Часть 1

День взятия Бастилии в этом году праздновался особенно громко. Начиная с полудня, практически на всех улицах гремела музыка, большая часть кафешек работала бесплатно, радуя проголодавшихся парижан и туристов. Но что радовало особенно — это воцарившая в городе атмосфера беззаботности и праздника. Их класс тоже весь был приглашен на вечеринку в отеле Гран Пари — сказывались связи Хлои, хоть она и была очень недовольна из-за того, что кроме одноклассников, ей пришлось пригласить еще Кагами Цуруги. Как Адриан не пытался, эти двое даже приветствиями не обменивались. Но сама Хлоя в первую же минуту уносится на плече Кимом, предварительно проигравшим желание Аликс. Лила лениво слоняется между танцующих парочек, Адриан видит, как она то и дело танцует то с Максом, то с Натом. Сам же он старается не отходить от Кагами, понимая, что он тут единственный, с кем она хорошо общается. Есть конечно еще Маринетт, но Адриан быстро выпустил ее из виду. С наступлением вечера зал погружается в темноту и включается цветомузыка. Адриан наклоняется к Кагами и шепчет: «Хорошо она хоть не заставила петь крокодила Джаггеда Стоуна». Они смеются, ибо Хлоя со своей тягой сделать все на высшем уровне способна действительно на все. Адриану нравится танцевать с Кагами, она не требует от него невозможных пируэтов, как Хлоя или Лила. Те вечно заставляют его либо двигаться быстрее, либо слишком близко прижимаются, от чего Адриану становится не комфортно. Кагами же просто наслаждается музыкой, даже позволяя ему вести в их паре. Она не нарушает его границ, не навязывается ему, а наоборот позволяет ему так же насладиться танцами, музыкой, вспышками света от дискотечного шара. Позволяет ему почувствовать себя обычным подростком, а не отсталым от общества изгоем. Хотя он осознает, что они все равно выделяются из толпы — слишком скованно танцуют в сравнении с остальными, это не считая того, что они часто наступают друг другу на ноги. Это не фехтование, где нужно выдерживать дистанцию, и у них не получается сработаться так же слаженно. Розовая вспышка освещает на мгновение весь зал, и Адриан видит застывшую возле стены Маринетт. Он тут же оглядывается: Алья и Нино танцуют в противоположной стороне; Джуллека танцует с Роуз неподалеку от барной стойки; Луки нигде не видно. — Адриан? — тихо спрашивает его Кагами. — Маринетт стоит возле стены, — они понимают друг друга с полуслова, — и Луки нигде нет. — Она говорила, что Лука сюда не приглашен, — кивает осторожно Кагами. — Нехорошо, что она осталась одна. Адриан смотрит на Кагами с улыбкой: пусть она кажется холодной и необщительной, но внутри неё скрывается отзывчивая девушка. Кагами же судорожно размышляет: она не настолько слепа, чтобы не знать правду о чувствах Маринетт. И это странное чувство. Маринетт ей должна быть соперницей — но вместо этого вызывает легкое чувство жалости. Ведь в отличие от нее Кагами знает, что Адриан уже влюблен в незнакомую им девушку и не видит никого более. Наверное, поэтому Кагами нравится общаться с Маринетт, зная, что они обе в одинаковом положении. Почти в одинаковом. — Потанцуй с ней? — предлагает она, убирая свои руки с его плеч. Адриан улыбается ей счастливой улыбкой и убегает. Кагами же уходит к столу с напитками. Она знает также и то, что Маринетт больше похожа на ту, что владеет сердцем Адриана. Это видно по нему, по его тяге к девушке. Хорошо, что сама Маринетт слишком для этого слепа, и у Кагами есть еще время и шанс попытать счастья. Адриан же пробивается сквозь толпу танцующих, боясь, что опоздает и Маринетт уже ушла. Но девушка все еще стоит возле стены, задумчиво покачиваясь в такт музыки и словно смотря сквозь людей. — Скучаешь? — он встает рядом с ней, облокачиваясь на стену. — Или дай отгадаю, кого-то выглядываешь? — Скорее размышляю, — она смущенно улыбается ему, но после хмурится. — Где Кагами? Вы же были вдвоем?.. — Мы решили, что не хорошо веселиться, когда твоя лучшая подруга грустит в одиночестве, — Адриан чувствует, как у него уже болят скулы, но, тем не менее, улыбается. — Поэтому раз Луки нет, то я сегодня буду Вашим кавалером, Моя Принцесса. Они оба тут же вспыхивают румянцем, но неловкий смех разряжает ситуацию. Адриан берет Маринетт за руку и ведет на танцпол, мысленно ругая себя. Но Маринетт молчит, значит, скорее всего, не заметила его оговорки. Или снова ушла в свои мысли, что парню тоже не нравится. Он хочет как-то развеселить ее, поэтому резко тянет девушку за руку и прижимает к себе. «И я не знаю, что мне делать… это магия.» Поет женский голос из колонок, и Адриан улыбается. — Кажется, у нас появилась еще одна наша песня, — он не позволяет Маринетт встать прямо, упрямо продолжая двигаться по танцполу и тянуть ее за собой, и, лишь когда она заливается смехом, он обнимает ее и кружит. Она смеется ему в плечо, а он неловко повторяет движения окружающих. Ему стыдно за свои движения, но Маринетт смеется. Наконец она поднимает голову и, утирая слезы с глаз, качает головой. — Ты совершенно не умеешь танцевать, Адриан, — заявляет она, впервые на его памяти не заикаясь и не смущаясь — уже прогресс. — Просто доверься мне. Она уверенно двигается, и он повторяет ее движения. В подсознании мелькает мысль, что слишком уж слаженно у них это получается. Он узнает движения из клипа Клары Найтингейл и смеется. С Маринетт легко танцевать. Легче, чем с Кагами. Она не боится двигаться так, как хочет, и ему хочется повторять за ней каждое ее движение. Хочется тоже отбросить все рамки и перехватить инициативу. Только слишком многие смотрят на них, и Адриан Агрест не может отбросить маску примерного пай-мальчика даже на минуту в танце. Но вот же магия. С тобой. Он мысленно подпевает и снова смеется, когда у Маринетт не удается один из пируэтов. И понимает, что с Маринетт все совсем иначе. Чудесная. Мистическая. Магическая. — Это песня очень тебе подходит на самом деле, — шепчет он ей на ухо, обнимая ее и заставляя умерить пыл под конец песни. — Спасибо за танец. Впервые за весь танец она краснеет, а он не сводит с нее взгляда. Эта девушка действительно заслуживает более подходящего партнера по танцам. Музыка утихает, и он еще раз обнимает ее на прощание. — Не уходи отсюда, уверен, есть еще один человек, который хотел бы с тобой потанцевать, — просит он ее и спешит уйти. Растерянная Маринетт пытается окликнуть его, но парень лишь на мгновение задерживается возле Кагами и убегает. И судя по удивленному взгляду японки, та растеряна не меньше. — Сказал, что его срочно выдернули домой, — объясняет она подошедшей Маринетт. — Хотя вроде договорились, что поедем домой вместе. Маринетт лишь пожимает плечами. У Агреста-старшего поистине непредсказуемый характер. И пока Кагами связывается с водителем, чтобы ее забрали, Маринетт размышляет над последними словами Адриана. Что он имел в виду?.. Проводив подругу, Маринетт возвращается в зал. Стоять здесь и дальше она на самом деле не видит смысла. Изначально пришла ведь только из-за опасения, что кто-то акуманизируется, но все на удивление спокойно. Даже Хлоя видимо смирилась, что Ким ее практически не отпускал от себя ни на секунду. Невольно Маринетт подумала, что Аликс придется не сладко на следующий день. Ее смерти явно будут желать двое. И на самом деле она и без того устала, а ведь ей еще идти на патруль сегодня. Она машет рукой Алье, прощаясь. Не дожидаясь ответной реакции от подруги, слишком занятой своим парнем, Маринетт пробирается в сторону выхода, но ее резко перехватывает парень в слишком большой толстовке. — Что вы?.. — Маринетт в ужасе смотрит на руку в когтистой перчатке и выглядывающий из-под ткани хвост. Нуар утаскивает ее на балкон и стаскивает неудобную толстовку. — Чуть было не спалились, — смеется он, избавившись от своего камуфляжа. — Нуар! — зло рычит Маринетт. — Ты что тут забыл?! Погоди, неужели акума?.. — Остынь, мурцесса, — отмахивается от нее Кот. — Весь Париж гуляет, какая акума? Готов поспорить, даже самому Бражнику сейчас не до камней. Она хмурится, а он снова заливисто смеется. — Пошли танцевать лучше, мурцесса, — предлагает он, наконец успокоившись. — Там Алья, если она заметит тебя, то так просто уже не отпустит, — качает она головой. — Так мы не туда пойдем, — ухмыляется Кот. — Я тут такое место замурчательное нашел. И уже не слушая девушку, он подхватывает ее на руки и спрыгивает с балкона в пустоту. И пускай Маринетт зачастую сама поступала так же в образе Ледибаг, сейчас у нее нет ни волшебного йо-йо в руках, ни магического костюма, и она визжит от страха, прижимаясь к Коту. Тот лишь снова смеется, и Маринетт мысленно клянется при первой же их встрече отомстить напарнику. Он опускает девушку на оживленной улице. Маринетт не успевает высказать напарнику и слова за его беспечность, как замечает, что большая часть танцующих разодета в костюмы героев. — Я все продумал, Мурцесса, — Кот словно читает ее мысли. — Здесь никто меня не узнает, и мы сможем расслабиться. И она чувствует это в своей голове, плечах, коленях и ступнях. В самих косточках. Здесь они могут быть самими собой. На этот раз смеется она, а Кот ловит ритм и начинает извиваться. Он гибкий и пластичный, но совершенно не умеющий танцевать. Его попытки изобразить прыгающего флейтиста не проходят не замеченными, и через секунду уже вся толпа по-доброму смеется над ним и повторяет его движения. Маринетт просто не остается ничего иного, как присоединиться к напарнику. Адриану хочется смеяться и никогда не останавливаться. Он дурачится вовсю. Конечно, он мог вспомнить что-то из вальса, которому обучался… Но свобода проходит через все его тело: голову, плечи, колени и ступни — она в его костях. И поэтому он пытается повторить движения из клипов Клары Найтингейл, Джаггеда, да даже того же ХУ, как бы глупо это не выглядело. Вместе с ним танцует Маринетт и около десяти незнакомцев. Они старательно повторяют друг за другом, и пускай это выглядит нелепо, они то и дело сбиваются с ритма, но лично сам Кот счастлив. И Маринетт тоже. — Ну ты… даешь… — тяжело дыша, выговаривает она с трудом. В трансформации у него больше выносливости, чем у обычных людей. Но судя по горящему взгляду девушки, уступать она явно не собирается. И Адриан вызывающе ухмыляется. И когда начинается новая песня, они готовы к новому раунду. И они спасают души друг друга, погрязшие в суете и проблемах этого города, заставляя всех вокруг хлопать в ладоши. И на мгновение Кот верит, что Маринетт его наркотик, его роскошь, его сладость и золото… Пока дикий грохот не нарушает этой чарующей атмосферы. Черной молнией Кот расталкивает людей прочь с улицы, подхватывает Маринетт и уносит ее на ближайший балкон. — Сиди здесь, — приказывает он ей тихо. — Я разберусь с акумой и вернусь за тобой. В конце концов, было наивно верить, что Бражник не испортит им праздника. Маринетт не знает, радоваться ли такой скорой возможности отыграться на напарнике или сокрушаться, что акума оборвала такое веселье. В конце концов, уж что-что, а отрываться Кот умел. Выждав время, чтобы вокруг все более-менее утихло, Маринетт призвала Тикки, дремлющую в клатче, и трансформируется, бросается вдогонку за напарником. Акуманизированный предстает перед ней в образе огромной заводной обезьянки, требующей, чтобы все вокруг танцевали для нее. Ледибаг испуганно было высматривает напарника, но, к счастью, Кота поблизости не видно. — О, моя Леди, я вижу тебя, — раздается его голос позади, и ей хочется врезать ему. Конечно же, просто так, без всяких причин, а вовсе не потому что он повторяет слова, играющей вдалеке песни. — И мне очень даже нравится твой вид сегодня. — Неужели акума выбила последние мозги из твоей светлой головки? — ворчит она, узнавая строчки из известной песни, и Кот смеется. — К моему счастью, нет, иначе бы как бы я поднимал тебе настроение своими чудесными котомбурами? Он что-то еще говорит, но Ледибаг уже прыгает вниз, привлекая внимание акуманизированного. Ей хочется поскорее разобраться со злодейкой и вернуться на ту улицу, продолжить танцевать с Котом. Искренне надеясь, что Кот этого не поймет, она бездумно атакует и отбивается, пока Нуар не перехватывает ее и не уносит в безопасное место. — Плохая стратегия, Моя леди, — хмурится он, осторожно выглядывая. — Она всех превращает в заводных танцующих кукол. Попадешь под удар — не сможешь сражаться. — Долго наблюдаешь? — Ледибаг трясет головой, словно пытаясь прийти в себя. — Прилично, — отвечает Кот, изучая обстановку на площади. — Предполагаю, акума в ключе в спине. — Слишком очевидно, — присоединяется Ледибаг к нему и осматривает акуму. — На голове ободок. Акума там. Кот щурится, приглядываясь, и наконец согласно кивает. — Так просто не подойдешь. Предлагаю все-таки попасть под атаку, тем самым усыпив ее бдительность. — Моя Леди хочет потанцевать? — начинает было Кот, но быстро меняет тему, замечая поднимающуюся руку с йо-йо. — Все ее жертвы танцуют. — Да, но она ими не управляет, — уточняет Леди. — А значит мы сможем танцевать так, — она делает паузу и коварно улыбается. — Мы сможем танцевать только для нас. Кот Нуар лишь понимающе ухмыляется. Дотянуться до ободка и разрушить его, когда враг списал тебя со счетов, проще простого. Но не успевает Ледибаг призвать супершанс для исцеления, как кольцо пищит. — Упс, моя Леди, кажется, я и без того успел измотать своего квами, — Кот хмурится — Плагг потребует утроенную порцию сыра за сегодняшний вечер. — Уверен, дальше ты справишься и без меня. — Кот, стой! — она пожалеет об этих словах, явно пожалеет, но это будет после. — Придешь сегодня на патруль — потанцуем. Обещаю. Он салютует ей двумя пальцами и исчезает на крышах. У Ледибаг же есть еще минут десять побродить по исцеленному городу и полюбоваться спешным восстановлением праздничной атмосферы. Люди быстро приходят в себя, жертва акуманизации рассыпается в извинениях перед всеми, снова повсюду играет музыка. Остается лишь сломанное сердце, которое не починить так просто… — С ума сойти совпадение, — перед ней стоит взъерошенный Адриан Агрест, все в той же футболке и джинсах, что и на вечеринке. — С ума сойти совпадение, — тихо повторяет Ледибаг, не сводя с него взгляда. Разве он не сказал, что его срочно вызвали домой? Может он был где-то рядом на каком-то светском приеме и сбежал оттуда при атаке акумы? Столько вопросов — и она не может даже толком их задать, не вызывая подозрения. Она буквально прожигает его взглядом, и он не знает, что сказать. Прости, трансформация слишком быстро оборвалась, я не успел добраться до дома? Упс, Ледибаг, какое совпадение, дай автограф? В голове крутится лишь ее обещание потанцевать с ним. Но сегодня танцуют ведь все? А значит, и Адриану Агресту должно повезти, пусть в их игре в любовь он давно проигравшая сторона. — Знаю, это прозвучит глупо, но стыдно стоять в толпе танцующих и не танцевать самим, — он собирает всю наглость Нуара, что в нем осталась, и протягивает девушку руку. Вокруг все замирают, наблюдая за ним, и он понимает, что теперь завтра все новости будут пестреть фотографиями того, как Ледибаг ему отказала. Нет. Не этими. Она принимает его руку и робко, слишком смущенно для героини Парижа улыбается. И пусть они сейчас у всех на виду, пусть Адриан Агрест не может заступить за рамки, он позволяет себе уверенно прижать Леди к себе и увести ее в медленном вальсе. Она следует его ритму, двигаясь так легко, что ему хочется спросить у нее — видит ли она сама, насколько они гармоничны? Насколько хорошо он подходит ей? Но вместо этого он тихо напевает ей на ухо: Унеси меня, унеси домой. И пускай завтра таблоиды разрываются хоть какими сплетнями и слухами, главное, что сейчас она рядом с ним, независимо от наличия маски. И когда она помогает ему пролезть в окно собственной комнаты, он обнимает ее на прощания, скрывая торжествующую улыбку. Он даст ей время покормить квами. Но на патруль точно не опоздает. А Плагга ждет порция в четыре раза больше. Тикки быстро съедает печенье, так как Маринетт хочет проверить и ту улицу, где она танцевала с Котом. От разрушений нет и следа, люди уже и забыли о нападении акумы. Ледибаг быстро проверяет и отель Гран Пари — но и там веселье продолжается. Судя по довольной Алье в руках Нино, здесь о нападении акумы даже не слышали. Ледибаг потягивается и выдыхает с облегчением. — Так, говоришь, потанцуешь со мной, — приземляется рядом с ней Нуар. — Между прочим, я уж думал, не найду тебя. — Как будто от тебя возможно спрятаться, — фыркает Ледибаг шутливо, но внутри она рада — он и правда пришел. Она бежит на ту же улицу, где она танцевала с ним, как Маринетт. Играющая там музыка подходит ей идеально. Кот хмурится, оглядываясь, но быстро отвлекается. — Итак, Моя Леди, подаришь мне танец? — и он знает, в этот раз она не откажет. Это все в их головах, и это их схватка. Так что же сделает он? Их танец похож чем-то на вальс, почтительный, не смеющий выйти за рамки, но Кот не для этого выпрашивал его. И он быстро перехватывает инициативу, ускоряя темп. Ее глаза снова закрыты, она следует за ним так легко и невесомо, словно зная наперед каждое его движение. Они двигаются слишком слаженно, словно танцевали так всю жизнь. И он чувствует, что парит подобно фениксу. Они расходятся уже поздно, почти под самое утро. *** Два мини-бонуса: И лишь вытянувшись на кровати, Адриан внезапно осознает — Ледибаг двигалась так, словно танцевала с ним уже. Так, будто знала, что Адриан не умеет танцевать и слишком скован, а Кот при этом готов на любые выкрутасы. Но он танцевал в обеих ипостасях до Ледибаг только с одной девушкой… Маринетт?! *** Маринетт не ложится сразу, она еще кружится по комнате, вспоминая, как танцевала с Адрианом. Впрочем с Котом ей тоже понравилось танцевать, она и сама не знала, что может так дурачиться. Но ведь сам Адриан назвал ее… как ее называл только один человек. И ведь Адриан сказал… Маринетт села на корточки и застонала в ладони. И как она только сразу не догадалась? Желание отыграться на напарнике выросло еще в несколько раз.