Глава 15: Загнанный Зверь

... Ламенто пришёл в сознание, лёжа на диване. Куро сидела около него на коленях, уткнувшись в свои руки носом. Он оглянулся. За окном сияло яркое солнце. Судя по его положению, было где-то около полудня. Сильва сидел за своим столом, с озадаченным видом, читая что-то в газете. Куро медленно подняла голову. Заметив, что Ламенто очнулся, она зарыдала, и запрыгнула на него, уперевшись ему в грудь. Она схватила его так сильно, что боль в рёбрах начала казаться ещё более острой. – "Ламенто! Ламенто! Ламенто!" — Куро не переставая повторяла его имя, захлёбываясь в собственных слезах. Сильва услышал это. Должно быть, ему было что сказать Ламенто, но он, как настоящий джентельмен, не позволял себе перебивать Куро. – "Ты в порядке... в порядке... в порядке." — она повторяла это, словно пытаясь убедить саму себя. Чем чаще она это повторяла, тем менее отчётливыми становились её слова, пока она и вовсе не затихла. Тогда, поднявшись из-за своего стола. К нему подошёл Сильва. – "Ты был без сознания последние два дня. Я думал вызвать тебе врача, но, знаешь, ты, вроде как, не человек, поэтому от них было бы больше проблем, чем пользы." – "Спасибо. А где Сиэль?" – "Он ушёл ещё день назад. Оставил тебе записку на столе. Она в конверте. Если тебя это волнует, я её не читал." – "А Валентино?" – "Я не видел его с того момента, как Куро и Сиэль завалились ко мне в офис тогда вечером." – "Хорошо. Тогда, здесь была ещё одна девушка. Кто это?" – "О, Конацу Михара. Она клиентка по делу Рамоса. Кстати, хоть в тот раз ты его не упустил?" – "Да. С Рамосом покончено." – "Отлично. Она будет рада это слышать. Полагаю, что почти всю работу сделал ты." – "Ну что вы, без вас и ваших связей я бы вряд-ли его нашёл." – "Не принижай своих заслуг." — Ламенто сам не заметил, когда начал обнимать Куро. Он посмотрел на неё. Она всё ещё сидела, вжавшись в него, словно бы боясь отпустить. – "А Куро?.." – "Она просидела над тобой все эти два дня." — Ламенто увидел на столе несколько тарелок с кусками разных тортов. У каждого из них не хватало лишь малого куска. Должно быть, Куро так переживала, что не могла есть. Если ни Валентино, ни Сиэля здесь не было, значит их ей приносил Сильва. Он был гораздо добрее, чем казался. – "Ламенто ты придурок! Ты хоть знаешь, как я за тебя волновалась?!" — Куро подскочила и начала трясти его. После мгновения открытой сентиментальности, она, кажется, начинала возвращаться к своему обычному поведению. Ламенто был рад тому, что она так быстро смогла прийти в норму. – "П-прости, в этот раз я действительно заставил тебя понервничать..." – "Это ещё мягко сказано!.. Последнее что я видела, это как ты отправился с Сильвой в квартал красных фонарей, а потом... потом... Где ты вообще пропадал?!" – "Мы с Сильвой выследили того Неживого. Он собирался покупать какой-то наркотик у парня из Бриллиантовой Руки, но мы вмешались. Я убил Неживого, а Сильва погнался за продавцом. Кстати, Сильва, вы его догнали?" – "Нет. Он скрылся. Я еще с часа два пытался найти хоть самую малую зацепку о том, кто это был, и куда он ушёл, но всё тщетно, поэтому я просто вернулся в офис. Погоди, ты сказал, что он был из Бриллиантовой Руки?" – "Верно. Сразу после того, как я убил Рамоса, меня кто-то усыпил. Это было что-то вроде укола шею, но я вообще не заметил, чтобы ко мне кто-то подходил. Я очнулся на свалке, на окраине. Там меня хотел порезать на части бензопилой Неживой-Свинья, но я кое-как смог спастись... Кстати, Сильва! Там были другие люди, при чём ещё живые! Я думаю, что если поторопиться, их ещё можно спасти!" – "Вряд-ли. Два дня прошло. Если ты действительно говоришь о Бриллиантовой Руке, то они замели все следы сразу за тобой." — Ламенто был расстроен. – "Но я всё равно заеду посмотреть как можно скорее... Ты сказал, что тебя усыпили, верно? Это могло быть дело рук только другого Неживого. На вас же не работают никакие яды, транквилизаторы и прочее, так?" – "Действительно. К тому же, перед тем как отключиться, я услышал, как кто-то около меня радовался тому, что я избавился от Рамоса." – "Радовался?" – "Да. Из того, что я смог понять, так как мы за ним следили, он стал неудобным покупателем, и мне, похоже, намеренно дали от него избавиться." – "Вот как..." – "Когда я выбрался с той свалки, я набрал телефон в "Гранд", но мне ответил парень из Бриллиантовой Руки... Что там вообще произошло?" — Куро, всегда мертвенно-бледная, слушая рассказ Ламенто, казалась побелевшей от ужаса, однако когда её спросили, она быстро подала голос: – "Ну, этот парень и те трое просто вломились в отель. Сиэль и Валентино пытались от них отбиваться, но они задавили их числом. Я была удивлена, что они просто нас связали, а не убили... Я сразу догадалась, что это как-то связано с тобой!" – "Вообще-то, вас выдал Валентино..." – "Ах этот..." — Куро сжала кулак и закрыла глаза от злости. – "Ах да. Те парни увезли меня с собой в какой-то небоскрёб. Там я должен был встретить их босса, но его подменял Кагура Курогане. Он поговорил со мной, рассказал, почему это вообще произошло, в том числе сказал, что Валентино отчитывался только перед ним и виноват лишь косвенно, и отпустил меня." – "Кагура... Курогане? Это не тот ли парень, который чем-то не угодил Сиэлю?" — спросила Куро. – "Да... Был бы Сиэль здесь... Точно, записка!" — Ламенто быстро потянулся к столу и взял с него конверт. Он поспешил распечатать его. В нём был тетрадный лист с не очень аккуратно написанным карандашом, но довольно громадным текстом. На конверте было написано, что отправителем был Сиэль Азур, а получателем Рэй. Ламенто принялся читать. "Мой дорогой товарищ, друг, нет, брат! Я подвёл тебя, и нет мне прощенья! В тот вечер, я должен был защитить Куро, и тогда ты бы не пострадал! Я бы мог пытаться перевалить всю вину на гнусного Валентино, ученика вероломного Кагуры, но нет! Вся вина лежит только на мне! А если серьёзно, то я действительно оказался полнейшим слабаком. Если мы продолжим сражаться вместе, я боюсь, что рано или поздно ты пострадаешь, из-за моей слабости. Ты этого конечно же не помнишь, но раньше ты во всём превосходил меня, а я всегда тянул тебя вниз. Раньше я мог позволить себе это. Я понимаю, что это было неправильно, и я вёл себя как полный идиот, и сейчас я точно должен это исправить, ведь на кону может стоять твоя жизнь. Я не прощаюсь с тобой. Я вернусь, став сильнее." Ламенто пытался понять, что расстаривает его больше: то что Сиэль ушёл, или то что слова Кагуры оказались правдой. Единственным, кто в итоге оказался не прав, был Ламенто: он доверился Валентино, потянув за собой Сиэля, и в результате могли пострадать все. Если бы не Кагура, вряд-ли выжил бы хоть кто-то. – "Куро, прости меня... Я думаю, нам стоит сделать так, как мне предложил Кагура: покинуть город." – "Я не против, но почему?" – "Потому что моей силы недостаточно. Я до сих пор не до конца исцелился после битвы с Неживым-Совой в том лесу, а последние два боя ещё сильнее потрепали меня. Если я продолжу сражаться, то просто умру." – "Я должна была заметить это раньше! Конечно! Мы убираемся отсюда немедленно!" — она подскочила, и подбежала к Сильве. – "Спасибо вам за проявленную доброту, мы этого не забудем!" — она вела себя точно президент какой-нибудь компании на пресс-конференции. – "Не стоит. Вы ведь мне тоже немало помогли." ... Куро и Ламенто решали уехать из города поездом. Он даже не смог запомнить, куда он шёл, да его это и не сильно волновало. Сильва распрощался с ними ещё тогда, в офисе: проводить их ему мешала сильная занятость. Железная дорога была проведена на высоте сотни метров над землёй. – "Рельсы... Они должны так высоко стоять?" – "Я слышала, что строительство железных дорог было связано с Небесными Городами: они должны были быть чем-то вроде соединяющих их переходов. Их построили так высоко, потому что ожидался высокий подъём уровня воды... Но этого не произошло. Работу над проектом забросили, и железные дороги стали использовать по назначению. Это довольно удобно, потому что так риск того, что на поезд нападут - минимален, если вообще есть." – "И откуда ты всё это знаешь?" – "Хорошее образование." – "Знаешь, после слов о том, что ничего плохого не может произойти, оно обязательно происходит." – "Ты просто параноик." После этих слов, раздался громкий стук. Прямо на окно поезда запрыгнул Неживой, вцепившись в него когтями. – "Ламенто! Ублюдок! Я знаю, ты здесь!" – "Я же говорил." – "Да он просто ждал таких слов!" Ламенто достал пистолет и несколько раз выстрелил в то окно, но монстр успел перелеть на поток. Он слышал, как тот подбирается с другой стороны, и, открыв окно, влетел в него с двух ног, запрыгнув на крышу. Монстр откатился. Его вид был подобен огромной игуане. – "Кто ты, и что тебе нужно?" – "Я пришёл по твою душу! Тот ублюдок Кагура отпустил тебя, но я не могу этого так оставить!" Ламенто несколько раз выстрелил. Монстр раскрыл свою пасть и вытянул язык на несколько метров, отбив им каждую пулю, после чего рванул, пытаясь рассеяь его когтями. Движущийся поезд был не самым удобным полем боя, но противник держался уверенно, вцелпяясь в поверхность когтями на своих ногах. Ламенто всё равно пропускал удары, которые тот наносил своим длинным хвостом. Ему было тяжело сражаться: накопительный эффект предыдущих травм был довольно тяжёлым, поэтому даже такой простой противник представлял для него опасность, особенно в такой обстановке. Лучшим вариантом было действовать по тактике "бей и беги". Уклонившись, Ламенто достал ключ и нажал на кнопку. В воздухе открылся магический круг, из которого вылетел мотоцикл. Монстр был ошарашен, обернувшись. Воспользовавшись его замаштельством, Ламенто отскочил от его головы, точно от трамплина, запрыгнув на свой транспорт в полёте. С ним, ему было легче парировать удары ящера. Проведя несколько эффектных контратак, Ламенто наконец отскочил назад, на рельсы, и начал стрелять. Монстр пытался наносить удары языком, но они не могли достигнуть цели, в то время как пули метко попадали по его туше. Наконец, окончательно истратив запасы своего терпения, он прыгнул прямо на Ламенто. Это был тот момент, которого он ждал. Вместо того, чтобы пытаться уклониться, он дал полный ход вперёд, сбив ящера на лету. Тот перелетел через него, и столкнулся с землёй. Ламенто затормозил в скользжении, и начал обстреливать противника ещё до того, как тот успел подняться. – "А-аргх!" — его попытки закрыться руками не увенчались успехом. – "Чёрт..." — монстр достал шприц. Ламенто сразу узнал его: такой же пытался купить Матео. Он поспешил попытаться выбить его из рук выстрелом, но тот быстро вколол себе его в шею. Внезапно, он упал на землю, крича как сумасшедший и неистово извиваясь. Все его прожилки начали гореть красным. Мышцы ящера начали набухать и лопаться, заливая всё вокруг кровью, пока тот не вырос в размерах. Теперь его рост превосходил пятерню метров. Руки стали длиннее, шея вытянулась. Он одним махом рванул к Ламенто. Тот не успел опомниться. Взмах когтей разорвал его тело, и из него начала ручьём начала течь кровь, пока он вместе со своим мотоциклом летел в сторону, вниз, прямо с железной дороги. Ламенто пытался схватиться за мотоцикл. Его руке не хватало всего пары сантиметров. Земля была всё ближе, и он набирал скорость. Наконец ухватившись, Ламенто вернул его в форму гроба и запрыгнул внутрь. Всё вокруг озарила вспылка алого света. Ему удалось не разбиться, превратившись в Чёрного Зверя. Столкновение с землёй оставило в ней кратер. Вдруг, ящер-переросток соскочил за ним, и приземлился прямо на него. Он схватил его за голову и принялся колотить оземь, пробивая яму всё глубже. Это сопровождалось его дикими воплями. Изо рта монстра текла пена. Ламенто без труда перехватил его руку и вышвырнул его в сторону, после чего поднялся на ноги. Когда монстр только закончил перкатываться и начал вставать, воин в чёрном, словно молния, тут же оказался перед ним, и принялся осыпать бешеным градом ударов с разных углов. Тот поставил блок руками, но каждый удар вырывал куски мяса, разбрасывая их в стороны. Его теснили, закапывая ногами в землю. Ламенто, вложив всю силу, нанёс последний удар в серии. Блок ящера был пробит, но тот, замахнувшись, контратаковал. Ламенто улетел вперёд, и был перехвачен длинным языком врага. Тот несколько раз ударил его оземь, после чего быстро потянул к себе в пасть. В полёте, воин в чёрном одним движением ослабил хватку и остановил челюсти, после чего, использовав из как опору, сделал сальто назад, метнув его через себя и столкнув с землёй. Он пригвоздил его стопой, и обеими руками вырвал язык с корнем. Фонтан крови хлынул изо рта монстра. Ещё более разъярённый, тот скинул его с себя одним движением, и перехватил обеими руками. Он пытался сжать его, но когда тот начал разжимать его руки, резко ударил оземь, и начал рубить когтями. Столкновение острых лезвий с доспехами высекало летевшие во все стороны искры. Взмахнув руками в сторону, Ламенто отбросил их в сторону, сломав несколько когтей, и оперевшись на землю, оттолкнулся от неё двумя ногами, пнув его в живот и отбросив вперёд. Он напряг свою правую руку до предела. Игра подзатянулась, и её была пора заканчивать, поэтому он метнулся к ящеру, разрезав его тело напополам. Тот, вероятно, даже не успел понять, что умер. Кровь и ошмётки взлетели в воздух алеющим конфетти. Чёрный зверь открыл свой рот, и тьма поглотила всё, что осталось. Ламенто пришёл в себя и упал лицом наземь. Он не мог пошевелиться. Рана от когтей проходила через весь торс, от груди до живота. Он чувствовал, насколько глубоким был порез: повреждены были даже внутренние органы. Кровь быстро вытекала, образуя под ним лужу. С трудом, напрягая всё тело, он смог перевернуться на спину: анемия от кровопотери была роскошью, которую он точно не мог себе позволить. Теперь ему предстояло выбраться из куртки. Ламенто поочерёдно пытался вытащить конечности из рукавов. Каждое движение приносило адскую боль. Он снова вспоминал о не заживших рёбрах. Освободив одну из рук, он было попытался помочь ей другой, но это причиняло такую боль, что он мог лишь подскочить, извив спину. Аккуратно выползая, он смог вытащить вторую руку. Дальше, ему предстояло снять с себя футболку. Без движений руками, это было невозможно. Он оторвал кусок её полы, скрутил, и крепко сжал им зубы. Даже в нём чувствовался железный вкус его собственной крови. Использовав дыры от разреза, он порвал футболку пополам, после чего туго перевязал ей себя через плечо, испыиав ещё большую боль. Когда она немного затихла, он наконец выплюнул оторванный кусок ткани. Теперь он должен был ждать, пока гроб восстановится, и он смог бы доехать до города.