Чер-ный плащ!

      — Я ужас, летящий на крыльях ночи! — рваные полы плаща взметнулись причудливой бахромой вверх. — Я гнев богов, я сильнейший воин, я...       — Ага, — лениво протянул Шура с кровати, поправив на бёдрах куртку Лаббока, — давай, сильнейший, дуй сюда постель мне греть. Не ожидал я, что в столичных гостиницах будет такой дубак, бр-р.       В ответ в него прилетел измятый замызганный топ.