Часть 4

Хлоя удивлённо перевела взгляд на второй этаж и увидела Мейз, которая с яростным взглядом и в боевой стойке смотрела на Люцифера. Казалось, она вот-вот набросится на него. – У нас тот самый напарник, который уехал навсегда. Мейз, всё хорошо? – спросила Деккер, переведя взгляд на Люцифера, на лице которого были довольно смешанные эмоции. – Вот давай только без своих выкрутасов, ладно? Сейчас совершенно не время, – спокойно сказал дьявол. Он знал, что демоница точно припомнит ему, что он не забрал её с собой в ад. Но он не захотел этого делать, и на это есть причина. Хотя, собственно говоря, это не очень-то и помогло. Морнингстар хотел, чтобы она присмотрела за Хлоей и Трикси, и за остальными людьми, которые им были дороги. Когда он оставлял её, он был уверен, что демоница точно не даст их в обиду, но всё оказалось не так радужно. Но он не злился на неё, точнее, он не имел права злиться. Единственный, кто виноват в этой ситуации, — это он. Он должен был уберечь Хлою. Именно он. Поэтому он не имеет права ей что-то предъявлять. Это глупо. – Вот только не указывай мне! Сама решу, когда время, а когда нет! – воскликнула демоница и в следующую же секунду оказалась возле дьявола, схватив его за горло и прижав к стене неподалёку. Люцифер удивлённо распахнул глаза, хватаясь за руку демоницы. Он не ожидал, что она действительно посмеет напасть на него в присутствии Хлои и Трикси. – Ты даже себе представить не можешь, как я ждала этого, – проскрежетала Мейз. Мужчина сжал её руку, оттаскивая её от себя, и яростно прошептал: – Мейз, думай, что делаешь. Хлоя стояла как парализованная, не зная, что сказать и что сделать. Но чтобы прийти в себя, ей понадобилось совсем немного времени, чтобы воскликнуть: – Вот только дайте без драк в моем доме! И не пугайте мне ребенка! – злобно проскрежетала Деккер, смотря на парочку перед собой. Демоница закатила глаза, но отпустила дьявола. Все-таки сейчас его лупить в самом деле не лучшая идея. Да и для Хлои будет нехорошо, если ее подруга и соседка начнет пинать новоиспеченного напарника по всему дому. Мейз усмехнулась своим мыслям, переключив всё внимание на Деккер. – Как давно вы познакомились? Что ты уже пригласила незнакомого мужика? – спросила она и краем глаза посмотрела на Люцифера, который бросил на неё убийственный взгляд. – Мейз, ты… – начал мужчина, но его тут же перебили. – Как вы друг друга любите, конечно, – сказала Хлоя, скрестив руки на груди. – Только я совершенно не желаю слушать ваши ссоры. Или вы думаете, мне доставляет удовольствие это смотреть и слушать? Люцифер виновато посмотрел на Хлою и пробормотал: – Извини, детектив. Давай, может, поговорим в каком-нибудь уединённом месте? Демоница усмехнулась. – Зачем ей разговаривать с тем, кто её бросил? – с отвращением произнесла Смит. Морнингстар закатил глаза и снова перевел взгляд на демоницу. – Зачем ты это делаешь? – полушёпотом спросил Люцифер. Мейз повернулась к нему и, глядя в глаза, прошипела сквозь зубы: – Сваливай обратно в ад, а то всё испортишь. Ей и так плохо, а ты сделаешь ещё хуже. Как всегда. Как ни странно, но она произнесла это настолько тихо, что Деккер точно не услышала бы, даже если бы постаралась. Смит развернулась, бросила на Морнингстара ещё один взгляд и пошла на второй этаж, откуда не так давно появилась. Слова Мейз звучали как приговор, и Люцифер ощутил, как холодный поток отчаяния окутывает его сердце. Он стоял, не в силах двинуться с места, глядя на ее исчезающую фигуру. – Ну и что это было? Ладно, даже знать не хочу, – помотала головой Деккер, – мне плевать. – Мейз очень вспыльчивая, – сглотнул Морнингстар, пытаясь улыбнуться и переключая всё внимание на детектива. – Ты привыкнешь, вот видишь, твоя дочь даже не обращает на это внимания. Они перевели взгляд на Трикси, которая сидела на диване, увлечённо листая каналы на телевизоре, полностью погружённая в своё занятие. Девочка с серьёзным лицом переключала изображения, время от времени останавливаясь на ярких и забавных моментах, но ни капли не обращая внимания на происходящее вокруг. Люцифер и Хлоя обменялись насмешливыми взглядами, не удержав улыбок. – Знаешь, она выглядит как настоящий эксперт по игнорированию — возможно, это её суперспособность, – подметил Люцифер, приподняв бровь. – Может, она просто пытается сохранить равновесие в нашем странном мире, – ответила Хлоя, соглашающаяся с ним. – А вообще, чем больше мы проводим времени с Мейз, тем больше начинаем понимать, что у неё добросердечная натура. Хотя порой это трудно заметить. Очень трудно, я бы сказала. – Мы все — довольно загадочные создания, не правда ли? Но именно в этих загадках прячется особенный шарм. – Не могу не согласиться, – ответила Хлоя. – Каждый из нас носит свои тайны, которые делают нашу жизнь намного интереснее. *** – Люцифер Морнингстар, это сценический псевдоним? – спросила Хлоя, неловко улыбаясь. – Извини, но я не могла не спросить об этом. Мужчина распахнул глаза и с удивлением посмотрел на нее, явно не ожидая такого вопроса. Пара сидела за большим столом, и возле них стояли кружки, наполненные чаем. Да, они пили чай. Чай без грамма виски. Самый обычный зелёный чай. Дьявол сам в шоке. Сначала Деккер не задавала ему никаких вопросов, но вдруг, как гром среди ясного неба, она спросила о его имени. И это была фраза, которую она произнесла первой, когда только встретила его. – Извини, похоже, зря спросила, – неловко сказала Хлоя после недолгого молчания. – Нет, все хорошо, детектив. Просто это первая фраза, которую ты произнесла, когда мы только встретились, – ответил Морнингстар. – Я не ожидал этого. – Мне кажется, что я слишком предсказуема. То, что я сказала, то же самое, что и... – Хлоя замялась, вопросительно взглянув на мужчину. – Сколько мы с тобой знакомы? – Четыре года. – Я ожидала услышать какое-нибудь другое число, если честно, – усмехнулась Хлоя. – Это так странно, что стерлись именно эти годы. – Да, странно, – сказал Люцифер и глубоко вздохнул. Детектив, всегда такая сильная и уверенная, теперь была потеряна, словно корабль без компаса. Он не мог представить, каково это — проснуться и не знать, кто ты, что произошло, и почему твоя жизнь выглядит так, будто её вырвали из контекста. Каждый раз, когда он ловил её взгляд, полон страха и недоумения, его сердце сжималось. Он чувствовал её боль, её смятение. Люцифер знал, что такое потерять себя — он сам переживал это в разные моменты своей вечной жизни. Но в его случае это было осознанным выбором. Он сам решал, как ему жить и кем быть. А Хлоя не имела выбора. Она была словно запертой в клетке, не зная, как выбраться. Он вспомнил, как она распутывала самые сложные дела, как уверенно шла по жизни. Теперь же она выглядела такой уязвимой. Ему хотелось защитить её, но он понимал, что слова утешения не помогут. Он мог только быть рядом, поддерживать её, пока она искала свои утраченные воспоминания. Люцифер вздохнул. Он знал, что должен найти способ вернуть ей память. Это было не просто желание — это стало его миссией. Он не мог позволить ей оставаться в этом состоянии неопределенности. Она заслуживала знать всё. – Боюсь, что имя, данное богом при рождении, – вдруг сказал Морнингстар, слегка улыбаясь. За эти годы он много раз прокручивал в голове их первую встречу. И это было что-то невероятное. Женщина перед ним прищурилась, не понимая, о чем он вообще говорит. – Прости, что? – Это был мой ответ на твой вопрос про сценический псевдоним. – Ааа, – протянула Хлоя, усмехаясь. – Ты даже такие мелочи помнишь. – Это не мелочи, – покачал головой мужчина, смотря на неё серьезным взглядом. Деккер замялась, когда увидела эту серьезность в его глазах, и опустила взгляд вниз. Новоиспечённый напарник удивлял ее. Из всех мужчин, которые она вообще знала, ни один бы так не пришел к той, которая наорала на него как истеричка. Им гордость не позволяла! Или она просто не с теми мужчинами была знакома кто знает. Но Люцифер даже не стал слушать её извинения и вел себя так, будто ему нужно просто её увидеть. Почему он так на неё смотрит? Хотя, может, ей кажется... Или... Только вот почему Мейз так агрессивно реагирует на него? Да, из всех криков женщины она поняла, что он бросил её. Да и не только её. Всех слов после фразы мужчины: «Зачем ты это делаешь?» она не услышала. Но, судя по выражению лица мужчины, ничего хорошего там не было. Детектив Деккер сказала, что ей плевать. Но всем известно, что ей далеко не плевать. Почему он оставил их всех и почему сказали, что он уехал навсегда? – Я могу задать тебе любой вопрос? Или некоторые темы — это табу? – спросила Хлоя, откидываясь на спинку стула и внимательно смотря на него. Дьявол без раздумий сразу же ответил: – Спрашивай, что угодно, детектив. Я здесь для этого. – Ты меня постоянно называешь «Детектив»? – неожиданно спросила Деккер даже не задумываясь об этом раньше. А ведь и правда! При «первой» их встрече он назвал ее по имени. А сейчас ни разу. Мужчина лучезарно улыбнулся. – Постоянно. – Почему? – с любопытством поинтересовалась Деккер, пытаясь уловить смысл его слов. «Я так любовь выражаю» – Потому что ты — детектив. Ты — воплощение закона и порядка в этом безумном мире. Каждый раз, когда я называю тебя «детектив», я напоминаю себе, насколько ты уникальна и как много значишь для меня. Люцифер на мгновение замер, осознав, что его слова могли быть восприняты неправильно. Он быстро собрался с мыслями, но Хлоя уже смотрела на него с вопросом в глазах. – Подожди, – сказала она, слегка приподняв бровь. – Ты только что сказал, что я «много значу для тебя». Это что, намек на что-то большее между нами? Он почувствовал, как сердце забилось быстрее. Слова, которые он произнес, были искренними, но теперь они звучали как признание. Люцифер медленно опустил взгляд, не в силах встретиться с её глазами. Мужчина глубоко вздохнул, пытаясь собрать мысли. Ему было сложно открываться, особенно когда речь шла о чувствах. – Хлоя, – начал он, но слова застряли у него в горле. – Это сложно. Я не хочу мучить тебя своими чувствами, особенно когда ты сама не знаешь, что происходит в твоей голове. – А если я никогда ничего не вспомню?! – произнесла она с отчаянием в голосе. – Если память не вернется, ты просто уйдёшь? Его взгляд встретился с её глазами, полными тревоги. Он чувствовал, как его собственные стены начали трещать под давлением её искренности. – Нет, Хлоя, – сказал он тихо. – Я не собираюсь уходить. Но я не могу просто взять и навязать тебе свои эмоции, когда ты пытаешься восстановить своё прошлое. Она вздохнула, её лицо стало более мягким. – Значит, мы не встречались, – размышляла вслух Деккер. – Нет, но могли бы. Я сам всё портил. Хлоя прищурилась, внимательно смотря на него. В её глазах читалось множество вопросов. – Я просто долго бегал от своих чувств к тебе, – пояснил дьявол, смотря на неё щенячьим взглядом. Женщина облокотилась на стол, кладя на него руки. – Где ты был? Почему все сказали, что ты, возможно, уехал навсегда? Ты ведь знаешь, что мне далеко не плевать на это. – Мне нужно было разобраться с какими-то делами. Могло бы всё выйти так, что я уехал бы навсегда, это правда, – грустно сказал мужчина, – но всё сложилось куда лучше. Их разговор напоминал какую-то супер сопливую драму, и детективу захотелось разрядить обстановку. — Ладно, ещё один вопрос... — Можешь задавать сколько угодно. — Ты дьявол? Люцифер замер на месте, его глаза расширились от удивления. Он смотрел на собеседницу, как будто та только что произнесла заклинание, способное разрушить весь мир. Лицо Морнингстара побледнело, а губы слегка приоткрылись в немом вопросе. — Почему, какой бы вопрос я ни задала, ты такой серьезный и даже напуганный? — спросила Деккер, испуганно глядя на мужчину перед собой. Люцифер, отмерев после этих слов, произнес ровным голосом: — Конечно, я дьявол, — попытался усмехнуться он. — Не похоже? — Я не думаю, что настоящий дьявол пришёл бы ко мне, пил чай и говорил бы о таких вещах. — Каких вещах? — удивлённо спросил он, поднимая бровь. — Чувственных, — подумала Хлоя, подбирая подходящее слово. Морнингстар хмыкнул. — Почему бы и нет? Я ведь здесь. Неудивительно, что она так рассуждает. Ведь и сам дьявол не мог представить, что когда-нибудь будет сидеть с женщиной, которая ему небезразлична, и обсуждать с ней «чувственные» вещи. – Мне кажется, что то, что ты нравишься моей дочери, говорит об многом, – размышляла Деккер. – Я надеюсь, тебе можно доверять. Люцифер последовал ее примеру и приблизился к ней. – Я сделаю все, чтобы ты не сомневалась, – прошептал он. – Я надеюсь, дьявольский напарник. *** Часы показывали десять часов утра, когда Хлоя открыла глаза. Вчера они закончили довольно поздно, и она не могла скрывать от самой себя, что ей понравился этот мужчина. Его улыбка, искренний смех и уверенность в себе привлекали её, как магнит. Люцифер был не просто харизматичным собеседником; он умел слушать, искренне интересоваться её мыслями и чувствами. Это было так необычно для неё, что Хлоя почувствовала, как её сердце забилось быстрее. Она встала с кровати и подошла к окну. За стеклом разливалось утреннее солнце, наполняя комнату теплом и светом. Вдруг её телефон запиликал, прерывая размышления. Это было сообщение от Люцифера: «Доброе утро, Хлоя! Как ты себя чувствуешь после вчерашнего? Надеюсь, ты не слишком устала от моего обаяния». Она улыбнулась ещё шире. Ответив на сообщение, Хлоя почувствовала прилив энергии. «Доброе утро! Я в порядке. И да, твое обаяние было довольно утомительным», — написала она с лёгким намёком на шутку. Не успела женщина нажать на «отправить». Как в её голове раздался резкий, пронзительный звук — будто кто-то ударил молотом по её вискам. Боль схватила её, как железная хватка, и она инстинктивно обхватила голову руками, пытаясь хоть как-то облегчить страдания. Она почувствовала, как ноги подкашиваются, и в панике схватилась за край тумбы, чтобы не упасть. Женщина закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на дыхании, но это только усиливало головокружение. Боль накатывала волнами, и Хлоя почувствовала, как слёзы катятся по её щекам. В этот момент телефон снова запиликал. «Хлоя? Ты там? Всё в порядке?» Стены комнаты начали мерцать, а солнечный свет, проникающий через окно, казался слишком ярким и резким. Боль только усиливалась — словно внутри её головы кто-то неистово стучал молотом по барабанам. «Нет, нет, пожалуйста», — шептала она себе, стараясь взять себя в руки. Но каждый вдох приносил новую волну боли, словно острые иглы пронзали её мозг. Последнее, что она помнила, – это звук открывающейся двери. И темнота.