Часть 14.

Не смейте делать зло

Надеясь, не попасть под него

К прослушиванию:

We Own It (Fast & Furious) — 2 Chainz

Квартира Майки 09:47       Солнце уже давно успело встать, но в комнату всё равно почти не проникло. Плотные серые шторы, насильно купленные Маки, превращали спальню в полумрак, поскольку Майки толком их не открывал. Лишь тонкая полоска света пробивалась снизу, оставляя на полу жёлтую линию, пересекающую пыльный паркет.       Майки лежал на спине, раскинув руки в разные стороны в позе звёздочки. Одеяло привычно сбилось куда-то в ноги, а черная футболка высоко задралась, оголяя рельефный живот.       Парень тяжело выдохнул и тупо уставился в серый, с едва заметной трещиной, потолок, идущей от старой люстры к стене. Он знал эту трещину не сказать, что долгое время, но всё равно мог нарисовать каждую развилку и изгиб с закрытыми глазами.       Грёбаный день начинался с дотошно знакомого крика.       За тонкой стеной снова заорали во всю глотку соседи. Старый дребезжайший голос, перекрывал другой, такой же старый, но более визгливый. — ТЫ ЧЁ, СОВСЕМ ОХРЕНЕЛА, СТАРАЯ?! ЭТО МОИ ТАПКИ! Я ИХ ВЧЕРА КУПИЛ! — ТВОИ ТАПКИ ВЫГЛЯДЯТ КАК МОИ, УРОД! ТЫ У НАС ДОМА СОВСЕМ ОСЛЕП, ДА? ОНИ ЖЕ СИНИЕ! — ОНИ СЕРЫЕ, БЛЯТЬ! — ОНИ СИНИЕ, ГОВОРЮ Я ТЕБЕ! У ТЕБЯ ГЛАЗА НА ЖОПЕ?!       Майки прикрыл глаза и медленно выдохнул через нос. Потом ещё раз и ещё. Настолько глубоко, чтобы в лёгких невыносимо закололо. Судя по всему, последняя бутылка вчера была явно лишней, чёрт возьми. Сано никогда не любил похмелье, а крики стариканов в этот момент просто ненавидел. Юноша буквально чувствовал, как ещё немного и его голова расколится на две части, позволив мозгу выпасть.       Соседи сверху были женатыми стариками, которым вроде было лет по семьдесят. Изначально Сано эти ежедневные перепалки казались весьма забавными, поскольку ночевал юноша в квартире очень редко в силу своей занятости. Но как только он стал больше зависать в собственной берлоге, кардинально поменял своё мнение.       Энергии у пенсионеров как у реактивного самолёта, честное слово. Они орали друг на друга каждое утро, изредка прерываясь минут на десять, чтобы залить в свою глотку горячую жидкость или водку. Обычно всему виной были такие мелочи, как телевизор или кто съел последний кусок хлеба. Иногда доходило и до глухих стуков о стены, когда терпение бабки доходило до предела и в ход шла посуда.       Однажды ему пришлось подниматься к ним, потому что кто-то из соседей вызвал полицию в очередной дебож, а Майки в этот момент просто мечтал, чтобы они заткнулись. Ебнул деду по коленке и получил за это от старухи по голове сговородкой, да проклятья разные в спину. Но зато, с того дня, пожилые бараны перестали шуметь по ночам.       Деда звали Кенджи, а бабку Сачико. Они, по рассказам других жильцов, жили в этой квартире сорок лет и, видимо, ненавидели друг друга так же все сорок. Но при этом никогда не разводились. Весьма странные люди, если подумать. Старые, шумные и до ужаса странные.       Если постоянно ругаться и поливать друг друга дерьмом, зачем тогда жить вместе? Проще разойтись и облегчить жизни обоим, разве нет? Или всё же, Майки до сих пор далёк от всех этих соплей про любовь, раз не понимает истины? Хрен знает, всё равно с этим вопросом к Эмме не обратится. Опять хуйню вешать на уши начнёт, про всякое счастье в горе и радости. — ВЫ ЧЁ, СОВСЕМ РЕХНУЛИСЬ?! — рявкнул Майки, не открывая глаз. И, конечно же, старики его так и не услышали. Стены были тонкими, но даже голос Майки утонул в их криках.       Манджиро полежал ещё минуту, слушая, как они до сих пор выясняют, чьи тапки лежат у порога. Потом всё же зашевелился и сел, свесив ноги с кровати. Пол под ногами был устелен старым деревянным паркетом, который блондин поленившись, так и не застелил ковром. Ну и похуй, кому какое дело вообще? Ему всё нравится.       Не сказать, что квартира была огромной, скорее оптимальным вариантом для холостяка. Обычная студия, включающая в себя спальную комнату, ванную и гостинную совмещённую с крохотной кухней.       В спальне присутствовала двухспальняя кровать с металлическим каркасом. До одури скрипучим, но надёжным как показывала практика. У раздвижного шкафчика напротив был сломан один колесик по вине самого жильца, который чутка передурковал после пьянки с парнями.       В углу, рядом с проходом в гостинную, находилось длинное зеркало, на удивление целое. Ну ладно, может в правом нижнем углу чуть покоцанное, но зато без трещин. Сано часто смотрел в него по разным причинам, к примеру, оценить свой внешний вид или в процессе жесткого спаривания, когда драл Таэко по самое не могу.       В гостинной совмещённой с кухней были два пуфика, которые удалось утащить с мастерской Шина и небольшой плазменный телевизор на белой тумбе. Пару нависных шкафчиков, убитая плита и серый холодельник, морозилка которого не работала. Да и плевать, Манджиро никогда с мясом возиться не любил. Небольшой коричневый стол и два стула к нему.       Ванная комната находилась сразу возле входа в квартиру, по правую сторону от входящего. Очень крохотное пространство, на самом деле. Душевая кабинка, круглое зеркало и туалет с убитой раковиной.       Рядом с дверью в жилище была обувница и прибитые к стене вешалки с полками.       Единственным, что выделялось в этой унылой обстановке, был турник в дверном проёме, ведущему из спальни в гостинную. Старый, с потёртыми резиновыми ручками, которые Майки менял уже третий раз. Не по собственной воле, конечно. Просто все три раза он хорошо ебнулся на пол.       Блондин установил его тоже сам, когда въехал сюда. Повесил на анкерные болты и проверил, выдержит ли его вес. С тех пор каждый день, даже если был пьян или смертельно уставший, подходил к этому турнику и делал хотя бы несколько подходов.       Майки поднялся с кровати и пошёл в сторону турника. Юноша параллельно повёл плечами, разминая затекшие мышцы и медленно потянулся, чувствуя как позвонки хрустнули по всей спине, от шеи до копчика. Закончив, стянул с себя футболку через голову и отбросил на пол в сторону.       Подкаченное тело и довольно широкая грудная клетка с проступающими рёбрами были просто наслаждением для женских глаз. На левом боку, чуть выше талии, красовались старые шрамы, которые парнишка получил в стычках с шестнадцати лет.       Чуть выше тазовой кости, где реберная дуга делала последний крутой изгиб перед переходом в живот, красовался первый и самый старый шрам, полученный при поножовщине. След шёл косой рваной линией, длиной в ладонь, и края его были стянуты неровными рубцами. Майки всё ещё помнил, как пришлось зашивать рану самому в засранной кабинке придорожной забегаловки, кривясь от боли и матерясь сквозь зубы на мудака с асимметричными глазами. Да, ну кто ж знал, что у пидора в сапоге нож? Майки не Сорвиголова, чтобы это узнать. Поэтому Сано сломал идиоту руку, да так, что кость наружу вышла.       Шрам на боку по сей день напоминает ему об дурацкой спешке, наивности и неосторожности.       Уже на самой груди, ближе к соску, кожу пересекал пулевой касательный обрубок. Пуля вошла, чиркнула по ребру и оставила после себя длинную впалую борозду в шесть сантиметров. Майки даже не понял тогда, что его зацепили. Просто в моменте почувствовал жар и мокроту на коже. А Муто говорил, что тех типов сразу грохнуть нужно было, пока не окрылились.       Последний располагался ещё выше, под левой ключицей, там, где шея плавно переходит в плечо. Это был выходной след от другого выстрела, сделанного уже со спины, когда Майки уходил от погони, перекатываясь через бетонные блоки. Пуля вошла снизу под-лопатку и вышла наружу прямо у ключицы, разорвав кожу неровным круглым отверстием. И именно этот шрам испоганил ему ахуительную татуировку, набитую его другом.       Сано подошёл к турнику и крепко схватился за перекладину. Парень расслабленно повис, чувствуя, как плавно растягиваются мышцы спины и плеч, а затем начал подтягиваться. Каждое движение сопровождалось короткими выдохами и скрипением спортивного снаряда.       На двадцать восьмом подходе пришлось остановиться, пожалуй для разминки хватит. Резко спрыгнул, приземлившись на носки, и сразу перешёл к отжиманиям.       Уперев ладони в пол, Майки стал опускать и поднимать корпус, не забывая вслух проговаривать счёт. На пятьдесят шестом руки парня начинали дрожать, но не смотря на это всё равно продолжал. Глаза в этот момент следили за одной царапиной на паркете, появившейся, когда Майки тренировался с Кеном на спор и уронил гирю в первый месяц переезда.       Ну и напоследок была растяжка. Пожалуй, это самая важная часть утренней рутины, без которой Сано жить не мог.       Аккуратно сев на пол, вытянул ноги в стороны и медленно пошёл вниз, пока не коснулся грудью пола. Манджиро сел на полный шпагат, без разогрева ног, даже не поморщившись. Наклоны в стороны и фиксация положений скорее служили для растягиваний мышц торса, нежели связок в области ног.       Как говорил Мансаку Сано, основой боевых искусств всегда была идеальная расстяжка.       Сколько себя помнил, Майки ни разу не пропускал занятия у деда Мансаку. Да, были конечно пару раз, когда пыхтел над этим, но в результате всегда получал палкой по ступням и голове. Дед просто не мог позволить и Манджиро упустить этот шанс, как было с оболтусом Шиничиро. За Изану можно промолчать, этот придурок перед приходом в их семью уже имел хорошую расстяжку. Но если между нами, Манджиро всегда знал, что Курокава ему уступает. Теперь же, пока дед всё ещё жив, настала очередь маленького Рори Сано.       Но Мансаку учил внука не только драться. Старик активно обучал дисциплине и терпению. Вот почему Майки до сих пор каждое утро делает эту дурацкую растяжку, даже когда ему лень или хочется просто лежать и смотреть в потолок. Это уже грёбанная привычка.       Закончив с расстяжкой, Манджиро поднялся на ноги и, хрустнув шеей, подошёл к зеркалу, попутно пытаясь восстановить дыхание.       Бегло пробежавшись по шрамам, парень сначала развернул немножко корпус, а затем полностью спину к зеркалу.       Набитая в семнадцать лет, громандная татуировка с цветами и рыбой, была самым лучшим решением Манджиро за последние несколько лет. Грёбанная пуля слегка нанесла урон, но не смогла полностью уничтожить всю красотку рисунка. Мужчина, что бил это искусство, поистине художник.       Закончив с привычками, Сано стукнул кулаком по перкладине и поплёлся на кухню, не удосужевшись поднять футболку.       Миновав зону гостинной, парнишка обнаружил полную окурков пепельницу и бог знает, когда она последний раз чистилась. Пожалуй, этот день настал.       Собрав пустые пачки от сигарет, Майки швырнул их в угол, туда где находилась мусорка. Точное попадание и вот, минус одна проблема. Потянувшись через обклеинный наклейками стул, открыл окно для проветривания. Пока свежий воздух заполнял всё помещение, юноша быстро избавил пепельницу от мусора и помыл её, вместе с двумя кружками из-под кофе. Открыв верхний шкафчик, пихнул туда пепельницу, а стаканы повесил на стойке рядом с плитой. Вытер руки об висящее рядом полотенце и взял яблоко с тарелки на столещнице.       Хорошо хоть, Рокуро вчера вовремя отшил, так бы пришлось её утренний бред снова слушать. Сано не был бы Сано, если б не учился на ошибках. На третий раз после совместного пробуждения со своей дотошной девушкой, Майки понял, что всё же просыпаться одному приятнее всего.       Таэко Рокуро привлекла внимание парня почти сразу после перевода в их школу. И нет, не за её популярность среди фанатов спорта и всякой дичи. У девчонки оказывается помимо острых зубов, была просто ахрененная задница, а Майки в силу своего пубертата пройти мимо не мог. И давайте на чистоту, широкие бёдра всегда были слабостью этого парня. Рокуро неосознанно попала в список девушек, не посетивших его постель.       Пару зажиманий в туалете и вот, Сано потерял момент, когда Таэко везде стала представляться его девушкой. Да и плевать, Майки особо не парился по этому поводу. Главное, чтобы вовремя под рукой была и помогала со стрессом. Исключением являлись дни, когда от Рокуро прям тошнить начинало.       Поэтому, после вчерашних посиделок, велел Санзу отвести её домой. Конечно, мужские мозги чуть не вытекли от негодований подружки, но всё в итоге обошлось. Он ещё от той идиотки хромой не отошёл, так еще и Таэко достать пыталась.       Да, девчонка была именно хромая. Пусть и пытается обмануть всех своей, типо, ровной походкой и отсутствием трости. Майки признаёт, и сам не сразу заметил. Только когда Андо феирично улепётала со своей сворой. Но заметил ведь.       Мало того, что калека, так еще и характер полное дерьмо. Пусть и первая встреча, но даже так юноша понял, какая заноза в заднице перед ним сидела. Он, конечно, не мало особ повидал, но эта ни в какие границы не входила. Язвительная, грубая и невыносимая зазнайка, которая при наличии травмы, всё равно умудряется жалить языком своего опонента. Манджиро даже задумался, кто сильнее: заносчивый он или невыносимая она?       А в принцепи плевать, если эта чертовка тусуется в их школе, то Майки поздравляет её. Тэдэо нихрена не гостиприимная школа, она еще покажет всю себя по отношению к чужакам. Это лишь вопрос времени. Главное, чтобы Майки не приспичило стать зачинщиком всего дерьма.       Из спальни послышался звук пришедшего уведомления на телефон. Поэтому, прервавшись с небольшой уборкой, Сано поплёлся за гаджетом. Найдя телефон, торчавшись из-под края подушки, парень уже было чуть не ушёл, пока не заметил брошенный элемент одежды.       Уже закидывая футболку в стиральную машину, Манджиро нажал на кнопку автоответчика. Парню часто приходилось прослушивать оставленные сообщения в связи с постоянно севшим телефоном или занятостью. В основном это было от Кенчина, который говорил о делах, или Эммы, вечно орущей, что парень просто обязан ей перезвонить. — Манджиро! — мужской, хриплый голос, с утренней хрипотцой, разнёсся по комнате. — Привет, пацан! Это Дэкс. Слушай, ты сегодня занят? Карэн говорит, что ты уже неделю не заезжал. Она переживает, знаешь ли. Заедь к вечеру, если сможешь. Нужна твоя помощь с кое-чем по дому. И вообще, забери блять уже эти чёртовы стринги! Карэн уже два раза на них натыкается и думает, что это я кого-то шпилил! А она беременна, сам понимаешь какой мне пиздец! Я эту мерзость трогать не собираюсь! Если ты в ближайшее время не заберёшь эти тряпки, я не буду тебя защищать и всё ей расскажу. Пустил блять, за домом присмотреть, мать твою! Пусть вытрахает твой мозг о том, что молодое отцовство нихрена не легко. Увидимся! Бип.       Майки хмыкнул и захлопнул дверцу стиралки, предварительно засыпав туда порошка. Пару махинаций и вот, вода медленно набиралась, а барабан начинал вращаться.       Дэкс и Карэн Кобуянэ молодоженны, которые прожили больше десяти лет вместе и лишь недавно решили расписаться. И только потому что Карэн настояла, ведь женщина хотела, чтобы ребёнок родился в браке. Обоим было по тридцать лет, но это не мешало семье держать собственный тату-салон на первом этаже своего дома и хорошо так раскрутиться.       Карэн была очень нежной и доброй женщиной, от которой прямо-таки веяло материнством. Собственно говоря, именно Карэн заменила Манджиро мать. Пусть Маки и Эмма со всех сил старались подарить эти чувства младшему Сано, но так как это делала Кобуянэ, не могла ни одна из них.       Да, конечно, Карэн часто ругалась на юношу, всячески пыталась увести от кривой дорожки, но никогда не осуждала парня. Она понимала, что Манджиро еще слишком юн и ему нужен не тот, кто будет осуждать, а тот, кто поймёт и примет, изредко лишь давая советы. Порой, в порыве злости на беззрассудства мальчишки, женщина швыряла ему в голову салатницы. Тут они, кстати, с Маки немножко похожи.       Познакомился с ними Сано благодаря мужу Карэн, Дэксу Кобуянэ. Майки вроде тогда ещё шестнадцать было и тот вечер он помнил отчётливо. Тёмный переулок за старым клубом, который уже снесли и восемь мудаков с битами. Майки тогда хотел быстро вырубить придурков и заскочить в гости к Кейске, у которого снова каким-то волшебным образом появились новые журналы для взрослых. Что поделать, у парней период такой, как никак у всех в одном месте чешется.       Сано успел завалить двоих, когда услышал сзади чей-то оклик. — Ну что, Непобедимая ты шваль, — сказал урод с татуировкой на шее, — давай-ка проверим, насколько ты крутой!       Но как только Манджиро удостоил чести взглянуть на крикуна, бугай просто свалился тушкой на землю. Здоровый мужик лет тридцати, с огромными руками и добрыми глазами, заехал парню сзади пивной бутылкой по башке. Бутылка разбилась, превратившись в розочку и татуированный упал как подкошенный. — Ебать, пацан, — сказал Дэкс, выбросив стекло в сторону. — Ты чё, реально думал справиться один против восьмерых?       Майки пожал плечами и добил ещё одного коротким ударом в челюсть. — Я ж Непобедимый.       Дэкс смотрел на парня, как на обкуренного. Этот шестнадцатилетний пацан бил лучше многих взрослых мужиков. За пару минут наблюдения за ним, Кобуянэ отметил, что парнишка скорее всего занимался какими-то боевыми искусствами.       Вдвоём они справились намного быстрее. Майки завалил четверых, пока Дэкс только троих, не считая бугая. После потасовки, Дэкс потащил юнца к крыльцу закрытого магазина, предложив сигарету. Майки со спокойным лицом принял гадость, словно делал так каждый день. Но как только Сано затянулся, мужчине осталось смотреть как тот закашлялся, чуть ли не выплюнув лёгкие. — Я думал, ты куришь, — усмехнулся Дэкс. — Не, сейчас впервые — ответил Майки, кашляя и морща нос. Сано тогда ещё не знал, что именно этот мужик и пришьёт ему эту гадкую привычку. — Идиот. — Дэкс затушил докуренную сигарету. — Ты какой-то странный, пацан. Часто в такие передряги попадаешь? — Столько, сколько ты куришь, чувак.       С тех пор они стали почти семьёй. Дэкс и Карэн были старше, но не смотрели на него свысока. Просто были рядом и помогали, когда он влипал в то или иное дерьмо. Штопали его после мордобоев, если Майки переступал порог их дома. Интересовались жизнью и давали советы, когда парень вот-вот мог испоганить себе жизнь.       Майки улыбнулся этому воспоминанию, дожёвывая яблоко. Потом открыл чат с Доракеном и прочитал смс, отправленное полтора часа назад.

* 1 новое сообщение*

[от кого: Кенчик]

> «Склад на Одайбе. Тащи свою задницу быстрее! Санзу с Муто чуть головы не отбили этим ушлёпкам.»

[ответить] [назад]

      Майки хмыкнул. За последнее время в группировке появилось слишком много крыс, которых в основном настигала кара от спец.отряда. С ростом авторитета Свастики в столице на смену детским дракам пришли покушения на жизнь и реальные убийства. Поэтому парней больше нельзя было назвать уличной шпаной, только размахивающей кулаками. Здесь было дело принципа и власти. Кто сильнее, тот и господствуем в городе.       Сано, не затягивая, метнулся в комнату и быстро оделся. Чёрная обтягивающая футболка с коротким рукавом и такого же цвета потёртые джинсы с дырой на левом колене. Лёгкая серая ветровка на молнии была застегнута до середины, оставив грудь открытой. Волосы пришлось собрать в хвост, во избежания попадания в глаза при вождении.       Ключи от байка и пистолет HK SFP9 нащупал возле выхода на полке. Убрав оружие за пазуху, парень проверил карманы: зажигалка, телефон, пачка сигарет. Всё на месте и теперь уж точно можно со спокойной душой покинуть дом. — Я ТЕБЕ ПОКАЖУ, ГДЕ МОИ ТАПКИ, СТАРАЯ КЛЯЧА! — ДА ЗАБЕРИ ТЫ ИХ, ДЕБИЛ! ОНИ МНЕ НАХУЙ НЕ СДАЛИСЬ! — ТОГДА ЧЕГО ТЫ ИХ НАДЕЛА? — ПОТОМУ ЧТО МНЕ ХОЛОДНО! — НАДЕНЬ СВОИ! — У МЕНЯ СВОИХ НЕТ! — ТЫ ЧЕ ДУРА?!       Майки покачал головой, закрывая дверь на ключ. Ссора недоумков дошла до того, что оказывается у бабки не было тапочек. Лучше бы снова грёбанное радио включили. В голове снова завертелись мысли о том, что с соседями юноше уж точно не повезло.

***

      Узкие улочки Токио мелькали мимо, замечательно сочетаясь с мокрым асфальтом и серыми домами с рекламными вывесками. Майки на всех парах мчался к Одайбе, врезаясь в поток воздуха и чувствуя, как ветер безжалостно бил в лицо при увелечении скорости.       Honda CB250T или же Бабу, как ласково Майки называл свой байк из-за характерного звука выхлопа, перешёл к парню от старшего брата, Шиничиро Сано, который нашел два двигателя для этой модели на Филиппинах. И естественно, транспорт являлся не просто вещью для передвижения, а настоящим семейным сокровищем. Вы бы со смеху падали, если бы увидели как первые несколько лет Манджиро трясся над ним. И это не шутка.       Парень выехал на главную дорогу, лавируя между рядами машин с той расслабленной уверенностью, которая даётся годами практики. Затем свернул налево, проезжая мимо старого книжного магазина, который давно уже должен был закрыться, но всё ещё работал по непонятной причине.       Витрина была забита пожелтевшими томами, и Майки мельком подумал, что никогда в жизни не заходил туда. Может, стоило бы? Вряд ли. Читать он не любил, если только речь не шла о каких-нибудь руководствах по дополнительной самообороне или журналах, которые волшебным образом появлялись у Кейске.       На следующем светофоре Сано остановился, спустив ногу с подставки для ступней, опираясь на асфальт. Рядом с ним затормозил старый серый седан, водитель которого косился на его байк с явным интересом. Майки проигнорировал типа и достал пачку сигарет. Некоторое время он щёлкал зажигалкой, прикуривая и вдыхая горький дым. Светофор сменился на зелёный, и юноша медленно тронулся с места, снова погружаясь в поток машин.       Дорога начала вилять между зданиями, и Майки всё чаще пришлось подруливать. Он повернул направо, затем ещё раз, проезжая через квартал, где дома стояли слишком близко друг к другу. На одном из перекрёстков парень притормозил, чтобы пропустить старуху, которая еле тащилась через дорогу с полными пакетами. Майки проводил её взглядом, мысленно отмечая, что она чем-то напомнила ему Сачико. Такая же вечно недовольная.       Юноша снова набрал скорость, когда оказался на более широкой улице. Майки иногда косился на тротуары, разглядывая людей, но никого не узнавал. Город жил своей жизнью, а Манджиро был просто частью этого бесконечного движения.       Почти доехав до очередного поворота, Сано заметил нечто, заставившее его задержать взгляд и прищуриться. У обочины стоял неизвестный мужчина с телефоном возле уха, в упор глядящий именно на Майки. Лысый что-то говорил в трубку, прежде чем решиться помахать водителю байка. Какого черта?       Майки почувствовал странное покалывание в районе груди. Он проезжал мимо, не сводя взгляда с мужчины, и даже не заметил, как из-за поворота внезапно вылетела легковушка.       Майки так и не услышал звук клаксона. Берите выше, он даже моргнуть не успел. — Та ебать, — выдохнул Сано, пытаясь уйти в сторону.       Боковое зрение уловило лишь серое пятно, которое росло слишком быстро. Майки попытался дёрнуть руль в сторону, чтобы уйти от столкновения, но время будто замедлилось. Он видел, как машина врезается прямо в переднее колесо его байка, и чувствовал, как Бабу вырывается из-под него.       Удар пришёлся в правый бок. Майки оторвался от сиденья и почувствовал, как его тело летит вперёд, набирая инерцию от скорости. Юноша пролетел пару метров, кувыркаясь в воздухе, и ударился о железный столб светофора так сильно, что в ушах зазвенело.       Боль разлилась по телу мгновенно. Адские волны прошлись по спине и голове, вырывая из парня рванные выдохи. В ушах зазвенело так, что Майки не слышал ни машин, ни собственного дыхания.       Лежа на асфальте и чувствуя, как в районе шеи становится влажно, парень тупо уставился на поверхность дороги. Каждый камешек и, кажется, петаль от байка, заострили внимание глаз на себе. По правде говоря, Сано всеми силами пытался сконцентрироваться на этих деталях, но в глазах всё равно двоилось. Он наивно попытался пошевелить конечностями, но тело хозяина не слушалось. Неужели карма настигла из-за недавних слов в адрес той хромой? Да не может быть.       Манджиро попытался сфокусировать зрение, насколько это было возможно, и увидел чьи-то ноги.       Старые, потёртые, кроссовки с грязными шнурками и голые светлые икры. Сомнений нет, обладательницы этих ног явно женского пола. Врядли парни города стали фанатами гладкой кожи.       Майки попытался поднять голову, чтобы всмотреться в лица, но даже это было слишком сложно. Поэтому, единственным удовольствием было пялиться на неизвестные конечности. — Блять. Вызывай скорую!       Он хотел спросить, кто это. Хотел встать или сделать хоть что-то. Хотел, но не мог абсолютно ничего. Удар и полеты выбили из него все силы. Сано уверен, что валяется сейчас с нехилым таким сотрясением, еще и с дискомфортом в районе спины. Хоть бы позвоночник не повредил, ей богу.       А затем, темнота просто поглотила его. Где-то далеко начинали звучать сирены. Внезапный взрыв и крики людей о том, что нужны пожарные. И чьи-то руки, коснувшиеся влажной части его тела.