Часть 1

      Тем в ком течёт голубая кровь — потомки королей. Им судилась править своими царствами, в их жила была сила и магия древних. Но вместе с силой и властью на них наложена ответственность. Чем больше территория-тем более больше ответственности. И повезло тем, кто имел магию, кому она была дарована с рождения.       У особ королевской крови не всегда есть выбор. Будь то место жительства, выбор партнёра или даже время прогулок-всё было распланировано и спланировано по часам. Но так было не у всех.       — Мера, это твой долг, — в который раз говорила их мать, при этом поглаживая волосы старшей дочери. Лира-младшая сестра, коснулась колена старшей, но та дёрнула ногу, отворачиваясь. Конечно, обижать сестру она не хотела, но младшая никогда не поймёт, чего лишена старшая — выбора.       — Я не хочу! Он мне противен!       — Ты обязана. Ты принцесса, это твой долг, — твёрдые слова женщины били по больному. Мера была одарена мощной магией, имела прекрасные яркие алые волосы и, что самое лучшее и главное, имела ноги. Лира, со своим хвостом ей в подмётки не годится, о как же она завидовала старшей.       — Скажи что я заболела! Подхватила моллюсков, или ещё каких паразитов.       — Тебе придется смириться с тем, что ты невеста будущего царя и будущая королева. — Тон её был непреклонен. В этот момент Лира поняла, что если останется хоть на минуту дольше — сестра сорвётся и на неё. Это часто происходило в последние пару лет, но русалка старалась не обижаться на сестру. Тихо вздохнув, она отплыла подальше от родни и выплыла из комнаты Меры, отправившись бродить по замку. К ним в гости явился царь Атлантиды вместе со своим наследником. И попадаться кому-либо на глаза не хотелось.       Как и у любого величественного замка-у них был сад, полный разнообразных флуоресцентных кораллов. Русалка любила наблюдать за тем, как колышутся, словно на ветру волны - водоросли и ламинарии разных цветов. Это очень напоминала радугу, которую однажды ей показала мать. Отец же — правитель их королевства Ксебелл — Нерей был против того, чтобы они познавали внешний мир за пределами океана, а потому всем его детям было запрещено приближаться не только к суше, но и к поверхности вообще.       — Привет! — русалка поздоровалась с маленькими морскими коньками, что стаей закружили вокруг неё и уплыли восвояси. Со смехом она проводила их взглядом: — И пока!       Вновь оставшись одна девочка заметно сникла. Было, до скрежета в душе, одиноко. В этом огромном замке не каждому было позволено находиться, а ровесников она и не видела ни разу.       — Чтобы их морской чёрт заколол! — звонкий юношеский голос привлёк внимание. Лира задрала голову, видя на втором этаже юношу, который походил телосложением на Меру. Русалка подплыла поближе, спрятавшись над окном, заглядывая внутрь помещения из которого и видела мелькнувшего юношу. Она ещё никогда не видела мальчиков так близко.       — Бесхребетные амёбы, моллюски безмозглые. — продолжал ругаться он, кого-то распекая и прижимая к ладони водоросли, из-под которых время от времени растекались облака голубой крови. Мальчик явно был королевских кровей. Тут он резко обернулся и девочка, ойкнув от неожиданности, спряталась. Но она совсем забыла про свои тёмно-алые волосы, которые остались колыхаться словно те самые ламинарии в саду.       — Ты кто? А ну выходи, — несмотря на то, что мальчик был в зол, тем не менее, он не стал кричать, обращаюсь к незнакомому существу вполне спокойно. Русалка взялась за края рамы и снова высунула голову, всматриваясь в блондина более внимательно.       — Я Лира, — ответила она на заданный ранее вопрос, после чего обратила внимание на его рану. — Ты не умеешь лечишь себя? Можно же магией завязать рану.       Парень прыснул от смеха так, словно бы ответ был слишком очевиден.       — Мне запрещено пользоваться магией, Я ведь на чужой территории, и мне ещё нет шестнадцати, чтобы было дозволено колдовать. — он помолчал немного, рассматривая ловко вплывшую без приглашения девчушку. — Ты не спросила, кто я.       — Ты Орм — жених моей сестры. Мера тебя терпеть не может. — тихое «ещё бы» она предпочла не заметить. Вместо этого русалка потянулась к ладони, убирая водоросли, которые Орм прижимал к ладони, в мгновение залечивая рану юноши под его удивленным взглядом. В процессе лечения парень поинтересовался:       — Почему у тебя хвост? Насколько я помню — у твоих сестёр ноги, — это была больная тема. И Мера и Хила — их сестра, в её возрасте давно разделили хвост, обретя ноги, а Лира нет.       — В семье не без урода, — русалка пожала плечами, не подозревая, что вызвала горькую улыбку своей фразой. Про Хилу в их семье мало кто говорит. Старшая из близнецов едва присутствовала в семье, так как была наследницей и должна была занять трон после Нерея. Она отсутствовала ибо познавала море, путешествуя. Мера — сестра близнец Хилы должна была стать женой Орма, а Лира была слишком слабой, чтобы с ней считались.       — Все из вашей семьи умеют исцелять? — этот дар стал бы полезным, если Мера также умела. Но к его разочарованию русалка огорчила, поведав, что исцелять может только она и её мать.       — Да и то только небольшие раны. Я из семьи самая слабая и бестолкова. Не нужный товары, так сказать, — она качнула головой и осмотрелась. Комната ей нравилась — очень светлая и просторная, почти такая же как у неё. Только вот в её покоях очень много безделушек, вроде разноцветных стёклышек, жемчугов и небольших кораллов.       — Это тебе Мера говорит? — вместо ответа русалка отплыла обратно к окну, а ему, казалось, ответ и не нужен был.       — Ладно, я пойду. Увидимся, наверное. — махнув на прощание ладонью, Лира выплыла наружу, спускаясь в сад, в котором гуляла до этого.       К вечернему ужину за столом разместились правители двух королевств, несчастная помолвленные, и королева. Орма беспокоило отсутствие девчушки, ведь она тоже была особой королевской крови, однако он ни разу не видел её ни на одном из приёмов, которые устраивали короли. Он даже как-то раз смог увидеть Хилу. Почему же среди них не было Лиры?       — Позвольте спросить, дорогая Мера, — едва не цедил он слова сквозь зубы, прикрываясь доброжелательной улыбкой. Впрочем невеста отвечала ему тем же. — Где же ваша младшая сестра?       — Снова она, — едва слышно прошипела недовольно Мера, а королева на его вопросе вздрогнула.       — К сожалению, Лира слегла с болезнью к этому вечеру. Она слабенькая, от одной волны уносит.       — Ещё бы, — снова прошипела Мера. Орм не понимал, почему старшая сестра так реагирует на младшую, ведь вниманием её не обделяют, даже сейчас оба родителя рядом с ней, а не с больной, так с чего же такое отношение?       — Передайте, будьте добры, пожелания скорейшего выздоровления, — после ужина все вернулись в свои комнаты. Принц задумчиво по барабанил пальцами по губам. Парень понимал, что поступает неправильно, но поворачивать назад, когда уже был напротив окна комнаты принцессы, он не хотел. Блондин заглянул внутрь, замечая качающуюся на актинии русалку. Кроме неё в комнате никого не было, а потому он смело вплыл внутрь. Множество разноцветных ракушек, кристаллов и жемчужин украшали комнату.       Его отец — Орвакс — никогда не разрешал наследнику как-либо украшать комнату, от того всё вокруг было до жути непривычным и кричащим, словно не комната, а лавочка украшений на подводном рынке. Приближаясь к русалке он ощущал жар, исходящий от её тела — вода вокруг неё была очень тёплой. Необычно покраснела бледная кожа, а пальцы судорожно сжимали щупальца актинии.       — Действительно слабая. Впервые вижу, чтобы имеющий царскую кровь — болел, — блондин осторожно коснулся кончиками пальцев лба русалки и сразу одёрнул руку. — Столько вопросов, а ответов совершенно нет.       Он задумчиво промычал, слегка склонив голову и присел, всматриваясь в её лицо. Взгляд блуждал по телу русалки, что немного подрагивало от перепада температуры от горячей — из-за её тела, до холодной, в которой они обитали. Тут он заметил на её ладони воспалённое покраснение и коснулся её, раскрывая для лучшего обзора внутреннюю сторону ладони. Буквально сегодня на демонстрации тренировки он поранился о трезубец оппонента, которого проклинал потом сидя в комнате. И именно эту рану излечила русалка, у которой в виде пореза было яркое покраснение.       — Так вот в чём причина, — тихо шепчет Орм, когда озарение настигает его разум. — Неужели исцеление переносит ранения? Или, скорее фантомную боль, ведь кожа цела. И тебе приходится самой справляться? Глупое дитя, — его прохладная ладонью вновь ложится на её горячий лоб, но теперь он не убирает её так быстро, как давеча, словно ошпаривается, а вполне долго держит. Рваное дыхание девчушки выравнивается спустя несколько долгих минут, что, почему-то, порадовало блондина. Отстранившись, когда вода вокруг уже перестала казаться такой уж горячей, принц решил вернуться к себе. Странная девчушка.