Глава 21. Гильдия

— Охотник Ча Хэ Ин, — тихий голос Джин Ву звучал слегка хрипло. Он задумчиво рассматривал хрупкую женскую фигуру, забыв нацепить вежливую улыбку. — Зачем вы пришли сюда? — А, ну… — она замялась, отведя взгляд в сторону. Настолько прямой вопрос выбил из головы заготовленные ответы, оставляя тоскливую пустоту. Собравшись с мыслями, Охотница сказала неожиданно тихо, с нескрываемым волнением на лице: — Я бы хотела вступить в вашу гильдию. Вот как? Это правда главная причина, а не способ отвести глаз от конфиденциального разговора? Реин хмыкнула. Она грациозно присела в свободное кресло, скрестив ноги. Джин Ву, наконец-то, как и полагается главе гильдии, восседал напротив Хэ Ин, внимательно наблюдая за её поведением. От былой игривости не осталось и следа — гостья была откровенно непрошеной. — Вас послал господин Го? — вежливо-безразлично поинтересовалась Реин, взяв со стола кружечку свежего кофе. Чёрная ткань перчаток чётко контрастировала с белым фарфором, привлекая взгляд. — Глава Ассоциации? — спросила Ча Хэ Ин, поднимая глаза на Ан. Её настолько удивило фамильярное обращение, что она даже оставила в покое собственную футболку, ткань которой нервно теребила. — Нет. — Тогда, может, вас выгнал Охотник Чой Джон Ин? — с другой стороны напирал Джин Ву, который искренне не понимал желания известной Охотницы, заместителя гильдии номер один в Корее, присоединиться к едва зародившейся неизвестной гильдии. Реин была с ним солидарна. Просьбу тайно помочь в рейде или провести обмен редкими предметами, замаскированную под такой разговор, можно было понять. А вот реальные намерения сильнейшей Охотницы звучали абсурдно. — Да нет же… — всё ещё удивлённо отвечала Ча Хэ Ин. Она качала головой в подтверждение своим словам, отчего красивая укладка короткого каре слегка растрепалась. Девушка тут же поправила её, заправив прядь за маленькое ухо. Реин вздохнула с белой завистью, взглянув на послушные прямые пряди, искусственно завитые внутрь на концах. Мило и наверняка удобно. — Тогда зачем вам вступать в нашу гильдию? — не вытерпел Сун, снова задавая вопрос напрямую. На лице было всё то же непроницаемое выражение, но пальцы отбивали по деревянному подлокотнику чёткий ритм. Он всегда был нетерпеливым. Быстрые движения привлекли взгляд Ча Хэ Ин, и та смущённо покраснела, замечая, что засмотрелась на по-мужски красивую кисть. Невольно перевела глаза выше, к сильным предплечьям, которые подчёркивали собранные рукава. Привлекали внимание обтянутые белой рубашкой широкие плечи, расстёгнутая пуговица, оголяющая бьющуюся жилку у основания шеи, и изящные ключицы. Она попыталась отвлечься, но в глаза бросился блеск тонкой серебристой цепочки. Простая, без особых украшений, но аккуратное плетение привлекало взгляд к сильной шее и бледной коже. Оторваться почему-то было сложно. Девушка отвернулась слишком резко, пытаясь спрятать покрасневшие щёки и закушенную губу за волосами. Она прикрыла затуманенные глаза, мысленно коря себя за несдержанность, и поправила ворот футболки, чувствуя пробегавший по телу жар. Хотелось… коснуться. Подойти ближе. Быть ближе. Не догадывающийся о чужих мыслях Джин Ву хмыкнул, вопросительно приподняв бровь на суматошные действия. Скосил взгляд на Реин, будто пытался привычно найти ответ в её взгляде или едва изменившемся лице, но то оставалось вежливо-равнодушным. Уголок губ невольно поднялся в ухмылке, стоило заметить разочарование во взгляде — наверняка не хотелось тратить время на глупый разговор. Неисправима. Ан расслаблено цедила горячий кофе словно вино, задумчиво наблюдая за Сирилем, что носился по полу, изредка хватая со стола печенье. На саму Ча Хэ Ин она не смотрела, не желая создавать лишнее давление на и без того взволнованную собеседницу. Да и не было необходимости — чтобы узнать её реакцию на слова достаточно слышать ритм сердца, частоту дыхания, ощущать порывы воздуха от резких жестов и лёгкие вспышки маны. Сейчас Ча Хэ Ин нервничала, и это ощущали все, пусть она и пыталась скрыть. Это всё ещё казалось абсурдным, стоило вспомнить, кто сейчас сидит перед ними. Сколько десятков статей и интервью они читали о человеке, что сейчас пришёл к ним с просьбой и волнуется до детского румянца на щеках. С трудом давя желание молча уйти, Реин заговорила тихо, будто просто думала вслух: — Насколько мне известно, вы пробудились около двух лет назад. Полагаю, контракт с гильдией «Охотников» ещё действителен. — У меня хватит средств, чтобы оплатить штраф за разрыв контракта, — твёрдо ответила Ча Хэ Ин, сжимая руки в кулаки под столом. Светло-жёлтая на грани кипенно-белого аура засверкала ярче, ослепляя на секунду. Удивительная чистота. «Штраф за разрыв контракта, — медленно повторила Реин, рассматривая Охотницу из-под длинных ресниц. Вспышка раздражения, стоило подать голос, и враждебный взгляд, направленные на неё после, удивляли. Что-то личное, пусть это почти невероятно, или нервы сдают? Или злится из-за произошедшего в подземелье с орками тогда? — Баснословная сумма на самом деле. Всё, чтобы держать S-ранг при себе. Многим за это приходится горбатиться и платить жизнью, а она так просто говорит о разрыве? — Ан всё ещё не могла придумать реалистичной причины ухода из первой в Корее гильдии. Алогичность чужих решений начинала раздражать. — Зачем тебе это, Ча Хэ Ин? Почему ты хочешь так неожиданно слететь с пригретого местечка?» — Наша гильдия не может позволить себе Охотника вашего уровня, — продолжил отпираться Сун, приводя весомые аргументы против. Хотя с такой упорной собеседницей его находчивости надолго не хватит. Он откинулся на спинку мягкого кресла и приподнял подбородок, показательно равнодушно встречая взгляд Ча Хэ Ин. Будто бросал вызов, с лёгкой насмешкой гадая, как далеко она может зайти. Возможно, его исследовательский интерес со стороны выглядел оскорбительно, но Джин Ву с некоторых пор особо не беспокоился об этом. Особенно, когда намерения других не совпадали с его желаниями. Чёрт, они все сговорились или что? Терпения на ещё один спектакль уже не оставалось. Ну вот кто поверит, что лучшая Охотница страны вот так просто бросит всё и сбежит? Да и кто ей позволит, учитывая десятки подписанных контрактов и банально то, что никакой идиот не потерпит гильдию сразу с троими S-ранговыми. «Сегодня что, блядское первое апреля?» — Сун недовольно скосил взгляд на календарь. Смешно не было. — Хорошо, деньги неважны, — слишком быстро, однако решительно, согласилась Охотница, вводя в ещё большее заблуждение. Она подалась вперёд, опираясь руками о подлокотники, и встретилась с Джин Ву решительным взглядом. Тот выгнул бровь в знакомом жесте, не понимая причины столь сильного напора. Это уже реально раздражает. — Скажите прямо, зачем вам вступать в нашу гильдию? — Реин выдохнула и устало потёрла глаза, одной фразой развеивая повисшее напряжение. Выглядело так, словно гостья была готова устроить бой за чёртово место прямо тут. При всём этом прямо игнорируя зама этой горячо желаемой гильдии. Ан зачесала волосы назад рукой, из-под век смотря на Ча Хэ Ин. Взгляд её был спокойным, но пронзительным, почти что препарирующим. — Вам от этого нет никакой выгоды. Прямо и лаконично, будто читая мысли — такие выпады обычно выбивали собеседника из колеи и значительно ускоряли разговор. Реин не любила говорить настолько прямо, но иногда лучшего выхода не оставалось. Некоторое время царила тишина. Ча Хэ Ин молчала, опустив голову, и, кажется, опять засмущалась. Она прикусила губу, не издавая ни звука, лишь изредка поглядывая на задумчивое лицо Джин Ву. Когда её глаза невольно обращались к Реин, они становились немного темнее и более… разочарованными. Ан подняла бровь, переглядываясь с Джин Ву. Никто из них не понимал ситуации или причины данного отношения. Откровенно странного и даже напрягающего отношения, сменившегося слишком резко. Кажется, это их первый разговор с рейда на Чёджу, не учитывая короткие приветствия на церемонии почтения памяти погибших. Но что случилось помимо того, что они спасли ей жизнь?.. — Спокойствие, — наконец выдала Охотница. Чувствуя обжигающий щеки румянец, она подняла взгляд, в котором плескалась странная решимость. — Я просто хочу жить спокойно. Как… неожиданно. Реин усмехнулась, слыша удивлённо-скептичный хмык со стороны Джин Ву, и задумчиво прикрыла глаза на секунду. «Если так подумать, то Ча Хэ Ин действительно слишком молода для крупных гильдий. Она пробудилась в двадцать, когда даже совершеннолетней не назвать. Логично, что это сильное давление от общества и других гильдий. Будучи в ещё зелёной гильдии, да ещё и имея поддержку сразу двоих S-ранговых, такого не встретишь. Просто хочет сменить большой аквариум с хищниками на маленький, но безопасный? Прекрасно её понимаю, — выдохнула Ан, отставив кружку. — Но всё же, у нас нет причины принять её в гильдию. Нецелесообразно было бы отдать её в подчинение Джин Хо, в то время как зачищать подземелья будем лишь я и Джин Ву. Будь там Ча Хэ Ин дело бы могло пойти быстрее, но… маловероятно». Карие глаза задумчиво рассматривали отражение лампы на неровной глади, пальцы потянулись к лицу по привычке, но лишь коснулись костяшками губ — Реин даже не заметила, как ухмыльнулся Джин Ву, видя плоды своих стараний отучить от вредной привычки. Ан же спокойно взвешивала за и против. «Время на притирку, изучение возможностей друг друга, обучение работе в команде — это займёт месяцы. Да и ей нужно было бы платить, даже если она отказалась. В данном случае, найм Охотника S-ранга, который не приносит пользы, будет пустой тратой денег, времени и важной боевой единицы. Лучше тогда отправить сразу в Ассоциацию». — Что ж, я понимаю вашу позицию, — Джин Ву продолжал говорить предельно вежливо, пусть от него исходил физически ощутимый скептицизм. Ему определенно не хотелось принимать Ча Хэ Ин. — Однако у нашей гильдии есть вступительный тест. Уголки тонких губ едва заметно дёрнулись в усмешке. — Но такого не было в сводке информации, — удивлённо вскинула голову Хэ Ин. Она была в своём праве, но говорить об этом никто не собирался. — Это правило появилось недавно, мы не успели откорректировать объявление, — быстро придумала подходящую отмазку Реин. Мельком она кивнула Джин Ву, признавая гениальность простой задумки. Тот польщённо прикрыл глаза. — В чём состоит суть теста? — на полном серьёзе спросила Охотница. Надо же, повелась на провокацию и даже не усомнилась в подозрительном условии. «Гордость взыграла? Или настолько надоела своя гильдия?» — впечатлённая проявленными намерениями, Ан скептично подняла бровь. Невольно вспомнился почти враждебный взгляд ореховых глаз, но Реин отгоняла мысли о личной неприязни. Ча Хэ Ин, как бы молодо не выглядела, профессионал. Разграничивать работу и жизнь она определенно умеет. Реин верила в это искренне. — Вам нужно победить одного из моих солдат, — слово взял Сун. Он слегка прищурился, считывая эмоции Ча. Ту внутренне передёрнуло то ли от холода во взгляде, то ли от слегка насмешливого тона. Сильно же это зацепило её гордость. И как она собиралась уживаться с ними в гильдии, учитывая, что градус едкости все ещё на вежливом уровне? Даже Джин Хо иногда дёргается из-за их невинных провокаций. А что было бы в подземелье, где нервы натянуты, а разговоры ещё жёстче? Но на то она и Охотница. — Кого вы призовёте? — глаза Хэ Ин пылали от скрываемой ярости. Они смотрели прямо на Джин Ву, сверкали от несдерживаемых эмоций. Та же обманчиво лёгкая мана вихрилась у ног хозяйки маленькими ураганами. — Специально для Охотницы Ча я подберу сильнейшего, — насмешливая ухмылка на лице мужчины, казалось, взбесила Охотницу ещё больше. Он в свою очередь оставался абсолютно спокойным, наслаждаясь чужим гневом. Кажется, теперь вечное желание Реин подколоть сильнее было более понятным. — Хорошо. Когда будем проводить тест? — уже заведённая Хэ Ин выпалила вопрос, явно сдерживая ядовитую ухмылку. Вполне в духе заместителя главного змея страны — Чой Джон Ина. Жаль, что она не взяла от него и выдержку. — Сейчас, — в противовес спокойно ответила Реин. Когда она подала голос, плавно поднимаясь с дивана, Ча Хэ Ин вздрогнула, будто полностью забыла о её присутствии. Зря, между прочим. — Тренировочный зал Ассоциации Охотников подойдёт прекрасно, — Ан быстро напечатала сообщение на телефоне, предупреждая Го Гун Хи о нежданном визите. Тот ответил мгновенно, к их радости, согласием. Выпалив нечто одобрительное в ответ, Ча Хэ Ин рывком поднялась на ноги и решительно направилась к двери. Лёгкий порыв ветра, то ли от резкого движения, то ли от сколыхнувшейся маны, разбросал аккуратно собранную стопку бумаг по столу. Охотница, явно пребывая в своих мыслях, этого даже не заметила, дёргая за ручку дверей. Её остановил ровный голос: — Нет нужды выходить из здания, — хмыкнул Джин Ву, поднимаясь слитным движением. Явно усилившаяся концентрация маны в воздухе его не напрягала. Чувствуя, как жжёт кожу взгляд Ча Хэ Ин, наблюдающей за мельчайшим жестом странно пристально, он подошёл поближе к Реин и мягко обнял её за талию. Ан бросила на него вопросительный взгляд, не ожидая столь яркого проявления их отношений на публике, но промолчала, подзывая к себе Сириля. Привыкла. Сун с трудом подавил желание спрятать полуулыбку в светлых волосах, нежно огладил пальцами кожу сквозь ткань. Незаметно усмехнулся, чувствуя, как напрягается Реин, и обратился к Ча Хэ Ин, нацепив прежнее равнодушное выражение лица. Единственное, что довольного блеска серебристых глаз скрыть не смог. — Если вы не против, я могу переместить нас туда быстрее, однако для этого мы должны находиться близко. Голос Джин Ву, ранее насмешливый и недружелюбный, внезапно стал чуть мягче. В сочетании с глубоким звучанием это делало его ещё приятнее. — Хорошо, — покраснев до кончиков ушей, ответила Ча, подходя ближе. Она долгим взглядом смотрела на руку мужчины, бережно обнимающую Ан, но быстро очнулась от мыслей. Робко улыбнулась, подавив желание похлопать себя по щекам, и немного несмело коснулась протянутой, как для рукопожатия, руки. Ча Хэ Ин хмыкнула, рассматривая чужую ладонь с близка. Сухая и горячая, больше её собственной, с изящными длинными пальцами, чётко очерченными костяшками и теми же выступающими венами, которые она рассматривала раньше. Довольно бледная кожа внезапно оказалась даже мягче, чем ожидала Охотница, без заживших рубцов, шрамов или привычной шероховатости, как бывает после долгих тренировок с клинком. А ведь когда-то он был низкоранговым Охотником и явно не получал хорошего лечения. Мысль о том, что последствия ранений исчезли после исцеления Ан Реин, почему-то вызывала недовольство. — Может немного закружиться голова, — аккуратно придерживая кисть Ча Хэ Ин, Джин Ву активировал навык. — Обмен. Реин с любопытством наблюдала за тем, как черные нити медленно утягивают их в тень. Осторожно прижала ближе Сириля, что зачарованно потянулся ко тьме. Магия Джин Ву была мягкой, приятно обволакивающей, в ней хотелось спрятаться, как в пуховой перине. И она приняла бы, укутала полностью, усыпила, не дав заметить скрытой опасности. В один момент шёлковые нити могли стать опасными иглами, а манящая теплота — адским огнём. Это завораживало. «Обмен с тенью» — один из классовых навыков Джин Ву. В целом, он помогает поменяться местами с теневым солдатом, но суть не так очевидна. «Обмен» больше похож на открытие портативных Врат с определяемой точкой входа и выхода. То есть, Сун мог в любой момент попасть на другой конец мира, стоило только захотеть. При условии, что там будет его Тень, конечно же. «Удивительная способность», — Реин доверчиво прикрыла глаза, чувствуя, как горячие пальцы на талии на мгновение сжимаются сильнее. В следующий миг они уже оказались в центре тренировочного зала Ассоциации. — Начнём? — мужчина вежливо отстранился от Ча Хэ Ин, которая была всё ещё изумлена происходящим. Реин он отпускать принципиально не стал, на что та только недовольно закатила глаза, скрестив руки на груди. Чужое мнение, будь то даже Ча Хэ Ин, или наверняка наблюдающий через камеры Го Гун Хи, её не волновало, однако Ан относила себя к тому типу людей, которые отношения на обозрение не выставляли. К её сожалению, Джин Ву был более… равнодушен к другим, если сказать мягко. — А, кажется, я оставила оружие на складе гильдии, — растерянно произнесла Хэ Ин, накрывая ладонь другой, будто пыталась ощутить потерянное тепло. — М? Ту кирку? — под ребро Джин Ву ударил острый женский локоток, отчего тот слегка согнул корпус. Резко стало не смешно. — Нет! Моё оружие… — Охотница снова покраснела и замахала руками, будто собиралась оправдываться. Реин подозрительно взглянула на неё, всё ещё не понимая такого поведения. Лично ей Охотник Ча Хэ Ин всегда казалась собранной и спокойной личностью, справедливой и зрелой, несмотря на молодой возраст. И по сложившемуся представлению, она уж точно не стала бы так остро реагировать на детскую шутку. — Хорошо, тогда вы можете взять что-то из оружия на складе. Мы подождём, — резко перебила Ан, не собираясь окончательно портить себе настроение. Пока Охотница Ча отошла на склад, она обратилась к Джин Ву. — Ты хочешь принять её в гильдию? — в ответ было только отрицательное покачивание головы. Ожидаемо и бескомпромиссно. Охотница кивнула и отстранилась, на секунду сжав его запястье. — Ладно, но не перестарайся. Я подстрахую, но зайти к господину Го после «теста», — сарказм в голосе уже не скрывался, — нужно в любом случае. Не стоит портить ему вечер. Явно пропустив мимо ушей сказанное, Джин Ву огорчённо выдохнул, смотря ей вслед взглядом брошенного щенка. Ему не хотелось, чтобы Реин уходила. Особенно так, выскользнув из объятий, словно ветер. Объект его дум сложила руки в карманы брюк, медленно выходя за пределы импровизированного ринга. Было скучно. И хотелось домой, к удобному дивану, тёплому чаю и книге, с Джин Ву под боком и урчащим Сирилем. Не судьба. Хорошо, с шутками закончили. Если Сун не собирался принимать Ча Хэ Ин в гильдию, тогда у него есть только два варианта: выставить Игриса либо Бера, солдата-муравья с Чёджу. Если против первого у Ча были шансы, то против второго — нет. Исход «испытания» уже ясен. «Если так посмотреть, то даже Артемида не смогла бы справиться с Бером, сражайся он в полную силу. С Маром, вероятно, та же ситуация, пусть и полностью о его силах неизвестно. Каин же… — лицо Реин стало задумчивым, стоило ей вспомнить о бывшем Правителе. — Шансы три к четырём в пользу Каина, — силы Владыки-предателя, пусть ослабленного, и силы обычного Босса подземелья, пусть и высокорангового, сравнивать трудно. — У Сириля где-то один к трём. Он всё ещё на стадии слабого S-рангового». — Я готова, — объявила о своём присутствии Ча Хэ Ин. Решительное лицо и горящий взгляд демонстрировали её желание сразиться. Как и ощутимо сгустившаяся аура. От неё исходила нешуточная угроза, заставив Охотников заинтересовано переглянуться, но не более. — Как мы определим победителя? — Пока воин Джин Ву не будет уничтожен, либо же пока Охотница Ча не сдастся, — Реин взяла на себя роль судьи. Она подождала, пока из тени Суна не появился Игрис, как Ан и предсказывала. — Начинайте. В руках Игриса был длинный меч Бэрана. Он прекрасно обходился с ним, так что оружие больше не пылилось в Инвентаре, демонстрируя широкий боевой потенциал. Однако, несмотря на силу рыцаря, сравнимого с обычным S-рангом, и дополнением в виде особенного меча, Ча Хэ Ин ему ничем не уступала. Даже наоборот. «Скорость и реакция на высоте, — подмечала Реин. Пусть и тренировочный бой, но он был прекрасным способом узнать больше информации. Тем более, о сильнейшем Охотнике страны. — Тот же Бэк Юн Хо на её месте уже был бы мёртв. Неплохо». Она недовольно цокнула языком, когда от очередного выпада Хэ Ин прошла ударная волна. На улице был поздний вечер, и тревожить честных работников Ассоциации не стоило. Пришлось использовать свои силы, дабы подавить ударную волну и не дать всплескам магической энергии просочиться наружу. Использовать ману и гравитацию одновременно оказалось слегка напряжно. А ведь она так надеялась отдохнуть. Пока Реин предавалась размышлениям о тёплом травяном чае и том же мягком диване, Ча Хэ Ин стала серьёзнее и в момент одной из атак попросту швырнула Игриса в стену. От силы удара стена могла разрушиться как минимум наполовину, но Реин вовремя поймала рыцаря воздушной подушкой. Его проигрыш был неоспоримым, но всё ещё неожиданным. — Достаточно, Охотница Ча, — тихий голос заставил девушку остановиться. Рука Игриса, которая пострадала от одного из ударов, начала восстанавливаться только сейчас. Реин вздохнула. Ей было не по себе, когда она видела, как Теней или Душ режут на части, пусть те и не могли чувствовать боль. — Этот чёрный рыцарь действительно сильнейший? — Хэ Ин говорила холодно, не сдерживая вихрящуюся ману. Казалось, она даже не запыхалась, за несколько минут разобравшись с одним из сильнейших Теней. — Вы же говорили, что предоставите лучшего солдата. — Хм? Вы настолько уверены в себе? — Реин сложила руки за спиной, с прищуром взглянув на Охотницу. Та положительно кивнула, с вызовом смотря в безэмоциональные глаза Ан, словно пыталась надавить одной только аурой. Как… наивно. — Этот чёрный рыцарь действительно сильнейший? — Хэ Ин говорила холодно, распространяя вокруг себя вихрящуюся ману. Казалось, она даже не запыхалась, за несколько минут разобравшись с одним из сильнейших Теней. — Вы же говорили, что предоставите лучшего солдата. — Хм? Вы настолько уверены в себе? — Реин сложила руки за спиной, с прищуром взглянув на Охотницу. Та положительно кивнула, с вызовом смотря в безэмоциональные глаза Ан, словно пыталась надавить одной только аурой. Как… наивно. — Я занимала место заместителя сильнейшей гильдии Кореи два года, — тихо, с неожиданно хмурым выражением лица выдала девушка. — И я заслужила это звание собственными усилиями. Поверьте, я знаю своё место и научилась оценивать противников. Этот солдат точно мне не ровня, — последнее предложение она сказала чуть громче, смотря Ан прямо в глаза. Слабо усмехнувшись, Реин позволила капле снисхождения появиться во взгляде — давление Охотницы было сильным, но для неё всё равно что укус котёнка. Ан спрятала улыбку от столь очаровательной попытки подавить её и мельком кивнула Джин Ву. Тот довольно сверкнул глазами в ответ, принимая разрешение. Всё равно хотелось быстрее покончить со всем. — Вы уверены, что не хотите отступить? — в привычно спокойном женском голосе звучало вежливое любопытство. Та провокация не подействовала — слишком грубо и довольно глупо в её ситуации. Зачем портить отношения с руководством гильдии, куда так упорно стремишься? Лучше набрать сил, выждать момент и сместить неугодных, если это так необходимо. Хэ Ин бы ещё поучиться у Охотника Чоя. Девушка не ответила, напряжённо наблюдая за тем, как из тени Суна появляется гигантский муравей. Увидев высокую чёрную фигуру, от которой исходила подавляющая хищная аура, Ча инстинктивно сделала шаг назад. И ещё один. Лицо её было покрыто холодным потом, а руки, держащие меч, дрожали. Сердце заходилось в сумасшедшем темпе, а в горле образовался сухой ком. Её тело пронзал страх, вышибая напрочь боевой настрой. Пережитый в рейде шок окончился сильной травмой для почти что мёртвой Ча Хэ Ин и теперь давал о себе знать, усиленный чутьём Охотника. Король муравьёв был пугающим. При жизни у него была лишь одна цель — убийство Охотников. И он исправно её исполнял. В глазах людей Бер был лишь невероятно сильной машиной для убийств, жестокой и непредсказуемой. После его смерти мысли Охотников не изменились. Но и их можно было понять, в конце концов, большая часть их домыслов — правда. Потому было нетрудно представить, что ощущает Ча Хэ Ин, которая испытала на себе мощь Бера. Для неё это скорее психологическое испытание, нежели физическое. — Я повторю. Вы уверены в своём решении? — Джин Ву давал ей последний шанс отступить. Однако Охотница лишь решительно поджала губы и коротко кивнула. Мужчина вздохнул на чужое упрямство — он попытался, — и отдал короткий приказ Тени: — Начинай. — Да, мой Король. Реин удивлённо хмыкнула, услышав шипящий голос. Если бы не изменение во внешнем виде и поведении, Бера можно было бы принять за прежнего муравья. План Джин Ву прост от начала и до конца: показать пропасть между Ча Хэ Ин и ними. Сделать это с помощью Бера, сильнейшего противника Хэ Ин, достаточно просто и эффективно. Не стоило обманываться. Пусть Охотница Ча и сильнейшая среди корейских Охотников, однако и Джин Ву, и Реин превзошли её по силе. Победить девушку в серьёзном бою — дело на пару десятков минут если учесть, что она раскрыла не все карты. Однако сейчас упор делался на то, что противником Охотницы был именно Бер. Джин Ву атаковал разум, а не тело. И тактика действовала. Бер превосходил Охотницу по всем параметрам, однако заканчивать бой быстро не стал. Он послушно выполнял приказ Джин Ву, по кусочкам ломая боевой дух противницы. Каждый удар мечом был блокирован чёрной лапой, а в ответ усиленным магическим атакам Бер лишь уклонялся на минимальном расстоянии. Теневой солдат прекрасно контролировал ситуацию. Он не дрался — только играл. Наверное, это больно ударило по её гордости. Чрезмерная самоуверенность Ча медленно осыпалась прахом. — Вы удовлетворены? — тихий голос Реин заставил муравья остановиться. — Нет, — Хэ Ин утёрла рукой пот с лица, поднимаясь после рёва, наполненного магической силой. А ведь это был даже не удар. — Я ещё могу сражаться. «Неужели я её переоценила? — разочаровано прикрыла глаза Ан. — Я надеялась, что спокойная и рассудительная по натуре Ча Хэ Ин выберет лучший вариант. Она сама знает, что не победит, так зачем зазря рисковать? — Реин вздохнула, чувствуя, как от фигуры муравья исходит всё больше подавляемой жажды крови. Его сильно разозлила настырная Охотница. — Он прикладывает много сил, чтобы сдерживаться, однако сейчас это малоэффективно. Бер стал солдатом совсем недавно — неудивительно, что ему трудно подавить первородный инстинкт. С истинной сущностью всё же не поспоришь — убийца остаётся убийцей даже после смерти». От силы удара Бера содрогнулся зал. Металлические листы, которыми был покрыт пол, сминались под когтями будто бумага. Муравей застрекотал. Он снова рванул на Хэ Ин, однако та ожидала этого. В последний момент отойдя от удара, девушка сконцентрировала магическую энергию в мече, вкладывая её в единственную атаку. Клинок, от которого исходил ослепляющий свет, пронзил место, где должно было быть сердце, прошивая твёрдый экзоскелет насквозь. Ча Хэ Ин, которая не успела порадоваться победе, была поставлена на колени исходящей от Тени жаждой крови. На неё обрушилось ужасное давление, что не давало даже вдохнуть. Голова Бера была пуста. В нём бушевал лишь один инстинкт: защитить Короля. Если он оступится сейчас, враг может напасть на Короля, а значит, он должен быть уничтожен. Простая логическая цепочка. Один-единственный инстинкт. И для Тени исчезают все рамки. Бер высвободил магическую энергию, увеличиваясь в размере. Массивное тело источало тёмную дымку, что ядом оседала в лёгких и заставляла плечи тяжелеть. Его глаза загорелись жаждой убийства, а тело напряглось, готовясь к атаке. Когти выросли до размеров тонких длинных лезвий, что с лёгкостью могли снести пару голов за раз. Яростно заскрежетав, Бер занёс когти над упавшей на колени Охотницей, однако перед ним неожиданно возникла другая фигура. Разглядев в девушке, что стояла перед ним, Королеву, муравей тут же пришёл в себя, однако остановиться уже не мог. Реин спокойно приняла удар лапы на предплечье, щедро укрепив его маной. От атаки пошли несколько ударных волн, что сотрясли зал. Удержать их внутри было довольно сложно, но Охотница старалась. Вот, даже пол не пострадал, к её гордости. — Тебе же было сказано остановиться, — карие глаза смотрели в пылающие голубым зрачки Бера равнодушно и слегка устало, безо всякого страха или напряжения. Тот тут же убрал давление, и отпрыгнул на несколько метров. Он опустился на колени, содрогаясь всем телом, и низко склонил голову в искреннем сожалении. Усики на его голове понуро опустились, делая вид ещё более виноватым. — П-пощадите… Ан только вздохнула, взмахом руки поднимая тело муравья в воздух и поставив его в нормальное положение. Она не злилась, лишь упрекала. Всё же, это была не та ситуация, когда Бер был виновным, он всего лишь подчинялся инстинкту, который пока не мог контролировать. «А если так посмотреть, то тут даже больше виноват Джин Ву, — она насмешливо хмыкнула, скосив ехидный взгляд в его сторону. Тот слегка смущённо улыбнулся, виновато качая головой. — Хм?» Из воротника рубашки внезапно выскочила встрёпанная ласка, возмущённо пища — мало кому понравятся такие полёты спросонья. Сириль, отряхиваясь и приходя в себя после неожиданного полёта, заворчал и закрутился на месте. Он настороженно остановился, увидев муравья. Не сдержав любопытства, бесстрашно подбежал к теневому солдату, а затем и вовсе взобрался тому на голову, уютно разместившись на ней. Изредка он взмахивал лапами, пытаясь поймать кончик длинной антенны. «Реин, можно мы его оставим? Я хочу поиграть с ним», — в голове раздался весёлый голос Риля, на что Ан только тихо рассмеялась. — Кажется, мы нашли няньку для Сириля, — тёплые усмешки Охотников были совсем не той реакцией, на которую рассчитывал Бер. Ещё не привык. — Думаешь? — хмыкнул Джин Ву, неожиданно появившись за её спиной. Привыкшая к подобному Ан никак не отреагировала, поправляя закатанные рукава рубашки, но пришедшая в себя Хэ Ин вздрогнула. Заметив это, Сун вежливо подал ей руку, помогая подняться, бросил вопросительный взгляд на Реин. Та только повела головой в сторону. Обычно вежливая до трясучки Ан бы первая помогла, но нужно время, чтобы привести в порядок фон гравитации вокруг рук. Не хотелось случайно сломать Охотнице пару пальцев. — Как вы себя чувствуете? — Я в порядке, — девушка ответила подавлено. Она задумчиво смотрела в пол, изредка кося взгляд на Реин и Джин Ву. Сейчас вид Охотников вызывал тяжесть в груди, и она не хотела разбираться, из-за чего именно. Вздохнув, и поднявшись на дрожащие ноги, Ча поблагодарила за спарринг традиционным поклоном. Почему-то больше не смотря им в глаза. — Кажется, я провалила тест. Простите, но я пойду. — А? Охотники уставились в спину Хэ Ин одинаково непонимающими взглядами. Несколько минут назад она рьяно рвалась в гильдию, но теперь так просто сдалась и поспешно сбежала. Это было слишком странно. Неужели так сильно испугалась Бера? Травм не было, да и они следили ведь — максимум осталась пара ссадин, но из-за этого же не сбегают. «Чёрт возьми, что у неё в голове?»

***

Джин Ву хмыкает, слыша приятную трель звонка. Ненавязчивый шум был отчасти приятен, а привычность, с которой слух ловил выученную мелодию, вызывала улыбку. Дверь квартиры была слишком плотной, чтобы пропускать шум изнутри или извне, но Джин Ву с лёгкостью расслышал глухое «Открыто». Он вошёл внутрь, тут же скидывая лёгкое пальто и кожаные ботинки. С увлечением изучая витиеватый узор на мраморной плитке, Сун ступил в гостиную. К его удивлению, не пустующую. — Где Реин? И почему вы ещё не в школе? — он удивлённо поднимает бровь, косясь на близнецов, что преспокойно играли в приставку. Мельком взглянув на экран, Джин Ву хмыкнул, замечая кадры из уже бессмертного мордобоя. Классика. — Ты комбо не дожал, Мин Хо. — Да ког-… Merde, реально последнего удара не хватило, — уже заведённый парень так же резко успокоился, пересматривая повтор. — Плевать, всё равно счёт равный, — бросил с едва слышимой издёвкой, явно брату, и тут же переключился: — У нас экскурсия, так что сегодня занятий нет. Правда, нам, как старостам, всё равно нужно прийти пораньше. Несправедливо, — Мин Хо надул губы, выключая телевизор под тихие ругательства близнеца, и впервые взглянул на Джин Ву. Оценивающим взглядом пробежался по высокой фигуре, замечая идеально сидящую тёмную водолазку и суженные брюки, хорошо подходящие к высоким ботинкам у входа. И не скажешь, что это не его стиль. — У тебя есть вкус, хён. Значит, Реин оценит. Джин Ву щёлкнул языком на насмешливый взгляд таких же карих глаз, но возражать не мог. Это понимали все присутствующие. — На свидание вроде так рано не собираются? — Джи Ху кивает подбородком на настенные часы, только пробившие десятый час утра. Проходя мимо Джин Ву, он одобрительно похлопывает того по плечу. То ли в знак приветствия, то ли позволяя увести сестру. — И разве у тебя нет ключа? — Реин в комнате, — Мин Хо хмыкает на неоднозначное пожатие плеч, слегка завидно вздохнув на вмиг очертившийся рельеф мышц, и подходит к стенду с обувью. Удивлённо присвистывает, наконец замечая аккуратный букет на полке выше. Где он только нашёл лизиантусы? — А ты, оказывается, милашка, хён. Очень тщательно стараясь подобрать слова для ответа, Джин Ву сдаётся и просто вопросительно поднимает бровь. Джи Ху на это издевательски ухмыляется, становясь на сторону близнеца, но пускать в ход острый язык не спешит. Даже очень знакомо шипит на брата, когда тот тянет руки к пушистому облаку из мелких белых цветов на подушке. Этот идиот помнит, что ему и близко к ним подходить нельзя? — У сестры только недавно пропала аллергия, так что с цветами осторожнее, — снизошёл до пояснений старший Ан, оттаскивая близнеца подальше. Хмыкнул на удивлённый взгляд Джин Ву, проверяя сумку, и снова ухмыльнулся: — Смело можешь заменять их вином, — быстрый взгляд на полку, где за цветами стояла продолговатая коробка, и ухмылка становится шире. — В двойном количестве. — Или любым десертом с шоколадом, — тут же вмешивается Сорока, пихая брата под бок. Вина с подарков им не перепадёт, а вот сладкое... Джи Ху понятливо кивает, подтверждая. И делает вид, что не замечает насмешки во взгляде Суна, раскусившего их провальный план. Мин Хо тоже её старательно игнорирует, хотя изнутри грызёт предчувствие чего-то плохого. Пора сваливать. — Allez, bonne, — он выгоняет брата из квартиры, выходя следом сам. Но внезапно возвращается, просунув голову в щель приоткрытой двери. — Скажешь сестре, что мы сегодня будем поздно, так что можете повеселиться, но не увлекайтесь сильно, хён. Нам тут ещё жить, как никак. — Иди в школу, мелочь, — Джин Ву усмехнулся, закатывая глаза. Ни стыда, ни совести. Вот уж точно воспитание Реин. — Пошевеливайтесь, если хотите успеть на последний автобус. Следующий только через полчаса, если что. В одно мгновение оказываясь возле двери, Сун мягко, но настойчиво давит на светлую макушку, выталкивая Мин Хо из собственной квартиры. Он не реагирует на угрозы и жалобы из-за испорченной причёски, только гадко ухмыляется, слыша ругательства Джи Ху. Тот проверил расписание транспорта, так что знакомые ругательства на французском мёдом лились на душу. Когда голоса в коридоре утихают, оставляя после себя тихое эхо, Джин Ву позволяет себе выдохнуть с облегчением. Бродить по чужой квартире, не встретившись с её хозяйкой, он считает слишком уж неприличным, так что поднимается прямо на второй этаж. Уже поднося пальцы к деревянной двери, дабы постучать, Джин Ву внезапно замирает и удивлённым взглядом сверлит дверь. Чувствительный слух уловил за едва приоткрытой преградой мерное сопение. Джин Ву бесшумно открывает дверь и с любопытством заглядывает внутрь, уверяясь в предположении. Реин спала. Он тихо скользит внутрь, осматриваясь. Довольно простая комната, не самая большая, если сравнивать с другими в квартире, но тоже не маленькая. Однотонные стены, выкрашенные в пастельный кремовый цвет, деревянный пол, устланный мягким светлым ковром. Из мебели только шкаф из тёмного дерева, соединённый с туалетным столиком, большой стол, на котором стоял открытый ноутбук и возвышалась стопка толстых книг с иностранными названиями, да широкая кровать посередине. Джин Ву тихо смеётся себе под нос, вспоминая их разговор в его комнате. И правда, кровать у неё побольше и наверняка помягче. Он убеждается в этом, когда всё так же бесшумно подходит к краю, приседая так, чтобы оказаться на одном уровне со спящей Реин. Та выглядит невероятно умиротворённой с расслаблено прикрытыми глазами и едва поднятыми уголками губ, что обычно были хмуро поджаты или тянулись в ухмылке. Ему определенно нравилась та наглая скептичная усмешка, о которую разбивалась всякая уверенность в чём бы то ни было, но узнавать мягкую сторону было так же приятно. Мельком оглядев Реин полностью, Джин Ву сдерживает обречённый вздох. Весьма качественная пижама, состоящая из шорт и майки, не спасала от прохладного ветра из открытого окна. Одеяло, сползшее к соблазнительно оголённым ногам, также не помогало. Вечером было душно, да? «С одной стороны меня злит её небрежность в отношении себя, а с другой — радует возможность заботиться», — он улыбается уголком губ, поправляя мягкую ткань. Будить не хотелось, но Джин Ву, не сдержавшись, тянет руку к её лицу, чтобы убрать упавшую прядь. Он касается кожи самими кончиками пальцев, оглаживает слегка изогнутую бровь и щекочет подушечки веером длинных светлых ресниц. Реин чертовски красива. — Реин, — голос от долгого молчания слегка хриплый и Джин Ву это не нравится. Он хмурится и вздыхает. Едва открывает губы, чтобы сказать что-то ещё, как натыкается на внимательный взгляд. Карие глаза смотрят прямо, слегка сонно, но абсолютно спокойно и собранно. Не говоря ни слова, Реин бесшумно хмыкает на его смущённую улыбку. Мягко отнимает ладонь от лица, едва сжимая пальцы на его запястье, и тянет на себя. Джин Ву подчиняется молчаливой просьбе, ложится рядом и удивлённо вздыхает. Реин мгновенно оказывается рядом, утыкаясь носом куда-то в шею, и обнимает одной рукой за талию, словно стараясь быть ещё ближе. Сун потерянным взглядом скользит по тёплому телу, что доверчиво упало к нему в объятия, окутывая сонной негой и приятным ароматом горького шоколада. Чувствуя, как в мыслях проносится безумный ураган из мыслей, а в груди приятно тяжелеет тёплый ком, он крепче прижимает Реин к себе. — …люблю тебя, Джин, — тихий шёпот, слегка глухой и хриплый ото сна, звучит ему громом. Джин Ву замирает, забыв, как дышать. Господи, блять, Боже. Сердце пропускает удар, снова заходясь в настолько быстром ритме, что вот-вот вырвется из груди, а мана рвётся наружу, мягкими языками пламени облизывая молочную кожу. Ему ведь не послышалось? Глупо, но горло сжимает невидимая рука, не давая выдавить и слова в ответ. Он может только жмурить слезившиеся глаза, растягивая губы в глупой улыбке, и молиться на то, что Реин не видит пылающего жаром лица. Чёрт возьми. Хотелось бы сказать что-то в ответ, выдать хоть целую тираду, но Ан безмятежно спала, тихо улыбаясь, и Джин Ву не мог позволить себе потревожить её. Она правда так легко сказала это? Так что он просто выдыхает и смахивает с острого плеча отголоски своей же маны, что пыталась то ли пробраться под кожу, то ли утянуть Охотницу глубже в тень. «Реин, я обожаю тебя», — с трудом подавляя желание добавить «моя» к чужому имени, Сун мягко прижимает Реин ближе и целует светлую макушку. Она должна сказать это снова. В этот раз он промолчит.

***

Едва не впервые за последние дни чувствуя себя полностью отдохнувшей, Реин не сдерживает лёгкой улыбки. Всё так же не открывая глаз она прижимается ближе к источнику тепла и довольно вдыхает родной аромат грейпфрута. Странно. Только разлепив сонные глаза, Реин тихо хмыкает, слыша размеренное сопение над головой, и слегка отстраняется. Она несколько раз хлопает ресницами, потеряно разглядывая лицо мирно спящего Джин Ву, и, сама того не замечая, удобнее устраивается на его руке. Когда он пришёл? — Ты проснулась, — хриплый голос звучит мягко, почти урчаще. Джин Ву улыбается слишком довольно, вызывая недоумение у Реин. Та несколько секунд заворожённо смотрит в серебристые глаза, светлый цвет радужки которых ярко контрастировал с тонкой чёрной каёмкой у края и густыми пушистыми ресницами. Выглядело красиво до безумия. Ещё больше завораживал живой блеск на радужке, что обычно благородно прятал даже те усталость и тьму, пришедшие из Врат. Сейчас он казался не просто отблеском, а пожаром, почему-то направленным на неё. Этот эфемерный огонь жёг ей кислород, заставляя дыхание сбиться, а кожу на щеках покраснеть. Кончик носа дразнил пряный аромат. А он всё продолжал смотреть. — Я просыпалась раньше, да? — отгоняя странные мысли, Реин вздыхает, с неохотой разрывая тёплые объятия, и садится на кровать. Она косит виноватый взгляд на руку Джин Ву, которая наверняка онемела после долгого времени без движения. Хотя спать в его объятиях было более, чем приятно. — Прости. — Я пришёл чуть больше получаса назад, — он поднимается вслед и отрицательно качает головой в ответ, не желая принимать извинения. Кошачьи глаза всё также наблюдают за каждым движением. Реин потягивается, довольно жмурясь, и тянет руки к волосам. С губ невольно срывается недовольный выдох, стоит увидеть едва заметные крупные кольца длинных прядей. Вчера ей было слишком лень выпрямлять их после душа и сейчас придётся платить за это. Ловко сооружая лёгкий пучок, Реин слегка хмурится, замечая внимательный взгляд. Она пробегает глазами по собственной пижаме, уверяясь, что всё в порядке, и поднимает взгляд на Джин Ву. Тот хмыкает и улыбается уголком губ, замечая вопросительно вскинутую бровь. Ему не доводилось раньше видеть такую Реин. С растрёпанными волосами, сонным лицом и лениво прикрытыми глазами, сверкающими алым в тусклом свете солнечных лучей. Она выглядела очаровательно без налёта строгости, присущей хладнокровному Охотнику, и идеальной официальной одежды, что сменилась простой свободной пижамой. Джин Ву вздыхает, уже не впервые за этот день признав, что Реин чертовски привлекательна. Ан продолжает молчать, взирая на него с вопросом в коньячных глазах, и даже не двигается, когда к лицу тянется его рука. Длинные пальцы осторожно касаются кожи, убирая упавшую светлую прядь за ухо. Тёплая ладонь немного робко ложится на щёку, гладит, скользнув ниже, к острому подбородку. Джин Ву наклоняется ближе, слегка потянув Реин на себя, и мягко целует уголок плотно сжатых губ. Он не сдерживает тихого смешка, замечая это, и отстраняется, поднимая глаза на Ан. — Я хочу поцеловать тебя, Реин. Названная слегка удивлённо хлопает ресницами, замечая неприкрытую радость и любовь в сверкающих глазах напротив. Она фыркает, чувствуя, как щёки снова трогает румянец, и накрывает соблазнительные тонкие губы рукой. Что с ним сегодня? — Дай мне хотя бы умыться, — Ан тихо выдыхает, не скрывая тёплой усмешки. Хмыкает, оставляя символический поцелуй на тыльной стороне ладони, прямо напротив растянутых в улыбке губ. — У нас достаточно времени, куда спешить? Джин Ву, чувствуя внезапное смущение от невинного жеста, тоскливо прикрывает глаза. Он бросает ей в спину недовольный вздох, потягиваясь. — Я с трудом выторговал у тебя свободный день. Всего лишь день, — он хмуро бормочет себе под нос, зная, что Реин не станет даже слушать, и страдальчески возводит глаза к потолку. Словно не замечая на себе прожигающего взгляда, жадно рассматривающего каждый сантиметр подтянутого тела, Джин Ву снова вздыхает. И тянет слегка занудно: — Не думай, что это так уж много. Стоит уловить звук воды, полившейся из крана, как всякая невозмутимость с лица спадает. Джин Ву широко улыбается, каким-то неловким жестом прикрывая глаза, словно пытается спрятать собственное смущение. Взгляд Реин, мельком брошенный, когда та уходила, заставил сердце пропустить удар. Он бесшумно чертыхается, понимая, что надолго его не хватит, и пытается отвлечь себя, заправляя кровать. Мысли, скачущие с темы на тему, каждая из которых касается Реин, в этом никак не помогают. Ещё больше ситуацию усугубляет пьянящий аромат, витающий в воздухе. Джин Ву затуманенным взглядом скользит по идеально ровной простыни, будто вживую видя лежащую на них Реин, и поджимает губы. Вот это уже не смешно. — Меня потрясает вожделение, с которым ты смотришь на мою кровать, — задумчивый голос со скрытой насмешкой пускает по спине мурашки. Реин усмехается, словно не замечая его реакции, и в мгновенье оказывается перед ним, накрывая губы в лёгком поцелуе. — Доброе утро? Джин Ву фыркает, с трудом сдерживая улыбку, и углубляет следующий поцелуй. — Несомненно доброе, — он довольно выдыхает ей в губы, чувствуя на своих мятный привкус. С трудом сдерживает желание обвить ладонями тонкую талию, словно сделанную для того, чтобы её обнимали, и мягко целует щёку. — Я подожду внизу. Реин задумчиво мычит что-то в ответ, перехватывая тёплую ладонь, и опережает Джин Ву. Тот намекал на то, что ей следовало бы переодеться, но пижама слишком удобная и ей слишком лень. А ещё забавно видеть, как Сун сначала с головы до ног жадно обжигает взглядом, а потом, поймав себя на этом, чертыхается и прячет глаза. И снова смотрит буквально через секунду. — Ты уже завтракал? — она слегка тянет его за собой, не замечая довольной ухмылки. Реин хмыкает, чувствуя, как на ладони осторожно сжимаются изящные пальцы, и усмехается на отрицательный ответ. — Тогда что насчёт овощного рагу? Могу даже подать к нему стейк. — Не думал, что у тебя найдётся свинина, — Джин Ву тянет в ответ слегка удивлённо. — Последними покупками занимался Мин Хо, так что сейчас есть всё, — Реин самодовольно хмыкает. — А близнецы и вовсе всеядные. Джин Ву фыркает, сдерживая смех. Он мягко целует светлую макушку, проходя мимо Реин, и любопытно заглядывается на содержимое полок. Серые глаза загорелись, стоило увидеть небольшую баночку со смесью орехов. — Если дашь мне немного времени, я обеспечу порцией хотток к кофе, — Сун закатывает рукава, словно не замечая внимательного взгляда на руках. Реин разглядывает красивые ладони и запястья, тяжело вздыхая. Смотреть, как ловкие длинные пальцы, привыкшие держать клинок, осторожно месят мягкое тесто… странно, но ей эта идея нравится. На одобрительный кивок Джин Ву довольно хмыкает. Он тихо напевает себе под нос, уже представляя сочное мясо с приятным привкусом специй — Ан хорошо знала европейскую кухню. Реин признает, что мечтательная улыбка в купе со сверкающими светлыми глазами выглядит очаровательно, невольно приподнимая уголок губ. Действительно, утро было очень доброе.

***

Поверить в то, что Охотникам действительно предоставят спокойствие на целый день, было сложно, но Джин Ву с поддержкой Джин Хо постарался на славу. Не обошлось без инцидента, где пришлось присутствовать главе пока неназванной гильдии, но это было сущей мелочью, что подтвердила даже Реин. В целом, только из-за её вмешательства и удалось убедить Джин Ву уделить немного времени важным делам в тот же момент. Она слишком хорошо знала, что стоит отложить ненадолго пятиминутное дело, и потом придётся разбираться с ним часами. Поэтому Реин сидит в небольшом ресторане одна, задумчиво поглядывая на вечерний город в окне. Она отрицательно качает головой на вежливое предложение официанта заказать чашку кофе с десертом от заведения. Тот в ответ молча кивает и уходит, бросая жалостливый взгляд. И о чём только думает? Ан вместо того, чтобы разозлится, скрывает усмешку за ладонью, продолжая наблюдать за сверканием огней в окне. Она своего уж точно дождётся, чтобы там не думал излишне чувствительный работник. — Надо же, ты в кои то веки опомнилась и взялась за внешность? Этот голос. Приятный на слух, но раздражающий так сильно, что даже время не в силах его заглушить. Усмешка тут же слетает с лица, принявшего привычно безразличный вид. Реин, не двигаясь с места, поднимает взгляд на человека, бросившего на неё тень. Высокая блондинка ослепляющей красоты смотрит на неё сверху вниз, поджимая ярко накрашенные губы. Она высокомерно хмыкает, отбрасывая за спину крупные локоны, и садится на диван напротив, придерживая красивое изумрудное платье, неприлично обтягивающее модельную фигуру. Движения, несмотря на несколько вульгарный вид, элегантны и выверены — высокое воспитание не спрячешь за яркой помадой и алмазами. Реин недовольно хмурится, чувствуя вмиг скрестившиеся на их столике взгляды, и сверлит взглядом яркие голубые глаза напротив. Сколько комплиментов о них она слышала от людей, утопавших в бездонных омутах? — Что тебе нужно? — не видя необходимости в присущей ей вежливости, грубо спрашивает Ан. Тихий голос звучит по-прежнему спокойно, но холод в нем пробирает до глубины души. Это чувствует и блондинка напротив, передёргивая открытыми плечами. — Боже, я думала, моя дочка уже достаточно взрослая, чтобы знать, как нужно приветствовать мать, но, похоже, ума и воспитанности в тебе нет. А как же лелеемое твоим папашей уважение к старшим? — маленький носик с причудливой горбинкой недовольно морщится, словно женщина смотрела на нечто мерзкое. — Я не буду повторять, — Реин вздёргивает вверх подбородок, свысока бросая грозный взгляд. Холодная аура, исходящая от неё, казалось, готова была заморозить даже воздух. Женщина снова передёрнула плечами, ворча что-то о дешёвом кондиционере в паршивой забегаловке — ресторан на четыре звезды такого критика явно не заслуживает, — и тяжело выдохнула. Она пробежалась взглядом по Реин, недовольно щёлкая языком при виде распущенных волос, водопадом спадающих на плечи. Снова поморщилась, видя свободную светлую блузу с длинными широкими рукавами и черную юбку в пол, открывающую изящные ноги в вырезах. И удивлённо приподнимает брови, бросая выразительный взгляд на элегантный пояс-корсет, обтягивающий тонкую талию и визуально приподнимая и без того высокую грудь. Необычно, грубовато, но не так уж плохо. — Лицо слегка резковато, но черты неплохие. Пластику делала? — вопрос был риторическим, потому что молчать она и не думала. — Рост не помеха, в Европе таких любят. И фигура у тебя что надо: талия тонкая, задница есть, грудь маловата, надо было хоть тройку делать, но пойдёт. И с такими параметрами ты носишь дешёвое тряпье, прогуливаясь по этой отсталой стране? — она неодобрительно покачала головой, взмахом руки подзывая официанта. Не глядя, ткнула длинным ногтем в самый конец списка с крепким алкоголем, выбирая что-то подороже. Читать на корейском она так и не научилась. — Как ты можешь так губить красоту, доставшуюся от матери? — От матери мне досталось только французское гражданство, — парирует Реин, кинув острый взгляд из-под век. Она пытается не смотреть в сторону женщины, но глаза нет-нет, да сталкиваются с блеском хорошо подобранных драгоценностей. Что ж, не так уж плохо в сравнении с их обладательницей. Особенно если не задумываться, как они были приобретены. Ан с усталостью трёт глаза, предчувствуя головную боль от одного только присутствия этого человека поблизости. В кармане совсем не вовремя вибрирует телефон, но Реин поднимает трубку тут же со скрытым облегчением. — Не мешай, — она поджимает губы, чувствуя отвращение от одного факта, что приходится говорить с этой женщиной. Прийти в себя получается с коротким вздохом, и следующие слова, уже в телефон, раздаются привычным ровным тоном. — Слушаю. Не успевает ни она, ни человек на связи сказать и слова, как незваная собеседница вставляет своё слово. — Ничего себе, последняя модель, — она удивлённо охает, прикрывая рот маленькой ладошкой. — Ты же всегда выступала против моего образа жизни, отказываясь даже думать о том, чтобы зависеть от кого-то. А сейчас нашла себе мужчину, из которого высасываешь деньги на одежду и телефон? — женщина картинно удручённо качает головой, прикладывая ладонь к лицу. Длинные пальцы совсем не прячут острую ухмылку. — Я уже молчу о подвеске… — она кивает на изящную, но сдержанную тонкую цепочку из серебра и открывает рот, дабы продолжить поливать Ан грязью, как её прерывают. — Заткнись, — в тихом голосе звучит сталь. Несмотря ни на что, он остаётся таким же спокойным, но в нем слышится настоящая угроза. У Реин заканчивается терпение. Женщина послушно захлопывает рот, крепко стискивая зубы. Она выпивает заказанный джин залпом, с трудом осознавая, что по-настоящему испугалась. Чёрт возьми, каким образом эта девка могла её напугать? — Реин, я у входа, — в трубке раздаётся голос Джин Ву и Реин готова поклясться, что ничего прекраснее она не слышала. — Я вижу, ты не одна. Мне подождать внизу? — он не задаёт ненужные вопросы и не собирается обижаться за потраченное время, принадлежащее только им. Ан в который раз думает, что Джин Ву — подарок с небес, и за эту удачу ей приходится расплачиваться хоть тем же разговором с этой женщиной. — Нет, — она отрицательно качает головой, тихо выдыхая. Женщина напротив едва не давится алкоголем, не ожидая услышать нежные нотки в голосе Реин. Она способна на чувства? — У меня объявился нежданный гость, но разговор будет короткий. Подождёшь пару минут? — Конечно, — хмыкает Сун в ответ. — Я оставлю пальто и подойду. Реин мычит что-то положительное в ответ и кладёт трубку, пряча телефон в карман. Она вздыхает, прикрывая на секунду глаза, и снова обращает внимание на женщину. Ту передёргивает, когда она видит знакомый циничный взгляд карих глаз и абсолютно идентичный жест, которым оба зачёсывали волосы назад. — Что привело тебя в Корею, если ты толком языка не знаешь? — Реин берет себя в руки, желая побыстрее покончить с этим дерьмом. Она не думала, что когда-либо встретит этого человека, так что реакция на неожиданный визит была слишком резкой. Стоило быть собраннее, иначе всё только затянется. — И как ты нашла меня? — Вот ты и ответила на первый вопрос, — хмыкает женщина, приподнимая снова полный бокал, словно для тоста. Вот только Реин даже воды не выпьет в её честь. — Как хочешь, — залпом глотая горячительную жидкость, она удовлетворённо вздыхает. И тут же недовольно морщится, оглядываясь. — Здесь нельзя даже покурить за бокалом алкоголя. Что за страна? — Можешь выйти покурить на улицу и желательно на ней потеряться, — огрызается Ан. Она мысленно корит себя, потому что снова не может сдержаться и одновременно гладит по головке за то, что в ход всё ещё не идут маты. Как раз их эта женщина понимала в корейском лучше всего. — Как жестоко… — она растягивает слова издевательски, словно это количество алкоголя и вправду может повлиять на речь. Но внезапно прерывается, буквально прикипев взглядом к чему-то за спиной Реин. — О? Та не оборачивается, уже зная, кто мог привлечь внимание большей части людей, находящихся в зале. — Прости, я слегка опоздал, — Джин Ву подходит со спины, слегка приобняв за плечи. Реин обдаёт запахом цитруса и дождя, отчего она не сдерживает облегчённого вздоха. Удушающий цветочный аромат дорогих духов успел осточертеть. — Я присяду? — О мой Бог, у него ещё и голос красивый, — женщина жадным взглядом облизывает фигуру Суна с головы до пят. — Личико не смазливое, но достойно обложки лучшего журнала Парижа, а тело… Чёрт возьми, Реин, только представь, каков он в постели, — она едва не стонет, подаваясь вперёд. Томным взглядом рассматривает сильные плечи и открытую шею. Губы снова расползаются в ухмылке, замечая блеск серебра и знакомое плетение тонкой цепочки. Как мило. Реин обречённо вздыхает, устало прикрывая глаза. Впервые в жизни она готова согласиться со словами матери, но лучше бы такого опыта не происходило. Она поворачивается к Джин Ву, стараясь максимально отгородиться от воркующей женщины на фоне. Глаза невольно пробегаются по мужской фигуре, подмечая и подобранные по фигуре брюки, и непривычный, но определенно подходящий под стиль жилет, контрастирующий с классической белой рубашкой. Пиджак из того же костюма висит на спинке стула, но это и к лучшему — позволяет рассмотреть стройную талию и неприкрытые рукавами предплечья. Он выглядит невероятно, и с этим трудно поспорить. — Ты и вправду красив, — Реин едва раскрывает губы, но Джин Ву этого более, чем достаточно. Он самодовольно усмехается, польщённо прикрывая глаза, и целует тонкие пальцы. — Стараюсь не уступать, — тоном знаменитого альфонса тянет в ответ. Склоняет голову в вежливом полупоклоне, внутренне радуясь тому, что решил сразу ослабить галстук, и переводит взгляд на собеседницу Реин. От раздевающих глаз хочется скрыться, но Джин Ву прячет раздражение за безразличием. — Представишь? — Розали-Одетт де Ламер, моя биологическая мать, — Реин пренебрежительно кивает подбородком в сторону женщины. Та мило улыбается, приветливо махнув рукой. Джин Ву в ответ скупо кивает. Ан усмехается: — Сун Джин Ву, мой партнёр. Она слегка смущённо прикрывает глаза, слыша тихий смешок Джин Ву. Тот не возражал называть их отношения именно так и ему было плевать, что думают другие о такой трактовке. «Партнёры» и правда понятие довольно обширное. — Да? — Розали скептично поднимает бровь, снова окидывая мужскую фигуру внимательным взглядом. Он сидит довольно близко к Реин, целует её руку с полного позволения и видит её улыбку. Помимо столь интимных жестов, кричаще выглядит его костюм, подобранный подходяще к одежде Реин. О парных украшениях стоит умолчать. — Не важно, — женщина грустно вздыхает, когда в бутылке показывается пустое дно. — Я… — Принесите счёт, пожалуйста. Она уже уходит, — Реин прерывает её на полуслове, не давая заказать новую порцию алкоголя, и пронзительным взглядом останавливает растерянного официанта. Тот недоуменно хлопает глазами, но молча подчиняется. — Мне нужны деньги, — неодобрительно поджимая губы, де Ламер откидывается на спинку мягкого дивана. Она облегчённо вздыхает, поведя плечами, и словно невзначай демонстрирует пышную грудь в вырезе платья. Изящного, но роскошного, наверняка эксклюзив. — Ты стала настолько популярной, что это имя услышала даже я. Скажу коротко, меня твоя компания тоже не радует: твой папаша много кому задолжал, в том числе и мне. Поблагодари, что не выставила счёт, когда тебя только вышвырнули из колледжа, Рере, — отвлекаясь от ядовитого тона, она в отвращении кривит уголки губ. В глазах мелькает застарелая злость и впервые Реин смотрит сквозь пушистые ресницы без желания отвернуться. Всего лишь обращение, другая форма имени, но для женщины напротив это старая гнойная рана и снова удар по самолюбию. — Чем думал твой чёртов папаша, называя этим именем… тебя? Де Ламер отвлекается, снова загораясь злостью. С привлекательных губ сыпятся изящные оскорбления, но Ан даже не пытается вслушиваться в родной язык. Слабо усмехается про себя. Рере. Реджин. Причина споров и ссор всю её жизнь. И напоминание, как изящно отец поставил на место Розали и всю высокомерную родню, дав бастарду королевское имя. Одно её существование было пятном на репутации знатной на протяжении многих поколений семьи и это правда вызывало восторг. Даже жаль, что пришлось взять сокращённую, более домашнюю форму по переезду, но лишнего внимания Реин никогда не искала. Как и не имела желания обсуждать что-либо с этой женщиной. — Я что-то тебе должна? — задумчиво тянет Реин, повторяя чужие слова. Она смотрит в ответ с холодной яростью, отбивая пальцами по столу чёткий ритм. Сначала она выжала всё из отца, а теперь тянет руки к забытой дочери? Дальше на очереди, очевидно, несовершеннолетние сыновья? Злость оседает на языке горьким привкусом, по телу пробегает дрожь от пронзительного холода. Мана, силой удерживаемая в хрупком теле, обжигает льдом свою же хозяйку. Реин облегчённо вздыхает, чувствуя, как тело обволакивает приятное тепло, и расслабляется, позволяя энергии Джин Ву осесть невидимым одеялом. Мрак, окутывающий с ног до головы, успокаивает и навеивает какую-то сонную негу. — Ты уверена в этом? — мелодичный голос звучит ровно, без тени эмоций. Женщина в ответ утвердительно кивает, посмотрев на Ан, как на идиотку. — Что ж, тогда мне стоит проверить мою банковскую историю. Насколько я помню, все долги, оставленные отцом, были выплачены вовремя, даже несмотря на то, что меня касались лишь косвенно. Ох, или может быть проблема в чём-то другом? — Реин клонит голову в сторону, с садистским удовольствием смотря, как бледнеет лицо нежелательной собеседницы. — Наверное, мне стоит обратиться к бухгалтерской книге компании. Возможно, я действительно что-то пропустила? — У тебя нет на это полномочий, — шипит в ответ Розали, громко хлопая ладонями о стол. Та чёртова книжонка ещё не сожжена? Реин открыто усмехается, не скрывая разочарования во взгляде. Чёрт возьми, эта женщина правда приложила руку к разорению компании собственного мужа, а после и наплевала на судьбу родных детей. Да, нежеланных, но разве они виноваты в этом? Разве заслуживают на те затхлые подвалы, где невозможно спать от холода зимой, и вечный поиск подработки, лишь бы прокормиться ещё день, вместо простой школьной жизни и подростковых проблем? Они же были детьми… — Я единственная полноправная наследница всего его состояния, в том числе и документации. Мадам, ты думаешь, у меня недостаточно прав? — Ан фыркает, будто нечто, сказанное этой женщиной, было шуткой. — Если ты и правда начала использовать свои мозги не только для того, чтобы придумать, как поднять очередному богатому кошельку, то обрати внимание на то, что у меня достаточно доказательств, чтобы посадить тебя на полноценный срок. И, — она продолжает несмотря на то, что женщина напротив уже готова убить её. Пусть встанет в очередь. — Может, ты забыла или уволила того человека, что предстал вместо тебя перед судом, но у тебя нет никаких прав на мою жизнь или жизнь моих братьев, включая все её аспекты. Формально, мы чужие друг другу люди. И это подтвердил даже отец, — Реин бьёт словами и Розали нечем это опровергнуть. И обе прекрасно это понимают. — Попрошу вас уйти, мадам. Вы поступаете крайне невежливо, присаживаясь за уже забронированный стол. — Неблагодарная дрянь! — ладонь, направленная на лицо Реин, сталкивается с чужой рукой. Розали вскрикивает от боли, прострелившей запястье и пальцы. Она думала, что навредит Охотнику, сделав себе острые когти? — Не стоит, — Джин Ву кидает это совершенно спокойно, медленно убирая ладонь. Не укрепи он её маной и остались бы длинные царапины. Повезло, что часы целыми остались — ещё мгновение и остались бы следы даже на металле. — Не трогай меня, — кривится женщина, вставая из-за стола. Она совершенно не обращает внимания на десятки осуждающих и шокированных взглядов, обращённых на неё. — Кого ты защищаешь? — она растягивает губы в гнусной ухмылке, взирая на Суна с притворной жалостью. — Эта меркантильная дрянь наиграется с тобой и поскачет на поиски члена поудобнее. Мне даже тебя жаль… — Мадам, — вежливо начинает Джин Ву, плавно поднимаясь. Он ступает на шаг ближе, улыбаясь обманчиво мягко, и слегка склоняется, чтобы его услышали. Розали облизывает губы, зачарованная красивым голосом, и слегка ведёт носом, наслаждаясь нотками дорого одеколона. И как её отмороженной дочери удалось заманить такого мужчину? — У вас нету никакого права оскорблять Ан Реин и тем более, поднимать на неё руку, — он наклоняется ниже, заглядывая прямо в лазурные глаза. Мягкая улыбка на тонких губах очаровывает, привлекая к себе взгляд. Прячет острый металлический отблеск в глазах. — Уходите по-хорошему. Иначе, я клянусь, что вы не узнаете покоя на при жизни, ни после смерти. Розали, не желая верить шокирующим словам, поднимает взгляд с губ на глаза и замирает испуганной жертвой. Те сияют потусторонним синим светом, абсолютно нечеловеческим. Черные зрачки, ярко выделяющиеся на светлом фоне, пугают сотнями кровожадных теней, таящихся на дне. Он исполнит обещание во чтобы то ни стало. — Н-не подходи, сумасшедший! — женщина испуганно отскакивает, но у неё нет силы стоять ровно, и она позорно падает прямо на пол. По щекам текут слезы, размазывая броский макияж, а широко раскрытые глаза потеряно бегают по лицам людей в поисках спасения. Шок и неприязнь в чужих взглядах добивает сильнее. Реин устало вздыхает, потирая переносицу. Что ж, возможно, видеть подобное зрелище было отчасти приятно. Но наверняка спокойный ужин был бы ещё более приятным. Она благодарно кивает не растерявшимся охранникам и бросает пару слов подошедшему менеджеру ресторана, позволяя увести нарушительницу порядка. Со слегка неловкой улыбкой Ан успокаивает человека, который искренне извиняется за произошедший инцидент, и благодарно принимает предложение продолжить ужин в приватной комнате. Благополучно сбежав от десятков новых взглядов, Реин с признательностью принимает от ресторана вино в качестве извинения и наконец делает заказ. Блюда приносят почти в рекордные строки и Ан готова поклясться, что их вкусом они заслужили как минимум ещё одну звезду. — Реин де Ламер, — тянет Джин Ву, будто смакуя чужое имя. Он взмахивает в воздухе ложкой с фисташковым мороженным, политым обильной порцией шоколадного сиропа. — Звучит красиво. — Реджин, — поправляет Ан с лёгкой усмешкой. На непонимающий взгляд объясняет: — Полное имя, — усмешка становится слегка виноватой, стоило заметить удивление в серебристых глазах. Наверное, об этом нужно было рассказать раньше, но повода не попадалось. Да и не так важно. — Реин меня называли дома отец и братья и стали называть тут после переезда. Короче и удобнее, ничего особенного, — она пожимает плечами, подпирая рукой подбородок. Задумчиво разглядывает лицо Джин Ву, принимающее довольное выражение каждый раз, когда губ касался вкусный десерт. А ведь ему не нравится сладкое. Реин вздыхает, прикрывая глаза, и отворачивается. — Фамилия особо роли не играет. Джин Ву на столь резкий жест удивлённо хлопает глазами. Он хмурится, не понимая причины смены эмоций, и подбирает единственную, что кажется ему вероятной. — Я переборщил с угрозами? Или не нужно было вмешиваться? Реин замирает на несколько секунд, сверля глазами пустоту, прежде чем вопросительно вскинуть бровь. Ещё спустя мгновение она расслаблено выдыхает и тихо смеётся. — Нет, мне понравилось отчаяние на её лице, — она улыбается удивительно мягко, несмотря на жестокие слова. — Она пришла лично, так что я раскрыла все карты. Думаю, всего перечисленного будет достаточно, чтобы больше не увидеть её лица вживую. Она наверняка запомнила твоё лицо, так что найти необходимую информацию не составит труда. Учитывая, какое место в обществе занимает твоя личность, она даже не попытается тянуть ко мне руки с помощью посредников, — Реин довольно улыбается, склоняясь ближе. Приподнимая подбородок Джин Ву пальцами, она целует прохладные губы и проводит языком по своим, отстранившись. На кончике языка оседает сладкий вкус шоколада и орехов. — Спасибо. — Хм… — Джин Ву задумчиво мычит в ответ, разглядывая растянутые в улыбке пухлые губы. Те влажно блестят в искусственном освещении, отчего соблазн снова коснуться их становится сильнее. — Если ты будешь благодарить меня таким образом каждый раз, то я стану излишне жестоким к людям. Но что поделать… — он удручённо качает головой, нацепив на лицо скорбящее выражение. — Достаточно уделять мне внимание и любить, — Реин тихо смеётся, перехватывая десертную ложку, и подносит к губам Джин Ву новую порцию. Тот хитро щурит серебристые глаза, но позволяет себя кормить. — Ешь и поедем к тебе домой. Тётушка обещала угостить меня брауни, если зайду в гости сегодня. — Ты променяешь вечер со мной на парочку брауни? — Джин Ву не может сдержать лёгкого смешка. Он даже не думает строить обиженное выражение лица, ему слишком весело. — Я продолжу вечер с тобой, дополнив его вкуснейшими брауни, — педантично поправляет Реин, но, не сдержавшись, улыбается. Слабо, но с теплотой и искренностью, которую Джин Ву чувствует едва не кожей. От этого приятно щекочет где-то под рёбрами. Желание продолжить приятное чувство наталкивает на импульсивную идею. Которую он тут же воплощает. Тихо выдыхает, успокаивая быстрое биение сердца, и плавно поднимается, утягивая за собой и Реин. На ходу рассчитываясь с подошедшим официантом, Джин Ву помогает Ан надеть плащ. Та молча сверлит его непонимающим взглядом, послушно поворачиваясь спиной. — Я же не могу разлучать тебя и брауни, верно? — Джин Ву фыркает, оставляя лёгкий поцелуй на виске, и одевается сам. Всё-таки, именно он спонсорирует продуктивное хобби матери. Можно же взять плату, заставив Ан составить компанию за чашкой чая? — Пойдём. Слегка ошарашенная резким поворотом событий Реин позволяет увести себя и посадить в уже заказанное такси. Только оказываясь на полпути она наконец возвращается в реальность. Стоит признать, что произошедшее всё же повлияло на неё — такая заторможенность ей определенно не свойственна. — Почему мы сорвались так резко? — неопределённо взмахнув рукой, словно хотела выразить своё недоумение, что не умещалось в вопрос, вздыхает Реин. — Ты начала скучать, — пожимает плечами Джин Ву, будто это было нечто обыденное. Реин хмыкает слегка растерянно, на что он молча ухмыляется. Прочесть желание отдохнуть в более комфортной обстановке было не трудно. — Я утром видел у тебя ещё одну кошку. Собираешь зверинец? — соскакивая с исчерпавшей себя темы, Сун ловит чужую ладонь. Мягко переплетает пальцы, наслаждаясь прохладой нежной кожи. — Мин Хо и Джи Ху наткнулись на неё в парке и насильно утащили в дом, — обречённо вздыхает Реин, уже смирившись с произошедшим. — Она уличная, так что скоро убежит, но пока ей не надоело пусть братья поиграются. — Но она же не ручная, — полувопросительно тянет Джин Ву, задумчиво постукивая пальцем второй руки по острым костяшкам Реин. Он рисует невидимую линию, очерчивая выступающее сухожилие, и щекочет запястье. Тонкое настолько, что, кажется, сломается если слегка надавить. — Это не мешает ей ходить за мной следом, попутно шипя на близнецов и игнорируя присутствие Сириля, — вздыхает Ан, поведя плечом. — Юна, или как её снова переназвали, очень нетактильное существо. Удивительно, как она не укусила тебя ещё утром. — Просто я милый и нравлюсь даже зверям, — нарочито самодовольно фыркает Джин Ву. Усмешка становится более тёплой, когда Ан издаёт тихий смешок. Сун обезоружено вздыхает, прижимая тёплое тело ближе к себе, и целует висок. Он чувствует себя опьянённым, пусть губ и едва коснулось лёгкое вино, но Реин весело, и от этого тянет улыбаться шире. Не так уж и плохо.

***

В доме Джин Ву привычно светло, уютно и тепло, в отличие от дождливой улицы. Конец лета обещал быть тёплым, но случались инциденты, когда без плаща или пальто на улицу лучше не выходить. Реин довольно вдыхает запах корицы и ванили, витающий в воздухе небольшой кухни. Она ни на секунду не пожалела о решении принять предложение тётушки испечь чего-нибудь сладкого. Хотя отсутствие Джин Ву, которого утащили телефонным звонком по делам гильдии ещё полчаса назад, слегка расстраивало. Без него было… как-то не так. — Вы так сильно любите орехи? — прогоняя смущающие мысли, Реин с любопытством косится на многочисленные баночки с разными сортами. — Я с Джин А к этому нейтральны, но Джин Ву обожает всей душой, — пожимает плечами Кён Хо, снисходительно улыбаясь. — Это у него от отца. — И правда белка, — Реин тихо смеётся себе под нос, прикрывая лицо ладонью. Пак Кён Хо довольно блестит глазами — ласковую улыбку, появившуюся на девичьем лице при одном воспоминании о её несносном сыне, от неё не спрячешь. — Я помогу, — стараясь не замечать знакомый хитрый взгляд таких же серебристых глаз, Ан забирает тяжёлый противень. Печенье получилось действительно хорошим даже на вид, красивой округлой формы каждое, с украшением или начинкой из орехов различных сортов. — О? У тебя такая нежная кожа, — Кён Хо восхищённо вздыхает, случайно касаясь тыльной стороны ладони Реин. Она осторожно берет её ладонь в свои руки, нежно поглаживая кожу слегка шершавыми пальцами. — Прости-прости, это было слишком, — Ан слегка неловко отмахивается, не желая зря волновать женщину. Та вздыхает: — Не подскажешь крем? У меня аллергия на чистящие средства, так что приходится использовать перчатки. А от них кожа становится совсем сухой. — Я могу посоветовать только исцеляющие зелья, — звучит слегка смущённо. Охотница, что с неё взять. — Джин Ву сам найдёт всё, что нужно… — и даже больше. У него были слишком размыты грани разумного, когда дело касалось семьи. Даже в таких мелочах. — Но думаю, Джин А подскажет вам обычные крема получше, — Реин мягко улыбается, выключая духовку. Кён Хо вглядывается в красивое лицо, чьё спокойное выражение невольно умиротворяет, и невероятно гордится Джин Ву, завоевавшем сердце этой девушки. — Позволите? Ан осторожно берет ладони женщины в свои. Кожа действительно сухая, кое-где чувствуются загрубевшие мозоли и шероховатости, впервые не от меча или клинка, как у Охотника. От обычной, тяжёлой жизни. Пак Кён Хо вызывала искреннее уважение — эта светлая и мягкая женщина сама содержала двух детей, заботилась о семье и доме, не щадя себя. И даже сейчас, после многолетнего сна, от которого могла не очнуться, сохранила свой позитив и любовь к жизни. Руки женщины обволокло золотистое свечение, заживляя лёгкие царапины и старые шрамы. Это было наименьшее, что могла предложить Реин в благодарность. За то, что приняла её, за то, что сохранила прежнюю светлоту — то, что никогда не найдёшь в других, в вездесущих Охотниках. За Джин Ву. Кён Хо тепло щурит глаза, улыбаясь чуть шире на неуверенность и осторожность в чужих прикосновениях. Не успевает она поблагодарить, как деревянная дверь открывается, разрушая повисшее молчание. — Мама, по телевизору как раз начинается твой любимый сериал, — входящий на кухню Джин Ву устало потирает глаза. Он усмехается, видя, как оживляется мать. — Он идёт уже второй месяц, тебе не кажется, что он вечен? — Ничто не вечно. Включая твой трудоголизм и легкомысленность твоей сестры. Где её носит, второй час за продуктами ходить? — женщина ворчит, резкими движениями убирая различные ёмкости, разбросанные по всей комнате в хаотичном порядке. Некоторые даже не пригодились. — Может, встретилась с друзьями по дороге, или вспомнила об отложенных делах. Дай подростку выгуляться, — Джин Ву закатывает глаза и придерживает бегающую по кухне мать за плечи. — Иди отдохни, я уберу. — Не смей перекладывать всё на Реин. И оставь печенья Джин А, — едва успев повесить фартук на место, Кён Хо вполне бодро убегает в гостиную, прикрывая за собой дверь с лёгким хлопком. Несколько секунд Реин и Джин Ву смотрят ей вслед, ощущая, как в комнате внезапно стало слишком тихо. И немного пусто. Ан не выдержала первая. — Устал? — она подошла ближе к Джин Ву, на ходу снимая свой фартук, щедро выданный ей тётушкой. — У тебя голос охрип. — Это ненадолго, — он притягивает её в объятия, с облегчением зарываясь носом в светлую макушку. От Реин пахнет корицей и орехами. Совсем не вписывается в амплуа холодной красавицы, но им обоим плевать. — Звонил Джин Хо. Нужно было просто одобрить несколько документов, но он решил вникнуть в подробности и пояснить мне, что к чему. Как будто я что-то понимаю в бизнесе… Тихое ворчание перебил звук открывавшейся двери. — Ох? Ты говорил, что уберёшься здесь, а не будешь зажимать Реин в первом же углу, — совершенно не смущаясь тяжёлого взгляда Джин Ву, неожиданно ворвавшаяся женщина достала из ящика холодильника несколько персиков. — Кстати, Реин, было приятно провести с тобой время. И спасибо за помощь. — Была рада помочь, тётушка, — Реин кивнула, не разрывая объятий. Кён Хо подмигнула ей, оставляя на столешнице спелый фрукт, прежде чем удалиться. Ан, голодным взглядом сверлившая нежно розовую кожуру, едва не облизывается. — Она знает, что я люблю персики? — Нет, — усмехается Джин Ву, понимая, что его снова променяли, но в этот раз на несчастные персики. Он отстраняется с улыбкой, оставив на виске Реин лёгкий поцелуй. Мама сказала, что нужно убрать, но единственное, что не вписывается в порядок уютной кухоньки — это пара мисок и приборов за пределами мойки да противень с печеньем. — Когда у неё день рождения? — Реин, с грустью вздохнувшая в сторону наверняка сладкого фрукта, достаёт с полки специальный чайник для заваривания чая. Как бы ей не нравились хриплые нотки в глубоком голосе, Джин Ву явно неприятно. — Он был ещё до пробуждения, а что? — Сун справляется с уборкой за пару минут и ожидающе садится за стол. В руках у него нож и злосчастный персик. — Хочу сделать ей подарок, но без повода это неприлично, — пожимает плечами Реин, поставив кружку с ароматным зелёным чаем перед Джин Ву. — Осторожно, — она подцепляет пальцем каплю сока, едва не упавшую с руки Суна. Стол, между прочим, она убирала. — Посудомойка? — он хмыкает, долгим взглядом провожая тонкий палец, скрывшийся за пухлыми губами. Реин в ответ кивает, присаживаясь рядом абсолютно невозмутимо. — Я тоже думал об этом, но не было возможности зайти в магазин. Сходим вместе потом, выберем что-то, — Джин Ву откладывает нож, и протягивает Реин идеально ровную дольку. Та ест прямо с рук, будто невзначай скользнув по пальцам языком, и довольно жмурится. Сладко. Сун усмехается, с трудом отводя взгляд от влажных от сока губ. Она наверняка даже не задумывается, что весьма жестоко дразнит прямо сейчас. — Пока что это работа Джин А, — он протягивает ещё часть, задумчиво смотря на то, как Ан придерживает волосы рукой, прежде чем наклониться. Ленивая чертовка не хочет пачкать руки сама, но злиться не получается, видя лукавый взгляд из-под век. Джин Ву усмехается, качая головой. — Но если она снова попросит надбавку, то купить машину будет просто дешевле. Я надеюсь, это не ты учишь её так грамотно вымогать деньги? — ответом на подозрительный взгляд была только насмешка в коньячных глазах и неоднозначное пожатие плечами. Сун рассмеялся. Ну правда, кто же ещё? Реин мягко улыбается. Она и сама не знает, с какой теплотой сейчас смотрит на него, но в груди что-то тянет и щекочет от тихого смеха. Сладко.

***

Простой разговор за чашкой чая и печеньем оказался приятным времяпровождением. Атмосфера стояла уютная, мягкая, позволяя беспечно прикрыть глаза и расслабиться. Прекрасное окончание дня. — Останешься у меня сегодня? — Джин Ву подпирает рукой подбородок, скучающе перекатывая в пальцах округлый фундук, освобождённый от теста. — Почему бы и нет? — Реин пожимает плечами, потягиваясь, и откидывается на мягкую спинку стула. Хотелось спать. — Только удели мне что-то из одежды. Спать в той же рубашке не очень хочется, — она показательно расправляет закатанные рукава. Вдруг замирает на месте, задумчиво щурясь, и поднимает на него взгляд. — И ты обещал показать свою коллекцию фигурок. Джин Ву, внезапно замявшись, смущённо улыбается, но не успевает ответить, как дверь кухни отворяется с громким грохотом. Внутрь буквально влетают близнецы в сопровождении Джин А. — Что вы здесь делаете? — Реин вопросительно поднимает бровь, лениво скосив взгляд в сторону братьев. Те невозмутимо присаживаются за стол, закинув сумки, забитые книгами, куда-то под стену. Умоляюще заглядывают в глаза Джин Ву, не готового к подобной сцене, и радостно тянут руки к печенью, получив разрешение. — Нам задали совместный проект. Нужно написать про одно из мест, которые посетили сегодня на экскурсии, — говорила Джин А, с удовольствием отправляя в рот новую ложку йогурта. — Мы обговаривали по дороге, потом они увязались просто от скуки, — она махнула рукой на притихшую парочку, не видя, каким насмешливым и одновременно одобрительным стал взгляд Джин Ву. Наверняка ведь мелкие джентльмены — воспитание Реин, куда без него — просто не могли позволить себе не провести одноклассницу поздно вечером, раз уж встретились. А потом та и сама уже не могла отпустить их, не пригласив хотя бы на чай. Вежливые дети пошли, ничего не скажешь. — Вы со свиданки? — старший Сун закатывает глаза, забирая назад слова о воспитанной мелочи. — Выглядишь супер, онни, — Джин А оценила так и не сменившийся наряд восхищённым взглядом, получая благодарную улыбку в ответ. Пялиться в открытую не позволила мужская ладонь, что легла на подбородок и больно сжала пальцами щеки, заставляя отвернуться. Высказаться о чересчур ревнивой натуре братца не дал донёсшийся аромат. Замечая наполовину пустую турку на столешнице, подросток засверкала глазами. — Ты делала кофе, онни? Реин кивнула в ответ, с подозрением смотря на близнецов. Обычно те не настолько молчаливы. — Тётушка говорила, что ты, Джин А, ушла за продуктами. Как ты с ними-то пересеклась? — «Тётушка»? — близнецы, ранее не участвовавшие в ленивом разговоре, синхронно поднимают взгляды на сестру. Та только пожимает плечами: — Я обращаюсь к ней так, как она попросила. Реакция на, казалось бы, самую простую фразу, была странной. Братья сохраняли хмурость на лицах, продолжая сверкать тяжёлыми взглядами. Весьма чувствительные в отношении семьи, они остро реагировали на самые разные мелочи, включая даже простое обращение. То, что старшая Ан не использует привычное «госпожа», уже было звоночком. Но как-либо ограничивать сестру братья не хотели больше, чем взывать к нормам приличия или по-детски ревновать. Реин, слыша, как крутятся шестерёнки в их головах, тяжело вздыхает и ошпаривает каждого строгим взглядом. Со своими проблемами она разберётся сама. Тем более, что проблемы как таковой нет. Да, это отходило от норм, но Кён Хо к этому относилась более, чем нейтрально. А сама Реин была только за, понимая, что таким образом ей будет только комфортнее. — Я встретилась с ними в парке по пути, — игнорируя тяжёлую атмосферу, Джин А легкомысленно пожала плечами. Она прибрала к рукам чашку ещё тёплого кофе, с удовольствием поглощая вкусный напиток. — Кстати, оппа, там у входа стоят пакеты. Принеси их сюда, пока мама не увидела. — Что я должна была там увидеть? — любопытный голос раздаётся со стороны всё ещё открытой двери. Кён Хо благодарно кивает Джин Ву, тут же забравшему не такие уж тяжёлые пакеты. — Куришь? Пьёшь? — Мама! — возмущённо вскрикивает Джин А, прячась за спиной Реин, как ближайшей. Та насмешливо фыркает, позволяя обнять за плечи. Близнецы вторят ей ехидными улыбками, не скрывая издевательской нотки во взгляде. — Как ты можешь такое говорить о своей любимой и невинной дочери? Джин Ву, разбирающий продукты, тихо смеётся на наглое заявление, получая угрожающий взмах кулаком от сестры. Кён Хо подобное просто игнорирует: — А вы? — на удивлённых неожиданным вниманием близнецов обращается всё тот же любопытный взгляд. Кён Хо спрашивала абсолютно непринуждённо, даже не думая ругать или осуждать. Это подкупало. — Нормальный алкоголь нам не продадут без паспорта, а запах дешёвых сигарет вызывает тошноту после пары затяжек, так что и не начинали, — Джи Ху откидывается на спинку стула, внимательно наблюдая за реакцией женщины. Он не соврал, демонстрируя не лучшую для общества сторону лишь для того, чтобы проверить собственные предположения относительно личности незнакомого человека. Вполне в его духе. Джин А косится на них с лёгким удивлением и радостью. Всё же, наконец разрушился образ идеальных близнецов, которых вся школа считала сверхлюдьми, не меньше. Хотя бы ради этого стоило перетерпеть тот позор. Но это не значило, что ей нравится, когда другие люди, особенно кто-то из школы, знает о её жизни больше, чем другие. Тем более, когда знают о её горячо любимой матери. Лично Джин А скидывала столь ревностное отношение и закрытость на брата. Тот несмотря на то, что от разговора с незнакомыми людьми никогда не отказывался и мог с ними неплохо сдружиться, о себе не говорил и слова. О том, как сильно он любит семью, тоже можно было умолчать. — И то правда, — Кён Хо кивает в поддержку, задумчиво рассматривая лица близнецов. Она улыбается им так же легко, как и раньше, разрушая стереотипы. Братья явно ожидали не такой реакции, но она их более, чем устраивает. Адекватных людей, которые принимали их взрослыми даже без подтверждения цифры из паспорта, было немного. Реин скрывает улыбку за чашкой, видя, как расслабляются близнецы. Они сами не заметили, как подобрались, неосознанно подаваясь ближе друг к другу в ожидании ответа Кён Хо. Да и удивлённых от ответа вздохов наверняка не услышали. Но мелкий поганец — тот, что Джи Ху, — явно напрашивается такими провокациями. Хотя бы потому, что замысловатая формулировка специально наталкивает на вопросы и, если бы Пак Кён Хо задала их, ответы зацепили бы не только самих близнецов, но и старшую Ан непосредственно. Именно благодаря ей дьяволята знают, что такое качественный алкоголь и сигареты. И она, конечно, не отказывается от решения приучать братьев к лучшему, но укоротить кое-кому язык было бы неплохо. Разве что не сегодня. Замечая, что вкусный травяной чай уже кончается, показывая дно кружки, Реин поднимается. Она хмыкает на насмешливый взгляд Джин Ву, отворачиваясь. Когда-то он убеждал её, прославленную любительницу кофе, попробовать чай, который та за напиток не принимала. Как оказалось, из-за того, что не могла подобрать себе нужный сорт и способ заварки, с чем помог сам Джин Ву. И сейчас ликовал, наслаждаясь результатами трудов. — Простите, что вмешиваюсь, но уже довольно поздно, — Джин А, всё так же висящая на шее Реин, поднимает руку, привлекая к себе внимание. Она неодобрительно смотрит в сторону одноклассников, с трудом сдерживая желание показать язык. — У нас в квартире не хватит места на вас, так что можете уходить. Всё, что касается проекта, мы обсудим в школе завтра. Реин предупреждающе смотрит в сторону Мин Хо, уже оскалившегося в едкой ухмылке. Если не подавить его желание грызться на корню, он выдаст такие перлы, что не в каждом переулке в гетто знают. — Нуна, — жалостливо тянет Сорока, понимая, что агрессией и словесными перепалками делу не поможешь. Джи Ху, даже не думая браться за неблагодарное дело, вежливо кланяется Кён Хо в благодарность за гостеприимство. — Я заказала вам такси, — Реин выдаёт это легко, непреклонно встречая умоляющий взгляд больших карих глаз. Она слегка виновато улыбается: — Уже и правда поздно. Кён Хо удивлённо хлопает глазами, видя, что буйные подростки и не думают возражать больше, спокойно собирая сумки и папки с бумагами. — Реин, поделишься секретом воспитания? — Мама? — Джин Ву и Джин А смотрят на неё одинаково удивлённо, явно не ожидая такой подставы. Мин Хо, замечая это, тихо насмехается, но выдаёт вполне серьёзно: — Жёсткие тренировки два раза в неделю. — Манипуляции, — дополняет Джи Ху. — И полный контроль финансов, — слегка задумчиво пожимает плечами Реин. Она улыбается открыто, не смущаясь вмиг скрестившихся удивлённых взглядов, и прикрывает насмешливые глаза, услышав тихий смешок Джин Ву. Даже не поймёшь, что из этого шутка. Он ожидал подобного. Некоторое время тишину на кухне прерывает только копошение Джи Ху, решившего проверить наличие всех документов в одной из папок. — Удивительно, — Кён Хо задумчиво качает головой. Она хлопает в ладони, выкидывая из головы различные мысли, и открывает дверь перед близнецами. — Я проведу вас. Братья благодарно кивают и ангельски улыбаются, когда им в подарок попадает небольшая коробка домашнего печенья. Благодаря «прянику», заставить подростков следовать за собой не составляет для Кён Хо никакого труда. Реин, смотрящую им вслед с лёгким восхищением, отвлекает Джин А. Та абсолютно спокойно переносит руки с плеч на талию и укладывает голову на мягкую грудь. Отстраняться ей совсем не хочется — Реин мягкая, тёплая и приятно пахнет корицей и орехами. — Оппа, ты неудачник, — неожиданно выдаёт она, прикрывая издевательски блестящие серые глаза. Реин удивлённо моргает, не зная, как реагировать на неожиданное заявление Джин А. Наверное, это единственный человек, который может позволить себе так обращаться с Джин Ву. «Без последствий для жизни и здоровья» — добавляет позднее Ан, вспоминая о безбашенности собственных братьев. — Почему? — не реагируя на слабую провокацию, Джин Ву тихо усмехается. Он преспокойно убирает кружки и тарелки, с тёплой насмешкой встречая растерянный взгляд Реин. Та не знала куда себя деть, не в силах оттолкнуть ребёнка, но и чувствуя себя слишком неловко от подобных «объятий». — Потому что делать вот так когда захочешь, — Джин А крепче сжимает руки на тонкой талии и удобно кладёт щеку на грудь Ан. Охотница фыркает на умоляющий взгляд, но соглашается подыграть, не пытаясь вырваться из объятий. Отсутствие сопротивления вызывает у Суна удивление. Но довольная школьница только гнусно усмехается, видя, что братец наконец обратил внимание, — …тебе не позволят рамки приличия. Джин Ву закатывает глаза, и за ухо оттаскивает Джин А от Реин. Она возмущённо кричит, не желая разрывать тёплых объятий, но боль оказывается сильнее. А ещё старшим братом зовётся… — Позволь мне самому раздевать свою девушку на своей же кухне, — ехидно улыбаясь, Сун отпускает уже покрасневшее ухо. — Кыш, мелочь. Не обращая внимания на театрально пущенную слезу, мужчина закрывает дверь прямо перед носом Джин А. Совершенно не расстроенное ворчание по ту сторону вызывает усмешку, но он устало вздыхает, подходя ближе к Реин, и довольно сгребает её в объятия. Наконец без чужих любопытных глаз и насмешливых ухмылок. — Может, всё же не сегодня? Будет неловко, если тётушка зайдёт, — картинно смущённо краснеет Ан, отводя хитрый взгляд. Она не сдержалась. Джин Ву обречённо стонет, утыкаясь носом в тонкую шею, и мстительно прикусывает кожу, слыша тихий смех над ухом. Чертовка.