История Александра и Джеймса Гамильтон: Уроки жестокой реальности

После похорон матери, которые удалось организовать благодаря добросердечным благотворителям, 13-летний Александр и 15-летний Джеймс Гамильтон оставались одни в небольшом доме. Горе утраты, смешанное с неопределённостью будущего, нависло над ними, словно тёмное облако. На следующий день после похорон они с надеждой сидели за столом, ожидая ответа на письма, которые они отправили родственникам: Джону Лавьену, Питеру Лавьену, их отцу Джеймсу Гамильтону-старшему и кузену матери Питеру Литтону. Александр не мог смириться с мыслью, что их оставят без помощи. — Думаешь, кто-то из них ответит? — спросил Джеймс, сломя голову, глядя на Александра. — Мы должны надеяться, Джеймс, — твёрдо ответил младший брат. — Мама всегда говорила, что семья — это сила. Возможно, кто-то из них проявит доброту. Но спокойствие продлилось недолго. На следующий день в их двери резко постучали. Джеймс подошёл открыть, и на пороге стоял высокий мужчина с суровым лицом, держащий в руках несколько свёрнутых бумаг. Это был Джон Лавьен, первый муж их матери. — Где Александр и Джеймс Гамильтон? — потребовал он, не дожидаясь приветствия. — Это мы, — ответил Джеймс, нахмурив брови. Джон бросил на них тяжёлый взгляд и протянул бумаги. — Вот, мальчишки. Это документы, которые доказывают, что ваш дом и имущество вашей матери принадлежат мне. Александр, который сидел за столом, вскочил. — Что вы имеете в виду? Этот дом был её! Вы бросили её много лет назад! Джон холодно усмехнулся. — Неважно, что было тогда. Закон на моей стороне. У меня есть свидетельство о рождении моего сына, Питера, и право на это имущество. Ваши протесты ничего не значат. — Это несправедливо! — воскликнул Джеймс, его голос дрожал от ярости. — Мама боролась за этот дом всю свою жизнь. Вы не имеете права. Джон с вызовом посмотрел на него. — Закон решает, кто имеет право. А ваши эмоции ничего не изменят. Мальчики знали, что не могут спорить с документами, но Александр, сжав кулаки, прошептал: — Это неправильно… Джон, игнорируя их протесты, продолжил: — Дом теперь будет передан моему сыну, Питеру Лавьену. Что касается долгов вашей матери, её вещи будут проданы на аукционе, чтобы их покрыть. Вам здесь больше не место. С этими словами он повернулся и ушёл, оставив мальчиков в шоке и беспомощности. Спустя время. Джон Лавьен вызвал специальных людей которые вынесли все имущество из дома на аукцион .Они рыскали по углам, сдирали шторы, выносили ящики с бельём, словно это были трофеи. Грубые руки, чужие сапоги на родных полах. Всё, что можно было продать — забиралось. Остальное — ломалось. Александр проскользнул в спальню. Его сердце колотилось, как будто он сам был краденым. Под подоконником, за отколовшейся доской, он нашёл его — маленький медальон, завернутый в лоскут старого платка. Словно мать заранее спрятала его, зная, что придут. Он дрожал. Не от страха — от того, что успел. Он прижал находку к груди, потом осторожно открыл. Портрет. Она. Рейчел Фоссет в свои юные годы . Такой он её и запомнил — юной, хрупкой, будто из тонкого золота, с глазами, в которых всегда было чуть больше, чем можно выразить словами. — Они не получат тебя, — прошептал он. Голос почти не слушался. — Ты останешься со мной. Стук сапогов приближался. Он поспешно спрятал медальон за пазуху, как прячут святыню, и выпрямился, пытаясь выглядеть безразличным. Он знал: всё у него отнимут. Но не это. Не её. --- Личные вещи Рейчел и книги На аукционе всё, что принадлежало Рейчел, было продано, чтобы покрыть её долги. Александр и Джеймс стояли в стороне, наблюдая, как вещи их матери, наполненные воспоминаниями, переходят в чужие руки. Единственное, что удалось спасти, — это книги. Их друг семьи , Николас Куинн, появился неожиданно и молча выкупил их. Подойдя к мальчикам , он протянул свёрток с книгами. — я знал вашу мать , задолгу до вашего рождения , соболезную ... — тихо сказал он. — Но ...но... кто вы ? И почему вы хотите нам помочь ? — резко сказал Джеймс. — Мы остались одни, приютите нас лучше ... Но Николас-Куинн лишь покачал головой. — Простите меня, мальчики. Я… я не могу взять вас под опеку , но могу дать вам возможность учится через книги , возьмите . С этими словами он исчез, оставив их снова в одиночестве. --- Кузен Питер Литтон Всё отжали... Вурдалаки, — пробормотал Александр, сжимая кулаки. Джеймс, старший из братьев, обхватил себя руками, пытаясь справиться с внутренним холодом. — Что мы теперь будем делать, Алекс? Мы одни... У нас ничего нет. Даже отцу мы не нужны ... Мы не можем надеяться на помощь от него, — сказал Александр, его голос был низким, но уверенным. — Он нас оставил, и это не изменится. Мы должны сами искать свой путь. Джеймс покачал головой, отчаяние сковывало его плечи. — Но как, Алекс? У нас нет средств, никто не помогает... как ты собираешься найти выход из этого? Александр молчал. Его взгляд был решительным, но в сердце он чувствовал ту же пустоту. Через несколько минут он поднялся, выпрямившись, и сказал: мы дождёмся Питера Литтона. Он кузен мамы. Мама говорила, что он добрый человек. Он поможет. Джеймс посмотрел на брата с недоверием. — А если он не захочет? Мы никому не нужны, Алекс... — Тогда я заставлю его, — уверенно ответил Александр. — Мы больше никому не позволим нас обмануть. Спустя несколько дней, когда мальчики уже начали готовиться к тому, чтобы остаться на улице, на пороге появился их кузен Питер Литтон. — Александр, Джеймс, я приехал за вами, — сказал он, смотря на них с искренней заботой. — Зачем? — недоверчиво спросил Джеймс. — Вы — моя семья. Вы не должны остаться без дома. Переезжайте ко мне, — твёрдо сказал Литтон. Мальчики переглянулись. После всего, что они пережили, услышать такие слова было неожиданно. — Почему вы хотите нам помочь? — наконец спросил Александр. Литтон вздохнул. — Я не могу изменить прошлое, но могу помочь вам построить будущее. --- Жизнь с Питером Литтоном В доме Литтона братья нашли временное убежище, но не спокойствие. Александр быстро заметил, что мир несправедлив. Их кузен, хотя и заботился о них, больше думал о собственном статусе. Он не раз напоминал, что они зависят от его доброй воли. Эти события стали уроком для Александра. Он понял, что люди манипулируют законом, властью и деньгами. Этот год в доме Литтона стал для него началом пути к пониманию того, как устроен мир, и пробудил в нём желание изменить его. Эти испытания не сломили Александра. Они закалили его характер и дали ему мотивацию вырваться из тени несправедливости, чтобы однажды добиться власти и признания, которые он заслуживал.