Соударение

Заплатка? Как ни старалась, Джинкс не могла выкинуть размышление из головы. Оно крутилось, как заевшее слово на поцарапанной пластинке. Заплаткам не доверяют. (По крайней мере, не так, как тем, кого они заменяют… Интересно, кого именно Силко считает своей потерей? Вандера? Поэтому не добил, а передал того Доку? Поэтому взял Паудер к себе?) Попытка через неё всё исправить? Его идеальное творение? Так тоже плохо. Мнения творений не спрашивают. (Ну, точно не по важным вопросам). Ну, или Джинкс в который раз делает неверные выводы. Кто знает? Вот она — точно нет. «— Я на твоей стороне» — Говорил он. И Джинкс — верила, поскольку знала, что случится, если она — истерические крики, выстрелы, кровь пропитывает гловелетты — она… усомнится. А он? Он — верит?.. не в неё, а ей? — Решать разногласия надо словами, а не выстрелами. — Наставительно повторила зеркалу Джинкс в последний раз. — Давай, думай, ты сможешь сообразить что-то убедительное. * * * — Ты должен это увидеть. Пошли со мной. Вечер опускается на Заун, а усталость отпечатывается на лице Силко. Но он — не спорит, неопределенно кивая. — Скажи Севике... — Нет. — Упрямится Джинкс. — Сегодня я — твоя охрана. * * * Вечерний воздух Зауна был насыщен привычной смесью промышленных выбросов и удушливого смога. Гул в пустотах подземных уровней, иногда вырываясь наружу, устремлялся к небесам, затихая лишь в плотном облаке испарений. Джинкс, ловко передвигаясь по крышам, следовала за Силко, который уверенно шествовал по узким улочкам, понемногу спускаясь вниз по заданному девушкой направлению — к старым шахтам. Она с легкостью перепрыгивала с одной крыши на другую, и её яркие косички мелькали из-под плаща, не оставляя для сторонних наблюдателей сомнений в том, кто именно прячется под капюшоном. Наблюдать, правда, было некому: они избрали очень непопулярный маршрут по закоулкам города. Только они вдвоём, он — внизу, она — сверху. Почти — интимно — идиллия. До поры. …Впереди, из-за угла, показалось несколько теней. Но вовсе не нашивки на плечах наемников заставили Джинкс насторожиться: её чуткий слух уловил скрип колес кресла-каталки. Кросс. Царёк всея Информаторов и Тотализаторов. Трусливый и мелочный, но, собака, сообразительный. Однако… не настолько, чтобы выжить в её несвершившемся будущем. Пока маленькая армия наемников остановилась поодаль, Кросс неторопливо выкатил своё кресло навстречу Силко. — Какая приятная встреча! — А главное, неожиданная. — Равнодушно пожав плечами, съязвил Силко. Джинкс же — затаилась, оглядывая крыши, но никого не находя: предположительные противники все скопом обретались внизу, а значит, перекрестного обстрела с верхних позиций не планировалось. Это хорошо. — Разве ты не рад меня видеть? Я как раз очень рад: во мне, знаешь, взыграло любопытство, — неприятно улыбнулся Кросс — сам понимаешь, мне положено быть любознательным. — Верно. — Всё также незаинтересованно кивнул Силко, скучно глядя поверх головы собеседника. Пауза затягивалась. Видимо, поняв, что молчанием отделаться не получится, Око Зауна тяжко выдохнул: — И в чём выражается твоя любознательность сегодня? — О, сущие мелочи! — С готовностью отозвался Кросс, довольный тем, что у него получилось вовлечь оппонента в эту игру. — Но их много. Вот к примеру: сколько ещё мне терпеть в Ямах того однорукого кретина-нытика, которого ты ко мне отправил? — Он ещё жив? — Неподдельное удивление в голосе Силко прошло мимо Джинкс: она пыталась вспомнить. Что-то значимое и знакомое скрывалось в этом вопросе, что-то крутилось на периферии сознания… — Только ради тебя. — Не стоило утруждаться. — Холодно припечатал Силко и, сочтя встречу оконченной, шагнул вперед. Но его собеседник считал иначе. — Это твоя рукодельница развесила по району Финна такое, признавайся? — Подался вперед Кросс, очень топорно перейдя к делу и игриво подмигивая. — Признаюсь, что я спешу. — Голосом Ока Зауна можно было замораживать Бездну. — В мои Ямы? — На ухмылку Силко не ответил. Но своё нарочитое равнодушие — растерял мигом. — В твои Ямы? — Уточняющий вопрос прозвучал почти ласково, а поза мужчины неуловимо изменилась. И Джинкс — этого оказалось достаточно. Не раздумывая, она спрыгнула вниз, приземляясь розовым росчерком за спиной Силко. Глаза её мигнули угрожающим лиловым. — Приветики, — с усмешкой произнесла она, демонстративно дергая затвор на массивной пушке. — Одни здесь гуляете, мальчики? Кросс осторожно положил ладони на рычаг управления креслом, косясь на Силко и будто призывая его окоротить девицу. Но тот единственный, кто мог остановить Джинкс, вновь перешел в молчаливый режим созерцания, пытаясь разглядеть ночное небо за дымными заводскими облаками. Казалось, даже изрешети Джинкс всех на Линии — он не пошевелится. — Хочешь составить моим ребятам компанию? — С намёком пошутил Кросс, но в голосе его явственно сквозила опаска. Кажется, он уже успел пожалеть о том, что решил покинуть своё безопасное убежище в угоду любопытству. — Тебе — первому! — Зло рыкнула Джинкс. — Ну же… Дай мне повод. — Джинкс. Мы торопимся. Накал страстей сошел на нет, едва начавшись: Джинкс разочарованно опустила дуло пушки, Кросс торопливо отъехал в сторону, пропуская пару вперед, а его банда и вовсе нестройно и трусливо отступила в проулок. — Вот, блин… Ещё минуты три Джинкс разочарованно бубнила себе под нос разные вариации расстройства такой резкой переменой настроений Силко, но лишь до тех самых пор, пока не заметила, что шагающий рядом мужчина буквально прожигает её взглядом. Джинкс, заметив выражение его лица, а за собой очередных ошибок — не заметив вовсе, слегка запаниковала, за долю секунды передумала озвучивать новую претензию, разворачиваясь к своему суровому спутнику, и постаралась звучать как можно жалобнее: — Я что, опять накосячила, да? Однако, Силко отреагировал странно: удивленно вздохнув, он резко отступил назад. — Да что такое?! — Не выдержала девушка, нервно повысив голос и окончательно раздумав играть в раскаяние по неведомому ей поводу. Мужчина помедлил, но уже через мгновение — тряхнул головой, вновь становясь собой. — Всё в порядке. Ты поступила правильно. — Тогда что это, мать твою, было?.. — Тут же возмутилась Джинкс, очень легко в присутствии Силко терявшая уверенность в собственной правоте. — Ничего. — Кривая усмешка расчертила лицо, причудливо искажая шрамы на левой щеке. — Возле старых тоннелей… голоса прошлого слышнее всего. — А. Ну… Ладно. — Недовольство в груди лопнуло проколотым воздушным шариком. Не особо понимая, при чём тут она, Джинкс всё же допытываться до истины — в очередной раз не стала, сочтя за лучшее топать вперед молча. * * * «— Ты сумасшедшая, если идёшь в шахты с первым встречным. Тебе не страшно? — Глупый, если я сумасшедшая, чего же мне бояться? — Улыбается девушка. И медленно, непристойно облизав ствол своей пушки — ныряет в темный шахтовый туннель первой». Весь сегодняшний вечер он чувствует острое дежавю. И, возможно, именно оно заставляет Силко задать Джинкс невероятно идиотский вопрос, пока они на пару отдирают фанерные листы и защитную сетку, освобождая заколоченный спуск в заброшенные тоннели. — Тебе не страшно спускаться в шахты?.. — Под насмешливым взором Джинкс он чувствует себя ещё большим идиотом, чем уже есть. Ну, естественно: она ведь там уже бывала, и не единожды. Как, впрочем, и большинство заунитов, так что глупее вопроса не придумать. Но… он задаёт его намеренно. — Чего мне бояться, Силли?* Конечно же, отвечая, она не облизывает свой массивный миниган. Разумеется, нет. Но… Когда Джинкс со значением встряхивает пушку и целует её, Силко застывает на месте. «— Дай мне повод». Уже когда-то пережитое и однажды слышанное — снова обретает форму, застревает в трахее, перекрывает дыхание. «— Я накосячила, да?» — Ты чего там застрял?! Двигай сюда! — Пожалуй, если бы не этот окрик, он бы умудрился додуматься до того, что та, другая Джинкс из какой-то другой реальности — всё-таки эта. Благо, от неуместных надежд получилось вовремя отбиться. Раздражение скреблось в груди. Он мог бы назвать это грустью и тоской, но последние годы всё, что мешало функционировать и быстро реагировать, его исключительно раздражало, а не расстраивало. Точнее… всё, кроме Джинкс. И зачем он только с ней сюда потащился?! В целом, он знал ответ. Всегда знал. Она ему нужна. Именно она сама по себе: не техник, не ребенок Вандера в качестве заложника или жеста доброй воли — просто она. А значит, любые, даже самые странные и неудобные капризы Джинкс он был готов терпеть (с переменным успехом, но со всей старательностью). Конечно же, то, как с каждым прожитым годом его Джинкс становилась всё сильнее похожа на ту, другую… «Такие знакомые дымные облака красят светлую кожу голубым. Татуировки для Зауна — норма, и Джинкс закономерно пришла похвастаться обновкой и получить дозу одобрения работой мастера, однако, от шока Силко не может даже нормально вздохнуть…» … Это всё усложняло. Он сам всё усложнял. Силко даже не пытался врать себе, что (пусть это будет кто-то нормальный, кто угодно, кроме этого Экко, которому Джинкс так благоволит, её дружок детства слишком выбешивает) он сможет её отпустить. Ничего подобного. К примеру, подробностей про того наёмника, которому он лично выломал конечность, Силко не знал, однако вышел из себя в рекордные сроки и, не дослушав Севику, учинил расправу. Хотя та и утверждала по сей день, что босс хватил лишнего, и если бы Джинкс была против того, что её лапают, то справилась бы с этим кретином сама. Ещё около недели после того, как он не смог удержать себя в руках, Силко с замиранием сердца ждал от Джинкс душераздирающих претензий о том, что он мол, бессовестно покалечил её ухажёра, зазря сослал в Ямы и вскоре очень об этом пожалеет. Не случилось. И даже сегодня, когда Кросс при Джинкс громогласно выдал причастность Силко к произошедшему, она не отреагировала и не закатила истерику. Может, Джинкс всё равно, она действительно не была с парнем знакома и в тот вечер просто не хотела устраивать лишнего шума, а Силко, разобравшись с зарвавшимся червём, поступил абсолютно верно, пресекая попытки нарушить иерархию, как положено хорошему руководителю. А может, в ту ночь, когда он пригрозил утопить в канаве каждого, кому она станет благоволить, она восприняла эти его слова, как единственно возможную норму развития событий. Так или иначе, ему здорово повезло. В этот раз. Но… Её сестра всё ещё может отобрать у него Джинкс. И скорее всего, в этом случае ему придется не просто смириться, а даже поспособствовать подобному развитию событий, свести их добровольно, поскольку Силко в последнее время предвидел альтернативу ещё худшую: Джинкс могла пожелать снова повернуть время вспять для того, чтобы… вернуть ту девчонку. «Иша, Иша, Иша… Стена пестрела формулами, линиями, расчетами петель. И среди всего этого хаоса то тут, то там возникало имя, которое Силко уже начинал заочно ненавидеть. Джинкс хотела её вернуть. И с этим надо было что-то делать. Из комнаты он вышел очень тихо, стараясь не потревожить нервный сон девушки». Лучше уж Вайолет: Джинкс будет слишком занята выяснением отношений с сестрой, и времени на то, чтобы тосковать, у неё не останется. Да, пусть так — иные варианты слишком пугали. Джинкс, с её максимализмом, действительно может всё стереть снова. И… Возможно, в новом витке реальности он её всё-таки потеряет, она одумается и откажется от него в пользу чего-то лучшего. Возможно, сейчас быть рядом её заставляет только чувство вины, и теперь она начала сомневаться, что, вернувшись на столь дальний отрезок, поступила правильно. Возможно… всё, что угодно. Множество вариантов и никакой определенности. Так или иначе, очевидно, что Джинкс, несмотря на все его усилия и вложенное в их отношения время, решила мнить себя одинокой. И, раз она пришла к такому выводу и взялась размышлять над тем, как это исправить, он… несмотря на все её прежние заверения, на самом деле не тот, чьего присутствия ей достаточно. Из двух зол стоит выбирать то, что повлечет за собою менее непоправимые последствия, а значит, он должен вернуть Джинкс сестру, чтобы она забыла про эту… Ишу. Да, пока что реакция Джинкс на его предложение оставляет желать лучшего, но уж в своём даре убеждать Силко не сомневался никогда. Ему просто нужно немного больше времени. Когда-то… когда-то он остался один. Умирая тогда, под дождем, лишь чудом выбравшись из реки, истекая кровью… С тех пор он был всегда один. До Джинкс. И она может его покинуть в любой момент. Он этого не допустит. Но для того, чтобы она осталась, у неё должно быть всё. Всё, что он может дать: этот город, свобода действий, сестра, не пытающаяся оторвать ей голову… Последнее можно будет оформить через влияние девицы Кирамман на Вайолет: главное проследить, чтобы та вовремя это влияние приобрела. Впрочем, не проблема — в отличии от многих, Силко умел решать деликатные вопросы, когда очень того хотел. А уж найти по ходу дела подход к дочери Советницы и вовсе не казалось сложной задачей: он управится за один разговор. Скорее всего, разговор очень долгий, но — один. _________________ Silly — глупый (англ.)