Часть 2 или Какие тайны хранит моя семья?

Я замерла от ужаса, смотря на пожилую женщину с пустым взглядом, чьи седые волосы выбились из небольшого черного берета с такой же черной вуалью. Она выглядела равнодушной или печальной - от страха я так и не смогла определиться, потому что заметила, насколько бледно-серой выглядела её кожа. Следуя моим худшим опасениям, она остановила свой немигающий взгляд на мне, от чего я смогла издать только тихий писк, а не отвести взгляд, делая вид, что я её не вижу. - Ну конечно же можно, ты ещё спрашиваешь! - из мыслей меня вытянул голос тети, который казался теперь таким же теплым как и августовское солнце за окном, а цветочки на обоях снова были яркими и раздражающими - Не забудь помыть посуду, пропылесосить... - начала она. - Тетя, там какая-то старуха за окном! - я перебила её, закричав это указала в сторону окна, приводя свою семью в ужас. -...Что ты вообще несешь, ты что, крышей поехала?! - услышала я испуганный голос Клэпи, а после заметила, как взгляды, обращенные в сторону окна, постепенно возвращаются ко мне. У тети он был испуганным, но она старалась не подавать виду, у Дэвида он был смеющийся, а дядя начинал покрываться красными пятнами от злости. - Что ты несешь?! - повторил он слова моей двоюродной сестры, пока я вновь покосилась на окно, смотря на старушку, которая приложила указательный палец к губам, чтобы я вела себя тихо, но вместо этого я была в ещё большем ужасе, чем от подруг Клэпи, а в голове, как заевшая пластинка крутилось: "Они её не видят, они её не видят, они её не видят...". В горле появился ком, а скопившиеся слезы закрыли обзор, грозясь вот-вот потечь вниз и я быстро опустила голову, не вникая в голоса, которые превратились в белый шум... Который прервался трелью звонка, тем-самым, заставив меня поднять голову и наконец, дать волю слезам, которые я тут же вытерла рукой, но к счастью, моих слез никто не заметил, так как их взгляды были направлены не на меня, а в сторону прихожей, в которую кто-то случался, а после вновь позвонил в дверь. - Это ваша соседка! - услышала я женский молодой голос. Мой взгляд бросился в сторону окна, где уже никого не было и прежде чем я успела подумать о том, что та старая женщина была существом, которое умело менять голос, моя тетя Фэтти уже побежала к двери. Наша кухня находилась справа со стороны прихожей, а слева была гостиная, то есть, при желании, все разговоры возможно было подслушать, а если эта дверь будет открыта... Думаю, не нужно объяснять, почему моя семья не стала высказывать мне никаких претензий. - Ой, дорогая моя! - по тону было слышно, что та женщина плакала. - Миссис Рид, что случилось? - спросила моя тетя. Услышав фамилию, я тут же взбодрилась, ведь Миссис Рид, а точнее - Мэрри Мардж Рид была нашей соседкой, которая всегда относилась ко всем с добротой, в том числе и к нашей семье: помнила все дни рождения, всегда угадывала с выбором подарков, никогда не отказывала в помощи... Лично мне, например, она помогала с домашними заданиями, а когда у неё был выходной, то я пряталась у неё от подруг Клэпи или пустоголовых друзей Дэвида. Наша соседка Мэрри - единственная, кому я могла доверить все свои секреты, зная, что они будут надежно сохранены под её чутким, горячим сердцем... Помню даже, как я мечтала о том, чтобы она оказалась моей родной мамой, которая была вынуждена отдать меня в эту семью, но купила дом по соседству, наблюдая за тем, как я расту, но увы, чуда не случилось. И более-того, она вышла замуж и иногда возвращалась сюда, чтобы навестить бабушку, которая жила в её доме. И естественно, услышав, что моя любимая Мэрри приехала, да ещё и плачет, я быстро юркнула в прихожую, пока мои родные принялись о чем-то шушукаться. - Отмучалась! - она заплакала ещё больше - Её не стало ночью, прямо перед моим приездом, я вернулась, а меня даже никто не встретил! - мне хотелось выбежать и обнять её, но с другой стороны, меня бы наказали за то, что я подслушиваю. - Ну-ну, это вскоре должно было произойти, главное, что она умерла без боли... - моя тетя принялась её утешать и немного выглянув, я увидела, что они обнимаются, пока Мэрри рыдает у неё на плече. Конечно, иногда я задавалась вопросом: "Почему моя тетя не может относиться ко мне так же приветливо, как и к окружающим?" - но этот вопрос меня волновал меньше всего. Гораздо больше меня волновало то, что я заметила рядом с Мэрри что-то черное, хотя одета она была в белое платье с голубыми цветочками... Конечно, это было рискованно для меня, но если смотреть с другой стороны, я могла ведь услышать плач своей любимой Мэрри? Могла. Выйдя из своего укрытия, мне, наконец, открылось то, что было за её спиной: Позади неё стояла та самая старушка в черном одеянии и с грустным выражением лица, положив руку на плечо Мэрри. Её взгляд остановился на мне, но она тут же отвела его обратно в сторону Мэрри, видимо, чтобы больше не пугать меня. Но к сожалению, одно её присутствие нагоняло на меня чувство страха даже с учетом того, что это могла оказаться наша немая соседка, которая, сколько я себя помню, передвигалась исключительно на коляске, а со всем остальным ей помогала сиделка. Иногда эта соседка смотрела на меня и улыбалась, но какой бы дружелюбной не казалась её улыбка, она от чего-то пугала меня, ведь было от неё что-то зловещее, загадочное... Мистическое... А может, она была ведьмой? Но почему тогда её вижу только я? - А Клара? - тетя упомянула сиделку. - У Клары был выходной и вместо неё должна была прийти её сестра, но... Я не зна-а-аю! - ответила Мэрри, плача ещё громче. Когда взгляд старухи в очередной раз остановился на мне, то внутреннее чутье подсказало мне, что отсюда лучше уйти и как можно скорее. - Что, прижало? - спросил Дэвид, пока остальные за столом наблюдали за тем, как я хватаю недоеденную порцию, а затем выкидываю её. - Да. - не стала спорить я, принявшись мыть тарелку и чувствуя, как мурашки бегают по коже от страха, пока Дэвид смеялся за моей спиной, как осел. - Ты как хочешь, а я выйду к ней. - услышала я тихий голос моей двоюродной сестры, а после раздался противный скрип ножек стула по полу, а следом за ним ещё два. - Я с тобой. - это уже был голос моего двоюродного брата, который, как всегда, повторял за своей старшей сестрой. Если честно, то я даже не помню того момента, как я оказалась в своей комнате. Помню только, как домыла тарелку, стук собственных ног по лестнице и плач позади себя, а после щелчок замка моей спальни, в которой я заперлась.

***

Скажу честно - я не знаю сколько прошло времени. Слова на страницах моей любимой книги казались то-ли набором слов из другой страны, то-ли непонятной кляксой и сколько бы я не перечитывала один и тот же абзац - смысл сказанного так и не желал до меня доходить. Вздохнув, я закрыла книгу и принялась рассматривать обложку, на которой был изображен мальчик с черными волосами и с которым нас объединяла одна фамилия - Гарри Поттер. Раньше я ненавидела свою фамилию, ведь она как будто бы подчеркивала то, что я для этой семьи - чужая. Все соседи думали, что меня с этой семьей объединяла одна фамилия - Сорцери, но на самом деле я для них была настолько чужой, что за 11 лет они не удосужились даже сменить мои документы. Да и относились они ко мне так, как будто бы я просто девочка с улицы, а не их близкая родственница, даже непонятно, почему они оставили меня у себя... Неужели так сильно боялись осуждения остальных родственников? Но почему тогда те родственники не решились позаботиться обо мне? Но с другой стороны, я чувствовала некоторую связь с книжным Гарри, ведь у нас было много общего, например, по рассказам тети, кто-то оставил меня под их дверями в люльке, а вовнутрь положили конверт со всеми документами. Моя мама и тетя - родные сестры, между которыми возник конфликт, прервавший их общение, да такой, что тетя узнала о моем существовании только когда в их дверной звонок позвонили ровно в час ночи. Меня, как и Гарри, заставляли делать много дел по дому и благодаря мне у нас тоже была самая красивая клумб. До 8-ми лет я жила в чулане под лестницей, пока комната, где я прямо сейчас нахожусь, использовалась, как ни странно, в качестве огромной кладовки. Но было то, в чем я не до конца была уверена, но этим вопросом я задавалась каждый раз, когда засыпала: Что было в письме, когда мне исполнилось 8 лет? Flashback: В мой день рождения обычно не устраивали грандиозных праздников, но с другой стороны, для моих родных это был лишний повод купить своим детям пирожные, а для меня - законно съесть свою часть сладкого, не рискуя остаться без него из-за "плохого поведения", а после пойти к Мэрри, которая всегда дарила мне что-нибудь интересное. Так повторялось из года в год, но мой восьмой день рождения отличался от других. Тот день моя семья провела за просмотром телевизора, а я, целый день просидев у Мэрри, пришла только под самый вечер и чуть не наступила на конверт, одиноко лежавший на полу. Первой мыслью было то, что они просто забыли забрать почту, но с другой стороны - никто из них ни разу не вышел из гостиной в туалет и не заметил хотя бы краем глаза белое пятно на темно-коричневом полу? Сам конверт был странным: на нем не было написано, кому он предназначался, от кого он был, а так же он не имел на себе ни единой марки, но зато имел золотые веточки по краям конверта. До сих пор помню, какими они были приятными на ощупь и как красиво блестела краска золотистого цвета... - Тетя Фэтти... - тихо начала я, отвлекая её от просмотра телевизора. Когда она бросила взгляд на настенные часы, я продолжила - Тут конверт лежал на пороге. - Какой ещё конверт? - тихо пробурчал дядя Зейлэс, но даже не удостоит меня взглядом. Тетя обернулась ко мне и аккуратно взяла конверт из моих рук - От кого? - так же недовольно бубнил дядя. - Не знаю. Там даже марки нет. - я не знала, был ли это риторический вопрос, но решила ответить. - Наверняка дети какие-нибудь балуются... - Ах! - тетя громко и испуганно ахнула, прикрыв рот рукой и заставив нас синхронно вздрогнуть. - Что там? - обеспокоенно спросил дядя у своей жены, но при виде золотистых веточек он... Побледнел? Я видела, как он краснел от злости из-за моего плохого поведения или когда с кем-то ссорился по телефону, но таким испуганным он не был даже когда соседский бульдог сорвался с цепи и принялся гавкать на Дэвида, а всё, что было у дяди из оружия - обычная утренняя газета. - Дети, посидите здесь! - тетя пробежала мимо меня с конвертом в руках, а за ней подоспел дядя. Мы трое только переглянулись между собой и пожали плечами. Казалось, что именно в этот момент между нами пропала неприязнь, а непонимание происходящего объединило нас, как и испуг, когда до наших ушей донеслись крики со второго этажа. Да, тетя с дядей могли иногда спорить из-за чего-то, но они любили друг друга и никогда не устраивали таких крупных ссор, да ещё и из-за обычного конверта. В тот вечер Клэпи и Дэвид не решились даже встать рядом с лестницей, чтобы подслушать и понять причину их ссоры. Я неуверенно села на диван и мы ещё раз переглянулись и решив сделать вид, что ничего не происходит, уткнулись в телевизор, а Клэпи даже звук на телевизоре добавила, чтобы заглушить их крики. Спустя долгих 15 минут они вернулись в гостиную и тетя, как энергичный попугай, подлетела ко мне со словами: - Хочешь жить на втором этаже?! - Что? - растерялась я. Дэвид и Клэпи обернулись, глядя на лохматую и нервную мать. - Хочешь, мы сделаем ремонт в кладовке на втором этаже и отдадим её тебе в качестве новой комнаты? - я покосилась на раскрытый конверт в её руке, который она сжимала так, как будто бы он мог взорваться, если она ослабит хватку. Вновь вернув взгляд к тете, я заметила в её глазах испуг и она как будто бы умоляла меня согласиться. От шока я смогла лишь кивнуть. Следующие 2 недели были странными не только для нас, но и для соседей. Мой дядя Зейлэс был заядлым трудоголиком, который даже при болезни надевал маску и шел с температурой на работу. Он был дизайнером помещений и работал на компанию, (название которой я так и не смогла запомнить) и буквально горел этим делом как фейерверк, мог сутками напролет говорить о дизайне помещений, но, как я уже упомянула, эти 2 недели были странными не только потому что он взял отпуск аж на целых 2 недели, но и потому что тетя с дядей устроили распродажу, чтобы продать все вещи из кладовки, считая любимый сервиз тети Фэтти, о существовании которого мы с сестрой и братом даже не знали. Они вели себя так, как будто бы им угрожали бандиты и они хотели как можно скорее продать все наши вещи, чтобы выручить немного денег и уехать... Точнее, я так думала. Вещи, которые купили за 20 долларов теперь могли стоить всего 5, а когда с ними начинали торговаться, то могли продать даже за 1, но ситуация достигла абсурда, когда маленький мальчик из 17 дома предложил ему продать старый игрушечный самолетик за 1 цент и дядя, не став спорить, отдал ему игрушку. Уверена, мальчик удивился не меньше, чем мы. Порой они так сильно уставали, что мы с Дэвидом и Клэпи решили некоторое время самим заниматься делами в доме, а так как мне было не впервой, то мне пришлось их даже чему-то научить, например тому, что стирать белое с цветным не всегда хорошо, яйца всмятку невозможно приготовить в микроволновке, а макароны нужно промывать. Тогда казалось, что наша семья хоть ненадолго, но стала той самой, о которой я всегда мечтала... Но после получения моей новой комнаты, спустя 3 дня всё вернулось на круги своя... Это я поняла, когда ранним утром вышла из комнаты, а на голову мне свалилось ведро с водой. А что по поводу письма... Тем же вечером тетя что-то написала на листке и вложила его в тот самый конверт, который перевернул нашу жизнь с ног на голову, после чего, открыла входную дверь и просто выкинула его за дверь, не заметив притаившуюся меня за стеной гостиной. Мне было интересно узнать, что и кому она написала в том конверте и поэтому тихо открыв дверь, я выглянула. Но вместо этого меня встретили уличные фонари, огни соседних домов, прохладный вечерний воздух, курлыканье голубя и пустой порог. Точнее, без конверта. Конечно, мы никуда не переехали, но я по сей день задаюсь вопросом, что это было. Flashback End Пока я прокручивала в своей голове тот день, до моих ушей донеслись чьи-то крики. Быстро встав с постели и подбежав к окну, я присмотрелась сквозь полупрозрачные шторы и увидела Мэрри, которая теперь была одета в черное платье, а на лице была черная вуаль, которая, похоже, крепилась к её пучку на голове. Но какой бы красивой она не была в этом платье и элегантной леди с этой вуалью - такой злой я её никогда не видела. Она кричала на шестерых мужчин, размахивая белоснежным платком, которые несли гроб и как я могу предположить, кричала она на них из-за того, что они... Умудрились уронить с него крышку? Я не разбираюсь в гробах, но разве у них не должна быть прикрепленная к гробу крышка? Или есть такая, которую можно снять полностью? По её губам я отчетливо прочитала: "Если вы ничего с этим не сделаете, то я...", а после она отвернулась, продолжая размахивать платком, но думаю, она сказала им то, что явно не предназначалось для моих 11-летних ушей (которые, к слову, мне тоже не нравились). Сощурив глаза, я решила подтвердить или опровергнуть свои опасения, заглянув в гроб. Если честно, то мне трудно было описать свои чувства в тот момент. В гробу лежала точная копия той самой бабули, которую я по какой-то причине могла видеть и из-за которой весь мир замер, потеряв краски. Но теперь меня интересовало ещё кое-что... Как я смогла без открытого окна и с такого расстояния увидеть и услышать происходящее на улице? Клянусь, я могла услышать, как тяжело и устало вздыхает один из мужчин, а у ещё одного я даже смогла разглядеть голубые глаза.