Часть 135

В это время мужчины пробирались через лес и уже были почти возле лесной избушки. Раздвинув ветки кустарников, Лекса оглядел лесную поляну, где и размещалась хижина их недругов. К нему сзади подошли Баро с зятем и тоже оглядели поляну. Отпустив ветки, мужчина повернулся к ним с хитрой ухмылкой на лице. Лекса: ну что, приступаем к плану? Миро: да, пойдём. Мужчины осторожно подкрались к лесной хижине, спрятавшись за два больших дерева, растущих возле неё. Молодой цыган переглянулся с мужчиной, и тот одобрительно кивнув ему. Затем он тихо подошёл к двери и, постучав в неё, сделал несколько шагов назад. В это время Михай, находившийся в полусонном состоянии, очнулся и обратил свой взор на дверь. Понимая, что его сообщники не стали бы стучать, он быстро достал из сумки пистолет и направился к двери. Осторожно открыв её, мужчина увидел своего знакомого и удивился. Он сразу же наставил на него пистолет, бросив пронзительный злобный взгляд. Михай: Миро? Ты откуда здесь? Стой на месте! Миро: так это ты, Михай, поселился в этой избушке? Я-то думал… Михай: не пытайся заговорить мне зубы. Руки подними, чтобы я видел. Молодой цыган сделал то, что велел ему злодей, едва скрывая свои эмоции. Он понимал, что триумф их врага временный, и скоро тот в этом убедиться. Как только мужчина спустился по деревянным ступенькам, не сводя взгляда с пленника, то почувствовал резкий удар по рукам, выронив пистолет. В этот момент молодой цыган ловко бросился вперёд и взял в руки пистолет Михая. Тот обернулся в сторону, откуда был произведён ударение, и был ошеломлён. Увидев своего ненавистного брата с кнутом в руках, он понял, что его враги задумали снова с ним поквитаться. Михай: а, и ты здесь, Лекса. Снова решили избить меня кнутом? Ну что же, не теряйте времени. В этот момент из-за избушки вышли Баро и Лачо. Молодой цыган держал за уздечку лошадь и с презрением в глазах смотрел на мужчину. Рамир: это будет для тебя слишком просто. На этот раз ты ответишь за своё зло. Злодей с удивлением посмотрел на своих врагов, не ожидая, что они придут к нему все вместе, угрожая местью. Увидев знакомую лошадь, в его голове начали появляться догадки о возможных действиях. Его раздумья прервал голос мужчины, который гордой уверенной походкой с кнутом в руках, как настоящий цыган, подошёл к нему, а затем обошёл его и сделал несколько шагов в сторону избушки, пытаясь там кого-то разглядеть. Лекса: где же твои приспешники? Почему не выходят тебя спасать? Или понимают, что теперь не смогут спасти тебя из моих рук и сбежали? Михай только злобно смотрел на него, ловя на себе презренные и полные ненависти взгляды остальных мужчин. Миро: мы, кажется, уже предупреждали тебя, чтобы ты остановился. Но тебе в одно ужо влетело, а из другого вылетело. Ты не понимаешь наших слов и продолжаешь совершать свои чёрные дела. Лекса: ты думаешь, я забыл, как ты с помощью своей подружки, чёрной шувани Лады, пытался приворожить мою Амиру и заставить её забыть меня и семью? А то, что вы держали мою сестру в подвале дома Рамира в Ковальске, отнятого шантажём у настоящих хозяев, думаешь так просто сойдёт тебе с рук? О разорении комплекса моей жены и покушении на меня и мою дочь вообще молчу. Рамир: посмотри, сколько грехов на тебе, Михай. Ты погряз в болоте своей ненависти. Ты в ней и утонешь. Но больше мы не позволим тебе навредить нашей семье. Мужчина окинул всех пренебрежительным взглядом и растянулся в злорадной ухмылке. Михай: и что же вы намерены делать со мной? Что решили? Как думаете остановить меня? Видя, что их враг не испытывает ни страха, ни сожаления, мужчина, едва сдерживая свои эмоции, подошёл к нему почти впритык, бросив взгляд, полный ненависти. Лекса: сколько раз я говорил тебе, чтобы ты не приближался к моей семье? Однако, ты совершил саму большую ошибку, когда попытался навредить моей супруге. Этим ты подписал себе смертный приговор. Мужчина повернулся к своему сыну, бросив решительный взгляд. Лекса: сынок, давай верёвку. Не будем медлить, всё-таки у нас сегодня будет праздник, нужно готовиться. Молодой цыган выполнил просьбу отца, протянув ему верёвку. Михай нервно напрягся, но понимал, что выхода нет. Находясь под прицелом собственного пистолета, он не мог сопротивляться. Девушки шли рынком, с интересом смотря на витрины. Здесь было так много людей, что из-за шума они почти не слышали друг друга. Подойдя к овощной лавке, молодая цыганка оглядела ассортимент и протянула продавщице крупную купюру. Амира: здравствуйте! Нам нужны свежие овощи. Свесьте нам немного картошки и морковки. Продавщица: у нас всегда всё только самое свежее, почти с грядки. Сейчас всё сделаю. Женщина набрала в пакет немного картошки и положила на весы. Запомнив стоимость, она отложила это в сторону и положила на весы в пакет несколько морковей. Добавив к предыдущей сумме, женщина повернулась к девушкам. Амира: еще положите одну головку капусты и свесьте два килограмма красного перца. Продавщица: будет сделано. Хитана: давай ещё возьмём цветную капусту и брокколи? Я знаю, как сделать из этого вкусную запеканку. Амира: а что? Можно. Положите ещё немного брокколи и цветной капусты. Продавщица: конечно, сейчас всё сделаю. Лила: а зелень? Мы совсем забыли о зелени. Амира: не волнуйся, дорогая, сейчас всё купим. Да, и ещё пару пучков зелени. Женщина одобрительно кивнула и взялась делать подсчёты. Продавщица: сейчас поищу сдачу. Вы дали слишком много. Амира: не беспокойтесь об этом. Мы тоже купили у вас много всего. Не ищите ничего, пусть послужит вам на развитие торговли. Женщина была очень удивлена, что с неё не потребовали сдачу. Девушка дала очень крупную купюру, не потратив даже половины. К тому же, торговкой не осталось незамеченным и то, что эти девушки - цыганки. Её очень удивило, что они не только не пытались её обмануть или что-то украсть, а наоборот дали больше денег, нежели нужно, желая ей успешной торговли. Словив на себе удивлённый, а затем довольный взгляд продавщицы, девушки сложили овощи в сумки, распределив между собой их так, чтобы каждому было удобно и не трудно их нести. Лила: ещё нужно купить крупы: рис и гречку. Хитана: да, сейчас зайдём в соседний отдел. Молодые цыганки направились к нужным прилавкам, ловя на себе взгляды людей. Как бы там не было, отношение общества к цыганам хоть и менялось, но ещё не становилось совсем идеальным. Мужчина вместе с девушкой вышел из здания и медленным шагом направился по тропинке из плитки, ведущей вокруг всего комплекса. Его взгляд всё чаще падал на молодую цыганку, но он ещё не до конца понимал, почему она так привлекает его. Повисшую тишину нарушил её голос. Люцита: ну, так о чём вы хотели поговорить? Что хотели рассказать? Следователь: Люцита, вы же помните тот день, когда был арестован ваш родственник, Лекса Саппоро? Перед глазами девушки пронеслась картина того злополучного дня, который должен был быть очень счастливым для них, учитывая свадьбу Лексы и Амиры и рождения его внука Бахти. Вспоминая свою роль, как свидетеля, столкнувшегося с предвзятым отношением следствия, Люцита ощутила неприятный осадок. Люцита: да, помню. Хотя, я очень хотела бы об этом забыть. Враги разрушили наше счастье своими ложными обвинениями. А вы не верили нам, считая, раз мы цыгане, то можем только врать и покрывать друг друга. Мужчина почувствовал этот упрёк и, на своё удивление, ему стало очень стыдно за своё поведение в тот день. К тому же, его отношение к цыганам очень изменилось. Следователь: простите меня, Люцита. Я сожалею, что не верил вам. Я не мог тогда думать иначе, мои взгляды застилали мне глаза. Девушка удивилась такой реакции следователя и бросила на него взгляд, полный недоумения. Люцита: мне интересно, с чего вдруг вы изменили своё отношение к моему народу? И почему раньше так относились? Почувствовав на себе её пронзительный взгляд, мужчина с какой-то неуверенностью, которая была для него вовсе нехарактерна, решил рассказать ей свою историю. Следователь: когда-то у меня была младшая сестра. В детстве мы играли с ней на площадке, а потом решили поиграть в прятки. Когда я отправился на её поиски, то долго не мог найти свою сестру. Потом я услышал её крики. Молодая цыганка внимательно слушала рассказ мужчины и с каждой секундой испытывала уже не просто интерес, но и какое-то переживание. Она сама не понимала, почему так увлеклась его рассказом. Следователь: когда я забежал за угол дома, то увидел, как какие-то мужчина и женщина тянули под руки мою сестру к машине. Я побежал к ним, хотел спасти её, кричал и звал на помощь, но вокруг никого не было, а Свету увезли прямо на моих глазах. Я до сих пор не знаю, что с ней произошло, и где она сейчас. Жива ли. Люцита заметила в его глазах печаль, которая казалась невозможной для сурового на вид мужчины, служащему закону. Люцита: но кто же её украл? Следователь: это были цыгане. Мы так и не смогли её найти. Вскоре моя мать сошла с ума от потери дочери, а через несколько лет умерла в сумасшедшем доме. Отец сильно запил после её смерти и тоже вскоре умер от интоксикации. Простите, Люцита, что я вам всё это рассказываю. Не хотел вас расстроить. Девушка была в шоке, услышав такую историю. Она испытывала сопереживание и сочувствие к этому мужчине, не смотря на их разногласия в прошлом. Теперь ей стало понятно его поведение в день ареста Лексы и отношения к их народу. Заметив проступившуюся слезу на его глазах, цыганка невольно положила свою руку ему на плечо. Он, почувствовав это, повернул голову к ней, находясь в недоумении. Повисшую паузу нарушил голос девушки. Люцита: я сочувствую вам, что с вашей сестрой произошла такая трагедия. Однако, не все цыгане такие. Моя семья и все, кого я знаю, за исключением некоторых людей, никогда не обидят других людей, ни цыган, ни гаджо. То есть, нецыган. Следователь: я верю вам, Люцита. Когда я узнал о вашем комплексе, мои старые взгляды на цыган начали рушиться. Тогда я понял, что вы можете делать людям добро. Вы дали столько рабочих мест нашему городу, столько гостей останавливается в вашей гостинице, а наши горожане всё больше посещают ваш ресторан. Девушка невольно улыбнулась, ощущая гордость за свою семью и народ. Следователь: но, когда я узнал о благотворительной акции, организованной вашей сестрой и её мужем, с моих глаз окончательно спала пелена. Я понял, что нельзя ровнять всех цыган под одну мерку. И, честно говоря, я очень восхищаюсь вашей семьёй. Люцита: благодарю. Я искренне рада, что общество меняет своё отношение к нам, а также что мы смогли как-то помочь городу, сделать что-то хорошее для него. Признаться, Сочи это не мой родной город. В прошлом наша семья переживала здесь только беды и несчастья. Но теперь это наш родной дом. Мы снова восстали из пепла, в который превратились, сгорев после всех пережитых событий. Молодая цыганка сама не понимала, почему так открывалась этому мужчине. Они вышли, чтобы поговорить о важном деле, однако до сих пор о нём даже не вспомнили. В какой-то момент она почувствовала, что он ей немного симпатичен, но постаралась не брать это близко к сердцу. Тем временем в лесной чаще девушка с пистолетом в руках целилась по стоящих вдали пустых стеклянных бутылках. Кривой стоял от неё в стороне, наблюдая за её движениями, взглядами и решительностью. Глаза Марты наливались злостью и ненавистью, когда она представляла вместо бутылок лицо ненавистного ей Лексы. Боль от потери ребёнка, о случайности которой она даже не хотела думать, виня в этом исключительно мужчину, наполняла её душу. Звуки выстрелов приходились один за другим, сопровождаясь треском стекла. За пару минут девушка перестреляла все бутылки, расставленные на довольно большом расстоянии от её позиции. Мужчина только улыбался и тихо хлопал ей. Когда была разбита последняя бутылка, девушка закричала, подняв руки с орудием к небу, и облегчённо вздохнула. Марта: да! Вот так! Фух! Теперь тебя никто не спасёт, Лекса. Ты заплатишь за то, что разрушил мою жизнь. Кривой подошёл к ней поближе и, довольно улыбнувшись, похлопал, выражая своё восхищение её способностям. Банго: молодец, Иванова! Теперь ты настоящий киллер. Не завидую я Лексе. Марта: так будет с каждым, кто попытается мне навредить. Больше не будет прощения, больше не будет страха, больше не будет жалости. Банго: ты права. Теперь они будут нас бояться ещё сильнее. Если Лексы не будет, их семья и табор развалиться. Они потеряют всё и будут мыкаться по вокзалах и рынках, прося милостыню, как настоящие цыгане. Девушка смотрела в одну точку и коварно улыбалась, предвкушая свою месть. Мужчина собрал гильзы и остальные вещи, и вскоре они направились назад к своему логову.