"Не болтать!"

      Рид хмуро слушал рассказ Дивиан о её приключениях на Бете, пока выруливал с орбиты злополучного центра. Какой-то запас времени у них был, пока патрулю Конгломерата, проверяющему этот сектор, не передали бы данные девиц, разыскиваемых за массовое убийство в борделе. Дальше информацию не отправят, но вот богатый райончик с лояльными клиентами для них теперь будет надолго закрыт. Да и похер — после всего, что тут пережили, Гэвин сюда и не планировал возвращаться. Планировал, настроив автопилот, новый график заказов составить да Коннору отписаться.       В глубине души рассчитывал от Ди заветные слова услышать. Хотел, конечно, что-то типа: «Гэвин, я была так не права, а ты с самого начала же мне говорил. Как я сожалею, что не слушала тебя. Какой ты мудрый и умный. Я невероятная дура!», а ещё «Впредь буду делать только так, как ты говоришь!». Простые несколько фраз, но так бы его порадовали.       Ничего подобного она не сказала. Про еду спросила, а, узнав, что они так и не поели, тут же с Кри в кухонную зону отправилась.       Рид сухо по фактам отписался андроиду, скидывая их новый график. Понимал, что, выйдя из больницы, Хэнк захочет с внучкой пересечься, уважил старика. Написал заказчикам с ближайшей Гаммы, направляя Джетски в тот сектор.       Хмурился всё больше, щёку грыз, раздумывая. Догадывался, что от Ди таких витиеватых фраз с признанием вины он ни в жизнь не услышит. Был готов даже согласиться на простое: «Прости, что как идиотка, повела себя. Ты — супер. Я — отстой. Ты был прав, я — нет. Больше не буду». Такое бы его тоже удовлетворило. Ну может пожурил бы чутка, но, в целом, готов был простить.       На кухню заглянул, а там Кри матери расписывала, как не очень удачно дралась в подворотне. Акцент старалась делать на том, что двоих убила в ближнем бою, а дальше уже Гэвин постарался, чем на том, что очень по глупому повелась на такой элементарный обман. На моменте ранения Рида Дивиан с беспокойством на его бок покосилась. А когда дочка, пояснила, что ничего важного не задето, а Рид подтвердил данные сканировщика, обратно к фрикаделькам с лапшой вернулась. Ела с таким аппетитом, словно не ей сейчас рассказали о том, что дочь могли похитить.       Гэвин ещё мог списать её нежелание извиняться на усталость, но безразличие к судьбе дочери не укладывалось в голове. Хотя Ди всегда не из эмоциональных была. Частенько говорила, что смысла нет волноваться о том, что произошло, а делать выводы надо. Но у самого Рида до сих пор лёгкие сжимались, как представлял себе, что опаздывает в тот переулок или не слышит крика. Сильнее хмурился и злился. — А этот, который Рейджу забрал, сказал, что он брат её, — заметила Кри. — Твой тоже? — Нет, я его не видела, не знаю, — задумалась Ди. — А может он из её гевальтской родни? — не унималась дочь. — Не говорила о братьях. Она одна была у родителей. — А может, как вы? Типа тоже у УблюдоКамски был пленником? — Я не знаю. Не видела там мальчиков. — Может её запрограммировали, и она думает, что он её брат? — у дочери аж глаза загорелись от подобной идеи. — Мы же выяснили, что людей нельзя программировать, — напомнила Дивиан. — А, точно, — Кри аж погрустнела. — Часы у него модные были, да, Гэв? — Не заметил. — И костюмчик дорогой. Антрацитовый. Упакованный такой мужик. Интересно, кто он? — А не плевать ли? — наконец вмешался Гэвин. — Всё, мы про них забыли и забили. Брат, любовник, да хоть мальчик на побегушках, нам какое дело?       Ди хмуро на него оглянулась, словно это прям имело какое-то значение. Будто действительно планировала выяснить тут, кем это мистер Пальто являлся для её сестрицы. Серьёзно? Это её волновало? — Или собираешься опять сбежать и выяснить, кем этот хер этой приходится? — оскалился, готовый всё ей в лицо высказать, если хоть что-то попробует вякнуть о своих ебучих родственничках.       Типа это сейчас самым главным было? Не «извини, Гэвин», ни «прости за всё, что сделала», ни «я так виновата», а этот хер со шрамированной сестрицей?!       Ди тяжело вздохнула и промолчала в ответ. Обратно в тарелку уткнулась, неловко орудуя левой рукой. Правая у неё покраснела и припухла возле большого пальца после вывиха. Ещё и ранка на разбитой губе разошлась, пока ела, и она то и дело капельки крови зализывала. Бледная была и грязная — ни помыться, ни полечиться не успела, направившись с дочерью на кухню.       От этого Гэвину немного совестно стало. Наехал на такую измотанную. Ещё и дочь так осуждающе глянула. Нет, ну а что он должен был сказать? Да, давайте узнаем про этого хера побольше?! А как? Ни имени его не узнали, ни степени родства с Рей… Да и какого хрена вообще Гэвин что-то должен был о нём узнавать? Какое это имело значение? Какое значение имела эта злая девка? Словно все тут забыли, как она угрожала ему и Ди, как она напала на свою сестру! Ну и плевать, что на Бете вроде адекватнее себя вела. Это ж логично — без Ди она бы не выбралась, не выжила. Там вот Дивиан, судя по внешнему виду, кулаками всё решала. А та даже брату своему про ребро сломанное пожаловалась. Кто знает, может у Ди там ваще всё сломано. Она ж никогда… — Ты проверь себя сканировщиком, — буркнул в свой стакан с кофейным энергетиком. — И с рукой надо порешать. Противовоспалительное вколи... Ди! — Ладно, — остатки еды в рот затолкала и потопала в душевую. Всем своим видом показывала, что он её достал. Да с чего, блядь?! — Ты можешь с ней полегче? — прошептала дочь. — Посуду помой, — огрызнулся в ответ.       Не сильно рассчитывал на положительный ответ. Был больше готов, что спорить начнёт или что-то про мать выскажет, но нет — встала и собрала грязные тарелки и чашки. В моющую машину сложила.       А удивлённый Гэвин опять к пульту управления вернулся, чтобы проверить, согласились ли новые клиенты на его условия. На этой стадии был уже готов услышать от Ди краткое «прости». Но и его не дождался. На Джетски слишком тихо стало.       Закрыл панель с перепиской и отправился искать своих девочек. Обеих нашёл в спальне Кри: лежали, обнявшись на кровати дочери, и спали. Кри мать обнимала, уткнувшись головой в грудь, а Ди её за плечи стискивала. Подбородок уместила на макушку, а собственные пушистые волосы таким растрёпанным нимбом на белой подушке лежали. Руку правую в стерильной повязке чуть в сторону отвела, прижимая дочь к себе здоровой. Вспомнилось, как частенько так же засыпали, когда Кри совсем маленькой была. Только тогда на узкой кровати места на троих хватало. И то с трудом…       ...«Па, ляди!»       Рид на кресле развернулся, на голос дочери. Устал жутко. Почти всю ночь малышка не спала, плакала, вертелась в кроватке, с животом мучалась. Дивиан ещё накануне вечером, когда покупал в Звёздном маркете замороженный йогурт, сказала, что пахнет подозрительно, а он — дурак такой — повёлся на просьбы своей трёхлетки и купил ей шоколадный, который потом самому доедать пришлось. В итоге сам всю ночь на толчке провёл, и ребёнок мучался, пока Ди её выхаживала. Слава Космосу, что утром и ему, и дочке получше стало. Только вот поспать у молодых родителей не получилось — как раз прибыли в порт, а там сдача товара, приём, переговоры. Как сумасшедшие с Ди по кораблю носились, пока кроха высыпалась. А как выспалась, то активничать стала. И пока Гэвин на маршрут выходил и вручную пилотировал до участка автопилота, Ди её развлекала.       Глаза у Гэвина уже слипались, когда малыха в рубку вбежала. Его бластер двумя руками несла. — Кри, бл!.. — вскочил с кресла перехватывая счастливого ребёнка и отбирая оружие. С облегчением заметил, что активировать не успела.       У мелкой губы затряслись, когда отобрал новую игрушку. — Ничего себе! Папино оружие нашла? Вот спасибо, милая! Вот ты молодечик, — тут же засюсюкал, успокаивая. — А я как раз ищу бластер. А вот он, да? Ты где его нашла? — Там, — плакать дочка передумала. Глаз потёрла и ручкой махнула в сторону спального отсека. — А мама у нас где? Ей показывала? — Неть. — Пойдём, ей тоже покажем. Только ты больше не трогай бластер, если найдёшь? Ты маме или мне покажи, где лежит, — мягко поучал, пока нёс малышку в спальню. — Это опасная игрушка. Для взрослых. Знаешь, что будет, если в неё играть неправильно? — Неть. — Сделает бабах! — как можно внушительнее постарался передать последствия. — И бобо. Нам с тобой не надо тут ни бабаха, ни бобо. — Неть, — замотала головой малышка.       Вообще, бластер они в спецсекции шкафа хранили, высоко для ребёнка. Как она достать смогла — не представлял даже. А как в спальню заглянул, то всё на свои места встало. Шкаф был открыт на половину, из него кто-то маленький и любопытный достал обувь и одежду с полок, докуда мог дотянуться. А докуда дотянуться не смог, туда по выдвинутым ящикам взобрался и дотянулся до оружейной полки. Её, видимо, нужно было уже выше переносить. Хорошо, что дочка ещё вглубь не дотянулась, до кинжалов и ножей Ди. — Ну понятно, — вздохнул Рид. — Ты тут игралась? — Чуть-чуть, — хулиганка ему в шею уткнулась. Словно ей стыдно было, что с родительскими вещами играла. — Ага, а своими игрушками не интересно? — бластер на полку закинул, подальше и ящики задвинул. — Тогда мы другим детишкам отдадим на ближайшей базе? — Неть! — громко в самое ухо крикнула. — Интесно! — Ладно, ладно. Тогда ими и играй. Это пока рано трогать. Договорились?       Малыха будто задумалась. На полку с оружием взглянула, а потом на отца. — Догвились. — Тогда помогай убирать тут.       Рид опустил дочку на пол. И оба ещё потоптались у открытого шкафа, собирая с пола одежду и обувь. Не думал, что уже так быстро растёт. Сам себе на завтра поставил задачу пройтись по кораблю и проверить замки или установить новые, чтобы ребёнок ещё что-то опасное не нашёл. — Пошли маму искать, да спать тебя укладывать? — зевнул, закрывая шкаф. — Она в душе?       Подумал, что вполне могла уйти, решив, что ребёнок угомонился и спит. — Спить, — Кри махнула ручкой в сторону своей спальни.       Отдельную комнату для неё сделали ещё когда ей год исполнился. Конечно, сразу туда её выселять не стали, и ещё какое-то время дочка с ними в кровати спала, но уже тесно становилось и неудобно.       Дивиан спала, уткнувшись лицом в подушку. На полу валялись все три мягкие игрушки и детали от пластикового космолёта со следами мелких зубок, а рядом со спящей женщиной лежала одна из бумажных книг, которые им Хэнк притащил из глубин своего Варгаса. Где такой раритет нашёл и сколько лет хранил — одному старику было известно. Молодым родителям он только пробубнил про «наследство». Гэвин справедливо заметил, что лучшим наследством корабль бы был. Понравилось, как после этих слов Коннор на него недовольно зыркнул. — Мама у нас спит, — улыбнулся дочке, поднимая её на руки. — Мы тогда ей мешать не будем. Давай тоже тихо поспим?       Имел слабую надежду, что наигравшийся ребёнок наконец угомонится. А мелкая засранка ему ладошкой рот закрыла и на полном серьёзе выдала: — Тшшшш! Не болтать.       Фыркнул только в эту ладошку. Аккуратно мелкую на постель рядом с Ди усадил. Хотел ещё душ принять, а после — растолкать Дивиан да в спальню увести, раз ребёнок уснул, а дочка рядом с собой по матрасу ручкой похлопала: — Папа. Спать.       Справедливости ради, кровать узкая была для троих. Тут только если бочком умещаться. Но не было никаких сил спорить с трёхлеткой. Прекрасно уже знал, как оно будет. Он скажет — нет, она скажет — да, он скажет — что будет спать у себя, она крикнет — нет!.. Зевнул и в кровать полез. — Тогда надо маму двигать.       Малыха с удовольствием Ди подпихнула, пролезая под неё. Спросонья Дивиан развернулась, обнимая дочь. Глаза приоткрыла слегка, а Рид тут же зашептал: «Спи, Ди, мы рядом». Приобнял обеих своих девочек, в макушку Кри уткнулся. Решил, что немного так полежит, а потом проснётся и переберётся на нормальную кровать. Уже предчувствовал, как мышцы затекут в одной позе лежать. Но дочка так убаюкивающе пахла шампунем и своим сладким детским запахом. И Ди. И грели так. Такие обе славные и родные…       Хлопнул в ладоши, включая свет в маленькой спальне...       И вот опять его девочки вместе спали на кровати: такие мирные и родные. И обе дома были. Так хорошо и тепло в груди становилось, пока стоял и рассматривал, прислонившись к косяку двери.       Получалось, что обе наговорились и уснули. Теперь-то Кри большая была — ему там места не было. Подумал, что можно Ди разбудить и в спальню забрать, но не мог почему-то. Смотрел на её лицо с кровоподтёком и не мог себя заставить и шагу к кровати сделать. Не смотря на то, как сильно соскучился и был рад, что вернулась, внутри всё равно периодами злость накатывала. «Как она уйти посмела?» вперемешку с «как она может делать вид, что всё нормально теперь?». Ничего ж нормального в её поступке не было. Не нормально вот так легко от близких отказываться, убегать, а потом возвращаться, как ни в чём не бывало. Приключение у неё, конечно, не из весёлых было — досталось сильно. Нифига не весело получалось. От этого Рида ещё и вина гложила, что допустил такое, что рядом не был, чтобы помочь. Блядь, да её в борделе накачали и заперли! Её охранники избили! Его женщину лапали чужие люди! А он – тут был, как идиот последний по пустырю шастал, с Хэнком возился… И мало того, что Ди подвёл, так и за дочкой не уследил.       А следом за этими мыслями злость накатывала: всё же из-за Ди случилось! Если бы не сбежала, то ничего бы не было: и сама бы не пострадала, и дочь бы не напугали, и его бы не порезали, и Хэнк бы со своим грёбаным сердцем… А теперь вернулась и лежала тут, словно ничего не случилась. Сука безответственная…       Кулак сжал на руке. Развернулся и в свою спальню побрёл. На кровать плюхнулся. Волосы рукой пригладил и пробормотал «ебала какая-то».       Отпустить бы надо было, да забыть обо всём. Но не мог. Пока не мог. Ди он больше не доверял.       Думал, что на следующий день отпустит. Не отпустило. Как только шагнул на кухню и увидел, как резко замолчали женщины, оглянувшись на него, как только понял, что опять про сестрицу тут шушукались, то почти сразу нахмурился, сдерживая гнев внутри. Если же будут каждый день про эту тварь говорить, то Ди так про сестру и не забудет. А на ближайшей большой остановке опять сбежит? Где гарантия, что не ринется её искать? Гэвин, конечно, так маршрут новый выстроил, чтобы длительного простоя у них нигде не было. На корабле-то мог и Ди, и Кри контролировать: мог отслеживать, чтобы ни одна, ни вторая опять в неприятности не полезли. Но много ли времени надо, чтобы с корабля спрыгнуть и свинтить на поиски? Ди же ещё может попробовать списаться с сестрицей! Не сказала же — обменялись они контактами или нет. А вдруг напишет? А вдруг та, на какой-нибудь базе будет ждать? А вдруг ещё и дочь заберёт?! Да что она о себе думает?!       Громко тарелкой о стол стукнул, присаживаясь. — Куда теперь летим? — аккуратно спросила Дивиан, пододвигая к нему чашку с кофе. — А что? У тебя планы какие-то? — хмыкнул в ответ, сдерживая ярость внутри. — Может встреча запланирована? Очередное путешествие?       Дивиан недовольно челюстью скрипнула, но промолчала. — Хэнк не писал? — вмешалась дочь. Словно громоотводом была у родителей. — Коннор вчера писал, что вроде выписать должны.       Рид почту ещё не проверил, о чём ей и сообщил. Напомнил всем, чтобы старика старались меньше волновать. Всё своё внимание на Дивиан направил. Ей говорил так-то. Напоминал, что из-за неё дед чуть не сдох. Пообещал пересечься по пути с Андерсоном. А после завтрака уже отправил ему письмо, договариваясь встретиться в Эм секторе. Там у них семь часов было — достаточно, чтобы наговориться. После решил в зале размяться.       Стоял и потягивался, включая на панели тренажёрного зала лёгкую тренировку. Размяться хотел, пока обезболивающее в полную силу действовало и порез не беспокоил. Рассчитывал, что быстрый бой с голографическим тренером отвлечёт от тягостных мыслей о Ди.       И словно призвал её: дверь плавно открылась, и Дивиан на пороге застыла. Бегло глянула на Рида и на прозрачную голограмму, призывающую бойца разогреться. Гэвин подумал, что сейчас развернётся и выйдет, но нет — прошла вглубь зала и достала из выдвигающейся панели браслеты и обод для виртуального бокса. Последний сразу у себя на лбу зафиксировала, смахнув нависающие на глаза прядки. Видимо, тоже планировала потренироваться. — Мне тут двадцать минут ещё, — буркнул Рид. Даже не думал ей уступать зал: первым его занял, подождать же должна была по правилам. — Спарринг, — кивнула и кинула в него вторым комплектом спецовки для бокса в паре. Почти на автомате поймал. — Я не хочу, — обратно швырнул в неё предметами. На лету перехватила.       Не собирался с ней драться: видел же синяки на её лице, руку в повязке, да и сам с раной был. Какой спарринг, когда оба такими разбитыми были?       Ди глаза закатила и вплотную подошла. В руки всунула браслет и фиксатор на голову: — Не выделывайся, — активировала судейскую программу для виртуального бокса.       Мог ли Гэвин послать её и уйти? Конечно мог! Мог разораться и выгнать её? Мог попробовать. А с другой стороны — так она злила своей этой непрошибаемой уверенностью, что он будет с ней драться, что какой-то злой и извращенной частичкой внутри себя хотелось ей наподдать, чтобы уже успокоилась и в следующий раз слушалась, когда говорит, что не хочет с ней драться. Проучить хотелось. И копившееся с её возвращения раздражение выплеснуть. — Я те поддаваться не буду, — проворчал, надевая экипировку.       Зыркнула в ответ, нажимая кнопку пластикового обода — тут же фиолетовой аурой вокруг её головы шлем заискрился. Такие же защитные перчатки от активации браслетов кисти обволокли. Гэвин и свою экипировку активизировал — так и удары по корпусу были бы не такими болезненными, и голову можно было не травмировать. Бой-то должен был быть тренировочным, чисто для отработки техники, а не чтобы измудохать друг друга до полусмерти. — Приветствую бойцы, — механически выдал виртуальный судья. — Напоминаю, что запрещены удары ниже пояса. Запрещено удерживать противника, кусаться, плеваться… — Тебе говорит, Ди. Хоть его слышишь? — ухмыльнулся Гэвин, постукивая кулаками в защитных перчатках.       Дивиан лишь глаза закатила, а когда в запрете прозвучали удары ногами, поправила судью: — Можно. — Удары ногами разрешены, — тут же скорректировалась программа. — Запрещены удары головой… — Можно, — внёс свой вклад Рид. Даже настаивать планировал, если Ди спорить с ним будет. Был уверен, что по итогу может и психанёт, и уйдёт, но она промолчала, соглашаясь с новой корректировкой.       К концу перечисления правил уже столько изменений внесли, что совсем не классической тренировка выходила. Да и плевать было — у Рида своя задумка сформировалась: в скорости он с мелкой женщиной тягаться не мог, но вот массой её под себя подмять да хорошенько по заднице надавать планировал. Тут её ж вина полностью была — видела же, что он не в духе, но с чего-то решила драться. Глупо, Ди!       Присматривались в начале, примерялись, обходя друг друга по кругу. Всегда так в начале действовали, подмечая слабые стороны противника. Рид помнил, что правая рука у Ди опухшая была, да она её чуть позади и держала. Помнил про синяк на животе — значит его будет защищать. В реальной бы схватке — это бы ему на руку сыграло. Мог бы воспользоваться, чтобы вынести её побыстрее. Тут же, не смотря на то, как сильно злился, не планировал по её слабым местам бить. Скорее сам себе держал в уме, что туда лучше не бить, а попытаться так бой выстроить, чтобы честно, но быстро его закончить. Хорошо бы после одного мощного удара в голову тренер бы засчитал критический урон и объявил его победителем. Защита бы уберегла Ди от сильных увечий, а Рид, таким бы образом, напомнил ей, что лезть к нему, пока он в плохом настроении, не стоит. Такой план выстроил в голове, решив его твёрдо придерживаться.       Ди другой план имела. Напала первая. Метила явно в его порез. Защитил, поставив блок, и свободной рукой в плечо её врезал. Оттолкнул от себя. — Сдурела что ли?! Ты смотришь, куда бьёшь? — Мы тут дерёмся, Гэвин. Кончай ныть, — усмехнулась ещё так нагло.       Охуевшая!       Опять напала. Твёрдо была нацелена пробить его защиту. Ногой планировала врезать. Пригнуться вынудила и в колено занесённой ноги ударить. Очень удачно бы вышло сейчас в незащищённый живот врезать, но Гэвин же не так планировал. Вперёд поддался, чтобы схватить и на пол завалить. Отскочила очень быстро. И заново налетела, пока не успел подняться. Бок прикрыл, а в скулу сверху удар прилетел. Тут уже натурально вынуждала — ударил чётко, чуть выше синяка. Разошлись.       Гэвин головой тряхнул. Заметил, как рывками воздух через плотно сжатые зубы тянет. Больно ей было. Видать, в синяк попал. — Успокоилась? Нахер в слабые места метишь? — Так дерёмся, не? — ухмыльнулась опять. Прядку с глаз сдула. — Так тренировочный, не? Или хочешь, чтобы измудохал всю? — Ну попробуй…       Раздражала. Где-то внутри такая злость клокотала, нарывала в Гэвине, бурлила. Если до тренировки этой просто сердился на неё, то теперь уже откровенно злился. Не понимал, чего она добивается и нахер его провоцирует? — Поехавшая, — зло выплюнул, переходя в атаку.       Сыпал ударами, напирая. А она блоки ставила, то отпрыгивая, то опять подбегая. Руками и ногами его зацепить старалась. Собственное тело уже горело от ударов, когда уворачивался. Ноги саднило. Радовало, что ещё поле от защиты смягчало урон, а то точно бы с травмами вышел. Оба бы вышли. Гэвин тоже попадал. Совсем разозлился, когда, хихикнув, ему под задницу врезала. Мощным апперкотом в челюсть её на лопатки откинул. — Ты охуела?! Совсем поехала, блядь?! Ты чо творишь?! — орал на Ди, пока она вставала, потирая челюсть. — Ты чо устроила?! Хочешь, чтобы я тебя избил?! Чо за хуйня?! — Прекращай вопить, Гэвин, — фыркнула даже. — Тренируемся. Если тебе сложно, то можешь сдаться и прекратить, — улыбалась ещё так нагло. Злила неимоверно мордой своей улыбающейся. — Даю тебе шанс сбежать… — Даёшь? Реально? — оскалился в ответ. — Из нас двоих тут только ты — любительница сбегать. Может это ты воспользуешься моментом?       Особое удовлетворение почувствовал, заметив, как у Ди уголки губ дрогнули. Нахмурилась, но тут же опять ощерилась: — Сначала тренировку закончу, а потом подумаю… — Охуела?!!!       Совсем, видать, в этот момент крышу сорвало у Гэвина. Вперёд поддался. Влево метил, вынуждая её здоровой рукой прикрываться. Правой-то она херово била. Поморщилась, когда кулак прямо в его кулак врезался. Коленом попыталась в рану от пореза попасть — не дал. Отбил удар и лбом ей прямо в нос зарядил. Сломал бы, не будь защитного поля.       Расцепились, отшатываясь друг от друга, чтобы в себя прийти.       Гэвин с беспокойством поглядывал, как правый кулак то сжимает, то разжимает. Понимал, что виртуальные перчатки должны были защитить, но всё равно удар неприятным был. — Идиотизм какой, — проворчал. — Чо ты добиться пытаешься? Нахер это всё? — Тренировка, Гэвин. Тебе надо больше тренироваться в рукопашном бою. — Нормально я руками дерусь, — заметил, как покосилась на бочину, где рана от ножевого была. — Надо лучше.       Резко пониманием прошибло: — Думаешь, из-за того, что мало тренировался, удар пропустил? — Ты много открываешься и подставляешь себя. Если бы у меня был нож или кастет… — Ах, это моя вина?! Я из-за тебя там был! — Неважно, почему ты там был, — спокойно заметила Ди. — Рядом Кри была — ты должен был быть собраннее, аккуратнее, действовать чётче… — Охуела? Сука!       Тут уже совсем больше не мог сдерживаться: ни в ударах, ни словах. Зря она обвинять его стала. Не стоило. Он с этим итак сам справлялся.       Бил, отражал, наступал, выговаривая: — Это ты! Из-за тебя! Её бы там вообще не было, если бы не ты!.. — Зачем потащил за собой?! — она тоже что-то кричала в ответ, ударяя.       Провоцировала Рида. Злила. — Никто никого не тащил! Ты ваще не знаешь, как там было! — Не должен был… — Ты не должна была!.. С хуя теперь о ней переживаешь?!.. Когда сбегала, то тебе наплевать было… — Не было! Никогда… — …на меня! На дочь!.. Ты нас кинула!.. Сука тупая!.. — Не кидала!.. — Сама чуть не сдохла!.. Мы из-за тебя… — Вы ждать должны были! С фера в город поехали?!.. — Тебя искать! Дура!.. — И Хэнка зачем?.. — Блядь! Ты…       Разошлись наконец. Оба тяжело дышали. Оба аккуратно наглаживали места, куда особо сильно попали друг другу. Гэвин грудь тёр — пропустил мощный прямой в конце. Аж весь воздух выбила. Ди там тоже куда-то попал. Не заметил, но она аккуратно плечом повела, бедро тёрла. — Ты бросила нас! — хрипел обиженно. — Сбежала хер знает куда на этой ебучей планете. Как дрянь последняя себя повела… Как повёрнутая на своей идиотской затее… И как оно? Весело было? Классная идея была? Повеселилась в борделе? На улицах Нижнего интересно было? Под землю бы увезли, то тоже бы считала, что это лучше, чем с нами, с семьёй?.. — Буйни не неси, — прошипела. Зло жёлтые зрачки из-под взмокших прядок смотрели. — Тебе на столько на собственного ребёнка наплевать, что решила вот так свою жизнь закончить? Где-то в трущобах Беты пропасть? — Всё не так… — А, блядь, как?! — она же всё ещё не понимала. — А как это по твоему выглядит? — столько хуйни натворила, но не понимала. — Ты права не имеешь себя так вести! Такой опасности свою жизнь подвергать, когда у тебя есть семья! Дура ты тупая! — как такое можно было не понимать, когда Гэвин почти с первого дня ей твердил, что теперь они не сами за себя, а друг за друга в ответе?! — Вы не должны были быть в опасности, Гэвин. Вы ждать должны были… — Себя, Дивиан! Свою жизнь по пизде пускать не имеешь право! У тебя ответственность! Передо мной! Перед Кри! А ты повела себя, как… — челюсть сжал. Много чего наговорил, но эти злые слова не мог сказать. Хотя она заслуживала. — Как кто? — сжала кулаки, подступая. — Как безответственная мать! — Нет!       Ударила. Мимо. — Да!       Ударил. Мимо. — Тебе плевать на нас…       Ударила. Заблокировал. — Нет!       Ногой ударил. Попал в щиколотку. — Если тебе семья не нужна…       Левой рукой попала в скулу… — Нужна!       Правой рукой зацепил ключицу… — …то лучше сразу уйди. Не мучай нас так… — Нет!       Травмированная рука чётко в рану от пореза угодила. Оба одновременно охнули от боли. Рид немного дезориентировался, и вот его подсечкой повалили на лопатки. — Не говори так, — Ди сверху навалилась. — Лучше скажи, что передумала и не справляешься, и уйди, чем вот так, — пыхтел, стараясь её с себя скинуть. — Не говори, — а она словно приросла. Всем весом навалилась. Бёдрами стискивала. — Лучше по нормальному, чем вот так… Это пиздец больно, Ди… — Руками в плечи упёрся, отталкивал, приподнимая над собой. — Нет. Не хочу. Не уйду, — в футболку вцепилась. Шею тянула. На нём ёрзала.       Тело — оно же частенько своей жизнью живёт. Тоже своё понимание имеет. И если голова злится, а душа рвётся на части, то тело может совсем противоположные решения принимать. Откликается на определённые движения, на тяжесть или давление. Тела на другом уровне друг с другом общаются. — Прекрати, Ди… — Гэвин со своим телом никак не хотел соглашаться сейчас. — Это, блядь, ненормально… Я не хочу…       Отталкивал, но уже не в полную силу. Дурацкое тело соскучилось так сильно, что уже откровенно с головой спорило. — Гэвин, нет… Не уйду… Прости… — шептала, отключая защиту на голове. С рук перчатки тоже исчезли. — Ди…       Руки его от себя оторвала. В стороны развела и к полу прижала, а сама сверху навалилась. — Да ёб твою…       Успел голову в сторону отвернуть. Да только Ди это не помешало — губами в шею уткнулась. Присосалась к чувствительной коже. Тёрлась сверху, прижимаясь к паху.       Мог её скинуть и оттолкнуть. Встать и уйти мог. Наказать, таким образом.       Но лишь зад приподнял, прижимая член к ней плотнее. — Сука ебучая…       Укусила. За кожу на шее так сильно зубами прихватила, что стон из глотки вырвался. — Пизда бешеная…       Рывком руки свои из захвата освободил. Одной — сжал волосы на её макушке, пока второй судорожно отключал шлем на голове. В раскрасневшееся потное лицо вглядывался. В глаза эти жёлтые, молящие и сердитые одновременно. — Бесишь, — прошипел и в губы кусачим поцелуем впился.       Лизал, всасывал, кусал с такой яростью, стаскивая с неё одежду. А она уже член его доставала. Задрав футболку Гэвина, грудь кусала, языком зализывала. — Полегче, Ди. Бляяяя…       Аж зажмурился, когда с силой насладилась. Вибрировала, сжимала так сильно, так плотно, словно пыталась член откусить мягкими мокрыми стенками. Ими не могла. Но вот сосок зубами — вполне. — Блядь! Сука! — взвизгнул.       Обхватил и на спину её перевернул. Навис над ней, чтобы не могла больше кусаться. Царапаясь, футболку с него стащила. Тут же всем телом к голой коже прижался. Горячая, мокрая, чувствительная. Вколачивался агрессивно, впихивая язык в её рот.       Злость и желание в такой тугой комок внутри сплелись, что уже не мог их различать. Трахал с остервенением, прокатывая по полу жёсткими толчками.       Оторвался от губ, чтобы воздуха глотнуть, и резко вспомнил: он же сверху был, а она не любила такое. Только если совсем уже разъёбанная от удовольствия. А сейчас? — Ты в порядке? — с беспокойством в лицо взглянул. Запереживал, что вспомнила или испугалась. Замер.       А Ди с таким голодом на него снизу смотрела. Двигалась под ним, обхватив ногами. Ногти сильнее в плечи впились. — Выефи меня, — прорычала, притягивая.       Укусом в плечо вцепилась. — Сссук, — выдохнул и сам её за шею укусил.       Крепко сжал, обхватив одной рукой за талию, а второй за шею. Так вжимался. Так остро ощущал её зубы на коже, что чуть ли не с силой за волосы оторвал от себя. К губам припал, чувствуя, что сжимает его внутри сильнее, пыхтит чаще. Сам на грани балансировал. Ещё чуть-чуть, ещё немного и так кончит, так сильно её собой наполнит, так вгонит в неё, что…       Ди резко оторвалась от губ. Дугой выгнулась. Гортанно простонала, сжав его.       Сам, словно зверь, прорычал, чувствуя, как высасывает его внутри сокращающимися мышцами. Выдоила на сухо. Чуть ли не яица всосала вагиной. Такими мощными всполохами зрачки у неё переливались, будто на грани хлопка была.       Так сильно закончили свою яростную еблю, что Рид обессиленно на бок свалился. Дышал тяжело, перекатываясь на спину. Аж в ушах шумело, да сердце заполошно билось. Вмиг все эмоции схлынули, оставив после себя лишь удовлетворение и спокойствие внутри.       Гэвин на тяжело дышащую Ди развернулся. Лежала и в потолок смотрела, рывками в себя воздух втягивая. На коже красные следы от его укусов виднелись. Сам, небось, весь в пятнах был. — Порядок? — прошептал чуть слышно.       Ди моргнула и устало голову повернула. Улыбнулась мягко. — Полный. Ты?       Гэвин тяжело вздохнул. Кивнул. — Ещё раз, Ди, и я тебя не пущу. Не смогу так больше…       Улыбка на её лице поблекла. Очень серьёзно в ответ посмотрела и кивнула.       Собственную руку чужая рука накрыла. — Прости меня.       Сжал в ответ, очень надеясь, что услышала и поняла.