"Больше ничего не скрываю"

      Дежурства возле Дивиан поделили на троих взрослых: первые шесть часов Рейджа, вторые — Коннор, а финальные — отдохнувший Гэвин. Оставшиеся два часа из двадцати новая команда Варгаса выделила для Кри, обменявшись взглядами: молча договорились, что, если ребёнок будет спать, то никто его будить не будет, а как-то сами разберутся. — Ты думаешь мама поправится?       Уверенности у Рида не было, была надежда, что восстановившийся энергетический фон поможет физически. Должен был помочь. Всегда ж так работало: Ди теряла сознание, а потом очухивалась и носилась, словно ничего не случилось. Раньше так было. Только раньше не приходилось ей принудительно сердце запускать и кислородом накачивать… — Конечно, милая. С мамой всё прекрасно будет.              Гэвин из холодильного шкафа доставал контейнеры. Открывал каждый, чтобы проверить и найти что-то подходящее для дочери. Большинство контейнеров содержали какие-то пюреобразные субстанции, словно у бывшего капитана Варгаса не с сердцем проблемы были, а с челюстью. — Это ж обычное дело после хлопка, да? Ты как сама себя чувствуешь? — Оглянулся, резко вспомнив. — Первый же был! Как самочувствие? — Я не знаю, пап. Там же ситуация… Я даже не поняла, — дочка на краешке стула сидела в большой цветастой рубашке прадеда, доходившей почти до колен. Сама себе выбрала, когда искали свои старые запасы одежды в шкафу. Короткие свободные треники на ней вроде Ди принадлежали. — Типа трясло сильно изнутри. А потом я крикнула… Надо было раньше крикнуть, чтобы этот подойти не успел.       Ньюбона она упорно «этот» называла. Гэвин его называл «гнидой», «ублюдком» и другими нелестными эпитетами. Словно оба прониклись учениями матери и специально избегали называть Ньюбона по имени, стараясь стереть любую связь с сумасшедшим родственником. — Мне не стоило Коннору звонить и вызывать их туда, — дочка еле слышно пробормотала. Съёжилась вся, почти спряталась лицом в большом вороте рубашки. — Я просто…растерялась. Не смогла ни тебе, ни маме дозвониться… — Малышка моя, — Рид тут же к себе прижал. За щеки обнял и вверх лицо потянул из пёстрого гнезда ткани. — В этом нет твоей вины. Ты всё правильно сделала. Правильно, Кри, понимаешь? Правило номер один, да? Если меня или мамы нет, а тебе нужна помощь, то… — …звонить на Варгас, — вздохнула и глаза закрыла. Слезинка по щеке скатилась. — Умница, — Гэвин большим пальцем каплю стёр. В лоб поцеловал свою девочку. — Всё правильно, — прижал к себе и вздохнул тяжело. — Это мне не стоило вас оставлять.       Про то, что Ди не стоило оставаться на базе, решил ребёнку не говорить. Эту часть своей речи он оставил для разговора со своей женщиной. Потом. Стоило обсудить и донести про обоюдную ответственность взрослых. — Из-за меня деду уб… — Не из-за тебя, детка. Давай раз и навсегда запомним: в этом вина только ублюдка. Ни твоя, ни моя, ни чья больше. Поняла?       Кри кивнула, вздохнула тяжко. Возможно, что не до конца вышло убедить, но Рид верил, что со временем эмоции подостынут, и дочка рационально на случившееся взглянет. — Просто если бы я не уговорила ма остаться, то всего бы этого не было, пап. Но я так хотела на отбор попасть. — Какой отбор? Для прав? Там же не нужен… — Для гонок, па, — Кри сильнее лицом в его грудь вжалась, старую кофту на спине стиснула. Чуть слышно пробормотала, — Прости, что обманула.       От усталости изо всего произошедшего Рид медленно соображал, не понимал, про какие гонки говорила, про какой обман. — Про что обманула? — Я для гонок на ипподром ездила. Чтобы попасть на отбор пилотов для скоростных. Со спонсорами…       Вмиг по позвоночнику липкой дрожью пробрало. Гэвин не вчера родился — прекрасно знал, как в суровом космическом бизнесе устроено было. Что в курьерское дело, что в официальный извоз, что в соревнования на космолётах женщин за просто так не брали. Особенно тех, кто своих кораблей не имел. — Ты чо?! Ты?!..       Стиснул ребёнка крепче. Под грудиной гневом запекло, а волосы на макушке дыбом встали. «Проебался», «упустил», «херовый отец» — где-то в области сердца затянуло. Не так ведь воспитывал. Не такому учил…       Кри головой покачала: — Я отказалась, сбежала. Там оказывается такое. Ты бы охуел, пап. Я так не хочу… — Правильно! Пошли они! — Гэвин в улыбке расплылся. Мигом полегчало. Всё же правильно воспитал свою малышку. — Ты такая умница! Кому нужны эти спидеры! Будешь Варгас водить — вон как классно выходит! — Но несправедливо.       В хмурое личико заглянул и в лоб чмокнул: — Несправедливо, малышка. Согласен. — А что с Джетски?       Тут тоже несправедливо вышло. Пришлось рассказать, что дом свой потеряли. Конечно, дочка спросила, значит ли это, что Варгас теперь их дом. Гэвин кивнул. Не думал, что Пластик будет против такого соседства. Ему ж второй пилот нужен, а Рид, как поправится, то вполне сможет быть помощником. Или капитаном, если получится правильные аргументы для андроида подобрать. Тут ещё подумать следовало.       Под лёгкий разговор о возможном будущем нашли вместе с дочерью пакеты с сублимированным ужином «Секунда», которые, видимо, Хэнк для внучки держал. Пару ягод томатов к нему тоже неплохо подошли. Только вот от нервов, есть совершенно не хотелось, так что Рид с усилием в себя еду запихивал, периодически напоминая ребёнку, что надо всё доесть. Вздыхала, что не может, но опустошила миску. Про сон тоже пожаловалась, что вряд ли получится. Печально на хэнковскую кровать забралась и рядом с собой похлопала, приглашая: — Полежишь со мной?       Гэвин рядом лёг, обнял ребёнка. В голове разные мысли крутились: о Ди думал, о том, как там их на Гевальте примут, о том, как в такой точке своей жизни оказался, что на чужом корабле с неопределённым будущим завис, о дочери, которая с ним откровенной не была и столкнулась с разочаровывающей реальностью, от которой он её всеми силами оберегал. Через пять минут провалился в тревожный сон. Даже не чувствовал, как Кри, прижавшись, по его лицу пальчиком водила, печально улыбаясь.

***

      Кри лежала на кровати погибшего прадеда и слушала, как глубоко дышит уснувший отец. Сама уснуть не могла. Боялась, что опять проснётся в той комнате, а рядом будет стоять сумасшедший «дядюшка» и, улыбаясь, убеждать, что всё хорошо, а дальше будет только лучше в их «маленькой и дружной семье». А она даже пальцем не сможет пошевелить, чтобы выцарапать ему глаза за то, что сделал с её семьёй. Боялась, что чудесное спасение окажется лишь сном от лекарств и странного аппарата, который привезли на платформе. Что конкретно этот аппарат с лампами делал — слава Космосу, не успела узнать: механический голос предупредил этого, что Рейджа отправилась в личную лабораторию, а в их направлении бежит папа со «сломанным» РК800.       Никогда так страшно не было. Пожалуй, только сейчас ещё страшнее было. В том зале, где её стискивал психопат, пытаясь убить отца, страх из нутра пробирал холодным по́том, а нынешний страх за жизнь мамы был липким и жарким. Что ж за страшный хлопок она сделала, что такие последствия имела? И точно ли на Гевальте ей лучше станет?       Только один человек мог развеять сомнения Кри — Рейджа. Поэтому мягко спящего отца в щёку поцеловала и аккуратно из кровати выбралась. Отправилась на поиски тёти.       Первым делом, заглянула в комнату, где мама на кровати лежала под присмотром Коннора. Дядя на соседней койке сидел, диод у него на виске красным мигал. Расстегнул до груди белую рубашку с чёрными пальмами и к голому пластику сбоку прижимал какой-то аппарат. — Это что? — пальцем указала на странный прибор, опоясывающую Коннора по животу. — Восстановитель пластика. Дырки от пуль убираю. Ты как, малышка? — глянул с беспокойством. — Я ваще норм. Во мне-то дырок нет. Ты с фига не сказал? — даже возмутилась.       Как-то так вышло, что на базе Кри внимания не обратила, что Коннор ранен был. Да он там весь облит был синим тириумом — не разобрать было, чья кровь: врагов или собственная. — Так я в порядке. Вытащил, припаял, что там внутри зацепило. Вот восстанавливаю. Чего говорить? Я ж в порядке. — Пиздец ты, — вздохнула и рядом с ним села. Прижалась, умещая голову на плечо. — Нельзя такое скрывать. Надо говорить близким, что не так. Мы бы тогда тебе тоже помогли, как папе. — Я покрепче Рида буду, малышка. Не переживай, — чмокнул в макушку и аккуратно за плечи прижал. — Ты сама как? Почему не спишь? — Не хочу, — рассказывать про свои страхи тоже не хотела. — Как мама? — Всё так же. Замедленно всё и без признаков. — Мы успеем? — Конечно! Обязательно! — И нам помогут? — Безусловно!       Слишком позитивно ответы звучали. Не очень-то Кри ему верила. — Кон, ты отдохни, а я посижу с ма. — Нет-нет. Я потом перезагружусь разок, когда Гэвин придёт. Ты поспи лучше. Такой стресс. Тебе прям надо, — внимательно смотрел. Чувствовала, что сканирует. — Хочешь тут поспать? — Нет, — встала. — Я сладкого хочу? Десерты на верхней полке?       Коннор кивнул. А Кри решила, что самое время извиниться за то, в чём перед ним виновата была. Руки перед собой стиснула: — Кон, прости, что вы из-за меня прилетели. Что тебя этот так сломал. И что Хэнк ум…погиб. Прости…       Руку свободную вскинул и к себе притянул. — Малышка, ты чего? Да будь возможность, я бы опять прилетел. Я всегда прилечу! И правильно, что позвонила! Тебе не за что извиняться. Совершенно, — прижал к себе, гладил. — Всё из-за этого злоебучего уёбка, а не из-за тебя. И мы сейчас все вместе. Только это важно! Наша семья, поняла? — кивнула. А Коннор отпустил, по щеке погладил. — И Хэнк был бы за нас рад. Говорил, чтобы мы не горевали, когда его не станет, а помнили его живым и весёлым. — Мама говорит, что умершие становятся звёздами и приглядывают за нами. — Ну это… — Коннор вздохнул и постарался улыбнуться. — Может и так. Я не знаю. Я сохранял записи его звонков и видеосообщений. Мы можем потом посмотреть, если хочешь. — Потом. Сейчас не хочу. Слишком… — Я понимаю, Кри. Потом. — И про дырки: есть ещё что-то, что мне знать надо? Ещё что-то скрываешь? — Кри сердито на дядю посмотрела. Очень важным было знать о состоянии близких. Важным было, чтобы не скрывали. — Больше ничего не скрываю. Честно, — руку приложил к центру груди, где у него сердечный насос находился. Почти детским жестом подтвердил, что правду говорит. — А ты? Хочешь рассказать что-то?       Головой покачала. Нечего было рассказывать. Физически у Кри всё хорошо было. А вот внутри…       К маме подошла и мягко по голове погладила. Про себя попросила её не сдаваться и быстрее выздороветь, потому что очень много хотела ей рассказать. А ещё мама должна была папу успокоить. А ещё они должны были планы на будущую жизнь обсудить с ней. Так что совершенно некогда маме было лежать тут без сознания в надежде на помощь от планеты. «Давай быстрее, мам. Пожалуйста», — сжала холодную вялую руку и вышла.       Тётя Рей нашлась в капитанской рубке. Сидела за приборной панелью и шрам на щеке трогала, поглядывая в темноту за лобовым стеклом. Даже не услышала, как Кри подошла и села рядом в кресло капитана. — Я не первый раз в чёрной дыре, но первый, чтобы запомнить. А ты, Рей? Помнишь, как пролетала?       Тётя вздрогнула и резко обернулась. Заметив ребёнка, расслабилась и головой покачала: — Нет. Я в комнате была без окон, так что даже не поняла толком. Слышала, как урод орал, подыхая, а потом другие люди пришли. Но, судя по этой красоте, — Рейджа ткнула пальцем в темноту за стеклом, — не много потеряла. Не видно ничего. — Ага, гравитационное поле мощное. Не позволяет частицам света её покинуть. И нас выпустит только, когда время придёт: тринадцать часов ещё, — глянула на панель с отчётом времени и к тёте развернулась. — Рей, а маме точно лучше станет, если энергию восстановить? Каковы шансы?       Рейджа губы поджала и головой покачала: — Я не знаю, малышка. Помню, что тем, кто сильные хлопки делал, в бассейнах с паром лучше становилось. И достаточно быстро. Часик полежат и бодрые выскакивают. Но вот, что с Дивиан и как оно будет… — посмотрела через плечо в коридор. — Я и не знала, что её вот так потерять можно. Но я, оказывается, ваще ничего не знала, так что… — А если не восстановится, то она всё равно же сможет проснуться, да? Ты же проснулась. — Проснулась? — Рейджа печально хмыкнула. Опять к окну повернулась. — Не уверена, — пробормотала и опять до шрама на щеке дотронулась. — Ну ты ж без энергии, а здоровая, да? Я просто думаю, что может нам надо было не улетать с твоей базы, а полечить маму… Папа говорил, что на Гевальте всё примитивно так, — Кри руки стиснула и поёжилась. — Вдруг они не смогут маме помочь?       Рейджа плечами пожала. — Слушай, Кри… — развернулась, чтобы сказать что-то, но резко сама себя оборвала, заметив беспокойство ребёнка. — Там… Из того, что помню, их лечения всегда достаточно было. Да, наверно, примитивное. Диковатое и непонятное по сравнению с методами на этой стороне Космоса. Но рабочее. И мама твоя верила, что хорошее лечение, — усмехнулась даже. — Думала, что мне помогут восстановить энергию, так что для неё точно сработать должно. — Должно…       Кри кивнула. Разговор с тётей не вселил уверенности, но маленькую толику надежды дал. А с этим уже можно было как-то справиться, и ждать уже было не так тревожно. Даже можно было попробовать поспать. — Спасибо, Рей, — встала с кресла и протянула тётке руку. Та с удивлением посмотрела на открытую ладонь. Пожала аккуратно. — За помощь нам и за всё. Я рада, что ты с нами полетела. — Ага, да. Я тоже, малышка, — Рейджа неуверенно улыбнулась. — И мама будет рада, когда проснётся. — Это точно. Уж она в восторге будет, что на Гевальт вернулись, — эта улыбка у тёти вышла искренней. — Тебе тоже отдохнуть надо. В комнате Хэнка есть свободная кровать, Рей. Приходи.       Оставила удивлённую женщину и к отцу направилась. Решила, что сможет подождать. Будет сильной и терпеливой, а на Гевальте обязательно узнает, каковы шансы помочь матери. Потребует гарантии, что вылечат, и проконтролирует, чтобы не обманули. Не позволит в этот раз кинуть свою семью — теперь была достаточно взрослой, чтобы помочь.

***

      Закончив положенное дежурство возле койки с сестрой и обмозговав всё произошедшее, Рейджа пришла к неутешительным выводам, что собственная жизнь у неё отвратительно сложилась. Разочарование и полную беспомощность было тяжело ощущать, почти физически больно. А от понимания, что приходится возвращаться на родную планету совершенно разбитым и бесполезным куском говна, было больно внутри.       Когда-то давно она решила ничего общего с Гевальтом не иметь: забыть, не вспоминать, и постараться жить новой жизнью, не имея возможности вернуться в старую. Но так вышло, что больше десяти лет спустя, она оказалась ровно в той же точке: потерянной, одинокой, сломанной. Только в этот раз сестра была рядом. Если бы ещё она была в порядке, то тогда бы огромный груз вины перед семьёй Дивиан не так давил на плечи. Поэтому и следила за аппаратом для искусственного дыхания, периодически щупая пульс на тонком запястье. Поэтому шёпотом просила прощения у крохи Див за то, что не уберегла. Поэтому и слегка приврала племяннице, не особо веря, что на родной планете сестре обязательно станет лучше. Не знала, как будет на самом деле.       Поэтому, устав смотреть на бездонную пустоту за окном, Рейджа судорожно дверцами шкафов хлопала на кухне большого корабля в поисках хоть какой-нибудь бутылки спиртного. Сейчас её бы даже устроила самая дешёвая самогонка, которую пилоты обычно из туалетной воды гнали, судя по рассказам. Но ничего похожего не находила: только бутылки с лимонадами, соками и ещё одну непонятную жижу с желейной гадостью на дне. Пахла мутная жижа бражкой, а на вкус оказалась чем-то кислым и не алкогольным. Выплюнула в раковину. — Чо за хуйня?.. — Калторианский гриб, — резко обернулась на голос андроида. Подошёл и выдернул бутылку из рук. — Улучшает пищеварение и сердечно-сосудистую систему. Хрена ли у меня на кухне шаришься? — аккуратно поставил свой гриб на место и закрыл шкаф. — Есть чо бухнуть? Виски? Самогонка? Хуй с ним даже если с грибом… — Ничего нет. Мы не держим на корабле спиртное. — Блядь, — в отчаянии волосы взлохматила. — А трубки есть? Леденцы? Чо по таблеткам? — Могу дать немного снотворного, если проблемы со сном, — андроид смотрел на неё внимательно, будто сканировал.       А никаких проблем со сном у Рейджи не было. Она спать совершенно не хотела. Боялась. Казалось, что стоит закрыть глаза, как увидит совершенно обезумевшего брата, стискивающего девочку и прижимающего к ней бластер. Брата, орущего, что его не уважают. Брата, уверяющего, что всё делает правильно и хочет только хорошего. А за спиной у брата будет стоять большая и страшная тень и управлять им, как марионеткой… — Блядь! — с силой глаза протёрла. — Хули у вас ничего нет?! Хоть настойки какой-то. Для лечения?! — У Хэнка проблемы с алкоголем…были. Ничего не держим. У тебя тоже? Ломает? Могу чай тебе заварить. Ему помогал, — андроид достал с полки пакет с травой.       Тут же этот пакет из рук выдернула, рассматривая. — А её можно курить?       Отобрал и зашипел: — Ебанулась что ли? На корабле ничего поджигать нельзя. Системы тушения сработают и зальёт всё пеной! Даже не смей. И нельзя.       Обиженно в сторону отошла, пока он в чайник высыпал сухие палки. Кипятком залил.       «Попала», — Рейджа тяжело вздохнула. Опять волосы взлохматила. Сама себя заперла в этой консервной банке без способа расслабиться. Знала бы, то в медицинском отсеке перед полётом поискала что-то стоящее. Может стоило у них тут аптечку глянуть? — И ничего медицинского нет с наркотическим эффектом, если об этом думаешь. Сухая зона. Полностью. — Да бляяяя…       На стул плюхнулась. И вот как они весь этот пиздец на трезвую голову собирались переваривать?! Как могли? Рейджа не могла. Никогда не могла даже при небольшом стрессе, а при таком гигантском, который полностью её жизнь уничтожил… Ну уж нахуй! — Ты как насчёт потрахаться?       Андроид чуть чайник не выронил. Ловко подхватил его под донышко. Уставился на Рейджу. — Чо?! — Ну ты ж настоящий мальчик, не? Там, — указала на область ширинки, — есть же что-то? Используешь? — Блядь, сколько у тебя зависимостей? — почему-то рассердился. С грохотом чайник и чашку на стол поставил. — Нет никакой зависимости — отдохнуть предлагаю, расслабиться. Или ты от секса не расслабляешься? Я просто не знаю, как у андроидов… — Так же, — нахмурился, рассматривая нервную женщину. — Я тебе нравлюсь?       Такой наивный в своей прямоте вопрос выдал. Рейджа даже улыбнулась. В первый раз за…сколько часов прошло с момента пиздеца? Осмотрела андроида в большой рубашке с пальмовым принтом и обтягивающих чёрных штанах: объективно симпатичным был. Высокий, скуластый, жилистый. Морда приятная. Пухлые губы. Крепкая шея. Виднеющиеся из-под коротких рукавов бледные руки с намёками мышц. Ноги длинные. — Пиздец, — фыркнула и лицо растёрла. — Ну внешне ты норм. Ну и знаешь, будем честны, выбор тут ограничен, что у тебя, что у меня. Так чо? — Нет.       Такого ответа не ожидала. За всю свою долгую жизнь такого ответа и не слышала даже. — Чо?! С хуя нет?! — по лбу себя хлопнула, догадка осенила. — Блядь, из всех андроидов в Космосе мне «повезло» застрять с тем, кто по мужикам. Ну гони своё пойло, — потянула чашку и идиотский пухлый фарфоровый чайник. По нему же могла догадаться и не тратить время. — Я — не по мужикам. Меня женщины привлекают, — андроид презрительно бровь выгнул. — И ключевое тут «женщины», хамоватая девочка. — Иди на хуй! Уверена, что в жизни женщин не нюхал, не то, чтобы ебался хоть с одной. Настройки в башке проверь, настоящий мальчик.       Очевидно было, что из всех андроидов в Космосе Рейджа застряла на корабле с поломанным. Только такое объяснение могло быть. — «Коннор» вроде не сложно выговорить, а у тебя с этим проблемы, — даже вздохнуть умудрился. — И если так интересно, то нюхал, целовал, пробовал на вкус и качественно с оттягом ебал.       Чуть заваркой не поперхнулась от того, как пошло и красочно у него вышло последнее произнести. Вытерла с лица пролившийся чай и хмуро посмотрела на этого выёбистого Коннора. Стоял спокойно и ухмылялся. Разве только синий румянец на веснушчатых щеках выдавал волнение. — Тогда в чём проблема? — Я ж сказал вроде про женщин, нет? — У тебя фетиш какой-то залупный? Обязательно надо в платье рядить, прежде чем ебать? — оскалилась дерзко, грудь ненавязчиво выпятила для проверки. Заметила, как мельком глянул, но даже в лице не изменился. Разве что глаза закатил: — Не в платьях дело, но я даже не удивлён, что ты не в курсе. Давай упрощу для тебя: я занимаюсь любовью только с теми, кто мне нравится… — Всё. Заебало. Захлопнись, — руками замахала. — Уже по этому «занимаюсь любовью» всё понятно. У тебя ошибка в мозговой системе, и было бы неплохо обновить информацию о реальном мире. Ты охуеть, как устарел и заблуждаешься…       Рейджа в зелёный напиток уставилась. Резким воспоминанием накатило: а сама? Как много знала о реальном мире? Знала ли хоть что-то? Вся жизнь, которую жила, оказалась ведь по итогу ненастоящей: ни работы у неё не было реальной, ни дома настоящего. Даже брат оказался не братом, а жутким, нездоровым манипулятором, который следил за ней, записывал, врал, просматривал записи экспериментов отца, мучил её сестру и маленького ребёнка… — Блядь, прости, Кон, — вздохнула и глаза протёрла. — Я просто… Я забыться хотела, не думать хоть полчаса. Сорвалась на тебя. Забей, ок? — Я так и понял, — вздохнул и пальцем по столешнице за спиной постучал. — Зависимость управляет эмоциями. Может делать человек несносным и агрессивным. Но знаешь, в твоих силах контролировать это… — Типа я чо-то могу контролировать, — проворчала, отпивая горькую жижу. — Вообще-то, можешь. Например, перестать хамить для разнообразия…       Проглотила горький кипяток и перебила: — Ой, иди в жопу. Я уже извинилась! И честно, в лекциях не нуждаюсь. И пойло у тебя отвратное. — Зато полезное. — Хуйлезное. — Давай ещё раз, но попробуй без хамства, — нагло оскалился даже. — Ты же можешь. Ты же настоящая девочка, а не машина, запрограммированная на грубый пиздёж, — хохотнул даже. Приятным грудным звуком. — Я забираю своё предложение про поебаться. Ты люто раздражающий. Уверена, что и в постели всякие корректировки и подсказки даёшь, — Рейджа даже себе в голове представила, как этот весь из себя чистенький андроид начинает пальцем тыкать, указывая, где лечь, что поднять и как дышать. — «Женщина должна вот так стонать», «Женщина должна вот так сосать»… — откровенно хихикала с этого образа, имитируя надменную подачу андроида.       Очередное закатывание глаз и наглая ухмылочка. — Я хер знает, с кем ты до этого спала, Рей, но со мной в постели у женщины только одна задача, — понизил голос, почти промурлыкал, — получать удовольствие, на столько сильно, как хочет, и на столько глубоко, как любит.       Такой наглой и откровенной заявочки да ещё и сказанной таким голосом, с такой улыбочкой — Рейджа никак не ожидала. Даже зависла на секунду, не найдясь с ответом. А выёбистый робот довольно прицокнул и пошагал на выход: — Чашку за собой помой, хамоватая девочка. — Смешно флиртуешь, настоящий мальчик! — выкрикнула Рейджа, ухмыляясь.       Даже не знала, что девиантнутые роботы были на такое способны. Он же сейчас флиртовал? Ну провоцировал точно! И с хрена у них на базе таких не было?! Да даже на Тете она не встречала живых роботов. Если бы знала…       Ознобом по загривку пробежало: а может и были, но просто в её окружение не допускались. Если Ноа даже мужиков в зале запугал до усрачки, что Ленни был готов сдохнуть, лишь бы Ньюбона не злить, то мог же и всех вот таких пластиковых нахалов убрать. Блядь!       Виски с силой сжала. Значит, он знал, что она с мужиками в зале творила? Одобрил? Не против был? А вдруг платил им, чтобы… Нет, ну Ленни бы точно сказал, если бы им платили… Блядь!       Чем больше думала о своей прошлой жизни, тем больше путалась. Не могла отличить, где всё было реальным, а где отрежиссированным братом спектаклем. А единственным средством чтобы забыться был горький чай из ебучей травы. Охуенно!       Вылила остатки в чашку и допила махом. Решила по кораблю побродить. Ушла, специально оставив на столе и чашку, и чайник. Захотелось позлить наглого робота.