Часть 17

Тёплый летний ветер раскачивал ветви деревьев, бросая на дорожки кампуса мягкие тени. Фонари светили тускло, освещая дорогу Кевину, который в очередной раз ушёл на прогулку, пытаясь отвлечься от тяжёлых мыслей. Он не привык к новой жизни. Оставаться в квартире Ваймака было невыносимо — слишком уютно, слишком по-семейному, а он ещё не знал, как себя там вести. Поэтому ночи он проводил на территории кампуса, шаг за шагом выгоняя из головы призраков прошлого.  Он думал о Рико, о том, что пришлось пережить, о том, что впереди. Его шаги были медленными, взгляд рассеянным. Кевин вздохнул, пробегая пальцами по волосам, когда услышал чей-то голос. Он поднял голову и замер.  Кейли.  Она стояла у входа в общежитие для футболистов, весело болтая с кем-то из команды. Свет лампы выделял тёмные пряди её волос, собранные в небрежный хвост. Она смеялась, явно не замечая его присутствия. Через мгновение девушка попрощалась с парнями, повернулась и направилась в сторону дома. Кевин не знал, стоит ли ему идти дальше или подождать, пока она пройдёт, но Кейли заметила его первой. В её глазах мелькнуло удивление, но тут же сменилось улыбкой. — Гуляешь? — спросила она, поравнявшись с ним. Кевин кивнул. — Ты тоже? — Я только что от знакомых, — махнула рукой в сторону общежития. — А ты? Не спится? — Привычка. — Он пожал плечами. — Ты одна идёшь? — Похоже на то, — усмехнулась она. — Если не против, можем пройтись вместе. Кевин посмотрел на неё. Кейли выглядела расслабленной, будто ночной воздух и прогулка приносили ей удовольствие. Он кивнул, и они пошли дальше, молча слушая звуки ночного кампуса. Через пару минут Кейли заговорила первой: — Как тебе жизнь у нас? — спросила она, глядя на него сбоку. Кевин задержал взгляд на дорожке перед собой. — Непривычно, — честно ответил он. — Слишком спокойно. Она кивнула, понимая. — У нас иногда бывает шумно, особенно когда отец приходит в настроение поучить всех жизни, — пошутила она. — Но ты освоишься. Ваймак хоть и строгий, но он хороший человек. — Я знаю, — тихо сказал Кевин. — Просто… мне сложно. Кейли посмотрела на него с сочувствием, но не стала расспрашивать. Она знала, что некоторые вещи нельзя вытащить насильно. Они должны быть сказаны в нужное время. — Всё наладится, — только и сказала она. — Со временем. Кевин бросил на неё взгляд. Её слова звучали так просто, но в них была какая-то уверенность, которая его успокаивала. — Ты вообще общаешься с ребятами из футбольной команды? Они классные, — спросила она, меняя тему. — Тебе стоило бы с ними подружиться. Кевин задумчиво хмыкнул. — Ваймак не против, что ты так спокойно с ними болтаешь? — спросил он, глядя на неё исподлобья. Кейли усмехнулась. — Думаешь, он запрещает мне с кем-то дружить? — фыркнула она. — Он их всех знает, конечно, но я не маленькая девочка, чтобы меня контролировать. Кевин ничего не ответил. Мысль о том, что Ваймак так спокоен, слегка удивила его. Но, возможно, он просто доверял дочери. Они дошли до поворота, за которым их ждала развилка: одна дорога вела в их квартиру, другая — в сторону стадиона. Когда же они дошли до дома ,она  остановилась и посмотрела на него снизу вверх, её зелёные глаза мерцали в свете фонаря. — Спасибо за компанию, — мягко сказала она. Кевин не сразу ответил. Он смотрел на неё, чувствуя странное тепло внутри. Что-то в этой ночи, в её голосе, в её взгляде заставляло его забыть обо всём. Он заметил, как лёгкий ветерок шевельнул пряди её волос, как она чуть прикусила губу, будто колеблясь. Его пальцы сжались в кулак. Они стояли слишком близко. Его рука сама собой потянулась к ней, пальцы едва коснулись её локтя, словно проверяя реальность происходящего. Он видел, как её дыхание замерло, а глаза чуть расширились. И вдруг понял, что делает. Он моргнул, словно приходя в себя, и быстро убрал руку, отступая на шаг назад. — Спокойной ночи, Кейли, — тихо сказал он, отводя взгляд. Она моргнула, будто очнувшись, и тут же отступила на шаг назад, неловко усмехнувшись. — Да. Спокойной ночи, Кевин. Она резко развернулась и почти бегом забежала в квартиру, оставив его одного на пороге. Кевин смотрел ей вслед, ощущая странное беспокойство и сладкое разочарование одновременно. Он вздохнул, провёл рукой по лицу и, тяжело размышляя обо всём случившемся, наконец зашёл в дом.                                       *** Кейли долго уговаривала Дэя пойти в кино. Он всякий раз находил оправдания — то тренировка, то усталость, то просто «неохота». Но она знала, что дело не в этом.  Он не был в кинотеатре с детства, с тех самых пор, как его мама водила его на мультфильмы и фантастические блокбастеры. После её смерти это место стало для него чем-то вроде закрытой двери в прошлое. Но Кейли не собиралась сдаваться. В тот вечер она купила билеты заранее, взяла его за руку и, не слушая возражений, повела внутрь. — Мы просто посмотрим фильм, а потом ты скажешь, понравилось или нет, — сказала она, одарив его лукавой улыбкой. Кевин молча кивнул, но взгляд его был напряжённым. Когда они вошли в холл кинотеатра, он замер. Слишком много людей, слишком много света, запах попкорна, лёгкий гул голосов — всё казалось и знакомым, и чужим одновременно. Кейли почувствовала, как его пальцы чуть крепче сжали её ладонь. — Здесь почти ничего не изменилось, — пробормотал он, разглядывая стены, уставленные афишами. — Знаешь, мне нравится представлять, что кинотеатр — это портал в другой мир, — заговорила она, стараясь отвлечь его. — Ты заходишь сюда, садишься в кресло, а потом — бац! — и ты уже где-то далеко, в другом времени, в другой жизни… Кевин усмехнулся. — Никогда так не думал. Они подошли к стойке с закусками. — Итак, господин «я-десять-лет-не-ходил-в-кино», ты помнишь, что здесь делают? Кевин хмыкнул. — Ну… покупают попкорн? — Верно! А какой ты любил в детстве? Он замер, словно этот вопрос перенёс его в прошлое. — Карамельный, — тихо сказал он. Кейли кивнула и заказала большой стакан карамельного попкорна и два напитка. Кевин наблюдал за этим со смесью смущения и благодарности. — Тебе нравится делать всё самой? — Нет, просто я знаю, что если дам тебе выбрать, мы будем стоять тут вечность. Кевин покачал головой, но на губах играла улыбка. Когда они направились к залу, он заметил, как несколько человек начали коситься в их сторону. — Кажется, нас заметили, — пробормотал он, натягивая кепку пониже. Кейли пожала плечами: — Ну и что? Мы просто два человека, которые пришли посмотреть кино. Но Кевин знал, что так не бывает. Он взглянул на неё, потом без слов поднял капюшон её худи и аккуратно натянул ей на голову. — На всякий случай, — пробормотал он, избегая её взгляда. Кейли улыбнулась, ощущая тепло его рук. — Заботишься обо мне, да? Он фыркнул: — Просто не хочу, чтобы потом в новостях писали, что ты моя таинственная спутница в кино. — О, а мне бы это понравилось, — пошутила она.  Кевин покачал головой, но Кейли заметила, как он расслабился. Когда они уселись в кресла и свет в зале погас, Кевин выдохнул. Он огляделся, словно пытаясь привыкнуть к ощущениям. — Как ты себя чувствуешь? — шепнула Кейли. Он посмотрел на неё, потом на экран, где начинались первые кадры. — Будто снова ребёнком. Кейли сжала его руку. — Значит, всё не зря. Кевин усмехнулся, взял горсть попкорна и, наконец, позволил себе просто смотреть кино.                                    *** Кейли сидела на диване, обхватив колени руками. В глазах больше не было слёз — кажется, она выплакала их все. Теперь осталась лишь пустота. Кевин стоял в дверях, молча наблюдая за ней. За последние дни он видел её разной — сломанной, испуганной, молчаливой. И всё это разрывало его изнутри. Он не знал, как это остановить. Но знал, что не может просто стоять в стороне. — Вставай, — сказал он вдруг. Кейли чуть заметно дёрнулась, но не подняла головы. — Куда? — В кино. Она моргнула. — Что? Кевин подошёл ближе и легко стянул с неё плед. — В кино, Кейли. Мы идём в кино. — Но я… я не хочу… — А мне плевать, — отрезал он, но в голосе не было злости, только твёрдость. — Вставай, одевайся. Она смотрела на него, будто не узнавая. Этот Кевин — настойчивый, напористый — совсем не напоминал того холодного, сдержанного парня, которого знала. — Зачем тебе это? — тихо спросила она. Кевин стиснул зубы. Не мог же он сказать правду? Что не вынесет ещё дня, если будет видеть её в таком состоянии. Что хочет вернуть ей жизнь, хотя бы ненадолго. Что это убивает его. Он взял её за руку, слегка потянул. — Просто иди со мной. — И она пошла. — Ты ешь карамельный попкорн, и меня это раздражает, — пробормотала Кейли, глядя, как он берёт горсть из стакана. — Тебя раздражает всё, — ухмыльнулся Кевин. Они сидели в кинотеатре, пока шли трейлеры. И он не отставал от неё ни на шаг — всё время пытался рассмешить, поддразнить, как-то вытянуть её из этого тумана. — Не раздражает, — возразила она, но взгляд у неё стал чуть мягче. Кевин откинулся на спинку кресла, бросив на неё искоса взгляд. — Тогда признайся, тебе нравится карамельный попкорн. — Неправда. — Признайся. — Нет. Он молча взял одну карамельную хлопушку и протянул ей. — Кейли. — Нет. — Кейли. Она фыркнула, но, наконец, схватила попкорн и съела. Кевин довольно кивнул. — Вот так. Кейли покачала головой, но впервые за долгое время уголки её губ чуть дрогнули вверх. Фильм начался. Она смотрела на экран, но Кевин смотрел на неё. И вдруг осознал, насколько хрупкой она кажется. В полумраке её лицо выглядело особенно уставшим, но в нём появилось что-то новое — крошечная искра, пробивающаяся сквозь тьму. И тогда он понял — если она разрушится, он разрушится вместе с ней. Кейли почти не реагировала на фильм. Она смотрела на экран, но смысл происходящего ускользал, мысли путались, и всё, что она чувствовала, — это усталость, пустоту и едва заметное тепло рядом. Кевин сидел совсем близко, его плечо время от времени касалось её. Он не давил, не задавал вопросов, не пытался залечить её боль словами. Он просто был рядом. И это почему-то значило больше, чем она ожидала. В какой-то момент она почувствовала, как он смотрит на неё. Медленно повернула голову. Кевин не отвёл взгляда. В полумраке зала его глаза казались темнее, глубже. В них не было жалости — только что-то тёплое, тянущее, необъяснимое. Кейли собиралась спросить, что он делает, но не успела. Кевин медленно, почти осторожно наклонился ближе. Его пальцы коснулись её щеки, скользнули к подбородку, замирая на секунду, словно он даёт ей шанс отстраниться. Она не отстранилась. Кевин поцеловал её. Сначала медленно, будто неуверенно, будто сам не верил, что делает это. Но стоило Кейли чуть дрогнуть, глубже вдохнуть, как он резко притянул её ближе, заставляя забыть обо всём. Этот поцелуй был чем-то большим, чем просто прикосновение губ. В нём было отчаяние, злость, желание забрать у неё всю боль, стереть всё, что с ней сделали, и оставить только себя. Его ладонь скользнула к затылку, пальцы зарылись в её волосы. Он тянул её ближе, будто боялся, что она исчезнет. А потом вдруг отстранился. Слишком резко. Кейли тяжело дышала, глядя на него расширенными глазами. Кевин смотрел на неё, будто не узнавал себя. — Кейли… — его голос сорвался. Она ждала. Но он не сказал ничего. Только провёл пальцами по губам, будто проверяя, был ли этот поцелуй вообще реальностью. А потом отвернулся к экрану. Кейли так и не поняла, был ли в этом жесте отказ или что-то совсем другое. Дэй не знал, что с ним творится. Всё, что он хотел, — стереть этот ужас с её лица. Убрать эту боль, эту пустоту, этот проклятый взгляд, в котором больше не было жизни. Он мог терпеть её злость, слёзы, страх, но не это. Не её безразличие. Он пытался отвлечь её, заставить хотя бы немного улыбнуться. Гнал от себя мысль, что ведёт себя не так, как всегда. Он — Кевин, он сдержанный, он холодный. Он не бегает за кем-то, не добивается, не пытается никого развеселить. Он был лучшим . Это за ним должны так бегать .  Но с Кейли было иначе. Она заставляла его забывать, кем он должен быть. И когда она посмотрела на него в полумраке кинотеатра, когда в её глазах промелькнуло что-то живое — не боль, не страх, а просто живое чувство — он сорвался. Он потянулся к ней. «Ты что, идиот?» «Ты — её брат». Эта мысль прорезала сознание, как лезвие. Она не знала. Кейли даже не подозревала, что перед ней не просто Кевин, не просто парень, который почему-то заботится о ней больше, чем должен. А он знал. Всегда знал. И всё равно… всё равно прикоснулся. Нужно было сказать что-то. Пошутить? Нет ,она убьёт его прямо сейчас. Сделать вид, что ничего не случилось. Но он молчал. И просто отвернулся к экрану, притворяясь, что этот поцелуй никогда не происходил. Кейли не отводила от него взгляда. Она ждала. Ждала, что он посмотрит на неё, скажет хоть что-то — объяснит, отвергнет, разозлится, рассмеётся. Что угодно. Но Кевин молчал. Он сидел, словно статуя, с напряжённой челюстью, сжатыми кулаками и взглядом, прикованным к экрану, на котором шли какие-то кадры — пустые, бессмысленные, неважные. Кейли нахмурилась. — Кевин, — прошептала она. Он даже не дрогнул. — Кевин, посмотри на меня. Он сглотнул, но так и не обернулся. Тогда она осторожно дотронулась до его руки. Кевин резко дёрнулся, как от ожога. — Не надо, — выдавил он. Голос был хриплым, срывающимся, будто у него внутри что-то рушилось. Кейли не сразу нашлась, что сказать. — Почему?.. Кевин зажмурился, провёл рукой по лицу, словно хотел стереть всё, что только что произошло. — Это была ошибка. Она застыла. — Ошибка? Он наконец посмотрел на неё. В его глазах было что-то странное. Не отвращение, не сожаление, но… что-то слишком сложное, слишком глубокое, чтобы уложить в одно слово. — Да, — тихо ответил он. — Забудь. Кейли чувствовала, как внутри всё опускается в пустоту. — Ты не… не хотел? Кевин промолчал. И именно это молчание стало ответом. Кейли резко встала. — Я иду домой. — Кейли… — Нет, правда, спасибо за попытку меня развеселить, — усмехнулась она, но в голосе дрожала боль. — Было весело. Особенно в конце. Она развернулась и пошла к выходу. Кейли шла быстро, чувствуя, как холодный ветер пробирается под куртку. Она даже не надела капюшон. Ей было всё равно. Мелкий дождь моросил, скатываясь холодными каплями по щекам. Они смешивались с горячими слезами, которые она яростно стирала ладонью. «Ошибка». Это слово снова и снова звучало в голове. Почему это так больно? Почему внутри всё сжимается от какого-то глупого поцелуя? «А ты чего ожидала, Кейли?» Она сжала кулаки, стараясь не дрожать. Кевин всегда был… другим. Отстранённым. Собранным. Он не совершал необдуманных поступков, не говорил лишнего. И если он сказал, что это ошибка, значит, он так и считает. Тогда почему он так смотрел на неё? Почему его пальцы задержались на её щеке дольше, чем должны были? Почему этот поцелуй был таким…настоящим? Кейли шагала по улице, почти не разбирая дороги. Всё слилось в серую пелену: город, мокрый асфальт, гул машин. Но потом она услышала его. Его шаги. Быстрые, решительные. Сначала она подумала, что это просто показалось. Но нет. — Кейли! Кевин. Он догонял её. Она сжала челюсти и прибавила шагу, но он уже был рядом, хватая её за запястье. — Кейли, остановись! Она рванулась, но Кевин не отпустил. — Отпусти, Кевин! — голос дрожал, но не от холода. Он посмотрел на неё, и в его глазах было что-то отчаянное. — Ты правда так уйдёшь? Просто… уйдёшь? — А что мне делать?! — воскликнула она, зарывая пальцы в мокрые от дождя волосы.— Ждать, пока ты решишь, что именно это было? Ждать, пока ты соблаговолишь объяснить, почему смотришь на меня так, будто я для тебя не пустое место, а потом говоришь, что всё это ошибка? Кевин крепче сжал её руку, но мягко, без боли. — Ты не пустое место, Кейли… — Тогда почему ты так боишься? Он молчал. Капли дождя стекали по его лицу, задерживались на ресницах, срывались вниз. — Чего ты боишься, Кевин? — повторила она тише. Кевин сжал губы. — Себя, — выдохнул он наконец. Кейли нахмурилась. — Что? — Я боюсь себя, — повторил он, и в голосе было столько надлома, что её сердце сжалось. Она ничего не понимала. Но прежде чем она успела что-то сказать, Кевин вдруг шагнул ближе. Его руки поднялись, коснулись её лица, а пальцы — едва ощутимо дрогнули. — Я не должен, — прошептал он, но не отстранился.  Её дыхание сбилось. — Тогда не делай этого. — прошипела брюнетка ,отталкиваясь от его груди и направляясь к машине. — отвези меня домой . — Кейли… — устало выдохнул Кевин , вообще не контролирую себя и то ,что с ним творилось.  — Сейчас же! — она обернулась и вдруг осознания их внешнего вида развеселило её . Она уже и не помнит смеялась она просто или это была натуральная истерика , но она  закрыла лицо руками , что-то прошептала и также продолжала идти к машине.  Из всех слов Кевин расслышал только тихо «ненавижу» и он согласился бы с ней ,он тоже себя ненавидит, а ещё она возненавидит его в разы сильнее ,когда вскроется правда о том ,что они брат с сестрой , а он лез целоваться к ней и проявлял знаки внимания ,которые не должен был проявлять.  Она села назад ,не захотела видеть Кевина даже боковым зрением ,поэтому повернулась к окну и сделала вид ,что она одна здесь , будто машина едет без него.                                   *** Она бесилась из-за самого факта своего присутствия здесь. Отец не разрешал оставаться ей дома ,потому что боялся того ,что может произойти,если она останется одна. Ваймак ещё не совсем доверял Кейли , а она в свою очередь не хотела подводить папу и всё-таки согласилась присутствовать на этом банкете ,составив компанию Ники. Правда они с Ники разве что поздоровались ,потому что сначала она всё время была с отцом , а когда время пришло рассаживаться ,то с ненастью кинула взгляд на табличку ,где её имя было написано рядом с Кевином . Они не разговаривали с того дня . Она обо всём делилась с Эндрю , все сведенья ,которые отправлял Ичиро было донесены до Миньряда сразу же ,но когда Эндрю оказался в клинике ,она перешла на Нила , иногда что-то ему сообщая ,лишь бы сдержать слово перед блондином ,что Нил будет в курсе дел. Шум бокалов, приглушенный свет люстр, запах дорогого алкоголя и сигаретного дыма. Банкет был в самом разгаре. Кейли сидела рядом с Кевином, напряжение между ними было почти осязаемым. Никто не говорил об этом вслух, но взгляды, которыми обменивались гости, выдавали их осведомленность. Особенно взгляд Рико — он изучал сцену с откровенным удовольствием. Кейли не была похожа ни на Лисов, ни на Воронов. Худенькая, элегантная, утончённая — даже Эллисон не дотягивала до такого уровня. Её мать была известной моделью, и это чувствовалось во всём: от безупречной осанки до дорогих украшений. Волосы, обычно прямые, теперь ложились локонами, подчёркивая аристократичные черты лица. Чёрное платье Chanel, купленное матерью в прошлом году, облегало стройную фигуру, длинные ноги выделялись на фоне тёмных колготок и каблуков. Но больше всего в ней привлекало внимание дорогое белое колье, бросающее вызов всей обстановке зала. — Ну надо же, какая принцесса забрела в логово лис? — протянул Рико с хищной усмешкой, медленно отпивая из бокала. Кейли едва заметно усмехнулась, но в её глазах блеснул вызов. — Возможно, я просто люблю экзотические виды животных, — её голос был ровным, но в нём звучала явная насмешка. Рико поднял брови, поражённый её дерзостью, и ухмыльнулся шире. — Надо же, не боишься остаться без пальцев, играя с хищниками? — его взгляд скользнул по ней, отмечая каждую деталь. — Или ты просто не знаешь, с кем связалась? Кейли наклонила голову, позволяя прядям волос соскользнуть на плечо. — Думаю, меня уже ничем не удивишь,Рико, — её голос был сладким, но ледяным. Кевин не проронил ни слова, но его спина была напряжена, кулаки сжаты. Это не ускользнуло от Рико. Он решил надавить сильнее. — Дэй, — неожиданно обратился он к Кевину, снова наполняя свой бокал. — Как там Тея? Тишина за столом показалась звенящей. Кевин замер, его лицо исказилось, но он быстро взял себя в руки. Кейли резко повернулась к нему, её глаза сузились. — Кто такая Тея? — в её голосе слышалась настороженность, а в груди разливалось непонятное, неприятное чувство. Рико не мог не наслаждаться этим моментом. Он наклонился вперёд, его улыбка была почти дружелюбной. — Ах, ты ещё не знаешь? Интересно... — Он провел пальцем по краю бокала. — Кевин, ты так и не рассказал своей подруге? Или ты сам до конца не понял, кто она для тебя? Кевин сжал челюсть так сильно, что на висках заходили желваки. — Хватит, Рико, — процедил он сквозь зубы. — О, так я прав? — насмешливо протянул  Рико. — Должно быть, забавно, правда, Кейли? Быть так близко к кому-то, но при этом не знать главного... Кейли почувствовала, как внутри всё похолодело. Она снова посмотрела на Кевина, но тот не встретился с ней взглядом. Это было даже хуже, чем любые слова Рико. Он действительно что-то скрывал. Что-то важное. Рико лениво откинулся на спинку кресла, будто оценивая ситуацию с нового угла. — Интересно, Кевин, а ты вообще когда-нибудь собирался ей рассказать? Или ждал, пока кто-то другой сделает это за тебя? — Он усмехнулся, глядя на напряжённого Кевина.  — Хотя, наверное, тебе было удобнее оставить её в неведении. Меньше драмы, верно? Кейли фыркнула, её раздражение росло с каждой секундой. — Как трогательно, — сказала она, глядя прямо в глаза Рико. — Ты вдруг решил поиграть в благородство? Рико рассмеялся, но его взгляд остался холодным. — Благородство? О нет, принцесса, я просто люблю хорошие семейные истории. — Довольно, — раздался голос Нила. — Если ты ищешь, с кем поиграть, Рико, выбери меня. Морийяма лениво перевёл на него взгляд. — Я займусь тобой позже, Джостен. А пока мне интереснее эта маленькая семейная драма. Жан, сидевший рядом с Рико, скрестил руки на груди и презрительно усмехнулся. — Ты слишком много на себя берёшь, Джостен. Тебе не кажется, что ты не в том положении, чтобы перебивать Рико? — Его французский акцент делал слова ещё более ядовитыми. Нил лишь ухмыльнулся. — А мне кажется, я всегда в положении, чтобы испортить вам вечер. Рико тихо засмеялся, качая головой. Кейли раздражённо переглянулась с Кевином. Между ними вспыхнул безмолвный диалог, полный обвинений и недосказанности. В конце концов, её терпение лопнуло. Она молча встала из-за стола и вышла из зала. Рико проводил её взглядом и усмехнулся: — Ну что ж, по крайней мере у неё есть инстинкт самосохранения... чего не скажешь о вас, — его взгляд скользнул по Нилу. Затем он снова повернулся к Кевину, уже не скрывая своего удовольствия. — Ты ведь знаешь, что она всё равно узнает, верно? Интересно, как она это воспримет… Кевин промолчал, но его руки сжались в кулаки. Рико ухмыльнулся. — Ладно, вернёмся к нашим развлечениям. Джостен, ты ведь так хотел моего внимания? Теперь оно у тебя. Кейли вышла из душного банкетного зала на улицу. Морозный воздух обжёг кожу, но она даже не заметила этого. Белые хлопья снега мягко кружились в свете уличных фонарей, и на мгновение ей показалось, будто она оказалась в другом мире — тихом, пустом, где не было ни Рико, ни Кевина, ни всех этих тайн, которые сжимали её грудь железным обручем. Дрожащими пальцами она вытащила телефон и открыла диалог с Ичиро. Они переписывались уже неделю, и Кейли доверяла ему больше, чем многим из тех, кто был в зале. Она быстро напечатала: «Мне не стоило приходить сюда. Надо было не слушать отца и оставаться дома.» Ответ пришёл почти мгновенно. «Хочешь, я приеду за тобой?» Кейли замешкалась. В голове вспыхнула картинка: тёмная дорога, вспышки фар, холодный металл наручников. После той поездки с Остином она не могла просто взять и снова сесть в машину. Она быстро набрала: «Нет. Пока не готова.» Несколько секунд Ичиро не отвечал, а затем сообщение осветило экран: «Я проверил всех, кого мог. Остина нигде не видели после олимпиады. Но я не прекращаю искать.» Кейли сжала телефон в руке, убрала его в карман и подняла голову. Снег продолжал падать, завораживая её своей спокойной, почти гипнотической грацией. Она могла бы просто стоять здесь вечно, если бы не внезапное ощущение тяжести на плечах. Тёплая ткань — чей-то пиджак. Она резко обернулась. Кевин. — Не надо, — раздражённо сказала она, пытаясь скинуть пиджак, но он удержал её за руку. — Ты замёрзнешь. — Мне плевать. Она снова дёрнулась, но он не позволил. Их взгляды встретились. В его глазах читалось напряжение, беспокойство, вина. И это злило её ещё больше. — Меня уже достало, что все что-то знают, а я нет, — выплюнула она. — Что сказал Рико? Почему ты молчишь? Кевин сжал губы, словно пытался подобрать слова, но Кейли не собиралась ждать. — И не надо врать. Я вижу, что ты пытаешься обойти углы, как всегда. Ты вообще способен сказать что-то прямо? Кевин тяжело вздохнул. — Всё не так просто, Кейли. — Конечно, — она горько усмехнулась. — Всегда одно и то же. Ты, Нил, Рико… Все храните свои чёртовы секреты, а я должна просто стоять в стороне? Она сделала шаг назад, но Кевин снова удержал её. — Ты важнее всех остальных. Ты всегда была. Просто… просто сейчас я не могу выразить это так, как ты хочешь. Но это не значит, что я не чувствую. — Важнее всех? — усмехнулась она. — А Тея? Ты думал о ней, когда поцеловал меня в кино, верно? — в её голосе сквозила горечь. Кевин напрягся, но не отвёл взгляд. — Это было не так, — тихо ответил он. — Тея здесь ни при чём. — Не при чём?! — Кейли сжала кулаки. — Ты действительно так думаешь? Мне уже надоело это скрывать, Кевин. Мне надоело делать вид, что меня не разрывает на части каждый раз, когда я смотрю на тебя ! Каждый раз ,когда я вспоминаю ,что случилось ,когда ты был рядом вчера ,а сегодня ты отталкиваешь меня . Ты не имеешь права так со мной поступать после всего, что было! Кевин молчал. Она видела, как на его лице отразилась боль, сомнения, вина. Но ответа не последовало. Она медленно опустила голову, и Кевин заметил, как сильно она изменилась. Похудела. Повзрослела. Её глаза больше не светились прежним огнём, в них поселилась усталость. Кейли резко отвернулась и зашла обратно в банкетный зал. Внутри всё было по-прежнему: смех, звон бокалов, запах дорогих сигар и алкоголя. Но Рико и Нила уже не было. Зато был кто-то другой. Высокий парень с холодным, цепким взглядом приближался к ней. Кажется, кто-то из Лисов говорил, что его зовут Грейсон. Возможно, это была Дэн. Он явно шёл к ней с какой-то целью. Но не успел. Перед Кейли, словно возникнув из воздуха, оказался Жан Моро собственной персоной. Он протянул руку. — Потанцуем? Она обернулась, и её взгляд тут же наткнулся на Кевина. Тот смотрел на неё изучающе, с явным волнением, покачал головой, словно давая понять: «Не нужно». Кейли принципиально вложила свою ладонь в руку Жана. Он повёл её в центр зала, плавно положил ладонь на её талию, и музыка повела их вперёд. Танец был медленным, но напряжённым. Кейли не сводила с него глаз. Жан был красивым ,высоким и выглядел не по годам мудрым. Она знала ,что он самый младший из Воронов ,она всё это читала , в период своей фанатской эры по данной команде , а ещё знала ,что сейчас танцует с лучшим защитником ,возможно в будущем лучшим защитником мира!  — Ты знаешь, что Кевин что-то скрывает, — прошептала она прямо. Моро чуть дёрнулся , слышать это было непривычно. От Кейли пахло цветочными духами , а её голос был нежным . Серые глаза скользнули по ней , а затем его губы плотнее сжались , заглядывая в зелёные глаза ,которые горели от нетерпения. Жан бы никогда не сравнивал её глаза с глазами Кевина ,потому что первые были светлее , имели карие вкрапления , а глаза Дэя были как тёмный лес. Изумрудные , очаровывали всех.  Жан чуть закатил глаза ,поддерживая имидж ворона. — Я знаю многое. - Кейли хмыкнула ,потому что такой немногословный ответ был в его стиле.  — И не собираешься мне рассказать, да? — Нет. — Почему? — Потому что я не из тех, кто треплется о чужих секретах. Кейли сжала зубы. Её раздражение росло.  Она ещё раз посмотрела в сторону Кевина — тот стоял у стены, его лицо было напряжённым, а взгляд неотрывно следил за ней. — Тогда я просто спрошу у Рико, — решительно сказала она. Жан резко развернул её, чуть прижимая ближе. Она съёжилась ,вспоминая ненужные воспоминания и легонько отстранилась от него ,продолжая чуть удерживать дистанцию. — Не советую, — его голос был низким, предостерегающим. — Почему? — прошипела она. — Потому что ты не готова к ответу. И его взгляд на секунду стал слишком серьёзным, слишком глубоким. И Кейли вдруг поняла: возможно, он прав.