Глава 1. Клуб «Скрещённых палочек»

Хочешь один совет?

Не жди решений

Чтоб узнать череду побед

Начни движение

«LASCALA — Кто ты?»

Клуб "Скрещенных палочек"

***

— Пап, а как ты познакомился с мамой? — а вот и тот самый вопрос, на который каждый родитель должен ответить своему чаду хотя бы раз в жизни. — Ну, мы с твоей мамой часто пересекались на работе, было много общих проектов, а там и много интересных тем для обсуждения… — очевидно, Уильям Редвуд не был готов к внезапным вопросам своей маленькой и любопытной дочери, оттого неловко потирал нос, который вдруг стал неистово чесаться. — Но она же не была волшебницей, почему ты в неё влюбился? — снова провокационный вопрос, но в наивных голубых глазах, генетически передавшихся ей от матери, скрывалось совершенно невинное любопытство. — Знаешь, милая, — Глава семейства Редвудов тяжело вздохнул и опустил голову, стараясь подобрать правильные слова. — Мир не делится на «чёрное» и «белое», также как и не делится на «волшебников» и «не волшебников». Мы можем быть разными по внешности и способностям, но самое главное — оставаться людьми… Уильям мягкой походкой подошёл к дочери и нежно ткнул её в нос, вынуждая поморщиться. — Получается, ты влюбился в неё, потому что она была хорошим человеком? — девочка недоверчиво покосилась на отца, который всё это время одаривал её мягкой улыбкой. — Видишь, ты и сама всё прекрасно понимаешь. Хотелось бы тебе выйти замуж за волшебника, но он бы абсолютно тебя не уважал и вёл себя очень плохо? — Я вообще никогда не захочу выйти замуж, это скучно! — Миранда нахмурила брови и надула губы, испытывая исключительно детскую вредность. — Я не хочу, как мама, стоять у плиты и готовить картошку фри! Девочка недовольно фыркнула, её лицо заметно покраснело от переполняющего гнева. Что еще можно было ожидать от пятилетнего ребёнка? — Как скажешь, только маме об этом не говори, она бы хотела в будущем увидеть внуков, — отшутился Уильям, подмечая для себя, насколько интересно было наблюдать за взрослением собственных детей. Сколько ещё подобных вопросов ему ждать от юной, но крайне любопытной дочери?

***

В первый день посещения Хогвартса никогда не было занятий. Студенты посвящали это время раскладыванию вещей в нужные места, старосты знакомили первокурсников с их спальнями и гостиными факультетов, рассказывали о правилах, о том, куда можно ходить и куда нельзя. Если коротко: это был довольно суетной день для всех. А ещё это был самый любимый день призрака Пивза, ведь появление новых первокурсников всегда означало новые и смешные шалости. Смешные, конечно же, исключительно для самого Пивза. Он пугал мальчиков в мужских туалетах, выливал на головы вёдра холодной воды, дергал ковер из-под ног, заставляя учеников упасть, и это только часть его «безудержного веселья». Не было такого студента в Хогвартсе, кто хоть раз не сталкивался с шалостями Пивза. Доставал и мучил он абсолютно всех без исключений. Хотя бы в женские туалеты не совался, и на том спасибо. Хоть они и были уже на четвёртом курсе, Миранда всё ещё призраков побаивалась. Было в них нечто жуткое, необъяснимое, с чем совершенно не хотелось сталкиваться. Может быть это было по причине того, что при виде призрака ты всегда задумываешься о смерти? На первом курсе Пивз настолько сильно напугал Миранду, что в панике она случайно врезалась в стенд с рыцарскими доспехами. Они с грохотом обрушились прямо на девочку, а шлем комично закрепился у неё на голове, вызывая безудержный смех однокурсников. Это произошло в коридоре, прямо перед началом занятий, и все ученики факультетов увидели столь грандиозное падение. Редвуд потом около месяца дразнили «Сир Миранда». Поэтому к призракам она не испытывала ровно никакой симпатии. Снова родная когтевранская спальня... Когда ты проводишь здесь большую часть своей жизни, родной дом уже совсем не кажется тем местом, куда хотелось бы возвращаться, тем более в шестнадцать то лет. Здесь никакая мама не заставит тебя лечь в десять часов вечера, только чтобы не сбивать и без того ненормированный режим. Всё было выполнено, естественно, в голубо-золотых тонах, под стиль Когтеврана, но более аристократично. Огромные, двуспальные кровати с бархатными, невероятно мягкими подушками, размашистые звёздные ковры, не позволяющие ногам замерзнуть, а также собственные изящные шкафы, куда можно было сложить любой подвернувшийся под руку хлам. Редвуд делила спальню с Падмой Патил и Лайзой Турпин. У каждой девочки своя личная кровать и своё персональное пространство для благоустройства. Например, Миранда любила нотки хаоса в интерьере, на её злосчастной тумбе вечно были разбросаны то учебники, то сделанные ею же рисунки. Ещё на втором курсе она нарисовала возле кровати чёрного, сияющего звёздным светом, единорога, как бы помечая своё личное место, чтобы никто ненароком не перепутал. Рисовать она любила с самого детства, ещё с учебы в магловской школе, и получалось это довольно неплохо. Жаль только, что в Хогвартсе нет никаких занятий, связанных с этим искусством. В другой жизни можно было бы стать художником. Здесь всегда пахло смесью старых пергаментов, древесины и легкого аромата лаванды. Никогда и ни с чем не перепутать. Интересно, какой запах был в спальнях других факультетов? Миранда ещё никогда не была на чужой территории, предпочитая приглашать студентов именно в гостиную Когтеврана, а не куда-либо в стороннее место. Спустившись в назначенное время в подземелье Слизерина, Редвуд направилась в старый заброшенный класс зельеварения. На удивление, в коридорах никого не было. Так намного проще, не хотелось бы в данный момент с кем-либо пересекаться. Не успела она коснуться ручки нужной двери, как сразу же послышался приглушенный голос. — Пароль? — Отрубленная голова гигантского кокатриса, — закатив глаза, быстро протараторила Редвуд. Кому вообще в голову пришло придумать нечто подобное? Этим паролем с ней заранее поделился Корнер. Очень остроумно. Дверь открылась, и девочка шагнула внутрь. Действительно, что она ещё ожидала здесь увидеть? Заброшенный старый класс зельеварения, полностью пропитанный ароматами сырости и затхлости. Все школьные столы сдвинуты по краям комнаты, освобождая приличное пространство посередине. На определённых местах прямо на каменных плитках были очерчены ровные, белые линии. Видимо, разметка позиций участников для дуэлей. Круто! Она сразу увидела толпу знакомых студентов с разных курсов и факультетов, нерешительно прокашлявшись, привлекая к себе внимание. — Так, все, кто хотел, уже в сборе; думаю, затягивать больше не будем… — первым она услышала голос своего одноклассника Донни Вермиллиона. Это был крайне харизматичный мальчишка, и именно он придумал основать клуб «Скрещённых палочек». В принципе, не удивительно, что двигателем «прогресса» в Хогвартсе выступали именно Когтевранцы. Даже летучий порох был идеей орлиного факультета. Кажется, он даже не заметил, что в зал вошел кто-то ещё. Темноволосая голова резко развернулась, наконец-то замечая нового участника тайного клуба. На лице молодого человека сразу заиграла улыбка, он удивлённо присвистнул. — О, Редвуд, я крайне рад, что ты здесь. Когда Майкл сказал мне, что ты согласилась, я сначала не поверил, — усмехнулся Донни, обворожительно подмигивая новенькой. Он всегда так встречает тех, кто первый раз пришёл позаниматься? Кажется, щеки Миранды невольно покраснели. Слишком много внимания. — Я просто подумала, что мне чертовски необходимо размяться… — она постаралась сделать максимально уверенный и решительный голос, показательно растягивая руки, словно готова была бежать марафон. Какого хрена ты так сильно нервничаешь? Ну и что, что он нравился тебе с самого первого курса? Это давно в прошлом! — Ладно, поскольку у нас теперь новые лица, объясню правила нашего клуба… — Донни важно вышагивал по центру пыльной комнаты, придерживая волшебную палочку за спиной. — Первое правило клуба — никому не говорить о существовании клуба! — гордо провозгласил мальчишка, поднимая вверх указательный палец. — Второе правило клуба — приглашать в клуб можно только проверенных людей! Получается, Майкл пригласил Миранду по той причине, потому что считал её «проверенной»? Как это мило. Десять очков Когтеврану! — И, наконец, третье правило клуба — сражайтесь достойно и уважительно, мы здесь не для того, чтобы плодить себе врагов, а для того, чтобы становиться лучше! — Донни хитро осмотрел участников клуба, что внимательно его слушали. Кажется, среди толпы незнакомых первокурсников и второкурсников, она различила лицо Невилла из Гриффиндора, Ханны Эботт из Пуффендуя и естественно часть трио своих очаровательных придурков — Энтони и Терри. Только Корнера не хватало для полноты картины, но этот засранец сегодня решил свалить по особенно важным делам. — Слышь, Дон, давай начинать уже! — уставшим голосом попросил Энтони, показательно закатывая глаза. Наверное, они слушали это уже в трёхсотый раз. Донни был отличником, хорошо владел множеством заклинаний и прилежно учился. До того, как дуэльный клуб Локонса Златопуста закрылся, он был лучшим дуэльянтом и прекрасно сражался. В чём был его секрет? Никто не знает. — Сначала предлагаю потренироваться на манекенах, которые я притащил… — Вермиллион на секунду замялся и поморщился. Видимо, воспоминания об этом были неприятными. — Не спрашивайте, откуда. Разогрейтесь, разомнитесь, а потом посражаемся в парах. Все так и сделали. Редвуд достала из-под мантии свою волшебную палочку и, как только она оказалась в руках, почувствовала разряд силы, мигом наполнивший её тело. Какое прекрасное чувство вновь ощущать себя волшебником! Интересно, что почувствуют маглы, если прикоснутся к волшебной палочке? Что бы попробовать первым? Может быть… — Баубиллиус! Резкий, почти рваный взмах волшебной палочкой и из ее кончика выстреливает самая настоящая… молния? Нет, так должно быть задумано, но появилась не молния, а маленький желтый разряд тока, что, даже не успев коснуться манекена, исчез с коротким треском. Ну и бред! — Баубиллиус!!! — снова воскликнула Миранда уже более напористее, и снова с остервенением взмахнула волшебной палочкой. Короткий разряд, треск, всё. Таким максимум убивать надоедливых мух. — Нет-нет-нет-нет, ты всё не так делаешь… — внезапно со спины подошел Донни, Миранда вздрогнула от неожиданности. Она уже была готова разозлиться, но чувство стыда мешало это сделать. А что ты думала, без должной практики всё будет легко получаться? — Во-первых, не нужно кричать заклинания. Твой голос должен быть чётким и ясным. Для начала, проговаривай каждый слог. Вермиллион оказался очень близко, даже слишком. Близко настолько, что можно было почувствовать его дыхание на своей шее. Это немного отвлекало и будоражило. — Во-вторых, ты уж слишком быстро машешь палочкой. Твои движения должны быть лёгкими и плавными, словно гладишь пристарелую больную кошку, — Донни взял её за руку, в которой она держала палочку, и максимально близко прижался сзади. Он мягко повел её руку по воздуху, показывая, каким должен быть идеальный взмах палочки. — Вот так! Кажется, от него пахло росой и летним дождём. Нос против воли впитывает в себя приятные ароматы, распространяющиеся от тела стоявшего в опасной близости Вермиллиона. Мерлин, Мира, ты совсем обезумела? Человек тратит на тебя своё драгоценное время, пытаясь заново научить школьной программе прошлого года, а всё, что ты можешь сделать, это как дура тащиться с чужого одеколона? Они же просто однокурсники, верно? Пересекались несколько раз, болтали о всякой нелепой чуши. А парнишка то вырос, похорошел… Как знать, может и…? — Спасибо, Донни… — всё, на что её хватает, это жалкое и слабое пищание. Если она будет так растекаться при каждом небрежном мужском касании, то пусть лучше сразу уедет в Святой Мунго. Вы это заклинание изучали в прошлом учебном году, а ты его попрактиковала исключительно ради сдачи экзамена и больше им не пользовалась. Что, хотела стать талантливой просто так? Вокруг ребята также разминались. Стоит отметить, что Невилл сильно возмужал и чувствовал себя более уверенным, чем раньше. Заклинания произносил чётко и точно, и они у него хорошо получались. Вот, смотри и учись, Редвуд, мальчишка трудом и упорством из неудачника превратился в сильного и смелого юношу. А он, к слову, полноценный чистокровный волшебник. Что, укололо, да? Челюсть непроизвольно сжалась. Снова этот ком зависти и оправдания своих несбывшихся надежд. Ты готова смириться с тем, что они были правы? Грязнокровкам просто не дано быть хорошими волшебниками, твои родители — никто, и ты тоже здесь — никто, и не имеешь никакого права учиться в этой школе. Подобные мысли отвратительными червями сжирали её сознание каждый день. А что ты сделала для того, чтобы быть лучшей? Заколдовала парочку магловских предметов? Да ты даже не можешь показать их преподавателям! — Ты танцевала раньше когда-нибудь? — внезапный вопрос мгновенно вывел из транса. — Что? — только и смогла выдавить из себя Миранда. Донни хохотнул и закатил глаза. — Ну, знаешь, там, когда людей колбасит под музыку, и они разбрасываются своими конечностями в разные стороны… — на лице молодого человека играла исключительно искренняя и легкая улыбка. — Было пару раз. Подожди, а это здесь причём? — она всё ещё не понимала смысл внезапного вопроса. Он специально спросил нечто странное, чтобы вывести девчонку из сгрызающих нутро мыслей? — Знаешь, в чём мой секрет, как самого лучшего дуэльянта в Хогвартсе? — Вермиллион не упустил возможности похвастаться, хотя бахвальством это не назовешь, это действительно было так. — Я много двигаюсь. Уклоняюсь, не стою, как вкопанный пень, путаю противника, вынуждаю его терять сосредоточенность, промахиваться, — Донни обошел Миранду кругом, внимательно осматривая, словно подмечая для себя некоторые детали. — Думаешь, если будешь швыряться максимально крутыми заклинаниями, то стопроцентно победишь? Ха! Ими еще надо попадать, а когда твой противник постоянно дергается, словно у него шило в заднице, сделать это намного сложнее! Юноша гордо вскинул подбородок, явно наслаждаясь тем, что сейчас происходит. Наслаждался собой и своим неоспоримым превосходством. Интересно, получится ли когда-нибудь бросить ему вызов и победить? — Я вот, например, беру от жизни самое полезное. Умеешь танцевать? Используй на дуэли и станешь намного сильнее, чем ты был, — Вермиллион резко развернулся на месте на все 360, движения его были отточенными и ровными. — Я почему-то думаю, что у тебя такой стиль получится. Конечно, заклинания надо тренировать, но какой от них смысл, если переживёшь ты максимум одно? — Донни кивнул Миранде, призывая попрактиковаться. Взгляд Редвуд стал более решительным. На летних каникулах она посещала магловские дискотеки и обожала танцевать. В тот миг, когда ты сливаешься с музыкой, и она управляет тобой, словно кукольной марионеткой, ты чувствуешь себя по-настоящему собой. Никакой скованности, никакого стеснения и ожидания осуждения, просто легкость и покой. Коротко усмехнувшись, Миранда встала в боевую вызывающую позу, выставив волшебную палочку перед собой, а вторую руку заводя за спину. Она повторила движение Вермиллиона, сделав резкий разворот, и он вполне неплохо получился. Это было похоже на элемент какого-то сумасшедшего танца. Парень показал ещё несколько подобных движений, и она послушно повторила, мысленно в голове набивая нужный ритм. Теперь это только нужно всё соединить… Ну охренеть теперь, ещё не хватало заниматься хореографией! — Вот, видишь, я же говорил. Неплохое начало! — довольно усмехнулся Донни, гордо поднимая голову вверх. Из него вышел бы хороший профессор. — Только этого недостаточно, лишь дуэль научит тебя двигаться и чувствовать, когда это необходимо сделать. Старайся быть непредсказуемой, — мальчишка обаятельно подмигнул, и резко разорвав зрительный контакт, закричал. — Хватит разминаться, разбейтесь на пары и сражайтесь! Это было просто ужасно! В теории звучало легко, а на практике одновременно двигаться, уворачиваться и целиться заклинаниями было невыносимо. Противником Миранды была Ханна, красивая девчонка с Пуффендуя, и в дуэлях она была намного опытнее. Поэтому после каждого падения Редвуд она постоянно извинялась и неловко улыбалась. Ничего, все проходят через боль. Выглядела она весьма… прозаично, как сказала бы Полумна. Вся в маленьких царапинах, синяках и ссадинах. На некоторых местах горели красные пятна. Они от маленьких молний, которыми в Миранду швырялась Ханна. Волосы были растрёпаны, из-за излишней наэлектризованности смешно стояли кверху. Да, это определенно был провал. Но урок для себя она все равно извлекла. — В первый раз всегда так, не загоняйся сильно по этому поводу… — Вермиллион снисходительно улыбнулся, подмечая побитое состояние девчонки. Сама виновата, что гоняла балду всё лето, нечего удивляться потере навыков. — Зато теперь я знаю свои зоны роста… — хмыкнула Мира устало в ответ. Эту фразу она когда-то услышала по телевизору от неизвестного бизнес-тренера, активно навязывающего в рекламе способы быстрого заработка. Хоть в этом старый дурак был полезен, расширял словарный запас. Снова прохлада ненавистных подземелий. Она всегда задавалась вопросом, как слизеринцы здесь обитают, им действительно нравится бродить по пустым, холодным коридорам и жить, словно в мышиной норе? Мерлин, спасибо, что шляпа не отправила на Слизерин, она бы не выдержала постоянного нахождения в тёмных катакомбах Хогвартса. — Эй, Редвуд, тебя не учили в твоей мерзкой магловской школе, что таращиться на людей не культурно? — язвительный надменный голос, а ещё привычка расстягивать каждое своё слово. Три ярких свойства для определения Драко Малфоя. То есть, этого придурка все-таки задели их короткие игры в гляделки в большом зале и он решил сейчас об этом вспомнить? И снова заезженная пластинка про магловскую школу. Как только болваны узнали о том, что Редвуд долго не проявляла магических способностей и из-за этого некоторое время училась в обычной школе, тут же взяли на заметку этот факт и постоянно выплёвывали при любом удобном случае. А ведь это действительно было обидно, никому неприятно, когда твою гордость уязвляют подобным образом. Миранда тяжело вздохнула и медленно обернулась в сторону ненавистного голоса. Перед ней стоял сам Драко Малфой, а рядом с ним верные телохранители — Крэбб и Гойл. Сейчас его холодный, тяжелый взгляд ощущался слишком близко, возникло непреодолимое желание помыться, и это не только из-за того, что сейчас она выглядела весьма паршиво. — И тебе привет, Малфой… — натянуто, язвительно улыбнулась, но как-то слишком устало. Вот надо было им доебаться именно сейчас? Почему в другое время нельзя это сделать? Мерлин, в точности, как шакалы, хватаются за любую твою слабость и сразу используют полученную возможность добить тебя. — Редвуд, что с тобой случилось? Неужели кто-то наконец-то решил использовать тебя по назначению в качестве половой тряпки? — Крэбб и Гойл мерзко засмеялись, насколько это было возможно. Не было ещё такой ситуации в Хогвартсе, в которой Драко бы не поддержали его вечные «товарищи», если их можно было так вообще назвать. Редвуд раздражённо оскалилась, скрипя зубами от нарастающей злости. Взгляд яростно блуждал по платиновым, идеальным волосам, ровным, острым скулам, буравил серые, словно грозовые тучи, ненавистные глаза. Искала, за что зацепиться в этом пафосном, надменном выражении, но ничего на ум не приходило. Красивый до омерзения. Было бы проще придумать обидное оскорбление, будь он каким-нибудь смешным уродцем. — Раз мы с тобой вдруг заговорили о правилах этикета, тебе самому не помешало бы их подучить, придурок. Можешь начать прямо сейчас и захлопнуть свою пасть! — слова вырывались сами откуда-то из воспалённого и уязвлённого сознания. Не могла же она оставить белобрысую скотину без должного ответа? Он ведь только этого и ждёт. Малфой вновь скривил лицо в типичной ядовитой манере, всем своим нутром выказывая отвращение и злобу. — Решила обнажить зубки, Редвуд? Кто тебе дал право мне приказывать? Драко выступил вперёд, оказываясь в опасной близости к девчонке. Он смотрел на неё сверху-вниз, и это неудивительно, за лето он вырос ещё больше, теперь показывая своё полное и безоговорочное превосходство. Редвуд силой заставила себя приподнять голову и заглянуть прямо в сосредоточение самой ненависти, что безмолвным потоком обрушивалась во всём его взгляде. Словно для него она была чем-то из разряда «грязи из-под ногтей», и он упорно не понимал, почему эту грязь не убирают из Хогвартса. Снова дурацкий нос уловил ощутимый запах мяты и скошенной травы. Сразу повеяло воспоминаниями о доме, первой игре в квиддич и сладким, ароматным чаем, которым угощала Редвуд мадам Помфри после её позорного падения с метлы. Она попыталась ухватиться за приятные, далёкие воспоминания, но из транса мгновенно вывели мерзкие, отвратительные голоса, вновь возвращая былую закипающую злость. — Что, строя глазки за столом ты была более смелой, а? — насмешливо подбодрил Драко Гойл. — Ха, грязнокровка втюрилась в Драко Малфоя! Вот умора! — прыснул со смеху Крэбб, поддерживая своих товарищей. Что сейчас сказал слизеринский выродок? Втюриться в это? Лучше уж сразу страстно засосать дементора, от одного лишь брезгливого взгляда Малфоя уже хочется несколько раз помыться. — Да что ты можешь знать о любви, Крэбб? — теперь уже Миранда разговаривала максимально надменным голосом, который только она могла из себя выдавить, испытывая вполне искреннее отвращение. Давай, уколи его побольнее, заставь его плакать, заставь его жалеть о своих словах. Ты хочешь и невыносимо жаждешь видеть, как он будет захлебываться слезами в мантии своих придурковатых друзей. — Глупый тупой жирдяй Крэбб! — Слова вырвались сами, она даже не успела как следует их обдумать. Секунда молчания, другая, и вдруг Малфой с Гойлом прыснули со смеху, еле удерживаясь на ногах. Редвуд в момент покраснела от смущения, это ж надо было сказать нечто столь жалкое и потерянное? Это так ностальгический запах Малфоя снижал её словарный запас или она в момент поглупела? Мерлин, это самая жалкая попытка оскорбления в истории, они же не на первом курсе, в конце концов! Но это было определённо смешно. А вот Крэббу было совсем не смешно. Он стоял весь красный от стыда и злобы. Ну конечно, с его то уровнем интеллектуального развития он как раз остался где-то курсе на нулевом, чтобы такие слова его серьезно задевали. — Что ты сейчас сказала? — кажется, до него дошло только спустя несколько секунд. Он выпрямился во весь рост, закатил рукава, стал наступать на Миранду, что была вдвое, а то и втрое меньше него. И что ты собираешься сделать? Неужели ударишь безоружную девчонку? Но она стояла на своём, совершенно не двигаясь с места, даже когда Крэбб оказался совсем рядом. Правила этой игры она давно понимала. Проиграет тот, кто первым решит отступить назад. В самом деле, не хватит же жирдяю смелости, чтобы применить к ней физическое насилие? Это даже для Слизерина ниже плинтуса. — А ты смешная, Редвуд… — еле успокаиваясь от смеха произнёс Малфой, с ухмылкой наблюдая за попытками Миранды сохранять ледяное спокойствие. Винсент замахнулся, и на мгновение в нежно-голубых глазах промелькнул самый настоящий страх. Этот болван действительно сейчас зарядит кулаком ей в лицо? Давай, только попробуй это сделать, хоть пальцем прикоснись и будешь жрать слизней, пока не разорвёт твой поганый блядский живот. Она отчётливо следила за тем, как сжимаются костяшки на толстых, нелепых пальцах. Как они складываются вместе, превращаясь в плотно сжатый кулак. Как он заносится над её головой, порождая самые отвратительные и дикие желания расправы сразу после того, как чья-то плоть болезненно ударится о женскую, нетронутую скулу, оставляя после себя внушительный синяк. А дальше она просто выпотрошит мальчишку на глазах его друзей, не постесняясь самых мучительных и жестоких способов это сделать. — Всё, прекратите, расходитесь! В назревающее непоправимое зрелище, о котором все участники конфликта потом бы пожалели, вмешался Терри Бут. Яростная пелена перед глазами внезапно растворилась, взгляд снова стал ясным, как и прежде. Когтевранец встал между трио хулиганов и своей однокурсницей, закрывая её собой. Как благородно и воспитанно, всё по канонам поведения вездесущего Терри Бута. — Ну вот, а мы только начали веселиться, — с наигранным сожалением протянул Малфой, медленно разворачиваясь вместе с Крэббом и Гойлом в сторону гостиной Слизерина. Если бы не их договорённость с когтевранцами, конфликта было бы не избежать. Терри тяжело вздохнул, а после обернулся к Редвуд и смерил её суровым взглядом. Так на неё обычно смотрел отец, когда она делала что-то безрассудное, и это невероятно бесило во взгляде шестнадцатилетнего подростка. Слишком ответственный для своего возраста. — Ты хоть соображаешь, чем всё могло закончиться? — Юноша схватил её за плечи и слегка встряхнул, убеждаясь, что привел её в чувства и она его слушает. Миранда ошарашенно захлопала глазами, непонимающе уставившись на однокурсника. Он действительно сейчас собрался читать лекции по поведению благородных девиц? — Ничего бы страшного не случилось. Если бы завязалась драка, со Слизерина сняли бы приличное количество очков… — она выглядела невозмутимой, словно вся эта нелепая ситуация так и была задумана. Только вот в воображении она рисовала себе совершенно другой исход. — Ты с ума сошла, Миранда? Подставлять себя под удар за мнимой возможностью снять с кого-то очки? Да он бы тебя избил! Ты это осознаёшь? — Терри смотрел прямо ей в глаза, неумолимо ожидая вразумительного ответа. Он был сильно обеспокоен, и, кажется, действительно за неё переживал. Почему-то в нижней части живота завязался болезненный, тугой узел. Стало стыдно. Она печально потупила взгляд, не зная, что ответить. Не говорить же ему в самом деле, что она специально хотела спровоцировать эту драку, чтобы сотворить с Крэббом нечто ужасное? Фу, даже думать об этом противно. Как вообще можно было такое придумать? Нет, она просто устала после изматывающих тренировок, вот и все. Это просто наваждение, глупые фантазии, не имеющие ничего общего с реальностью. Правда же? Отдалённо послышались голоса студентов Слизерина. — Вообще-то, я не жирный и не тупой! — Заткнись, Крэбб…

***

Вся эта ситуация была до невозможности отвратительной, хотелось смыть с себя проклятие этого тупого дня и больше никогда к подобным мыслям не возвращаться. Ей было противно не с глупо сказанных оскорблений, не с очередных насмешек Малфоя, а от самой себя, от своих мыслей и желаний. Никогда раньше не замечала за собой такое. Хотелось всё списать на банальную усталость, но не получалось, потому что правда была слишком очевидной, чтобы прикрывать её таким тупым самообманом. Ты просто чокнутая идиотка, Редвуд, готовая из-за чрезмерной злости убить своего однокурсника. — Эй, Редвуд! — её внезапно окликнул незнакомый ранее голос, мгновенно выводя из транса сжирающих душу мыслей. Ну кому там ещё что-то надо? Раздражённо повернувшись в сторону нарушителя и без того отсутствующего покоя, она увидела лишь пару хитрых глаз, смотрящих на неё из-за угла тёмного коридора. Судя по жёлтоватому галстуку, это был кто-то из Пуффендуя, но она точно раньше с этой девчонкой не общалась. Заинтересованно, но настороженно Миранда двинулась к ней. — Да? Мы знакомы? — вопросительно изогнув бровь, спросила студентка Когтеврана, но, не дождавшись ответа, незнакомка резко потянула её за руки в ближайший чулан, быстро захлопнув дверь. Это уже было не просто какое-то издевательство, это был ёбаный пиздец! Сначала её отметелили в дуэльном клубе, потом чуть не избили, далее наорали, а теперь ещё и какая-то пришибленная девка решила пообжиматься с ней в чулане. И всё, сука, в один день! Она не успела приехать в Хогвартс, а уже хотелось свалить обратно домой! — Блять, что ты делаешь? Меня не интересуют девчонки, отвали! — стала сопротивляться Редвуд, оказавшись в кромешной пугающей темноте. Прекрасно, теперь она станет жертвой какой-то фанатично одержимой лесбиянки. Полное Г.А.В.Н.Э. — Люмус… Волшебная палочка незнакомки осветила маленькое помещение, наконец позволяя ослеплённым светом глазам ориентироваться в пространстве. Кажется, они находились в крайне тесной и неуютной подсобке для швабр, не самое романтичное место для первого раза, не так ли? — Я знаю, как решить проблему с угнетением маглорождённых волшебников, — глаза девочки опасно сверкнули, и в следующую секунду, почти сгорая от нетерпения, она выпалила. — И мне кажется, ты мне в этом с удовольствием поможешь…