Глава 8.

«Умереть со стыда» – прекрасное маггловское выражение, которое идеально описывало то, что испытывала Гермиона в данный момент, стоя у ступенек Астрономической башни и дрожа всем телом от осеннего ветра. Казалось, что её физическая оболочка осталась на этом холодном полу, а душа улетучилась от стыда куда-то в другое место, оставляя бренное тело разбираться во всём в одиночку. «— Как я это допустила? Мерлин, Джинни с остальными спасали Артура от верной смерти, а я… Нет, минуточку, это не я! – подсознание бунтовало как никогда.» — Драко! Это ты виноват! – развернувшись, Гермиона кинула в него свой разъярённый взгляд. — Я? Что? – брови слизеринца подскочили в удивлении, — Ты вообще о чём? — Это ты соблазнил меня на вот это… бесстыдство! – на секунду придя в себя и заметив, что половина рубашки всё ещё держалась лишь её руками, Гермиона начала судорожно её застёгивать, — Я должна была просто дождаться новостей, а вместо этого занималась тут всяким, разве так поступают хорошие друзья… — Ох, Салазар, началось… - состроив мученическую физиономию, Драко поднялся с пола и подошёл вплотную к Гермионе, вновь укутывая их обоих согревающими чарами, — Ты же понимаешь, что ничем не могла им помочь? — Не могла, да, но и развлекаться тут с тобой было неправильно… — Почему? Ты не сделала ничего такого, за что тебя можно было бы осудить, и даже рыжая это поняла. – Драко обхватил одной рукой девичью талию и притянул гриффиндорку к себе в желании быстрее отогреть теплом собственного тела, — Нет ничего плохого в том, чтобы позволить себе отключить голову от проблем в моменты, когда нет возможности на них повлиять. И, поверь мне, ты выбрала не самый худший способ, Грейнджер. Шумно вздохнув, Гермиона уткнулась лицом в мужскую грудь, наслаждаясь разливающимся по телу теплом и прислушиваясь к размеренному биению сердца. Собственное же сердцебиение, казалось, всё ещё борется с душой за её возвращение в искушённое похотью тело. Но где-то очень глубоко девушка понимала, что не жалеет ни о чём, и ей очень хотелось бы довести дело до конца, потому что незнакомые, но такие приятные ощущения манили к себе магнитом. Ранее Гермиона никогда не задумывалась о том, что для неё значит девственность. Да и мысли про тесные отношения с противоположным полом тоже не играли важную роль. Именно по этой причине она удерживала Виктора на расстоянии от себя весь прошлый год, не давая сблизиться сильнее. Учёба, друзья, старостат, работа в Министерстве на благо всех тварей с ущемлёнными правами – таким был её запланированный курс на ближайшую жизнь. Но теперь всё изменилось, наступающая на пятки война изменила весь вектор планов. И сейчас ей как никогда хотелось успеть взять от этой жизни все. Хотелось позволить себе дышать полной грудью и чувствовать всё то, что раньше казалось запретным или неправильным. Хотелось любить так сильно, чтобы каждая клеточка тела чувствовала физическую потребность в другом человеке, чтобы просыпаться и засыпать с мыслями о нём, а днём тонуть в ласках желанных рук. И как только Гермиона позволила себе принять и осознать существование этих мыслей, всё будто встало на свои места. Все чувства, которые раньше пугали и смущали, будто прояснились и стали освещающим маячком в этой туманной неизвестности. Она наконец осмелилась признать, что отталкивала Виктора не только из-за нежелания придаваться особой близости, а ещё и из-за явного влечения к другому человеку, за которым украдкой наблюдала в их повседневной жизни, складывая мелкие интересные детали на полки своего подсознания. Уже несколько лет она присматривалась к Драко, сама того не замечая, и их укрепляющаяся в течение этого времени межфакультетская дружба только способствовала развитию иного влечения, в котором было страшно признаться даже самой себе. Он менялся на её глазах, раскрывая себя с разных сторон и заставляя вновь и вновь поражаться глубине его личности, уровню знаний и отношению к близким людям. Но страх, что её чувства могут оказаться не взаимными, заставлял лишь продолжать молча наблюдать, бережно собирая кусочки важных деталей их общения в одну общую картину. Гермиона часто замечала на себе его взгляды, но сводила их к простому дружескому интересу. Также она замечала, что он откуда-то узнал её вкусовые предпочтения и иногда приносил к завтраку самый вкусный кофе, который она только пробовала. Где он умудрялся его достать в стенах замка – оставалось загадкой. Иногда Драко позволял себе убрать с её лица мешающие пряди волос, но разве это не просто дружеский жест? — Грейнджер, ты уснула? – длинные пальцы коснулись волос, бережно поглаживая по затылку. — Нет, прости, я задумалась. – только сейчас Гермиона поняла, что почти навалилась на Драко всем телом и обмякла в его руках, купаясь в бесконечном потоке своих мыслей. — И… мне жаль, что у нас не получилось довести дело до конца. – признаться в своих желаниях сейчас почему-то оказалось также легко и правильно, как дышать. — Знаешь, у нас ещё есть шанс продолжить, да и раздеть тебя в этот раз получится чуть быстрее. – усмехнувшись, он поднял руку и показательно покрутил между пальцев бежевый лифчик, держа его за тонкие бретели, о котором Гермиона совсем забыла в порыве быстрее скрыть наготу от Джинни. — Мерлин! Я совсем о нём забыла! – цепкие ручки тут же оторвались от тёплого тела в попытках забрать своё, — Малфой, а ну отдай, зачем он тебе! — Ты же моя, значит и это тоже будет моим. Ступор, заставивший Гермиону замереть на месте с широко распахнутыми глазами, вызывал у Драко весёлый смешок. Её карамельные глаза метались по самодовольному лицу с белоснежной кожей в попытках понять серьёзность сказанных им слов. — Салазар, Грейнджер, дыши, иначе мне придётся делать твоему упавшему без чувств телу искусственное дыхание. – улыбка не сходила с его губ, — Что именно тебя так поразило в сказанном? То, что я планировал оставить себе твой лифчик для каких-нибудь извращенских утех, или то, как я назвал тебя? — И то, и то. – как на духу выпалила гриффиндорка, делая глубокий вдох. — Я думал, самая умная волшебница своего времени должна понять, что наши отношения для меня значат достаточно много и точно не являются временной утехой. Поэтому да, Грейнджер, я могу позволить себе назвать тебя именно так. – большой палец легонько погладил её скулу, — Если ты, конечно, не против. — Нет, конечно, нет. – кончики губ дрогнули в довольной улыбке, когда Гермиона заглянула в серые глаза, ставшие на мгновение непривычно тёплого оттенка. — Вот и разобрались, - немного отступив, Драко протянул руку, — Пойдём, я провожу тебя до гриффиндорской гостиной, - второй рукой неуклюже засунул бежевый лифчик в карман брюк, — А это я всё-таки оставлю себе. Если он возьмёт в привычку забирать себе её вещи, то вскоре Гермиона будет вынуждена начать заниматься ответной преступной деятельностью, чтобы не ходить нагишом. Но об этом было решено подумать чуть позже, а пока, переплетая пальцы с родной тёплой рукой, она послушно шла за ним в факультетскую гостиную.

********

Гостиная была погружена в полумрак, лишь несколько свечей и камин в самом центре наполняли комнату тёплым светом, создавая особенно уютную атмосферу. Потерев глаза, Гермиона шумно зевнула и планировала поспать хотя бы несколько часов, но взгляд невольно уцепился за черную макушку, торчащую из-за дивана. — Пэнси? – неуверенно произнесла гриффиндорка, не веря собственным глазам. — Грейнджер. — Как ты вообще попала сюда? – обойдя диван, Гермиона устало упала рядом со слизеринкой, окинув ту удивлённым взглядом, — Откуда ты знаешь пароль? — Меня впустила Джинни, мы столкнулись в коридоре недалеко от вашей гостиной. – вид у Пэнси был не менее сонный, чем у самой Гермионы, а щёки горели ярким румянцем, видимо от того же огневиски, что пил Драко. — После того, как Драко ушёл, мы остались в слизеринской гостиной, но очень скоро там объявился Снейп, который явно был встревожен и сказал, что проклянёт нас с использованием наших же бутылок, если к его возвращению мы не уберёмся спать. Шумно втянув губами воздух и немного переведя дыхание, Пэнси запустила пальцы в волосы, нервно зачесывая их назад и слегка прижимая к затылку. — Сложив бегство Драко и нервное поведение Снейпа, мы поняли, что это явно крутится вокруг Поттера и вот, я тут. – нервный смешок украсил её губы, — Огневиски явно подействовал на мой мозг в моменте, потому что чем дольше я тут сижу, тем меньше вижу в этом смысла, но… Меня просто потянуло сюда, я, кажется, переживала. Ты же знаешь, что случилось? Джинни ничего не успела мне рассказать, лишь пустила сюда и сказала ждать. — Гарри видел очередной сон, в котором было нападение на Артура Уизли во время его ночного дежурства в Министерстве, но это оказалось видением, благодаря которому его удалось спасти. Насколько я знаю, в данный момент Гарри должен быть со Снейпом, который будет обучать его окклюменции, чтобы не дать Волан-де-Морту воспользоваться их связью. — Да, третий час ночи подходящее время для обучения такому… - сладко зевнув, Пэнси откинулась на спинку дивана и прикрыла глаза. — Может ты останешься тут до утра? Если Снейп увидит, что ты посреди ночи шатаешься по замку, он точно не оставит это безнаказанным. — Надеюсь, что особо впечатлительные львята с утра не попадают в обморок, увидев меня тут. – окинув Гермиону взглядом, Пэнси подтянула ноги на диван и, наклонившись в сторону, легла головой на её колени. — Вряд ли у вас есть лишняя кровать, поэтому я просто полежу тут. — Отдыхай, Пэнси. – улыбнувшись, Гермиона аккуратно погладила подругу по тёмным волосам. Потребовалось примерно полминуты, чтоб дыхание Пэнси выровнялось, а тело обмякло, отдаваясь объятиям долгожданного сна. Видеть девушку такой спокойной и беззащитной было для Гермионы чем-то новым, а её откровенные признания о переживаниях за Гарри заставляли сердце сжаться от умиления. Их история длилась уже не первый год, но они так и не смогли пока что преодолеть этап робких взглядов, хотя дерзкий нрав Пэнси явно давал ей преимущество перед скромным избранным мальчиком. Она знала, на какие рычаги нужно надавить и как себя повести, чтобы заставить Гарри краснеть и уделять своё внимание только ей одной, но переступить черту по какой-то причине не получалось, а может быть было банально страшно. Чистокровная семья Пэнси следила за ней и не давала сделать лишнего шага, всё ещё выбирая ей подходящую пару для выгодного брака, но во время учёбы у неё была возможность выдохнуть и отдаться своим настоящим чувствам, которые так или иначе крутились вокруг Гарри. Раньше Гермиона была уверена, что Пэнси – типичная чистокровная студентка, которая абсолютно точно чувствует своё преимущество над другими и никогда не посмотрит в сторону тех, кого её семья считает недостойными. Но в момент, когда невидимый барьер неприязни между Золотым трио и Драко Малфоем был пройден, Пэнси начала открываться совсем с другой стороны, полностью ломая любое предвзятое о ней мнение. Нельзя сказать, что они были близкими подругами, но Гермиона была уверена, что при необходимости могла бы доверить Пэнси свою жизнь. Хоть первое впечатление о ней у многих и было не самым приятным, гриффиндорка точно знала, что оно ошибочное. Пэнси была верной и преданной, она не подпускала к себе близко почти никого, ограничив круг друзей до максимально узкого. Но то, как она относилась к тем нескольким избранным, показывало всё громче самых приторных слов. В любой ситуации она защищала своих близких, отстаивая их позицию, с которой сама могла быть не до конца согласна, но вмешиваться в это абсолютно посторонним людям, чьё мнение не спрашивали, она не позволяла. Несколько раз она даже защищала саму Гермиону, спасая от нападок других змей, чьи убеждения о чистой крови были непоколебимы. С улыбкой вспоминая всё, что они уже успели пережить вместе с этой хрупкой, но такой смелой и стойкой девушкой, Гермиона неторопливо перебирала пальцами её волосы, накручивая несколько прядей на палец. Веки казались такими тяжёлыми от усталости, что гриффиндорка решила лишь на мгновение их прикрыть, давая желанный отдых глазам.

********

Противные звуки раздражали слух, вынуждая Гермиону с трудом приоткрыть глаза, которые теперь казались ещё более уставшими, чем пару часов назад. Гостиная гриффиндора просыпалась, первые сонные студенты спускались вниз и были немного удивлены увиденной картине. Пэнси удобно растянулась вдоль дивана, оставив голову на коленях Гермионы и уютно сложив обе ладошки под щёку. Слизеринка мирно посапывала, будто бы её совсем не беспокоил нарастающий вокруг шум, и лишь изредка морщила во сне нос. Сама Гермиона устроилась чуть менее удобно, проведя несколько часов сна в сидячем положении. Шея затекла и теперь противно покалывала при любой попытке ею пошевелить. Ноги же, казалось, вообще перестали функционировать и перешли в стадию атрофии под головой Пэнси. Одна рука покоилась на плече слизеринки в попытке обнять во сне, а вторая бесцельно лежала вдоль спинки дивана. «— Да уж, Гермиона, теперь нам этого долго не забудут и остаётся только молиться всем магам, чтобы никто не додумался рассказать об этом Снейпу. – подсознание встрепенулось, скидывая с себя остатки сладкой дрёмы.» — Что тут происходит? – голос Гарри, вошедшего в гостиную, забрал всё внимание на себя, за что Гермиона была несказанно благодарна. Пэнси зашевелилась, будто именно этого голоса она ждала, коротая время за сном, и лениво потянулась, прогибая спину подобно кошке. — Салазар, я не чувствую половину тела… - застонала слизеринка, приподнимаясь на вытянутых руках и несколько раз мотнув головой из стороны в сторону, — О, мы точно опять станем темой для обсуждения на ближайшее время. – сделала очевидный вывод, оглядев удивлённые лица нескольких гриффиндорцев, толпящихся около лестницы. — Пэнси? Что ты тут делаешь? – Гарри опустился на кресло рядом с диваном, где устроились подруги, стараясь полностью игнорировать остальных однокурсников, — Вы что, провели на этом диване всю ночь? Вид Гарри вызывал у Гермионы бесконечную жалость. Он так и остался в пижаме, в которой посреди ночи его выволокло семейство Уизли, которая теперь выглядела жутко помятой и перекосилась с одного плеча на другое. Под глазами залегли насыщенно-тёмные синяки, а пальцы немного подрагивали от усталости. Волосы прибывали в ещё большем беспорядке, чем обычно, а очки сползли почти на кончик носа. — Да, так получилось… - Гермиона не была уверена, захочет ли Пэнси рассказать ему об истинных причинах своего нахождения тут и постаралась выбрать самый нейтральный ответ. — Так уж вышло, что мы все в курсе того, что произошло ночью, и я пришла тебя проведать, но ты так и не появился и мы, видимо, уснули. – сонно проведя ладонями по лицу, Пэнси перевела взгляд болотно-зелёных глаз на Гарри. — Где ты был? — Снейп не отпускал меня всю ночь, мы весело провели её за мучительными уроками окклюменции… Правда успехов у меня пока не много. — Может Малфой сможет помочь? Не знаю никого, кто владел бы ей лучше, чем он. — Пэнси, я не уверен, что хотел бы втягивать кого-то ещё в свои проблемы. — Поттер, – нотки раздражения в её голосе становились всё яснее, — Если Драко сам не захочет этого, ты никогда его не втянешь, а он не тот, кто пойдёт против своих желаний. Немного подумав, Гарри молча кивнул и встал с кресла, протянув руку слизеринке: — Пойдём, я провожу тебя до слизеринской гостиной, а то этих коршунов вокруг становится всё больше. Так они и ушли: Пэнси, помятая и растрёпанная после короткого пьяного сна, ведомая за руку не менее помятым Гарри Поттером, одетого в светло-серую пижаму с синими молниями, которую ему подарил Рон на прошлое Рождество. Даже если бы сам Снейп встретился им на пути, то он вряд ли бы смог хоть что-то предъявить двум несчастным и уставшим влюблённым.

********

Последнюю неделю Гарри почти не было видно, он разрывался между занятиями, тренировками по квиддичу, изучением заданного учебного материала и поздними занятиями по окклюменции со Снейпом. Даже тренировки с ОД на эту неделю было решено отменить, что дало возможность немного снизить градус подозрения Амбридж и ослабить поисковую хватку Филча. Гермиона почти всю неделю провела в одиночестве, лишь перед самым сном дожидаясь Гарри в гостиной, чтобы обсудить прошедший день и успехи в окклюменции. Чем ближе было Рождество, тем более загруженными становились дни, поэтому даже встречи со змеями сократились до нескольких раз за неделю, не считая их общих пар. Гермиона безумно скучала по Драко и ей было не с кем об этом поговорить, потому что Джинни с остальными должны были вернуться только вечером воскресенья. Всё это время компания обменивалась лишь сообщениями в заколдованных тетрадках, за создание которых Гермиона мысленно благодарила себя изо дня в день, ведь без них она бы уже абсолютно точно сошла с ума в этой пустой гостиной. Поэтому, когда неделя сменилась и вся гриффиндорская команда наконец воссоединилась, Гермиона была как никогда счастлива, а известие о том, что Артуру уже лучше и его совсем скоро выпишут домой, - давало всей компании надежду на лучшее. Уизли пригласили её и Гарри отметить праздник всем вместе в штаб-квартире на Гриммо, на что оба с радостью согласились. Тренировка с ОД также должна была состояться на этой неделе, потому что занятия по квиддичу в этом полугодии были окончены и это давало дополнительное свободное время до Рождества. Но чем ближе приближался вечер вторника, тем более нервной Гермиона становилась. От потока мыслей и непонимания, что Астория может выкинуть на предстоящей тренировке, нервы закипали, а любая рациональность выветривалась из головы также быстро, как и понимание того, что их с Дракой отдалённость лишь фарс. Одним словом – всё происходящее вокруг бесило и давило. Собрав в кулак последние здравые мысли и гордо вздёрнув подбородок, гриффиндорка всё-таки пересилила себя и отправилась на тренировку в компании Джинни, которая то и дело бросала на неё тревожные взгляды, будто ожидая скорого эмоционального взрыва. «— Нет, Джинни, не переживай, я больше не доставляю этой змее Астории такого удовольствия. – храброе гриффиндорское подсознание встало в уверенную позу, скрестив руки на груди.» В этот раз на тренировку пришло на пару человек меньше, но отсутствующие сослались на высокую загруженность учёбой и многочисленными долгами по предметам, поэтому не вызывали особых сомнений у остальных. К сожалению, никакая загруженность или неизвестная науке хворь Асторию не взяла, поэтому она привычно стояла недалеко от компании Драко, но в этот раз выглядела куда менее вызывающее, что не могло не вызвать на губах Гермионы беглую улыбку. Девушка была одета в школьную форму без каких-либо магических изменений, оставляя даже длину плиссированной юбки на положенном уровне, волосы были забраны в высокий хвост, а макияж казался более бледным, чем обычно. Она молча стояла в окружении змей и прожигала взглядом пол, очерчивая на полу мыском туфли неизвестные узоры. Такие перемены в её поведении не могли не заставить Гермиону поднять подбородок чуть выше, проходя мимо их компании уверенным шагом. Гарри уже привычно занял своё место перед собравшейся толпой и, поправив факультетский галстук, начал подготовленную речь: — Всем привет и спасибо, что вы с пониманием отнеслись к отмене нескольких прошлых занятий, мне нужно было немного времени, чтобы разобраться с личными проблемами. – прокашлявшись, он пробежался глазами по студентам, некоторые из которых одобрительно кивали в ответ на его слова, — Сегодня мы будем учиться заклинанию «Редукто», с помощью которого вы сможете с лёгкостью разнести стоящее на пути препятствие. Также оно может помочь в борьбе против врагов, но будьте, пожалуйста, осторожны, оно может нанести колоссальный вред. Я покажу вам движение палочкой и на своём примере покажу, как нужно правильно произносить заклинание, а дальше каждый будет тренироваться на манекене. Остановившись в центре комнаты, Гарри взмахнул палочкой, делая угловатое движение, и громко произнёс заклинание, которое ярким синим лучом угодило в грудь учебного манекена, заставляя того отлететь в другой конец зала. Будучи заколдованным для тренировок, через пару мгновений манекен взлетел воздух и с лёгким свистом вернулся на прежнее положение без видимых повреждений. — Видите, всё очень просто, главное четко произносить заклинание. Пожалуйста, встаньте в одну линию так, чтобы каждый оказался напротив своего манекена, и приступайте к попыткам. А я прослежу за правильностью выполнения и помогу вам при необходимости. Толпа студентов загудела и поспешила растянуться в длинную шеренгу вдоль стены, предусмотрительно доставая свои палочки. В следующую секунду комната заполнилась голосами, сливая все звуки в неразборчивое месиво. Лишь из нескольких палочек вырвался нужный ярко-синий луч, сбивающий с ног многострадальный манекен, из-за чего гул поднялся ещё более громкий. — Гарри. – окликнула друга Гермиона, ещё не приступившая к тренировке. Рядом с ней стоял, сложив руки в карманы брюк, Драко. — Помнишь, что говорила Пэнси по поводу окклюменции? Драко мог бы помочь тебе, ты ведь говорил, что успехов со Снейпом почти нет. — Мне кажется, я просто не создан для этой магии. — Херня. – Драко окинул его пристальным взглядом серых глаз, — При всём моём уважении к Снейпу, он не самый лучший учитель для такого. В роду Блэков, к которому принадлежит моя мать, у всех есть предрасположенность к этой магии и, думаю, я сумею научить тебя нескольким приёмам. Поверь, тебе это пригодится в противостоянии Лорду. — Спасибо, Драко. – Гарри протянул ему руку, которую тот пожал в знак договорённости, — Когда тебе было бы удобно? — Нужно начать прямо сейчас, а Блейз присмотрит за остальными, он хорошо знает это заклинение и сможет помочь каждому. – Гермиона кивнула в сторону высокого слизеринца, стоящего во главе выстроенной колонны людей, на что тот одобрительно кивнул ей в ответ. — Она права, затягивать не стоит. – Драко несколько раз наклонил голову из стороны в сторону, разминая шею, и прикрыл глаза, — Интересно, насколько конкретно воспринимает наши желания Выручай-комната… Спустя несколько секунд в дальнем углу комнаты раздался громкий шум, напоминающий скрежет кирпичей об пол, и в стене образовалась новая деревянная дверь. — О да, она воспринимает их максимально конкретно. Идём. — О… Надо же! – Гермиона поспешила вслед за Драко, утягивая за собой и Гарри, который замер в удивлении. — Пожалуйста, слушайте пока что Блейза, он поможет вам, а я скоро вернусь! – единственное, что успел крикнуть Гарри удивлённой толпе перед тем, как Гермиона затащила его в небольшую комнату, больше напоминающую коморку для швабр. — Подойдёт, больше места нам не понадобится. Садись. – Драко махнул рукой на одиноко стоящий в центре коморки стул. — Как именно учил тебя Снейп? — Он говорил, что нужно постараться очистить разум от мыслей, чтобы не оставлять их открытыми перед легилиментом. – обречённо вздохнув и заняв своё место, начал Гарри, — Но у меня ещё ни разу не получилось и он просто нагло ковырялся в моей голове. — Слушай внимательно, Поттер. – Драко облокотился спиной на стену и скрестил руки на груди, — Окклюменция имеет бесконечное множество вариаций, и каждый волшебник использует её так, как ему удобнее и проще. Прежде всего ты должен понять, что нужно не очистить голову от мыслей, а структурировать их так, чтобы у легилимента не получилось добраться до нужных образов. Можно переставлять воспоминания, путать их, рисовать ложные картинки, - что угодно, лишь бы скрыть то, что ты не хочешь показывать. – запустив руку в карман, Драко достал палочку и начал перекатывать её в пальцах, — Нарцисса учила меня, что воспоминания похожи на книги, которые можно расставлять на мысленные полки в том порядке, в котором необходимо. На самые первые полки всегда идут лежащие на поверхности очевидные воспоминания и эмоции, за которыми и копать глубоко не нужно. Следующие полки нужно выстроить в таком порядке, чтобы все сокровенные мысли были как можно дальше, а груда ненужных воспоминаний с лёгкостью их блокировала, путая легилимента и не давая ухватиться за нужную ниточку. Понимаешь, о чём я? — Слабо… - даже Гермиона, много читавшая об этом виде магии, смотрела таким же непонимающим взглядом, как и сам Гарри. — Я использую окклюменцию немного иначе. Я представляю комнаты, в которых хранятся воспоминания, и на нужные вешаю как можно больше замков, укрепляю их дополнительными досками и креплениями. Каждый замок – путающее воспоминание, не позволяющее понять сути того, что кроется за дверью. Каждая новая доска – ложный образ, рисующий совершенно иную обложку для предполагаемого воспоминания. Каждое крепление – любая эмоция, окрашивающая содержимое комнаты совсем в иные краски. – оторвавшись от стены, Драко сделал шаг к Гарри, — Подумай, Поттер, как тебе удобнее структурировать свои мысли? — Может… Может как мячи для квиддича? – два непонимающих взгляда уставились в его лицо, — Мячи для квиддича разных размеров, я могу попробовать сформировать свои мысли подобно им, привлекая внимание к большим летающим квоффлам и постепенно открывая взгляду остальные, подобные бладжерам, а снитч так и останется неприметным, скрытым от глаз. — взлетевшие в удивлении брови Драко заставили Гарри немного замяться, — Это первое, что пришло мне в голову, ведь квиддич я знаю лучше всего… — Что ж, вариант такой же необычный, как и ты сам, избранный мальчик. – саркастичная усмешка быстро сошла с губ Драко под недовольным взглядом Гермионы, — Успокойся, я ведь шучу. Хорошо, тогда постарайся сейчас сформировать свои мысли так, чтобы я не поймал этот снитч. – Драко поднял палочку, направив её на Гарри, — А я достаточно хороший ловец, Поттер. Легилименс. Пальцы Гарри до хруста вцепились в боковинки дряхлого стула, заставляя тот жалобно скрипеть, а глаза были крепко зажмурены. Драко же выглядел абсолютно иначе, он будто лишь физически был тут, а взгляд уходил далеко в сознание Гарри, изучая его как под микроскопом и даже не моргая. Спустя полминуты Драко всё-таки выпрямился и быстро заморгал, увлажняя пересохшие глаза, Гарри же тяжело дышал и немного сполз по спинке стула. — Нет, это не квиддич, это избиение первокурсника посреди большого зала, Поттер. – Драко нервно сжал пальцами переносицу, — Я даже не копнул глубже, чтобы увидеть смерть Седрика. — Это сложно, я стараюсь… — Старайся лучше! – голос Драко сорвался на крик, заставляя Гермиону вздрогнуть и отступить к стене, вжимаясь в неё спиной, — Держа свой разум открытым, ты подвергаешь опасности не только себя, но и нас всех. – глаза Гарри заморгали в непонимании, заставляя желваки Драко нервно подёргиваться на скулах, — Лорд не должен знать, что я или кто-то из змей имеем к тебе отношение, он убьёт нас и глазом не моргнув если заподозрит, что я могу быть не до конца верен ему. Пусть он не может проникнуть в твой разум полноценно, находясь не рядом с тобой, но с такими талантами к окклюменции ему это и не понадобится, всё лежит у тебя на поверхности. – Драко крепче перехватил палочку, вновь направляя её на гриффиндорца, — Соберись, Поттер. Легилименс. Комнату вновь заполнил скрип многострадального стула и лёгкий стон Гарри, лицо которого выражало боль и усталость, а веки на зажмуренных глазах немного подрагивали, выдавая быстрые движения зрачков, как при просмотре маггловского кино. Драко замер на месте и сильнее сжал палочку пальцами, заставляя кончики стать бледнее обычного. Вся эта картина вызывала в Гермионе тревогу, но она старалась стоять тихо, чтобы не мешать происходящему, лишь обхватив себя руками в попытке успокоиться. — Вот… - голос Драко звучал хрипло, а глаза были прикрыты, — Уже лучше, над этим уже можно поработать. – отступив, он вернулся к стене и убрал палочку в карман брюк, — На сегодня хватит, но ты можешь практиковать это сам, структурируя мысли в нужном формате. — У меня получилось. – на лице Гарри растянулась довольная, хоть и замученная улыбка, — Спасибо, Драко. Кивнув, Драко поправил невидимые складки на брюках и выпрямился. — А теперь оставь нас одних ненадолго. Думаю, Блейзу уже осточертело возиться с этими идиотами. Не смотря на заинтересованный взгляд, которым он окинул Гермиону, Гарри не стал задавать лишних вопросов и молча вышел из коморки, аккуратно прикрыв за собой дверь. — Я не сомневалась в вас ни минуты. – в несколько шагов сократив расстояние, гриффиндорка обвила руками шею Драко и прижалась губами к его щеке. — Спасибо, что не отказался помочь, я знаю, что это не легко. — Занятия с Поттером кажутся детской забавой по сравнению с уроками Лорда, поэтому без проблем. – привычно подцепив пальцами девичий подбородок и потянув вверх, он заставил их взгляды встретиться, — Я хотел сказать, что уже через пару дней отправлюсь в Мэнор, отец просил прибыть раньше Рождества. И пока я буду там, я не смогу ответить ни на одно твоё сообщение, поэтому, пожалуйста, не пиши мне, не смотря ни на какие переживания. Просто знай, что всё хорошо и я справлюсь, ладно? — Так скоро? Я надеялась, что мы успеем побыть ещё немного вдвоём… - Гермиона прикрыла глаза, не выдерживая тяжести холодной стали Драко, но тот одним движением заставил её вновь поднять взгляд. — Мы всё успеем, но после Рождества, договорились? И я хотел сказать кое-что ещё, но сначала обещай, что ни одно убивающее после моих слов не слетит с твоей палочки в соседней комнате. — Убивающее? Что? О чём ты? – непонимание в голосе Гермионы заставило его ухмыльнуться. — Уверен, что отец приставит ко мне Асторию на ежегодном балу Малфоев, и может даже заставит сделать колдографию для Пророка, демонстративно выставляя на показ новую чистокровную пару. – с каждым словом глаза Гермионы сменяли одну эмоцию за другой, от удивления до праведного гнева, — Но ты не должна воспринимать ничего из того, что увидишь, всерьёз, поняла? Гермиона, послушай меня, это важно. Прикрытие – это то, что я должен поддерживать любой ценой. — Да, да… Я понимаю, правда. – поднявшись на носочки, она приблизилась к его губам своими, — Но обещай мне, что ты не позволишь ей себя целовать или быть ближе, чем того будет требовать ситуация. — Обещаю. – улыбнувшись, Драко легко накрыл тёплые губы поцелуем, опуская руки ниже и крепко обхватывая тонкую талию, — Что бы там не случилось, это не имеет никакого значения. – не позволяя ответить, он ловко скользнул языком между её губ, вовлекая в поцелуй с нужным для него темпом.

********

За следующие пару дней Гермионе удалось увидеть Драко лишь несколько раз, один из которых был на общей паре по ЗОТИ. Вечером четверга, когда ему пора было отправляться в Мэнор, для чего директор разрешил использовать свой камин, Гермиона перехватила его перед самым кабинетом и успела поцеловать, будто стараясь запомнить вкус желанных губ и насытиться им на всё время каникул. Проводив Драко, она не спешила возвращаться в гостиную, потратив несколько часов на прогулку по пустым коридорам и попытки привести свои чувства в порядок. Позволить себе расклеиться перед всеми было непозволительно, поэтому Гермиона натянула привычную улыбку и к моменту, когда все возвращались с ужина, влилась в родную компанию гриффиндорцев, старательно отмахиваясь от всех вопросов и объясняя, что была совсем не голодна. Только Джинни могла заметить слегка покрасневшие глаза, поэтому, поравнявшись с Гермионой, крепко сжала её руку в своей, вызывая у той уставшую улыбку и короткий кивок в знак благодарности за понимание. Атмосфера главы - https://pin.it/JrK7uzryg