Часть 2. Нулевой пациент

                  Pov Доктор Ялалов.       Что-то он не слышит, надо бы зайти, а то потеряется ещё нахрен. — Ну здарова, Антошка! — говорю ему. — У-а-аа. – жалобно ныл парень, сидя на больничной койке. — Выздоровел уже? — Ебаться хо-чу… гун. — Давай вставай, выдвигаемся.       Хрящ по секрету мне сказал, что к Шевкунову лучше не приближаться.       Он так и говорил: – Я — доктор Хрящ — авторитет! Тебе пиздец, а мне — минет!       После ночи в больнице пациент стал очень тормознутым. Он собирался минут сорок. Также речь стала несвязной, а взгляд — как у наркомана. — Антоша. Пошли курить. Я угощаю. — Пошли, а у тебя подик есть? — Какой подик? Ты в уши долбишься? — Ты же меня курить звал. — Да нихрена! Ты гой что ли? — Бля-я-я, что со мной?       Так Шевкунова наебали как гоя. Пусть привыкает.       Время пришло. Мы покинули больницу. Солнечное небо высоко и ясно. Ни души. – Вот и всё. Воля, – говорю Антошке. – О, заебись.       Я выпроводил его как шавку, а он и рад, резвиться. То в дуло танка заглянет, поди выстрела выжидал. То на дерево заберется. Очень страшно за ним наблюдать. Эксперимент был неудачным: неадекватность прогрессирует.       Его заметил какой-то мужик, судя по говору, сибиряк. Он с ним о чём-то общался, да, видимо, не выдержал неадекватности. А затем подошёл ко мне и говорит: – Чо ж твой дружок гимизит и гимизит, гимизит и гимизит? – Блять, какой ещё гимизит? – И ты в то же болото… Ужас… – Помолчи-ка. Ты пьян поди? – Ой бля, да идите нахер.              Он ушёл, но что есть гимизит? Слово, ровно ничего не значащее. Как можно было додуматься до такого буквосочетания? Кто это придумал? Точно ли он был в адекватном состоянии?       Однако это идеально подходящее название для нового вируса. Вирус "гимизит". А звучит же! Заразившийся теряет рассудок, начинает "гимизить", в пример Антошки. Так всё чётко совпало, что можно твёрдо говорить об удачном исходе эксперимента, а на Шевкунова похрен. Он выкарабкается.       А теперь в двух словах об его мутной биографии. Об Антоше буквально ничего не известно.             Пришёл в гимназию он в девятом классе. Оставив Старые Зятцы позади. (По некоторым сведениям – в восьмом). Ялалов не обратил внимания на него в девятом классе, но очевидцы Никитин и Широбоков, ходившие с ним на бег, отмечали его выделяющееся и неадекватное поведение.       Выделение Шевкунова невозможно не заметить. Приведу аналогию. Все толканы чистые, а один – нет. Весь взвод в шапках, а один – без. Об армии распишу отдельно, но не сейчас, в другой главе.       Одним словом, туманная личность. Какова его цель переезда? Учёба? Сомневаюсь. Дружки? Остались в Старых Зятцах. А может личная миссия? Всецелое заражение. В Старых Зятцах цель была достигнута, за исключением Ксенича и Вани Белого, которые вовремя догадались эвакуироваться. Однако Антошка решился на полную "зачистку" и, преследуя их, очутился в Якшур-Бодье.       Теперь его новая задача – распространение гимизита дальше. Это уже походит на истину.       Ну что ещё про Шевкуна? С недавнего времени он ещё и боксёр. Со слов Иваныча, очень даже непростой враг, одолеть его трудно. Если честно, странная связка: бокс и бег. Смысл в чём? Увидел слабого противника – бьёшься, а заметил амбала – даёшь тикаля? Так?       Не менее странное решение – выбрать биологический профиль. Нет, лекари России нужны, да только цель его… Неврачебная: – Шевкунов! – А-а. – Нахуй химбио выбрал? – Ебаться хочу! – А чё, просто так нельзя? – Без гандона хочу научиться!       Поучительная майса. Добро, если б был женским врачом, но стоматолог-то тут каким боком? Ебать в рот?       Гимизит просто переполняет его. В каждом уголке его души центральное место занимает именно гимизит. Любая мелочь в его жизни – это отражение гимизита. Чудовищная болезнь. Жил один еврей, так он сказал, что всё проходит…