до глубины души. Также их удивляло и сейчас то, что личность жениха Свята держала в тайне по сей день. Но, решили, что он известен и так она не хочет разглашать личность. Они были почти правы. Но, этим маневром она бы рассекретила не только себя, но и «жениха». — Ты чего в мысли провалилась? День тяжелый был? — Ялк заботливо погладил девушку по голове, заглядывая в светлые глаза. Свята просто кивнула. А затем шагнула назад, от Ялка. Услышала приближающиеся шаги и подобный засвет им был ни к чему. Ялк коротко улыбнулся, едва заметно кивая. Из-за угла вышла Льдинка. Она прищурила глаза, переводя взгляд с Ялка на Святу. Последняя была спокойна. Льдинка всегда какие-то заговоры придумывает себе, можно, в принципе, не обращать внимания. — Ты в комнату? — решила разрушить тишину Свята. Льдинка кивнула, не отрывая взгляда от Ялка. И тут он совершил ошибку. Подмигнул, забыв, что Льдинка периодически просто без ума от любого парня, который оказывает ей внимание. И она поплыла. Совершенно забыв про Святу, она плавной походкой подошла к огневику. Ялк был хорош. С рыжими, типичными для огневика волосами, все теми же привычными для огневика карими глазами. Островатые благородные черты лица. И никто, кроме Святы, не знает, что они по-настоящему благородные. Наследный принц Агроса никогда не выдавал свою личность, даже не давал догадок. — Льдинка, а ты слышала про императорский бал? — Ялк улыбнулся поплывшей девушке, и та лишь растеряно кивнула. Парень, воспользовавшись её замешательством, сделал красивый жест и прислонился губами к тыльной стороне ладони Льдинки, — Буду рад, если вы составите мне компанию. Свята очень остро почувствовала себя лишней. Она вообще не была в восторге от императорского бала, а когда Ялк приглашает Льдинку… Она же себе напридумывает. И как-то Свята рассчитывала, что Ялк пригласит её. Как и все предыдущие годы. Но, видимо, планы меняются. И Ялка это даже не смущает! — Конечно, — Льдинка делает неловкий реверанс, улыбаясь во весь рот. Всё, Свята пошла отсюда. Она хотела отдохнуть — комната как никогда близко. И никто её не остановит. Всё, и на бал этот идиотский она не пойдет. Если не с Ялком, то ни с кем другим. Главное, это не ляпнуть. А то Льдинка решит, что это её жених. Хлопок дверью. Все. Она в своей комнате. И никто не может ей помешать. Свята прикрывает глаза и облокачивается на дверь, облегченно скидывая сумку с тяжелыми тетрадями. Сегодняшний день просто ужасен. Очень хотелось надеяться, что таких дней в расписании больше не будет. Из неё словно весь свет вытянули. — Привет, Святик. — Что тебе нужно? — расслабленность пропала. Свята напряженно впилась в самодовольное лицо, ожидая хоть какого-то извинения за проникновение в жилище. И как он прошел мимо них так, что ни Свята, ни Ялк, не заметили? — Вот так сразу. Что нужно, что нужно, — Лён сполз по кровати вниз, поднимаясь на ноги и сразу же оказываясь на две головы выше Святы. Она запрокинула голову, чем потешила самолюбие парня. Он выразил это ухмылкой, — Хоть раз бы поинтересовалась как дела. — Интересуются когда интересно. Мне неинтересно. Выйди из моей комнаты, — прошипела Свята, сжимая кулаки. — А то что? — Лён принял игру, но тут же поспешил сказать основную цель визита. На случай, если из этой игры живыми выйдут не все, — Императорский бал. Ты идешь со мной. Из этой игры выйдут живые точно не все! — Только через мой труп, — Свята бы точно сделала шаг назад, но шагать было некуда. Поэтому, она просто помотала головой, — Мне не нужны эти слухи. — Все и так думают, что мы вместе. Брось, — отмахнулся Лён, облокачиваясь рукой на дверь и тем самым оказываясь очень близко к Святе. — Бросить могу только тебя через прогиб. Уйди из моей комнаты, я не пойду ни на какой бал. Мне вообще все равно. Отойди от меня вообще! — Свята резко уперлась в грудь Лён, отталкивая его на несколько сантиметров. Ошибка. — Ты достала, хватит противиться! И резко открыл дверь, подталкивая Святу. Сначала она не поняла. А потом на неё вылилось ведро с водой! Просто окатило сверху вниз. Свята застыла, хлопая глазами и ртом. Как рыбка. Наверное, это было в данной ситуации даже символично. А Лён стоял и довольно улыбался, осматривая свою работу. — В первый раз механизм не сработал. Я так расстроился. Но теперь я знаю — механизм просто мне подфартил, — и такой довольный, что просто… убить хочется! — Классный прикид, — прокомментировали её из гостиной общежития. Твою же мать, её выпихнули частично в коридор! И, судя по голосу, замечание поступило от Огнедара. Симпатичного парня-огневика, который симпатизировал Святе. Все, хана этой морде земляной! На кончиках пальцев Святы зажегся свет, Лён лишь ухмыльнулся. Да, он сильнее, но посмотрим, что он сможет сделать против женской хитрости! Свята бросила на обум клочок света, надеясь, что он найдет там зеркало сам. Лён растерялся, ожидая, что сейчас его ослепят и дальше пойдет по продуманному сценарию, который происходит все время обучения. Результат не заставил себя долго ждать! Свет ударил Льна в правое ухо, заставляя его отлететь в тумбочку. Тумбочку жаль, вещи на ней тоже, но он же всё и восстановит! Сам виноват, кто ему вообще разрешал заходить в комнату? — Мелкая, ты напросилась, — его не вырубило. А жаль. Куски земли закрутились на кончиках пальцев. Не так мощно, как это бывало в полную силу, но достаточно, чтобы в результате неловкого движения засыпать всю комнату Святы к чертям. Она не напряглась. Начала играть — играем до конца. Следующий удар светом был прямым. Как и удар землей, осевшей на её волосы. Свята зашипела, отряхивая волосы и пропуская следующий каменный удар. Неизвестно, успела бы она отползти или нет, но перед ней возник щит. Очень неожиданно, но очень в тему. Она завертела головой, желая увидеть, кто её спас. И увидела самый нежелательный вариант. Директор школы стояла и смотрела на неё с ОЧЕНЬ говорящим лицом. А из-за неё мило улыбался Ялк. И Льдинка, но директора вызвал точно Ялк. В директорском кабинете сидели молча и в разных углах кабинета. Лён сидел ближе к директорскому столу, закинув ногу на ногу. И вообще всем своим видом показывал, что он тут сидит только по собственному желанию. Свята же сидела ближе к двери, с глазами, полными раскаяния. — Вы двое! — директор была в ярости. Льна это даже забавляло, — Почему вы постоянно цепляетесь, да ещё и в жилых корпусах? Вопрос без ответа. — Правила для всех едины. Ваши личности отбрасываются во время обучения, разве вы это забыли? Лён, ты забыл?! — директор повернулась на него так резко, что на месте Льна Свята бы точно умерла. А парень даже глазом не повел, лишь качнул головой. Помнит, но не использует эти знания. И считает, что ему дозволено все, — Император приезжает через неделю. Я хочу, чтобы к этому времени ни одна сплетня про ваше поведение не звучала в коридорах. Никаких разрушений, никаких попыток оскорблений друг друга. Ни публично, ни лично. Я думаю, в ваших же интересах, чтобы Император остался доволен. Свята тяжело вздохнула, кивая. Император вызывал только ужас, и пересекаться с ним лишний раз не хотелось. — Пфф… — неопределенный звук издал Лён, но промолчал. — Вот перед императором и будешь пфыркать, — а Свята не промолчала. Наверное, нервы сказываются. — А тебе-то че, слабо? — Лён подался вперед, делая издевательское выражение лица. — Замолчали! — их сейчас обоих убьют. Размажут, — В качестве наказания — отработки по дежурству в младших общажных корпусах. — Не-е-ет, только не в младших, — Свята не сдержала эмоций. Младшие общажные корпуса… Место, где происходит все. Несмотря на то, что ребятам уже тринадцать, там и сопли, и… в общем, все на свете. И сами они ничего убирать не будут, а те дежурные, которые не доследили. Спать отказывались регулярно, а те, кто спал, подвергались издевательствам. Вроде маркера на лбу или зубной пасты. — Что, испугались детей, ваше высочество? — скорчил рожицу Лён. — Нет, что вы, думаю, это вас хватит нервный тик, ваше императорское высочество, — Свята скорчила в ответ похожую рожицу. — Наказание будет длиться два месяца! Молчат. И прожигают друг друга взглядом. Два месяца, это практически до новогодних каникул. А потом остается всего пять месяцев обучения, чуть меньше полугода. Это должно было радовать, ведь, казалось бы, через полгода они перестанут друг друга видеть и раздражать. Ага, как же! — И что за претензии к моему титулу… Хочешь — оставляй себе свой после свадьбы, — пробубнел Лён возле выхода. За что и получил заслуженный удар в спину от Святы.