Часть 5

Гарри — человек с довольно спокойным и сдержанным характером. Внешне он выглядит расслабленным, но внутри его часто пронзают волнения и чувства, которые он не всегда выражает. Он высок и хорошо сложен, с лёгким загаром, который получил благодаря времени, проведённому на солнце. Его волосы — тёмные и немного вьющиеся, а глаза — зелёные, с лёгким оттенком задумчивости, будто он всегда в поисках смысла в происходящем. Гарри одевается непринуждённо, но с элегантной лёгкостью, предпочитая стиль, который сочетает комфорт с утончённостью. Он часто кажется поглощённым своими мыслями, но в моменты, когда это необходимо, он может быть харизматичным и общительным. Его манера общения спокойна, и в разговоре он не спешит, всегда обдумывая каждое слово. Гарри предпочитает быть наблюдателем. Однако, несмотря на свою склонность к уединению, его интуиция и проницательность позволяют ему чувствовать, когда что-то в окружающих не так, как кажется на первый взгляд. Вечер в Ницце наступал тихо, с мягким светом заката, который окутывал улицы города золотым оттенком. В своём номере Гарри лежал на кровати, прислушиваясь к звукам за окном. Он чувствовал усталость от насыщенного дня, но не мог полностью расслабиться. Мысли, как всегда, бродили в голове, и этот момент покоя был, как своего рода передышка перед новой бурей. Вечерняя тишина вскоре была нарушена лёгким стуком в дверь. Гарри открыл, и перед ним стоял консьерж с приглашением на вечер. «Для вас, мусье Стайлс,» — сказал он, передавая конверт, и, несмотря на короткое общение, Гарри понял, что ещё не отошёл от впечатлений от предыдущей вечеринки. Это было нечто вроде завораживающего ритуала — вечеринки, которые происходили одна за другой, оставляя за собой следы и смех. Гарри посмотрел на конверт и задумался. С одной стороны, ему не хотелось снова погружаться в этот мир бурных встреч и многолюдных праздников, с другой — приглашение само по себе было не просто формальностью. Он уже знал, что вечер, вероятно, будет таким же изысканным и многозначительным, как и предыдущие. Оливия и её окружение снова будут в центре внимания, а он — в роли наблюдателя. Он глубоко вдохнул, подумал о том, как важно иногда нарушать свою привычную тишину, и встал, решив, что стоит принять участие в этой вечеринке. Пора было идти, хотя его внутренний мир всё ещё оставался в тени. Когда Гарри пришёл в клуб, атмосфера была совершенно иной, чем на предыдущей вечеринке. Здесь всё было более живым, динамичным и, можно сказать, хаотичным. Огни клуба были яркими и пульсировали в такт музыке, которая звучала громко, заставляя каждого чувствовать её вибрации в теле. Тусклый свет, частые вспышки и зеркала создавали ощущение, что ты оказался в другом мире, где реальность перемешивалась с фантазией. Гарри почувствовал, как напряжение отпускает его, и постепенно он влился в поток людей, танцующих и наслаждающихся моментом. Он не спешил, не пытался выделиться, а просто двигался в такт музыке, позволяя своим чувствам следовать за ритмом. Здесь было много лиц, но ни одно из них не привлекало его внимания так, как лицо Оливии, когда она вошла в клуб. Оливия выглядела совершенно по-другому, чем раньше — её обычная сдержанность исчезла, уступив место некой неосторожной свободе. В её взгляде была искренняя радость, как будто этот вечер был для неё чем-то значимым. Он увидел её взгляд, и она заметила его. Оливия подошла, её шаги были уверенными, но в глазах сквозила неопределённость, как будто она сама не совсем понимала, чего ждала от этого вечера. «Ты здесь,» — сказала она, её голос был на удивление тёплым, но одновременно сдержанным. «Да, я решил заглянуть,» — ответил Гарри, пытаясь улыбнуться, но всё-таки чувствуя, что чем больше он с ней общается, тем больше вопросов возникает в его голове. «Этот вечер обещает быть интересным,» — добавила она с лёгким взглядом на танцующую толпу. «Но я думаю, ты уже чувствуешь это.» Гарри кивнул, в то время как её слова звучали как предсказание. Он был здесь не для того, чтобы снова попасть в пламя этого праздника, но что-то в её присутствии притягивало его. Могло ли это быть именно тем моментом, когда всё вокруг вдруг становится значимым? «Я слышал, что в таких местах всегда что-то скрыто, не так ли?» — с лёгким интересом сказал Гарри. Оливия посмотрела на него с загадочной улыбкой. «Здесь всегда есть что-то большее, чем кажется на первый взгляд,» — её слова, как всегда, казались многозначительными. Оливия была одна. Без Николя. Гарри заметил это сразу, как только она вошла в клуб, окинув взглядом пространство, полное танцующих людей и блеска огней. В её глазах не было того привычного спокойствия, которое обычно скрывало её эмоции, и это сразу привлекло внимание. Она шла по клубу с лёгкой неуверенностью, как будто что-то внутри неё настоятельно просило освобождения от всех обязательств и масок, которые она носила. «Где Николя?» — Гарри не смог удержаться от вопроса, подойдя к ней. Он заметил, как она слегка напряглась, но ответила спокойно. «Он уехал. Бизнес, дела,» — её голос был ровным, но с оттенком, который сложно было не заметить. «Не могу сказать, что мне так уж не хватает его.» Она улыбнулась, но улыбка была сдержанной, будто она уже привыкла быть без него. Гарри почувствовал, что в её словах скрыто больше, чем она готова была сказать. Она, очевидно, не ждала, что её встреча с ним окажется чем-то большим, чем просто случайным знакомством. В её поведении было некое освобождение, будто она позволяла себе быть более настоящей, менее сдержанной. «Значит, сегодня ты без него,» — сказал Гарри, пытаясь вложить в слова лёгкость, но внутри него тоже было ощущение, что что-то необычное происходило в этой ситуации. «Никогда не думал, что Оливия будет здесь одна.» Она улыбнулась, чуть приподняв бровь. «Иногда нужно быть одной, чтобы почувствовать свободу.» Гарри заметил, как её слова звучат по-другому, чем обычно. Возможно, она искала что-то, что могла бы найти только в этом окружении, в этом клубном мире, где всё было на грани безумия, но в то же время — в пределах досягаемости. В её поведении была лёгкость, с которой она воспринимала всё вокруг, как будто ей было всё равно, что подумают другие. Но что-то в её глазах подсказывало, что в её жизни есть ещё много нераскрытых тайн. «Здесь всё кажется таким… безумным,» — сказал Гарри, оглядывая клуб, пытаясь понять, почему атмосфера на вечеринке ощущалась иначе, чем обычно. «Так и есть,» — ответила Оливия с лёгким смехом. «Но именно в этом есть свой шарм. В этом мире можно быть кем угодно.» Её слова заставили Гарри задуматься. Здесь, среди шумных людей, мигающих огней и громкой музыки, они оба были не более чем случайными незнакомцами. Но если бы они хотели, могли бы выбрать другое место — более тёмное, более тихое. Гарри почувствовал, как атмосфера немного разрядилась, и его собственное напряжение прошло. Оливия была не просто красивой, она была настоящей, открытой для момента, что придавало ей загадочную, но притягательную энергетику. Она стояла напротив него, слегка покачиваясь в такт музыке, но в её глазах было что-то новое — то ли предвкушение, то ли желание окунуться в этот момент и забыть о всем остальном. «Как насчёт выпить?» — предложил Гарри, чувствуя, что эта встреча может стать чем-то большим, чем просто случайный разговор. Он видел, как она задумалась, но затем её глаза наполнились интересом. «Почему бы и нет?» — ответила Оливия с лёгкой улыбкой, её губы приподнялись в улыбке. Она не выглядела решительно, но в её тоне звучала готовность расслабиться и повеселиться. «Скажем, одну?» — добавила она, словно предлагая испытать что-то новое, освежающее и слегка рискованное. Гарри кивнул и, чувствуя себя более уверенно, повёл её к барной стойке. Они подошли к стойке, где бармен уже начал готовить напитки, стоя за стойкой с сосредоточенным видом. Гарри заказал для них обоих коктейли — что-то лёгкое и освежающее, с фруктами и немного алкоголя, чтобы настроиться на вечеринку, но не потерять голову. Когда напитки были готовы, они оба подняли бокалы. «За вечер,» — сказал Гарри, поднимая свой бокал, и Оливия кивнула, её взгляд стал мягким и немного расслабленным. «За вечер, за новый опыт,» — ответила она, её глаза наполнились искренним весельем. Они чокнулись и выпили. Гарри почувствовал, как коктейль растекается по горлу, давая лёгкое тепло. Атмосфера клуба стала менее чуждой, и, возможно, именно это начало сближать их. На какое-то мгновение шум вокруг них исчез, и всё, что оставалось, это эта лёгкая связь между ними. «Знаешь,» — сказала Оливия, когда они снова устроились в одном из уютных уголков клуба, “иногда самые необычные вечера — это те, когда ты позволяешь себе быть немного… не таким, как обычно.” Гарри улыбнулся, почувствовав, как её слова действительно резонируют с ним. «Иногда нужно откинуть все заботы и просто быть здесь,» — сказал он. И так, постепенно, вечер стал для них обоих чем-то более открытым, чем просто ещё одной шумной тусовкой. Это была возможность позабавиться и узнать друг друга лучше, погрузившись в этот мир огней, музыки и улыбок. Оливия, несмотря на то, что Гарри заметил лёгкую неуверенность в её первых движениях, быстро втянулась в атмосферу. С каждым глотком коктейля она становилась всё более раскрепощённой, её смех становился более искренним, а взгляд — живым. Уже через некоторое время она стояла на танцполе, скользя между танцующими, чувствуя, как её тело откликается на музыку. Гарри наблюдал за ней, немного отстранённо, чувствуя, как её энергия захватывает пространство. В какой-то момент к Оливии подошла девушка. Она была в ярком платье, с короткими светлыми волосами, и сразу же, как только их взгляды встретились, они улыбнулись друг другу. Видно было, что между ними уже есть некое притяжение — без лишних слов, только с помощью взгляда, лёгкого прикосновения. Девушка взяла Оливию за руку, мягко тянув её в самый центр танцпола. В этот момент Гарри почувствовал, как напряжение внутри него немного растаяло — он понял, что она в своём мире. Они начали двигаться в такт музыке, не заботясь о взглядах вокруг. Оливия, с её гордой осанкой, постепенно превращалась в настоящую центровую фигуру вечеринки, её движения становились более свободными и грациозными, как будто весь мир вокруг неё растворялся. Оливия и девушка танцевали, создавая вокруг себя лёгкую бурю из веселья и свободы. Они смеялись, обменивались взглядами, а музыка, пульсируя в воздухе, соединяла их в неком танцевальном ритме. Гарри, стоя в стороне, не мог не заметить, как Оливия, казавшаяся ему раньше закрытой и сдержанной, теперь совершенно раскрылась. Это был момент, когда она была в своей стихии, не думая о чём-то лишнем. Он не мог не чувствовать, что этот вечер — одна из тех ночей, когда человек забывает обо всём и просто погружается в воду с головой. Но в то же время его интуиция подсказывала, что за её игривым поведением скрывается что-то гораздо более сложное, чем казалось.