Часть 83

Через некоторое время к обрыву приехала милиция, скорая и спецтехника. Родные девушки тоже приехали сюда. Лекса сидел на земле в позе по-турецки, смотря в одну точку, и ни на что не реагировал. Увидев своего отца, молодая цыганка бросилась к нему и обняла его, опустившись с ним рядом. Она едва сдерживала слёзы. Лила: отец! Отец! Отец, держись, прошу тебя! Прошу, держись… Он не реагировал и только немного покачивался в разные стороны, смотря в одну точку. Баро со своей женой, держась за руки, подошли ближе и смотрели, как машину их дочери доставали из обрыва. Кармелита бросилась в объятия мужу. Рядом, обнявшись, стояли Лачо и Хитана. Люцита обеими руками прикрывала рот, едва сдерживая слёзы. Когда машину достали, милиционеры подошли и открыли её. Внутри никого не было. Один из них подошёл к толпе. Милиционер: машина оказалась пустой. Вдруг в глазах всех появился лучик надежды. Но через несколько секунд к ним подошёл работник мчс и подал милиционеру какую-то драную одежду. В ней Лила узнала платье, в котором Амира уезжала утром. Девушка, скривив лицо, разрыдалась и уткнулась в плечо отца, который до сих пор сидел в одном положении и смотрел в одну точку. Милиционер: это платье нашли недалеко от машины. На нём следы когтей какого-то зверя. Скорее всего, это медведь. Лила: оно принадлежит Амире. Это её платье… Миро: хотите сказать, что после аварии тело девушки мог разодрать медведь? Милиционер: очевидно, что это так. Мои соболезнования вам. Земфира: дочка… доченька моя… Кармелита: сестрёнка… ну как же так… Милиционер: сочувствую, но вы должны покинуть территорию. Все направились к машинам. Лила пыталась поднять своего отца, но у неё не хватало сил. Лила: отец, вставай. Вставай, отец! Нам нужно идти. Отец! К ним подошли Миро с Лачо и Кармелитой. Молодые мужчины взяли его под руки и подняли с земли. Он не реагировал на их действия, но и не сопротивлялся. Они подвели его к автомобилю и усадили на заднее сидение. Сев рядом с ним, молодая цыганка ни на секунду не отпускала его руку. С другой стороны села Хитана и тоже взяла мужчину за руку. Вскоре они уже приехали домой. Лексу так же само завели в дом и усадили на диван. Всю дорогу он не проронил ни слова, устремив свой взгляд всё время в одну точку. Рядом с ним сели его дочь и сестра. Роза: Лекса, брат мой, приди в себя. Прошу тебя! Приди в себя, родной мой! Лила: отец, прошу тебя, очнись! Лачо: отец, ты нас очень пугаешь! Что с тобой? За столом сидела семья Баро с покрасневшие и от слёз лицами. Никто не мог проронить и слова. Только молча смотрели куда-то вдаль. Миро обнял свою жену, которая уткнулась ему в грудь, пуская тёплые слёзы. Земфира смотрела в одну точку, вытирая слёзы. С обеих сторон от неё сидели заплаканные Люцита и Рубина. Баро курил сигарету с опустевшим взглядом и тоже устремлённо смотрел куда-то вдаль. В то же время родные Лексы пытались привести его в чувства. Хитана: Лекса, приди в себя, ты пугаешь нас! Лила: отец! Отец! В этот момент шувани повернула его к себе и дала пощечину. После этого в доме воцарила тишина и прервался плач. У мужчины просветлело в глазах. Он посмотрел на свою сестру и мёртвой хваткой вцепился в неё объятиями. Сквозь слёзы он уже говорил хрипом, уткнувшись в плечо сестры. Лекса: Роза? Роза! Роза… моя Амира… её больше нет… почему! Ну почему ее больше нет? За что Господь забрал её у меня? Любимая моя… Амира… Амира моя… Все устремили свой грустный взгляд на мужчину, видя его отчаяние. Молодая цыганка гладила его рукой по плечу, обняв со спины. Лила: отец, прошу, будь сильным… держись, папочка… держись… ты нужен нам, ты нужен малышке Лейле… прошу тебя, папочка, держись… Роза: Лекса, успокойся, прошу тебя. Ты должен быть сильным, у тебя сейчас маленький ребёнок. Только ты можешь о ней позаботиться. Приди в себя, брат мой! Лачо: отец, я прошу тебя, приди в себя. Возьми себя в руки! Ты нужен нам сейчас, а мы тебе. Позволь нам быть рядом с тобой. Мужчина повернулся к своим детям, и они с обеих сторон обняли его. Он тоже их обнял, уже не сдерживая слёзы. Лекса: почему? Ну почему она погибла? Господи! Моя Амира! Моя любимая Амира… моя любимая Амира… Вскоре мужчина немного успокоился и даже закурил сигарету, сидя на диване. Лила ни на секунду не отпускала его руку. Миро: прими мои соболезнования, Лекса. И ты, Рамир. Словами не передать, как не вериться в то, что Амиры больше нет с нами. Это очень большая потеря для всех нас. Земфира: я не могу в это поверить. Моя дочь ещё такая молодая… Рамир: сегодня должна была сбыться самая заветная мечта моей дочери. Сегодня должен был быть такой счастливый день… А он навсегда для нас останется самым несчастным. Лекса, сочувствую тебе, родной. Да пребудет в раю душа моей дочери. Мужчина подошёл к своему другу и зятю и крепко обнял его. Тот лишь кивнул и тоже обнял его. Земфира: мы даже не сможем с ней попрощаться. Не сможем похоронить её, как подобает… Кармелита: бедная моя сестрёнка. Господи, прими её душу и даруй ей своё прощение. Люцита: пусть рай будет пристанищем моей сестренке. Она была очень доброй, смелой, умной, красавицей. Рамир: всё равно мы должны почтить память моей дочери. Лачо: ты прав, Рамир. Я сейчас же скажу в таборе, чтобы готовились к поминкам. Завтра люди соберутся, чтобы помянуть нашу Амиру. Рамир: спасибо, Лачо. Земфира, пойдём домой, я не хорошо себя чувствую, нужно отдохнуть немного. Земфира: пойдём, Рамир. Рамир: Лекса, прошу тебя, держись. Помни о моей внучки. У неё ближе тебя никого нет. Земфира: малышка это единственное, что оставила нам Амира, перед тем, как уйти. Господи, я не верю, что такое говорю… Кармелита: Лекса, держись! Моя сестра очень любила тебя, прошу, не огорчай её душу тем, что будешь так отчаиваться. Лекса: спасибо, Кармелита. Я постараюсь. Но, признаться, обещать не могу ничего. Кармелита: я понимаю. Держись, дорогой. Девушка крепко обняла мужчину. Вскоре Баро со своей семьёй ушли домой. Лачо и Хитана решили остаться в доме Лексы и вместе с ребёнком пожить в одной из комнат на втором этаже. Лачо: отец, мы какое-то время поживём у тебя. Наверху есть свободная комната, мы разместим я там. Лекса: сынок, но разве вам там будет удобно? А Бахти? Хитана: всё хорошо будет. Мы не хотим оставлять тебя, и к тому же, твой внук будет тоже рядом с тобой, Лекса. Роза: хорошо, дети мои. Вашему отцу сейчас нужна поддержка. Вы правильно решили. Лекса: ну хорошо, как знаете, дети мои. Мужчина обнял их по очереди и направился в спальню. Подойдя к колыбели дочери, он опустился и сел на полу рядом с ней. Покачивая кроватку, мужчина смотрел в одну точку, вспоминая свою любимую. Ковальск Вечером Михай с девушкой и своей свитой добрался домой. Амира, зайдя в родительский дом, ничего там не узнавала. Мужчина под руку завёл её в комнату наверху и усадил на кровать. Амира: я так устала за сегодня. После дороги мне очень хочется спать, любимый. Михай: да, конечно, дорогая, ложись. Отдыхай. Как только девушка коснулась подушки, то сразу провалилась в сон. Наутро мужчина проснулся раньше и лежал рядом с молодой цыганкой. Он провёл рукой по её волосам, затем прикоснулся к лицу. В этот момент девушка начала улыбаться и говорить во сне. Амира: любимый мой, как же сильно я тебя люблю, Лекса. Я хочу, чтобы ты сделал меня счастливой… Мужчина резко сменился в лице и подорвался с кровати. Не дожидаясь, пока девушка проснётся, он прожёгом выбежал из комнаты и спустился в гостиную, где сидели Кривой и шувани. Банго: ну что, хозяин, ты получил то, что хотел. Видел бы сейчас это Лекса. Михай: она говорит во сне и вспоминает Лексу. Лада, почему такое происходит? Ты же говорила, что она забудет его? Лада: я тебе сказала, что обряд навсегда лишит её воспоминаний о Лексе и её родных только по истечению лунного цикла. До тех пор она будет помнить их только во сне. Михай: фух! А то я уже испугался. Лада: не бойся, Михай. Я же тебе обещала, что всё будет так, как ты хочешь. Значит, так и будет. Никто мне не помешает. Банго: а как же Роза и Рубина? Михай: они все сейчас думают, что Амира мертва. Никто её здесь искать не будет, а через месяц уже никто ничего не сможет сделать. Мужчина громко рассмеялся и откинулся на диване, положив ногу на ногу.