Часть 1

Когда я шла в медицинский на психолога, я понимала, что когда я выпущусь, мне нужно будет каждый день контролировать с психологически больными людьми, лечить их. Но я не думала, что на практике, это будет так сложно. Представлюсь. Я Хан Инроун. Мне двадцать два, и только заканчиваю четвертый курс меда. Так как я учусь на психолога, зачёт нам поставят, после того, как мы вылечим одного пациента из психиатрической больницы. Каждого пациента определяет жребий. Глупо, но так мы быстрее научимся. Ну, так говорят преподаватели.

***

Когда мы ехали в больницу, все ребята на моем потоке, обсуждали, как же будет классно практиковаться на живых людях. Меня это чутка бесило. В том то и дело, что это настоящие люди. Здесь все будет гораздо сложнее, чем говорится в учебнике. И вы должны будете их вылечить. Они не манекены. Обычно, такую практику давали только пятому курсу, но в этом году, решили дать и нам. Это вроде как плюс, но все равно страшно. Когда водитель сказал, что мы приехали, я посмотрела в окно автобуса и по моей спине прошёлся холодок. Больница состояла из нескольких корпусов темно серого цвета, на окнах здания были прикручены решетки. - "Как будто в тюрьме" - съежилась я - "Тут волей не волей псих больным станешь." Когда мы вышли из автобуса, нам начали подавать наши вещи. Так как нам нужно будет быть всегда рядом с пациентами, мы до окончания практики, будем жить здесь. Лишь бы самой не сойти с ума. - Эй, недо психологи - позвал нас наш куратор - сейчас сюда подойдёт главврач и его помощник, это одни из заведующих отделения. Они вам все покажут и расскажут. Так же, после экскурсии, у вас будет жеребьевка, на которой каждому из вас достанется пациент. Вы должны будете применять все знания, которые вы получили во время обучения. Так же, напоминаю, это живые люди. Вы будете ответственны за них. Если что-то случится, все свалят на вас. Вам понятно? Мда, вступительная речь так себе. Все хором ответили, что все понятно и после этого куратор сел в автобус и уехал, а мы стали ждать главврача и его помощника. - Блин, после того, что нам сказали, мне теперь стрёмно туда идти. За них же реально надо будет держать большую ответственность! Бля, я не хочу так! - сказал какой-то парень, стоящий рядом со мной. - "Охренеть! То есть вы думали, что все будет так легко! Я в ахуе!" Пока я была в своих мыслях, я не заметила как к нам подошли два молодых человека в белых халатах. - Минуточку внимания! - крикнул парень похожий на кота. Все студенты замолчали и посмотрели на них. Парень стоящий ближе к нам, улыбнулся и начал говорить: - Всем Добрый день - все поздоровались с ним в ответ - меня зовут Бан Кристофер Чан, Крис Бан Чан или просто Чан. Я главврач этой больницы, а это мой помощник Ли Минхо - говорил он, улыбаясь. Достаточно молодой для главврача - Сейчас мы пойдём и покажем вам больницу изнутри, только вы должны нас внимательно слушать и ни на что не отвлекаться! - от его улыбки след простыл и тон стал холодным. Все переглянулись между собой и громко вдохнули - после этого будет жеребьевка. Ну, думаю, вам об этом уже сказали. Теперь, пройдёмте за нами. Чан и Минхо развернулись и пошли в сторону больницы. Вот только одно было не понятно. Нам с вещами идти туда? Вопрос напрягал всех, но никто не решался его задать. - Извините, - достаточно громко сказала я. Чан и Минхо посмотрели на меня - а нам прям с вещами туда идти? Это всё-таки больница, а багаж доставит много шума. Чан и Минхо переглянулись и ухмыльнулись друг другу. - Хоть кто-то не из робкого десятка - сказал Минхо. Это он меня похвалил или нет? На моём лице явно читалось не понимание. Чан засмеялся, смотря на меня, а Минхо просто улыбался. - Как тебя зовут? - спросил Минхо. - Хан Инроун. - Интересное имя. - Инроун, ты молодец, что не побоялась и спросила об этом. Надеюсь, что ты спросила это, ради комфорта наших пациентов - сказал Минхо, как бы проверяя меня. А я не дура. - Естественно - уверенно сказала я - все в первую очередь ради пациентов. Мне б в актрисы. Чан и Минхо усмехнулись. - Вещи отдадите охранникам, они их отнесут в специальные комнаты, где вы будете жить.

***

Уже идя по больнице и слушая экскурсию Чана и Минхо, я в который раз убедилась, что псих больница, это последнее место, где я бы хотела жить. По окончании экскурсии, мы пришли в кабинет Чана на жеребьевку. Все подходили по очереди и засовывали руку в мешок, доставали бумажку с фамилией пациента. Я была самой последней. Просто так интереснее было. - Инроун, терпеть ты - подозвал меня Чан. Я опустила руку в мешок, достала оттуда бумажку. Развернув ее, я прочитала имя и фамилию. - Ян Чонин. Чан и Минхо опять переглянулись, только теперь в их глазах была паника. Меня это напрягло. Чан понял, что пауза затянулась и прокашлявшись, сказал: - Можете идти в свои комнаты, сегодня вечером вам раздадут истории болезни ваших пациентов, а завтра вы приступите к лечению. Я выхожу всегда последняя и в этот раз тоже. Выходя, я услышала диалог врачей. - Я же говорил не класть его имя в мешок! - говорил Чан. - Я не знаю как оно сюда попало! Я его туда не клал! - отвечал Минхо. - Ладно, черт с ним! Я не думаю, что эта девушка с ним справиться. - Да ладно тебе. Он же не психически неуравновешенный в структуре бойни, он наоборот, очень спокойный. - Даже через чур. Дальше я слушать не стала. Про чьего пациента они говорили, я не поняла, да и мне как-то все равно было.

***

Ко мне в дверь постучались. Я открыла ее. За ней стоял какой-то парень. Он протянул мне папку и ничего не сказав ушел. Я посмотрела, что это за папка. История болезни. Ян Чонин. Ну что ж. Приступим. - Ян Чонин. Девятнадцать лет, лежит в больнице с возврата пятнадцати лет. Диагноз - депрессия, фаза третья - тяжёлая. Попытки самоубийства. Продвижений в лечении нет. Последний врач был, когда пациенту было семнадцать. Его два года никто не лечил? Это как? Причина депрессии - постепенное разрушение семьи, развод родителей, ссора с братьями, смерть бабушки, смерть отца, самоубийство матери, убийство младшего брата, самоубийство старшего брата. Какой ужас. А когда это произошло, ему только пятнадцать было. Как тут в депрессию не впасть. Одно из добавлений - с шестнадцати лет не говорит. Мда, полный набор. Ну, я и не думала что будет легко. Надо подготовиться. Я взяла все свои учебники и справочники и начала читать.

***

Подъем в пять утра. Что может быть хуже? Поев и сходив в душ, я взяв все важные вещи, отправилась в главный корпус. Поприветствовав всех по дороге, я пошла к охраннику, чтобы взять ключ от нужной палаты. Взяв его, я уже подошла к нужной палате, но ко мне подошёл Чан. - Доброе утро, Инроун. - Доброе утро, Чан. - Готова к работе? - Готова. Было видно, что Чан хотел что-то сказать, но не знал как начать. - Чан - позвала я его. Он посмотрел мне а глаза - что вы хотели мне сказать? - Да, не зря бы психолог - сказал он и нервно посмеялся - понимаешь, имя человека, которого ты вытянула, не должно было быть там, он очень сложный пациент. С ним даже профессиональные врачи не справлялись. Может ты поменяешь..... - Нет - перебила я его. Чан остался стоять с открытым ртом и пытался понять, не ослышался ли он. - Ч-что ты с-сказала? - Что я не буду его менять. - Повторю, он очень сложный - настаивал Чан. - Я это поняла, но это же ещё лучше. Я знаю, что этот человек не подопытная крыса, а мой пациент и я сделаю все, чтобы вылечить его. - Упрямости тебе не занимать - выдохнул он и потер переносицу - ладно, только если возникнут какие-либо трудности, то сразу иди ко мне, поняла? - Да. - Удачи тебе. - Спасибо. Перед тем, как зайти в палату, я вставила ключ в скважину. Открыв дверь и зайдя в палату, мои мысли подтвердились. Палаты - это просто продолжение коридора. Такие же мрачные и пугающие. В палате стоял не большой стол и кресло возле него. Окна выходящие на засохший сад, были заколочены железными решетками. Как тут вторую депрессию не словить? В центре палаты стояла кровать, на решетке которой висела таблица с диагнозом. Когда я посмотрела на нее, увидела что на ней спит парень. У него были длинные, давно не стриженные волосы черного цвета, а на запястьях, выглядывающих из-под одеяла, были наложены свежие бинты. -"Попытки самоубийства. Бедолага. Столько всего на нег свалилось". Я подошла ближе к кровати и легонько дотронулась до плеча парня. Даже от такого касания, парень резко открыл глаза и подскочил, приняв сидячее положение. Его лисьи глаза уставились на меня. Он громко и тяжело дышал, как будто сейчас у него случится паническая атака. - Тихо, тихо - я начала его успокаивать - я твой лечащий врач. После этой фразы, глаза Чонина потускнели и он обратно лег на кровать, всем видом показывая, что не хочет меня слушать. Я ожидала этого. - Чонин, я твой лечащий врач Хан Инроун. Я буду лечить тебя, а для этого ты должен слушать меня и делать то, что я говорю - парню было абсолютно все равно на мои слова. Он продолжал лежать, а взгляд его был устремлён в окно. Он меня вообще не слушал - Чонин, я знаю, что ты в депрессии, но если ты будешь лежать и не попытаешься вывести себя из этого состояния, то тебе даже врачебная помощь не поможет. Ты должен сам захотеть этого - пока я говорила свою речь, Чонин успел повернуться спиной ко мне, показывая, что разговор окончен. Вот тебе и сложный пациент. Так, всё-таки помощь Чана не помешает. Я вышла из палаты и пошла к Чану. Придя, я постучала и после короткого "Войдите", зашла в кабинет. - О, Инроун, что-то случилось? - Чан сидел за рабочим столом среди кучи бумаг и что-то подписывал. - Вы как лечили Чонина? В истории болезни не было написано об этом. Чан глубоко вздохнул и поднялся с кресла. Он прошел к шкафу, выдвинул полку и поискал там что-то. Он достал ещё одну папку и протянул ее мне. Я взяла ее и открыла ее. - Ян Чонин - пятнадцать лет. Диагноз - депрессия, фаза первая - лёгкая - прочитала я - этой истории четыре года? - Он тогда только поступил. Мы думали, что на его лечение понадобится не больше года, максимум полтора. Да, история тяжёлая, но как говорится, и не таких поднимали. Только тут оказалось все сложнее. Пока мы думали какие антидепрессанты ему дать, мы не заметили как его состояние стало хуже. Он полностью ушел в себя, стал мало говорить и потом перестал выходить из своей палаты на прогулки. Когда курс его лечения был полностью составлен, мы снова заострили на нем внимание. Тогда нам стало понятно, ему это уже не поможет. - И что делать теперь? Он тут лежит уже почти пять лет! - Вот в этом и проблема. Мне кажется, что он привык к такой жизни. В его палате всегда убираются, еда вкусная и всегда по расписанию, ничего нового и странного не происходит. - А попытки самоубийства? - У него случается это иногда. В последний раз это было не так давно. Где-то неделю назад. Естественно, причину мы на сто процентов не знаем, он не говорит. Он даже не улыбался с того момента, как к нам поступил. - Поняла - я задумалась и сморщила лоб, уставившись в пол. - Что делать будешь? - Есть мощные антидепрессанты? - вскинула голову я и посмотрела на Чана. - Не думаю, что это хорошая идея - скептически отнёсся он. - А что вы предлагаете? Ждать когда у него получится вскрыться? - вскрикнула я. Чан сжал челюсти, что аж скулы стали чётче. Он смотрел на меня почерневшими глазами, пока в его голове со скоростью света летали мысли. Потом он закрыл глаза и протяжно выдохнул. Он открыл глаза и посмотрел в мои. - Ты уверенна, что в его ситуации помогут только таблетки, к тому же очень сильные? - Нужно попробовать. Я дам им неделю, если результата не будет, то отменю их. Чан отвернулся и подошёл к окну. Он думал, а что если и правда получится? Всё-таки парню всего девятнадцать. Ему ещё жить и жить. - Хорошо - дал ответ Чан - только смотри, что бы к его психологическим проблемам не прибавились и сердечные. - Хорошо. - И, Инроун. - Да? - Давай на ты, так легче будет. - Без проблем. Обговорив, какое лекарство надо, я поблагодарила его и пошла в кладовую, чтобы найти таблетки.

***

Я шла обратно в палату, держа в руке сильный антидепрессант. - "Лишь бы не возникло проблем" - молилась я. Я вошла в палату. Чонин все ещё лежал в кровати. Казалось, он даже положение не сменил. Я подошла к небольшому столику и начала подготавливать таблетки. Лекарство очень сильное поэтому его нужно давать по половинке. Поделив таблетку и налив в стакан воду, я подошла к парню. Поставив все на прикроватную тумбу, я положила ладонь на его плечо и слегка потрясла. Чонин открыл глаза и посмотрел на меня одним взглядом говоря: "Да когда ж ты свалишь от сюда!" - Тебе надо выпить таблетку - проинструктировала я. Взгляд Чонина перешёл на тумбу, где стоял стакан воды и таблетка. Вернув взгляд на меня, он просто лег обратно. - "Молитвы не были услышаны". - Чонин, тебе надо выпить эту таблетку - попыталась достучаться до парня я. Опять этот игнор. Ладно, не хочешь по хорошему, будет по плохому - я сейчас позову санитаров и они принесут суда смирительную рубашку. Они прикрепят тебя к кровати цепями и тогда ты точно выпьешь эту таблетку - да, я поступила плохо, но что оставалось делать? Чонин громко вздохнул, поднялся в сидячее положение, кинул на меня мимолётный взгляд полный ненависти, взял стакан и таблетку и выпил ее. Поставив стакан обратно, он опять лег. - "Ага, щас. Так легко ты не отделаешься". - Нет, Чонин. По плану у нас прогулка - воодушевленно сказала я. Чонин посмотрел на меня и как бы взглядом спрашивая: "Ты сейчас серьезно?", но не увидя в моих глазах ни намека на шутку, много страдальчески вздохнул. - Давай, поднимайся - подбадривала его я - как давно ты был на улице? Сейчас к тому же, сейчас конец марта, скоро погода наладится, будет красиво. На последней фразе, Чонин посмотрел на меня как на дуру. Какую чушь я несу? Красиво? В психиатрической больнице? Серьезно? Мда, пять с плюсом Инроун. - Давай давай. Чонин очень медленно поднимался с кровати, будто надеясь, что из-за его медлительности мы не пойдем на улицу. Но его действия никак не помогали ему и ему пришлось смириться.

***

Спустя только пятнадцать минут, мы вышли в главный Хол. Тут была регистратура, помещение с всякими химическими штуками для уборки. В целом, ничего интересного тут не было. Я неотрывно смотрела на парня. Чонин смотрел себе под ноги, ни разу не подняв взгляд. Его руки были в карманах медицинской пижамы и судя по всему, были сжаты в кулаки, если судить по поступившим венам. - "Может зря я его повела на улицу?".

***

Мы отошли от входа в больницу и прошлись по саду, хотя его трудно было таковым назвать. Мы сели на скамейку прямо на против засохшей сакуры. Чонин даже сидя смотрел только на свою обувь. Мне надо вывести его на эмоции. Любые, хотя, конечно лучше хорошие. - А ты никогда не думал, как выглядела эта сакура, до того как она засохла? - спросила я. Чонин просто кивнул головой в знак отказа. Я не собираюсь сдаваться! - А я вот думаю. Мне интересно, какая именно эта сакура. Может белая? Или всё-таки розовая? Как она пахнет при цветении? Говоря все это, я смотрела только на когда-то красивое дерево. Оглянувшись на парня, я словила его взгляд. Он внимательно смотрел на меня, не моргая. Его лисьи глаза казалось, читали меня насквозь. Но это продлилось недолго. Так же быстро отведя взгляд, он снова смотрел только под ноги. - "Ну, он хотя бы смотрел, это уже какой-то плюс". -Ладно, пошли обратно. Я встала и пошла ко входу. Обернулась посмотреть на Чонина. Встав, он подошёл к сакуре и посмотрел на самую ее вершину. Потом как ни в чем не бывало, пошел в больницу. Пройдя мимо меня, он даже взгляда не кинул. Не то что бы мне было обидно, просто если так будет и Дальше, то я тут точно не задержусь.

***

Уже идя по холлу, мы наткнулись на Чана. Он увидел нас и пошел к нам. - Здравствуй, Чонин - поздоровался он. Чонин ему просто кивнул - ты вышел на улицу? Вот это да! - Чан был действительно восхищён - ты не выходил на улицу с семнадцати лет. Доктор Хан творит чудеса - он мило улыбнулся. Чонин покраснел от таких слов и даже не кивнув на прощание, быстро ушел прочь. Когда он скрылся из виду, я спросила: - Он все это время был только в палате? Чан посмотрел на меня и его взгляд погрустнел. - Да, в семнадцать он последний раз вышел на улицу. После отказывался. - Но почему со мной согласился? - я задавала вопрос не ему, а скорее себе. - Не знаю. Он для нас всех загадка. Это точно. Но меня волновал один вопрос. - Чан, а Чонина вообще как-то лечили? Может какие-то таблетки ему успели дать? Чан сморщил лоб, пытаясь вспомнить. - Да, по протоколу ему давали лёгкие таблетки для успокоения нервной системы. - Ага, понятно. - Инроун, он проявил эмоцию - восхищённо воскликнул он. - Какую? - Он засмущался! А ведь действительно. Чонин сбежал с покрасневшими щеками! Он выразил эмоцию. - По твоему лицу видно, что ты тоже рада - улыбаясь, сказал Чан. - Конечно! Ещё бы тут не радоваться! Это эмоция! Пусть мимолётная, но эмоция! Значит, ещё не всё потеряно! Ладно, я побежала. - Ага, удачи! Я помахала ему и пошла обратно в палату.

***

Уже в плате, я смотрела на Чонина, который опять лег на кровать и двигаться кажется не собирается. - "Таблетки принял, на улицу сходил, эмоцию проявил. Можно ли назвать это прогрессом? Если только маленьким. Нужно как-то взбодрить его. Хоть как-то и на чуть-чуть. А если попробовать играть с ним?" - Я сейчас вернусь. Не посмотрев на парня, я пошла к Чану, уточнить некоторые вопросы.

***

Постучав в дверь, я зашла в ординаторскую. Чан сидел за столом и разговаривал с кем-то по телефону. Он поднял руку и жестом сказал мне пока молчать. Когда он положил трубку, он посмотрел на меня и стал ждать, когда я скажу цель визита. - Начну с обычного. Депрессия лечится медикаментозно и с помощью психологических методов. Медикамент Чонину уже дан, но я хочу попробовать ещё один прием. - Психологический? - Да. Если попробовать подступиться к нему через игру правда или действие? - А ты уверена, что он будет отвечать? - "Насмехается?" - Понятное дело, что он будет выбирать только действие, ведь в его положении, действие выполнить легче. - А с чего ты взяла, что он будет их выполнять? - Он вышел на улицу, ведь понял, что я от него не отстану. Чан скептически посмотрел на меня и в голове начал обдумывать предложение. - "С одной стороны это интересное предложение, но с другой. Чонин уже отвык от такого и навряд ли ему будет комфортно. Но если попробовать вывести его из зоны комфорта?" - Ну попробуй. Только если не получится, заранее придумай другой вариант. - Хорошо. Ну тогда я пошла. - Удачи. Я помахала ему и вышла. Возможно, это будет не плохой вариант.

***

Вернувшись в палату, я опять застала Чонина, мирно лежащего на кровати, по горло завернутого в одеяло. Я подошла к кровати и сдёрнула с него одеяло. Чонин резко подорвался и посмотрел на меня испепеляющим взглядом. Я отбросила одеяла на пол и перевала взгляд на парня. - Будем выводить тебя на действия - громко, с энтузиазмом проговорила я. Взгляд Чонина надо было видеть. Глядя на него, можно было подумать, что его пытали самыми страшными способами. Хотя, наверное для него это и вправду были пытки. - Не смотри на меня так. Надо значит надо. Чонин посмотрел исподлобья на меня. Надеюсь, что такой взгляд, я больше никогда не увижу. - Будем играть с тобой в игру. Я села на край его кровати. Парень принял более удобное положение и посмотрел мне в глаза. Встретив его взгляд, мне показалось, что там что-то появилось, когда речь зашла про игры. Возможно, я на верном пути. - Игра такая. Ты ее сто процентов знаешь. Я держала интригу до конца и в его глазах действительно появилась новая эмоция. Заинтересованность. -Мы будем играть в правду или действие. Так, плюс ещё одна эмоция. Непонимание. Чонин посмотрел в окно. - "А если попытаться выпрыгнуть при ней, она от меня отстанет? Хотя там решетки, а из-за них не получится". - Рассказываю правила. Каждый день, я буду задавать тебе вопрос, правда или действие. Ты выберешь. Исходя из твоего выбора, я буду задавать тебе либо вопрос, либо действие. Только несмотря какое это действие или вопрос, ты обязан его выполнить. Чонин мимолётно кивнул. - Начнем сейчас. Правда или же действие? Парень поднял руку и показал цифру два. - Действие, прекрасно. Сними бинты с запястий. Чонин встал, подошёл к тумбочке. Открыть ее он не мог, вещь она была закрыта на ключ, который дали мне. После первых попыток суицида, ему сюда принесли тумбу с замком, чтобы он не положил туда бритву, нож или ножницы. Я встала рядом с ним, открыв ящик, увидела там медицинские ножницы. Взяв их в руки, Ян протянул мне руки. Срезав его бинты, я наткнулась на плачевную картину. Белых шрамов было так много, что казалось, их больше чем вен на его руках. Самые свежие опухли и покраснели. - Как давно тебе меняли повязку? Ждать, когда Чонин мне ответит? Или ждать, что он вообще ответит? Я очень наивная. - Поставим вопрос по-другому. Тебе вообще меняли повязку после того, как забинтовали? Отрицательный ответ и мой шок. Можно же занести инфекцию! Как можно быть такими безответственными? Убью санитаров. - В перевязочную - мой голос был железным. Когда я злюсь, он всегда такой. Чонин отрицательно покачал головой. - "Мне так хорошо было. Если бы мне и дальше не меняли повязку, то попала бы какая-нибудь инфекция и я бы умер. Я же только этого хочу". - Живо. Сказать, что Чонин был в шоке, ничего не сказать. После поступления сюда, с ним никто так не говорил. Это было в новинку.

***

Под моим страшным взглядом, Чонин пришел в перевязочную. Я посадила его на кушетку, а сама пошла брать бинты, перекись и мазь. Найдя все, я подошла обратно к парню. Когда я обрабатывала ему руку перекисью, он все пытался выдернуть руку, ведь очень щипало. Я начала дуть на ранки, чтобы боль быстрее прошла. Чонин застыл в одном положении и больше не дёргался. Потянувшись за мазью, мой взгляд упал на покрасневшего Чонина. - Тебе плохо? - я сразу забеспокоилась. Но Ян опять отрицательно покачал головой. Я протянула руку и потрогала его лоб. - Лоб тоже не горячий. И меня осенило. Он опять засмущался. - Ты засмущался, потому что я подула тебе на ранки - я улыбнулась. Хоть он и пережил столько горя, в душе он остаётся ребенком. Чонин стал ещё более красным, и отведя взгляд, начал пыхтеть себе под нос. Ну правда лис. Я громко засмеялась. Он посмотрел на меня взглядом полным возмущения, но от этого стало ещё смешнее. - Ты такой милый, когда пытаешься показать что сердишься - сквозь смех, сказала я. После моих слов, Ян замер и чуть приоткрыл рот от шока. - "Я милый?" Когда я успокоилась, я спросила: - Чего ты так смотришь? Тебя никто милым не называл? В Голове Яна начали проплывать воспоминания, от которых он пытался избавиться. - Чонин, ты такой милый лисенок - проговорила мама, обнимая его. - Толька наш лисёнок - сказал старший брат, и взяв его за щеку, легонько потянул. - Ена, милый ты мой, как ты мог упасть? - Слезы матери, шестилетний Чонин вытирал своей маленькой ладошкой. - Чонин? Ян отмер и почувствовал, как намокли его щеки. - "Я заплакал?" Ян дотронулся до своих щек и почувствовав влагу на пальцах, заплакал ещё сильнее. - "Я плачу? Я не забыл как это делается? Я разве не выплакал все слезы? Тогда почему их так много?" Ян закрыл лицо руками и пытался успокоиться, но голос мамы, делал все только хуже. - Чонин-а - на выдохе сказала я. Чонин-а. Слово отдалось в памяти. Так его всегда назвал отец. - Чонин-а, иди сюда. - Чонин-а, сейчас пойдем на рыбалку, я покажу тебе, как это делается. Слезы полились новым потоком. Я взяла парня за плечи и потянула на себя. Ян на автомате поднялся и я обняла его, скрепив руки у него на спине. Чонин прижал лицо к моему плечу и продолжил плакать, а мой халат превратился в хранителя его слез и боли. Я запустила в его волосы руку и начала перебирать пряди, пытаясь его расслабить. Давно я не видела таких слез. Мы простояли так ещё минут семь. Ян все плакал, а я гладила его по голове и спине. Всхлипы прекратились. Чонин отошёл от меня и опустил голову. - Сядь, я ещё не закончила с перевязкой. Перевязка. Мы пришли сюда за этим. Нанеся мазь и завязав бинт, я принесла парню стакан воды. Приняв его, он выпил залпом. - Пойдем в палату.

***

Придя в палату, я уложила Чонина, и накрыв его одеялом, подошла к окну. -"Я вывела его на эмоции, в этот раз даже не пытаясь. Его так расстроило слово милый. Что же творится в голове у этого человека?" Я подошла к кровати. Чонин лежал и не моргая смотрел в потолок. Его рука выглядывала из под одеяла. Я взяла его руку в свою. Он посмотрел на меня. Его глаза, как и все лицо, были красными. Я сжала его руку. - Ты сегодня хорошо потрудился. Молодец. Говоря все это, я смотрела на него с нежностью. Почему то мне захотелось уберечь этого человека от всех горестей жизни, ведь он и так повидал их слишком много. Чонин просто сжал мою руку в ответ. - На сегодня все. Отдыхай. Я вышла из палаты и закрыла дверь на ключ. Мне срочно нужно к Чану.

***

Я бежала в кабинет со всех ног. Я не постучалась, просто влетела. И очень зря, что не постучалась. Чан прижимал Минхо к стене и страстно целовал. - "Попала" - Кхм, кхм. Чан отлетел от Минхо, посмотрел на меня и сильно покраснел, собственно как и я сама. Да и Минхо от нас не отличался. - Извините что прерываю, но это по поводу Чонина - тихо произнесла я. - Кхм, что-то случилось? - Чан потирал шею и его взгляд перебегал от одного предмета в комнате к другому. - Он заплакал. Чан и Ли в шоке открыли рты и смотрели на меня. - Я не знаю почему, но это произошло, когда я назвала его милым. Чан и Минхо переглянулись. Они будто взглядами общались. - Есть предложение из-за чего это слово так расстроило его? - спросил Хо. - Есть. Возможно оно не расстроило его, а растрогало. Скорее всего, в прошлом, его такт называли близкие. - Вполне себе возможно. - А каким образом ты его милым назвала? - спросил Минхо, смотря на меня с хитрой ухмылкой. - "Вот кошак несносный!" - Ну, мы пошли ему бинты менять, и там все так закрутилось и я назвала его милым - я начала жестикулировать руками, а это признак волнения. - А подробнее - Минхо усмехнулся по кошачьи. - Минхо, хватит ее смущать - прервал его Бан. - Э, все по честному! Она смутила нас, мы смутили ее! - Я ж не знала, чем вы тут занимаетесь! - возразила я. - Так, стоп! - крикнул Чан - Инроун теперь знает о нас. Значит плохо скрывались, да. И к тому же, это я дверь не закрыл. - И извините, что не постучалась - я опустила голову. Мне правда было стыдно. - Да ладно - отмахнулся Чан. Минхо подошёл ко мне и обнял одной рукой. - Теперь ты знаешь о нас, так что у нас есть одна просьба. Никому не рассказывать. Это должно остаться между нами. - Естественно я никому не расскажу! - Ну вот и славно. Теперь иди в корпус проживания и отдыхай. Первый день всегда самый сложный. Я попрощалась с ними и пошла к себе.

***

День и в правду был насыщенный. Быстро переодевшись, я растянулась на кровати. - "Я так устала! Все оказалось сложнее, чем я думала. Но сдаваться я не собираюсь! Нужно придумать дальнейший план действий". Ещё на первом курсе, нас учили вести дневник, где можно записать наблюдения и варианты лечения пациентов. Это очень хороший совет. Я взяла из сумки небольшую записную книжку и начала писать. - Сегодня все прошло не очень хорошо, но и не очень плохо. Пациент проявил две эмоции. Смущение и грусть. Не самые лучшие, но это уже что-то. Ах, нет! Он проявил три! Ещё одна - заинтересованность! Он проявил ее, когда речь зашла об играх. Значит, к нему можно подступиться через игры. Значит будем действовать. А сейчас нужно идти в душ и ложиться спать. Я убрала книгу и пошла выполнять последние два пункта.

***

Сейчас только семь утра, а я уже стою возле двери в палату. Судя по записям, которые мне предоставили, Чонин вставал не раньше девяти, а то и десяти. Сейчас будет по другому. Я зашла в палату и закрыв дверь, подошла к кровати. Чонин мирно спал и смешно хмурил лоб и нос. Я поставила таблетки и стакан воды на тумбочку. Теперь осталось дело за малым. Разбудить Чонина. Мне хотелось проявлять к этому человеку только нежность. Но я какой никакой врач, а значит нежность иногда надо будет убирать. - Чонин, пора вставать - громко сказала я. Парень приоткрыл один глаз и посмотрел на меня. Он сладко зевнул и перевернулся на другой бок спиной ко мне. - Чонин, если ты не встанешь по хорошему, то будет по плохому - мда, попытка сделать мой голос более строгим, с треском провалилась. Чонин никак не отреагировал. Хорошо. Я сказала, что если он не встанет по хорошему, будет по плохому. Я взяла стакан воды, предназначенный для запития таблетки и вылила ему на лицо. Не полностью, ведь запивать же чем-то надо. Чонин подпрыгнул и начал тяжело дышать. Он перевел взгляд на меня и оскалился. - Не надо так на меня смотреть. Я сказала, что если не встанешь по хорошему, то будет так. Зато смотри сколько плюсов. Чонин посмотрел на меня и как бы говорил: "Назови хоть один плюс. А точно, не назовешь, ведь их нет!" - Сейчас мы пойдём в душ и там не будет очереди - я радостно хлопнула в ладоши. А Чонин побледнел - эй, ты чего? Чонин посмотрел на свои колени. - Чонин, я психолог, а не телепат - напомнила я - если хочешь что-то показать, покажи напрямую. Уши парня покрасили. Чонин рукой указал на свой пах. И все стало понятно. Я положила руку на его плечо и он посмотрел на меня. - Чонин, я врач, а мы существа бесполые и тебе нечего стесняться. Да и к тому же ванные комнаты в этой больнице делятся на буйных и спокойных пациентов. А ты спокойный, значит мое дело довести тебя до туда. А мыться ты будешь сам. У тебя же был врач, ты что, забыл? Чонин кивнул. Я сказала ему выпить таблетку, а сама пошла собирать вещи, которые он переоденет после душа.

***

Мы стояли в душевой. Я объясняла Яну как будем действовать. - Смотри, сейчас ты пойдешь и разденешься. Потом повесишь грязную одежду на вешалку и пойдешь мыться. Я сниму грязную одежду и повешу новую. Полотенце ты возьмёшь сейчас. Понятно? Чонин слабо кивнул. Было видно, что ему не комфортно, но что поделать. - Чонин - он поднял голову - я не буду видеть ниже твоего пояса, так стоят перегородки. Будет видно только твой торс. Чонин все ещё был напряжён, но уже не так сильно. Ян взял полотенце и пошел в душ. Он снял всю одежду и повесил на крючок. Ян включил кран и зашёл под теплые капли воды. Я подошла к вешалке и сняла старую одежду и повесила новую. Как там Чонин, я даже не смотрела. Не хочу смущать его ещё больше.

***

После душа, мы пошли в перевязочную. После того как повязки намокли, их нужно обязательно поменять. - Давай руки, посмотрим, заживают ли они. После того, как Ян протянул руки, я сняла старые повязки. - Не так хорошо, как хотелось бы, но лучше чем вчера. Раны глубокие, значит заживать будут долго. Я понимала, что Чонин и так это знал, но это все равно лучше, чем просто молчать. Ведь так?

***

С повязками закончили. Теперь пришло время продолжать нашу терапию. - Сейчас мы опять пойдем гулять - я улыбнулась, а вот Чонин состроил такое лицо, что казалось, что ему дали самое мерзкое лекарство, которое только существует - давай, давай. Тебе полезно выходить на улицу.

***

Выйдя на улицу, мы пошли в лес, который был недалеко от больницы. Я взяла орешки, потому что услышала, что тут могут быть белочки. Сейчас конец марта, хотя бы в лесу красиво. - Види себя тихо и возможно мы сможем увидеть белочек. Я посмотрела на парня, а он на меня с шоком на лицо. Нужно идти до конца. - У меня ещё орехи есть, сможем их покормить. Лицо Чонина надо было видеть. Он резко сосредоточился и начал оглядываться по сторонам. - Ищешь их? Чонин быстро кивнул и приставил палец к губам, показывая мне не шуметь. Я же показала, как будто закрываю пот на ключ и выкидываю его.

***

Мы все ходили и ходили, но белочек так и не нашли. Чонин погрустнел и опустил голову. Так и хотелось подойти к нему и обнять. Но вдруг, я услышала как шелестят листья. Я посмотрела в сторону шума и увидела как недалеко от нас сидит маленькая белочка. - Чонин - тихо, почти шепотом произнесла я - медленно иди ко мне. Чонин подошёл ко мне. Я указала на маленького зверька. Он сидел и смотрел на тех, кто потревожил его покой. Парень заметил его и приоткрыл рот. - Дай руку. Ян протянул мне руку и я положила туда один орешек. - Теперь присядь и вытяни руку, чтобы она увидела. Чонин присел и вытянул руку. Белочка склонила голову и потихоньку начала приближаться. - Не двигайся, а то уйдет. Ян даже дыхание задержал. Белочка подбежала к нему и одну лапку положила на его руку. Она понюхала, что лежало у него на ладони. Поняв, что это орех, она быстро взяла его, и засунув в рот, убежала. Ян все ещё сидел на подвижно. - Отомри - сказала я. Чонин начал быстро моргать и потом на его лице появилась глупая улыбка. Я сделала все правильно. Смотря на него, я тоже начала улыбаться. - Чонин, понравилось? Ян посмотрел на меня и быстро закивал. - Я рада. Хочешь, ещё погуляем, вдруг ещё найдем? Естественно он согласился.

***

Мы гуляли ещё где-то час. Нашли ещё четыре белочки и тоже их накормили. Такого восторга в глазах, я ещё не видела. Мы пришли к старой сакуре и сели на скамейку. - Да, эта сакура действительно ужасна. Ян смотрел на дерево и пытался разглядеть в ней что-то. - Хоть я уже это говорила, скажу ещё раз. Мне так интересно узнать какой была это сакура. Я очень люблю эти деревья. - "Если я разоткровеньючусь, он пойдет на ещё больший контакт?" - Знаешь, когда я была маленькой, у нас во дворе росла розовая сакура. Она была такой красивой. Я всегда ждала весну только для того, чтобы ещё раз увидеть ее цветение. Рассказывая все это, я не заметила, как начала улыбаться. В мою щеку ткнулся палец. Я вздрогнула и посмотрела на Чонина. Он сидел с вытянутой рукой и указательным пальцем тыкал в мою ямочку на щеке. Поняв, что я смотрю прямо на него, он покраснел и отвернул руку. - Я заметила что у тебя тоже есть ямочка на щеке - улыбаясь, сказала я. Ян скосил лицо так, чтобы была видна ямочка. Я тоже ткнула туда. У Яна чуть покраснели уши. - Чонин, правда или действие? Опять жест. И опять действие. - Будем стричь волосы! - воодушевленно сказала я. У Яна вытянулось лицо. Он смотрел с шоком. - У тебя сейчас очень длинные волосы. Почти по плечи. Ничего не будет, если мы их чуть укоротим. Яну ничего не оставалось, кроме как согласиться.

***

Стричься мы решили в корпусе проживания, а именно в моей комнате. У каждого была отдельная ванная комната и туалет. Так что стричься там - оптимальный вариант. Я принесла в ванную стул и посадила на него Чонина. Накрыла его какой-то старой шторой что-ли, расчесала его и приблизительно думала, сколько отрезать. Помыв его голову, я посадила его обратно и принялась стричь. Отрезая сантиметр за сантиметром, я замечала, как лицо Чонина открывалось и становилось ещё красивее. - "Почему у меня такие мысли? Он мой пациент. Все, на этом точка!" Закончив с самой стрижкой, я принялась сушить волосы и пытаться их уложить. Чонин кажется заснул. Хотя, как можно заснуть под шум фена? Надо будет потом научиться. Когда все было готово, я разбудила парня. - Я все. Смотри. Ян встал, размял затёкшие конечности, и посмотрев в зеркало, открыл рот от удивления. Он запустил руку в волосы и начал щупать их. Я смотрела на это все и улыбалась. Его так легко удивить. Как будто и не было той пятилетней депрессии. Его чувства можно увидеть невооружённым глазом. Или он со мной такой? Потом с Чаном поговорю. Когда шок Яна прошел, он повернулся ко мне и поклонился. - Не стоит. Мне даже понравилось это делать. Вдруг, возьму и от числюсь из меда. Стану тогда парикмахершей - я естественно говорила это шутя, но когда речь зашла про отчисление, Чонин погрустнел и начал смотреть на меня грустными глазами - ты чего? Ян опустил голову так, чтобы его лица не было видно, но так как длина волос стала короче, то какой-то процент лица, все равно был виден. Его что-то расстроило, но думать что я, не очень хочется. Но что больше всего ввело меня в смятение, это когда у Чонина начали трястись плечи. Я подлетела к нему и подняла его лицо. Оно было красным и все в слезах. - Ну чего ты - я притянула его за плечи и обняла. Он уткнулся в мое плечо и продолжил плакать - ты так расстроился после моих слов об отчислении? - Ян кивнул. Моё сердце ёкнуло - ты подумал, что я тебя брошу? - опять кивок. Как я, за такое короткое время, сумела привязать к себе человека? Который не привязывался ни к кому. И он плачет. Если в прошлый раз он плакал из-за больных воспоминаний, то сейчас из-за моих слов и страха, что я его брошу. Это очень странно. Хотя, люди, которые теряли своих близких, и правда быстро привязываются, но что б за два дня - я же пошутила. Я ни за что тебя не брошу. Дурачок. А Ян все плакал и плакал. Я в принципе не люблю, когда люди плачут. Не из-за того, что я без чувственная, а потому что у меня самой сердце кровью обливается. А когда речь заходит про плач детей, то там вообще отдельная история. А Чонин, хоть по законам Кореи, уже совершеннолетний, но в душе, все ещё ребенок, который хочет ласки. И я дам ее, пока я здесь. - Тише, тише. Все хорошо. Я буду рядом - сказать, что мне самой стало грустно, ничего не сказать. И эта фраза. Я буду рядом. Через два месяца наша практика закончится и Чонина я больше не увижу, как и он меня. Если он сейчас так реагирует только на слова о моем уходе, то что будет через два месяца, когда я реально уйду? Пока что, лучше об этом не думать. Чонин стал успокаиваться. Он все ещё шмыгал носом, но плакать перестал. - Все, успокоился? - я положила руки на его плечи и надавила на них, чтобы видеть его лицо. Ян кивнул и все ещё шмыгая, пытался улыбнуться. Я положила ладони на его мокрые щеки и большим пальцем начала стирать мокрые дорожки слез - что бы больше из-за меня не плакал! - пригрозила я, но взгляд мой все ещё был нежен - теперь иди умойся, а я пока подмету. Я пошла за веником и совком, а Чонин подошёл к раковине. Когда он умылся, парень вышел из комнаты и оставил меня одну, наедине со своими мыслями. - "Вот тебе и открылся. Я не хотела, чтобы он привязывался ко мне. Я то быстро про него забуду, у меня таких как он, ещё сотен штук будет. Если к каждому пациенту привязываться, то так сам в психушку ляжешь. Надо что-то делать. Но он пошел на поправку, в каком-то смысле. И как быть? Наверное, Чану говорить об этом лучше не стоит. Не хочется ещё потом по шапке получить".

***

Закончив, я вышла из ванной и вошла в главную комнату. Чонин сидел на моей кровати и завис, глядя в одну точку. Я подошла к нему и положила руку на плечо. Он вздрогнул, видимо не слушал как я подошла. Он уставился на меня своими лисьими глазами, которые, казалось, видели меня на сквозь. - Тебе очень идёт новая прическа. Ян опять пытался выдавить из себя подобие улыбки, но получилось очень плохо. Было похоже на какой-то звериный оскал. - Ты уже пытаешься улыбаться, молодец - с улыбкой, похвалила его я - ладно, пошли пока нас не потеряли.

***

От корпуса отдыха до главного корпуса, пешком идти минут тридцать. И пока мы шли, я все пыталась понять, как до конца помочь Чонину. Но решив оставить это все на время перед сном, просто начала наслаждаться ранней весной.

***

Уже в палате, Ян лег на кровать и смотрел на меня. Я же смотрела в окно и наблюдала за огнями города. - От сюда он кажется таким маленьким - прошептала я. Я взглянула на парня через плечо. Ян приподнял голову и пытался с кровати увидеть, о чем я говорю. Но узнав, что он не жираф, встал с кровати и подошёл ко мне. Чонин взглянул в окно, но затем повернулся ко мне, выражая полное не понимание. - Я про город - объяснила я - от сюда он кажется таким маленьким. А если приехать в его центр, то он просто огромный. Чонин перевел взгляд обратно на город, который виднелся через верхушки деревьев. - "Почему стало так тоскливо?" - подумал про себя Чонин. Ян оторвался от окна и лег обратно. - Сейчас уже поздно, скоро отбой. Завтра подъем в это же время, так что, старайся поскорее заснуть. Я подошла к кровати и ещё раз осмотрев бинты на запястьях, вышла из палаты и закрыла дверь. И куда же я пошла? Естественно к Чану.

***

Запомнив свою прошлую оплошность, перед тем как зайти в кабинет, я постучалась. Услышав заветное "Войдите!", я вошла внутрь. Чан как обычно сидел за столом и читал какие-то бумаги. - Привет, Инроун - поздоровался он. - Привет. - У тебя такой пунктик, приходить ко мне каждый вечер? Смотри, Минхо узнает, покусает и меня и тебя. - Если он покусает тебя, то и тебе и ему это принесет удовольствие, так что не делай вид, что не хочешь этого - ухмыльнулась я. Взгляд Чана сначала передал его удивление, а потом начал бегать по комнате. Его смущение, выдавали его красные уши. - Не ты один умеешь подкалывать - гордо произнесла я - но я здесь не за этим. Я опять по поводу Чонина. - Да ты только из-за него и ходишь если честно. Почему все время советуешься? Почему сама не можешь? - Ну во-первых, ты его знаешь дольше чем я, так что тебе все равно лучше известно. Во-вторых, я буду лучше советоваться, чем сделаю все абы как. В-третьих, ты сам сказал, если что, спрашивать у тебя. Так что, твоя претензия не засчитана. - Извини, если обидел, просто, я думал, что если ты взяла такого сложного пациента. Даже нет. То, что ты не отказалась от него, я подумал, что у тебя есть четкий план действий - Говоря все это, он смотрел прямо мне в глаза, как бы пытаясь испугать меня, но зачем? - Если у вас не было определенного плана его лечения, то как может быть у меня? Я использую то, что когда-то слышала на парах, вот и все. И если тебе не нравится или не хочется отвечать мне на вопросы, или слушать меня, то сказал бы это в самом начале - я говорила это без обиды в голосе, но так, чтобы было понятно, что ещё какое-нибудь плохое слово в мой адрес, то я развернусь и уйду. Хотя, кому от этого хуже? Взгляд Чана поменялся и теперь, вместо того стального, был растерянный. - Кажется, я перегнул палку - вздохнул он - извини, не знаю, зачем это сделал. Говори, все что связано с Чонином, да и если хочешь просто поговорить, то приходи тоже. Мы с Минхо всегда тут сидим в два часа дня, приходи. Будем рады твоей компании. - Обязательно приму участие - уже улыбнувшись, ответила я. - Так, что там с Чонином? - Чан напомнил первоначальную цель визита. - А, точно - стукнула я себя по лбу - ты говорил, что Чонин не проявляет никакие эмоции, так? - Так. - Но почему, когда он со мной, все его эмоции может не заметить только слепой? Чан ничего не ответил, только задумался и сморщил лоб. - Какие эмоции он проявляет? Помимо того, что он вчера заплакал и позавчера засмущался. - Он и сегодня заплакал - лицо Чана вытянулось - ну, сегодня это были интерес - я начала загибать пальцы считая - радость, удивление, лёгкое смущение и в самом конце, печаль. Всего пять эмоций. Я посмотрела на Чана и мягко говоря, прифигела. Чан сидел с открытым ртом и смотрел на меня не моргая, глазами, которые стали похожи на крупные монетки. - Чего ты так смотришь? - не понимала я. - Ты сказала радость? - не веря, спросил Чан. - Да. Мы пошли кормить белочек и когда он покормил одну, он так ярко улыбался. Я думаю, что это никто иное, как радость. Даже наверное стоит дополнить. Это была самая настоящая детская радость. Чан снова задумался. Молчание затянулось ещё на несколько минут. - Знаешь - наконец подал голос Чан - это действительно странно, что только при тебе он так себя ведет. Это и хорошо и плохо одновременно. - И какой мне делать от сюда вывод? - спросила я вопрос, который волновал меня сейчас больше всего. Чан поднял взгляд на меня и сказал, глядя прямо мне в глаза. - Что он привязывается к тебе.

***

Утро следующего дня, прошло как и вчера. Я разбудила парня, отвела его в душ, сменила бинты, отметила, что раны начали заживать быстрее, и уже сидя в комнате, обдумывала следующие задание. Чонин сидел на кровати и от нечего делать, рассматривал свои руки. - Чонин - я посмотрела на парня, а он на меня - правда или действие? И все как обычно. Действие. - Ты в карты умеешь играть? Чонин отрицательно покачал головой. - Значит будем учить. Только чтобы его учить, нужно сначала найти сами карты. А у кого они есть? Конечно у охранника!

***

Уже с картами, я села на кровать перед Чонином и начала учить его. - Будем играть в дурака. Это не очень сложно. Смотри, всего у каждого на руках по семь карт. Никто кроме тебя твоих карт не видит. Сейчас я достану любую карту из колоды и какой знак будет на этой карте, те карты будут самыми сильными. Всего есть четыре знака или четыре масти. Пика, буби, черви и крести. Пика - это чёрное сердце. Буби - ромб. Черви - красное сердце. Крести - черный крест - я вытянула даму червей - дама черви. Теперь все карты черви могут побить карты других мастей. Но есть нюанс. Например восьмерка черви не может побить девятку черви, только семёрку и ниже. То есть, карту, которая по цифре выше чем твоя, ты побить не сможешь. Всего за один ход можно положить всего семь карт. Если ты отобьёшься, то это будет бита, если нет, то все карты ты забираешь себе. После каждого хода, ты добираешь карты, чтобы у тебя их было семь. Побеждает тот, у кого закончились все карты, именно когда закончилась колода. Понятно? Чонин уверенно кивнул. - Тогда, играем первую партию! Игра началась. Чонин действительно понял как играть и шел очень даже неплохо, но меня ему не победить! Я со своим дедом играла, меня никто не обыграет. Когда Ян обдумывал ход, то очень смешно хмурил брови. Анализируя каждую карту, каждый вариант развития событий, он выбирал чем походить. Да, иногда он ошибался, но после объяснения, он этих ошибок не повторял. В первой игре ожидаемо победила я, а вот во второй выиграл Чонин. - Воу, ты так хорошо играл для новичка! Это похвально. Ты быстро анализируешь карты, которые есть у тебя на руках. Ты раньше посещал кружек по шахматам? Ян кивнул. Тогда все ясно. Давно известный факт, что люди, которые играют в шахматы, очень развиты в плане анализов своих действий. Ведь от твоего хода в этой игре, зависит, выиграешь ты эту партию или нет. - Тогда, ты не растерял свои навыки. Я посмотрела на часы и увидела, что сейчас без шести минут два, а значит Чан и Минхо не заняты. - Я сейчас приду. Если получится, то у нас появится ещё больше игроков.

***

Я постучалась в кабинет и вошла. Чан и Минхо сидели на кожаном диване и о чем-то мирно беседовали. - О, Инроун, привет - поприветствовал ее Чан. - Здорова - кинул Минхо. - Привет. - Поговорить пришла? - Не совсем. - Так, что же? - Вы в карты умеете играть? Чан и Минхо переглянулись. Устремив взгляд на меня, Чан кивнул. - Не хотите сыграть со мной и Чонином?

***

Вернулась в палату я не одна. Когда Чонин увидел, кого именно я привела, он слегка прифигел. - "Главврач будет играть с нами в карты? Серьезно?" - Добрый день, Чонин - поприветствовал его Чан. Ян наклонил голову в знак приветствия. Точно так же он сделал и Минхо, когда тот с ним поздоровался - слышал, ты идёшь на поправку. Ян не поверил и с вопросом в глазах посмотрел на меня. - А ты сам не замечаешь этого? - спросила я - ты стал чаще улыбаться, проявлять эмоции, выходить на прогулки. Ты потихоньку вылечиваешься. Ян отвёл взгляд и завис. Он как-то даже не замечал этих изменений. А если он и вправду вылечится и сможет жить нормальной жизнью? От этой мысли становилось и приятно и страшно одновременно. Ведь у него никого нет, его никто не ждёт и идти ему некуда. Его поток мыслей прервал лёгкий удар по голове. Чонин повернул голову и посмотрел на меня. - Выныривай из своих мыслей и давай играть. Сейчас покажем доктору Бану и доктору Ли чему я тебя научила.

***

Мы играли уже пятую партию, ведь Минхо все никак не мог обыграть Чонина. Мы с Чаном последние две игры просто наблюдали и делали ставки, кто выиграет. - Да как так то! - возмущался Минхо - ты жульничаешь! Ну не можешь ты пять раз подряд победить! - Минхо выглядел как маленький ребенок, у которого забрали его любимую игрушку и никак не хотели отдавать. - Минхо, не уж то тебе так принципиальна эта победа - подтрунивал над ним Чан. - Естественно! Как сказала Инроун, он в первый раз играет. А я всю свою жизнь! Я не могу ему все проиграть! Нужно хоть раз выиграть, чтобы долг перед дедом закрыть. - Ты тоже с дедушкой учился играть - спросила я. - Естественно, я все махинации знаю благодаря ему - гордо сказал Минхо и сделал грудь колесом. - Не зазнавайся - ткнула его в живот я, так чтоб он подавился и умерил свой пыл - Чонина обыграть не можешь. Сначала обыграй, а потом уже хвастайся. На лице Минхо выразилось негодование. - Да я с ним в пол силы играл! Я поддавался ему! - Ну да, ну да. Охотно верим - смеясь сказал Чан. - И ты туда же! Ну и смейтесь! Больно надо вас слушать. - Да ладно тебе, мы же шутим. - Вот пришел бы сюда мой дед, так он бы вас натянул на глобус! - Тогда и моего можно позвать. Будет битва века. - Точно, и тогда уж точно все решиться. - Так, котяра, успокойся - сказал Чан. - Котяра! Да ты, собака сутулая, сам замолчи! - Я сказал тебе успокоиться, а не замолчать - напомнил Чан. - Это не меняет того, что ты псина сутулая! - Тогда ты кошак блохастый! Я начала смеяться ещё с самого начала их перепалки. Но и их перепалку и мой смех, кое-что заставило остановиться. Смех Чонина. Пока хриплый и тихий, едва уловимый, но такой детский, чистый. Мы втроём уставились на него с открытыми ртами. Никто не хотел прерывать этот исторический момент. Ян открыл глаза и смахнул с них слезы. Когда он вовсе переслал смеяться, то сжался под тремя взглядами. Никто из нас троих не мог и слова сказать после увиденного. Я встала со стула, который принес Чан и подошла к кровати. Ян посмотрел на меня, глазами полными непонимания. Я положила руки на его плечи и притянула для объятий. На меня сверху упал Минхо, а следом нас обнял ещё и Чан. Чонин сидел как вкопанный, но потом тоже обнял нас. Я чувствовала своей ладошкой, которая с плеча сдвинулась ему на шею, как часто бьётся его вена на шее. От волнения наверное. Когда мы отсранились друг от друга, мы посмотрели на парня, который все ещё не очень понимал, что произошло. - Ты не понял почему мы так отреагировали? Ян замотал головой. - Мы очень счастливы услышать твой смех - сказал Чан. Ян дотронулся до своего горла и ярко улыбнулся. Он посмотрел на меня, ярко улыбаясь, демонстрируя свои прекрасные лисьи глаза. - " Я могу смеяться".

***

Сегодня ночью в отделении дежурит Минхо. В основном, он сидел в кабинете, иногда выходя в туалет, слушая по рации, какие-то диалоги от охранников. Он бы уже почти уснул, если бы не громкое сообщение по рации. - Доктор Ли, пациент Ян буянит! Минхо не поверил своим ушам. Он подорвался и пулей вылетел из кабинета. То, что он увидел, придя на место, повергло его в шок. Плачущего Яна , который извивался и что-то пытался кричать, сдерживали двое охранников. Ли подошёл к нему и пытался с ним заговорить. - Чонин, тебе нужно успокоиться. Смотри мне в глаза - но Чонин не слушал. Он без звучно открывал рот, как рыба, будто что-то говоря - тихо! - крикнул он охранникам. - Инроун! И-инроун - тихо хрипел Ян. Минхо потерял дар речи. - Постарайтесь его удержать здесь, мне нужно срочно позвонить. Минхо отошёл в угол и достал рабочий телефон. Он набрал с начала номер Чана, сказав ему срочно придти, а потом Инроун. - Ало, Инроун! Срочно иди в больницу! Тут с Чонином беда!

***

Проснуться в три ч половиной ночи от звонка, что может быть прекраснее? Только голос орущего в трубку Минхо, говорящий ей быстро прийти в больницу, ведь с Чонином что-то не так. Стоп. С Чонином? Сон как рукой сняло. Я побежала в главный корпус в пижаме, с распущенными волосами, ведь сейчас мне было не до этого. Я забежала в главный корпус и побежала на нужный этаж. - Она точно придет? - спрашивал Чан. - Я ей чётко сказал, думаю она поняла - Минхо нервно грыз ноготь и смотрел по сторонам. Чонина все ещё сдерживали охранники. Успокоительное ему не кололи, ведь ждали прихода девушки. - Да где она! - Минхо! Что случилось с Чонином? Я подбежала к ним. Минхо нервно топал ногой, а вот Чан стоял и смотрел на Чонина. Судя по всему, он тоже прибежал сюда как можно быстрее, если судить по спальной одежде. - Инроун! - на весь этаж раздался хриплый крик. Я повернулась на голос и увидела заплаканного Чонина, который всеми силами пытался вырваться из рук охранников и у него это получилось. Ян побежал на меня. Я не видела и не слышала ничего, корме бегущего Чонина. - Держите его! - крикнул Минхо. Но они не успели. Ян подлетел ко мне и наклонившись, обнял меня, сильно дрожа всем телом, прижимая к себе как можно сильнее. Я закрыла его своими руками и начала шептать тихие слова. - Пойдем в палату. Там и посижу с тобой. Я думала взять Яна за руку, но он удивил меня, как и всех. Он поднял меня на руки и очень быстро понес в палату. Он поставил меня на ноги и сильно зарыдал. Я взяла его за руку, сев на кровать, облокотившись спиной на ее спинку, усадила Чонина себе на колени. Я придерживала его за плечи и за его талию. Я уложила его голову себе на плечо и стала слушать его громкий плач. - Тихо, Чонин, я с тобой. Рядом и никуда не уйду. В палату тихо зашли Чан и Минхо. Быстро подняв руку, я показала им жест, чтоб они уходили. Перед уходом, Минхо повернулся и тоже жестом показал, чтобы я позвонила. Я кивнула. Дверь палаты закрылась. Не знаю сколько мы так ещё просидели, но точно могу сказать, что эту ночь я запомню на всю жизнь. Чонин уже успокоился и мирно то ли сидел, то ли лежал у меня на коленях, выводя пальцем какой-то узор на моей футболке. - Чонин - тихо прошептала я. Ян поднял на меня взгляд красных глаз - давай спать. Ян встал с меня и следом я. Он Лег под одеяло и смотрел на меня, своим чутким взглядом. - Спокойной ночи. Я повернулась спиной к кровати, чтобы уйти, но тут, резко мою руку схватили и потянули обратно. - Останься со мной - прохрипел Чонин. Я открыла рот в удивлении. Я поняла, что он теперь может разговаривать, но чтобы так хорошо. Вот это действительно удивило. - Чонин, я правда не могу. Мне очень жаль. Засыпай скорее и наступит новый день. И я снова буду рядом с тобой. Я вышла из палаты, скрепя сердцем. Я отписалась Минхо, что иду спать, и что все вопросы завтра. - "Что ни день, то приключение" - подумала я, но как только моя голова коснулась подушки, я сразу погрузилась в царство Морфея.

***

На следующий день, когда я пришла к Чонину в палату, я решила действовать более решительно. Мне нужно докопаться до корня его проблем. Я вошла в палату и когда я закрывала дверь, сзади на меня набросились с объятиями. Я застыла в шоке. - "В последнее время частое проявление тактильности. Можно ли подчеркнуть для себя это?" -Д-д-доброе утр-ро - заикаясь, проговорил Чонин, пока что сиплым голосом. Даже эти простые слова дались Чонину с трудом, хотя вчера он говорил лучше. Может на адреналине? - Доброе - тихо ответила я - как давно ты встал? - Г-где то д-два часа наз-зад. - Почему так рано? Раньше тебя вообще не поднять было. - Не з-знаю. - Пошли, тебе ещё нужно принять таблетку. Чонин отошёл от меня и я подошла к тумбочке. Достав из кармана банку с таблетками, я поставила ее на поверхность и поняла, что забыла взять стакан воды. - Чонин, сейчас вернусь. Мне нужно за водой сходить. Ян кивнул и я вышла из палаты. Оставив банку на тумбочке.

***

Чонин выпил таблетку и я решила ввести его речь на хороший уровень. Он не разговаривал почти три года, так что нужно вернуть его лингвистические способности. Идя в санитарную, я думала где взять книгу с простым текстом. И меня осенило. Со мной на одном потоке учился некий Хан Джисон. Над нами часто шутили из-за того, что у нас фамилии одинаковые. Так вот. Часть его группы отправили в детское отделение и логично предположить, что там могут быть детские книги. Я позвонила Хану и объяснив ситуацию, попросила несколько книжек. Он сказал, что сейчас у него как раз тихий час в отделении и что в скором времени он принесет мне их.

***

- Инроун! - крикнул, бегущий ко мне Хан - привет - после бега он пытался восстановить дыхание. - Привет - усмехнулась я - ты зачем бежал то? Я могла и подождать. - Зачем мне заставлять ждать, если можно все сделать по быстрому? - Хан выдохнул и протянул мне пакет - вот, тут четыре книги. Они достаточно простые по содержанию, но и не для дошкольников. Мне кажется, что в твоей ситуации - самый раз. Я взяла пакет, протянутый Ханом. - Спасибо тебе большое. Если тебе нужно будет что-нибудь, то звони. - Всегда пожалуйста. И тебе взаимно - он подмигнул мне и ушел. - "Надеюсь, все пройдет гладко".

***

Зайдя в палату, я увидела Чонина, сидящего на подоконнике и смотрящего на ели виднеющийся город. - Чонин, слезай давай оттуда. Сейчас будем заниматься. Чонин посмотрел на меня своими лисьими, проницательными глазами. Я села на кровать и похлопала по ней, как бы подзывая его. Ян встал с подоконника и сел подле меня. Я достала одну книгу из пакета. Ей была "Маленький принц". Ян посмотрел на предмет в моих руках, а потом на меня. - Я б-б-буду ч-читать? - он смотрел мне в глаза, ища в них намек на шутку. - Да. Твой речевой аппарат сейчас поврежден и не стабилен. Тебе нужна практика, чтобы говорить не заикаясь. - А ес-сли мне и т-так нр-р-авится? - Мне так не нравится - твердо сказала я - я хочу, чтобы ты вышел отсюда полностью здоровым. И если для этого нужно будет заставлять тебя читать, я сделаю все для этого и не одна твоя попытка пропустить эту фазу, не будет сработана. Ты меня понял? Чонин закрыл рот и быстро закивал. - Вот и славно. - Но я б-б-буду очень мед-дленно ч-читать - парень поник и опустил голову. - Эй, послушай меня - я положила руку ему на плечо - ты сейчас находишься на реабилитации и это абсолютно нормально, что у тебя сейчас будет получаться что-то медленнее, чем у других людей. Так что не переживай. А ещё, давай сделаем так. Одну страницу ты, одну страницу я. Первую могу прочитать я. - Эта идея м-мне б-больше нр-равится - улыбнулся он. - Ложись, а я сяду на стул. Я уже была готова встать, как парень взял меня за руку и удержал в этом положении. - Ляг р-р-ядом со м-мной, п-пож-жалуйста. Я вздохнула. Это конечно очень чудесно, что он проявляет знаки внимания, но сейчас это не к месту. Но делать нечего. - Хорошо. Чонин лег на подушку, а я села рядом, облокотившись спиной на спинку кровати. Я открыла книгу и начала читать. - Когда мне было шесть лет, в книге под названием "Правдивые истории", где рассказывалось про девственные леса, я увидел однажды удивительную картинку. На картинке огромная змея - удав - глотала хищного зверя. В книге говорилось: "Удав заглатывает свою жертву целиком, не жуя. После этого он уже не может шевельнуться и спит полгода подряд, пока не переварит пищу". Я много раздумывал о полной приключений жизни джунглей и тоже нарисовал цветным карандашом свою первую картинку. Это был мой рисунок № 1. Я показал мое творение взрослым и спросил, не страшно ли им. - Разве шляпа страшная? - возразили мне. А это была совсем не шляпа. Это был удав, который проглотил слона. Тогда я нарисовал удава изнутри, чтобы взрослым было понятнее. Им ведь всегда нужно все объяснять. Взрослые посоветовали мне не рисовать змей ни снаружи, ни изнутри, а побольше интересоваться географией, историей, арифметикой и правописанием. Вот как случилось, что с шести лет я отказался от блестящей карьеры художника. Потерпев неудачу с рисунками № 1 и № 2, я утратил веру в себя. Взрослые никогда ничего не понимают сами, а для детей очень утомительно без конца им все объяснять и растолковывать. Я остановилась. Эти строки не раз заставили меня задуматься над их смыслом. И при каждом прочтении, он как будто менялся. - Что ты думаешь по поводу этих строк? - спросила я у Чонина. Ян посмотрел на меня и погрузился в свои мысли. - Н-наверное, Ч-что взр-рослые г-губят таланты своих д-д-детей? Н-не понимают их или же не п-пытаются понять их. У взр-рослых все оч-чень слож-ж-жно. У них всегда есть к-какие - нибудь дела. И из-з-за этих дел, они перестают мечтать. - "Мысль интересная и полностью соответствует смыслу данного произведения. Но что-то не даёт мне покоя". - А ещё что-нибудь? - Ну, воз-з-зможно, что л-люди в-видят то, что они х-хотят видеть? - Ты имеешь ввиду, что мальчик хотел видеть слона, которого съел удав, а взрослые хотели видеть шляпу? - Д-да. И это д-достаточно логично. Л-люди об-бычно видят то, что х-хотят именно они. В-возможно, ав-втор имел ввиду именно это? - Возможно. И мне нравится Ход твоих мыслей. Они очень глубокие если зарыться в них поглубже. Ян уже хотел снова закрыть глаза, как я сказала следующее: - Страница закончилась, теперь ты читаешь - я посмотрела на парня с усмешкой. Его лицо было таким красноречивым. Вот уж у кого реально лицо с субтитрами - давай, Давай. У нас договор был - подталкивала его я. Ян закатил глаза и со вздохом приподнялся на локтях и принял такое же положение, как и я. Я вручила ему книгу и приготовилась слушать. Чонин смотрел на книгу, как на врага. Скорее всего не потому, что он не любил читать, а потому, что сейчас у него это плохо получалось. Но если он не будет пытаться, то и наладить речь не сможет. Ему просто придётся смириться. Ян прокашлявшись, начал читать. - Итак, мне пр-ришлось выбирать д-д-другую профессию, и я выучился на летчика. Об-б-блетел я чуть ли не весь свет. И геогр-р-рафия, по правде с-с-сказать, мне очень пригод-дилась. Я умел с первого взг-г-гляда отличить Китай от Ар-ризоны. Это очень полез-зно, если ночью соб-бьешься с пути - дочитав до конца абзаца, Чонин остановился и положил книгу на колени, поднес руки к щекам и начал разминать их - у меня т-т-теперь челюсть б-болит - пожаловался парень. - Значит будем чаще читать, чтобы перестали - ответила я. - А есть д-д-другой способ? - Нет. Только чтение тебе поможет. Так что, улыбайся и терпи. Ян состроил милую моську и посмотрел на меня. - Давай читай! Ты ещё даже до середины не дошел. Ян заныл, но продолжил читать.

***

Прошло три недели. Я больше не играла с Чонином в игру, иногда только в карты и то, в последнее время очень редко. Ян заметно шел на поправку. Можно сказать, что от депрессии не осталось и следа. Его речь стала лучше, он уже почти не заикался. Почитать мы продолжаем и делаем это каждый день. Все шло как нельзя лучше. Но было одно но. Привязанность Чонина ко мне росла с каждым днём и это напрягало. Программа должна закончиться через месяц, или если быть точным, то через три недели с половиной. Время ещё есть и от этого ещё хуже. За месяц он уже был привязан ко мне, а что будет ещё через месяц. С Чаном и Минхо мы тоже стали реже общаться. У парней сейчас свои дела. Книги, которые принес Хан, я уже давно отдала ему и больше мы не общались. Мои дни в этой больнице в последнее время стали очень однотипными. Но, наверное это к лучшему.

***

Сегодня утром мне написал Чан с просьбой зайти к нему. - "Странно. Что-то случилось?" Я постучалась и вошла. В кабинете сидел он и Минхо. Чан как обычно сидел за столом, а Минхо на диване. Выражение их лиц было очень странным. У Чана лицо было каким-то напряжённым, а лицо Минхо вообще не передавали никаких эмоций. Чан посмотрел на меня. - Доброе утро, Инроун - поздоровался Чан. - Доброе. Минхо лишь кивнул в знак приветствия. Меня напрягала атмосфера в кабинете. Ее аура прям давила на плечи и становилось не уютно. - Что-то случилось? Чан устало вздохнул и потер переносицу. - Да, случилось - я напрягалась как оголённый провод - это не то что бы плохое, но нас это немного пугает - Чан скрестил руки в замок и посмотрел перед собой. - Чан, не томи уже - подал голос Минхо - это же хорошая новость! - Она хорошая на семьдесят пять процентов из ста! - выкрикнул Чан. - Мы же сами пытались этого добиться! И сейчас ты трусишь? - негодовал парень. - Как будто тебе самому не страшно! - Чан развернулся на кресле и посмотрел на парня. - Естественно мне страшно, но если сейчас ты не перестанешь так вести себя, я убью тебя! Они смотрели друг другу в глаза и между ними как будто натянули электрический провод, который стоит только тронуть, как он ударит током. - Может, вы наконец объясните, что происходит? - напомнила о своем присутствии я. Оба парня одновременно перевели взгляд на меня. Чан вздохнул и набравшись силы, сказал: - Чонин выздоровел. Его выписывают.