Același vis

Густой лес. Она бежит босая, всё время проверяя, есть ли за ней погоня, но её догоняет лишь мысль. «КАК ТЫ МОГЛА ЕМУ ПОВЕРИТЬ?» Луиза махала рукой, словно от надоедливой мухи. Другая рука прикрывала рану в груди, на месте сердца. Где-то сзади послышались грузные шаги и кряхтение монстра. «БЕГИ! БЕГИ БЫСТРЕЕ! ДУРА! ЧЕМ ТЫ ДУМАЛА?!» Голос только мешал, отвлекал и раздражал. Он всегда делал её виноватой. Но сейчас Вандер уже не находила в себе сил на злость. Всё, что она пыталась сделать, – это убежать и запомнить дорогу. И вот он, шанс. Впереди лес заканчивается. Только вместо свободы – снова тот дом и мужчина… — Луиза, ну что же ты бежишь? Снова он встречает её, пытаясь обнять, и как она ни пыталась увернуться, всё равно оказывалась в его объятиях. Он долго смотрел своими янтарными глазами на неё. Рассматривал как добычу – долго и хитро. И вот его хватка ослабла. Луиза надеялась, что это знак свободы, но вместо этого он быстрым движением достал из кармана нож и проткнул глаз, насадил как шпажку. Резко она открыла глаза и снова оказалась на лекции. Вандер быстро открыла телефон. Оттуда на неё смотрела она же с красивым букетом и показывала, что до конца осталось всего пару минут. И вот их отпускают. — Всё хорошо? — голос Кесси звучит так резко, что Луиза только сейчас понимает: они находятся в столовой. — Да, волнуюсь просто. Завтра ужин, ты же знаешь, как он важен для родителей. Подруга лишь сочувственно покивала и продолжила жевать свой обед. Брюнетка же не притронулась, предпочитая прожигать тарелки взглядом. — Знаешь, иногда мне кажется, что родители помешаны на нём, — резко начала девушка, — будто он им мозги промыл. — Лу, ты только представь: он сидит в своём кабинете, весь из себя умный и важный, с маятником, — девушка издала тихий смех, — мол, смотрите и повинуйтесь мне! — смех перерос в обычный. Кесси улыбнулась с полным ртом, прикрывая его рукой. — Не смешно, — Луиза закатила глаза. — Ладно, прости, но если правда, то я бы остерегалась Лектора. Он, ну, препод. — Спасибо, что сказала, — девушка посмотрела на Кесси, а в глазах было словно ирония. Кесси лишь снова рассмеялась, и Луиза подхватила этот смех. День не предвещал беды. Весна только вступает в права, из-за чего деревья ещё без листвы, а ветер холодный, но не такой сильный. Зато солнце светило ярче и обманчиво создавало иллюзию тепла. Только вот к вечеру после пар, дома, когда вернулись родители, девушка была готова биться о стены. Мать с отцом вместо дежурного «Привет, что нового?» подробно занимались изучением недавних действий Ганнибала: в какой галерее был, что думает о системе образования сейчас, почему именно философия — предмет для педагогики, каковы его медицинские цели, на какие спектакли ходил. Да родителей заинтересует даже, как Лектор справляется с житейскими нуждами, если об этом можно высокопарно поговорить за бутылкой вина в компании Доктора. Всю узнанную информацию они считали своим долгом рассказать дочери. Чтобы было что сказать, но единственное, что она хотела сказать, так это: «Идите нахрен» — только не родителям и Ганнибалу, а в чате знакомым, на шутку. Экзекуция длилась часа полтора. За это время девушка хотела проклясть преподавателя, но ей оставалось только слушать и запоминать. Луизу сильно вымотали разговоры, и, почувствовав головой подушку, она сразу же погрузилась в тревожный сон перед Днём Икс.