Глава 12.

Лёгкие горели от продолжительной погони за безумным темпом Гарри, чья выносливость была на порядок выше благодаря тренировкам по квиддичу. В голове роем злых пчёл гудели мысли, по кругу возвращающие Гермиону к тревоге и страху. Снейп забрал Драко, не позволив ему быть рядом и заставляя панику с головой захватить гриффиндорку. «— Ему нельзя было идти с вами, он не мог в открытую пойти против Волан-де-Морта! – подсознание из последних сил старалось взять панику под контроль, спасая затуманенные мысли порцией логической помощи, — Ему безопаснее будет остаться в замке, под защитой Снейпа и остальных!» К моменту, когда они добрались до кабинета Амбридж, из которого планировали отправиться в Министерство, Гермионе удалось взять свои мысли под контроль и вернуть нечто похожее на холодный рассудок. Пробравшись внутрь кабинета, Гарри кинулся к камину, зачерпывая в ладонь горсть Летучего пороха. — Отправьте сову Дамблдору и в Министерство, предупредите их. Используйте Буклю, она найдёт директора, где бы он ни был, - оглянулся Гарри на друзей, стараясь скрыть панику во взгляде, — А я отправлюсь в Отдел Тайн и остановлю Волан-де-Морта. — Гарри, остановись! – Гермиона опустилась на колени рядом с другом и крепко сжала его руку, — Ты не пойдёшь туда один! Когда ты уже наконец поймёшь, что мы не оставим тебя одного и можем помочь! — Она права, Поттер, - Пэнси скрестила руки на груди, — Мы не можем пойти с вами, нас сразу узнают и… - на мгновение она запнулась, надеясь, что её поймут без слов, — Но ты не можешь пренебречь помощью остальных. Не будь идиотом. — Я не хочу подвергать вас опасности, вы можете там погибнуть. — Ты тоже можешь! – Гермиона чувствовала поднимающийся гнев от упрямства друга. — Там Сириус, Гермиона, он мой единственный родной человек и я не могу его бросить. — Мы этого и не просим, просто позволь нам пойти с тобой, - Рон сжал плечо друга, надеясь уберечь того от необдуманных глупостей. Дверь в кабинет с грохотом открылась, заставляя собравшихся вздрогнуть и отскочить от камина, поднимая палочки вверх в защитном жесте. Первой в через чур розовое пространство влетела Амбридж, чей обычно вылизанный до отвращения костюм был покрыт чёрной сажей от встречи с заколдованным драконом в Большом зале. Её лицо было искажено гримасой злости и отвращения, губы сжаты в полоску, а взгляд горел искрами ненависти по отношению к собравшимся. Следом за ней в кабинет ворвались Кребб и Гойл, волочившие за собой Невилла и Полумну, которые, как оказалось, отправились следом за Гарри после его припадка и были пойманы на подходе к заветному кабинету. Слизеринцы немного отступили, делая несколько шагов назад и понимая, что они оказались зажатыми в угол без какой-либо возможности выбраться. Их непричастность к ОД и тому, что входило в планы Гарри по мнению Министерства, теперь была под вопросом и Тео не придумал ничего лучше, кроме как перевести свою палочку на Гарри, отталкивая того к стене слабым заклинанием. Глаза Пэнси в мгновение расширились от удивления, но она быстро подхватила придуманный за считанные секунды план и перевела палочку на Гермиону и Рона, взглядом заставляя тех самостоятельно отступить к стенке. Блейз последовал примеру своих друзей, вставая в атакующую позу. Суматоха, охватившая кабинет на несколько секунд, сыграла им на руку, позволяя успешно замаскировать свои истинные мотивы пребывания с Золотым трио. — Так-так-так… Кто это у нас тут? – мерзкий голос Амбридж отскакивал ультразвуком от каменных стен, ударяя по ушам, — Вижу, вам удалось поймать Поттера и его компанию на месте преступления! — Да, профессор, - голос Теодора был ровным, не выражающим никаких эмоций, — Мы заметили Поттера, когда он заходил в ваш кабинет и решили проследить за ним, поймав за попыткой связаться с кем-то по каминной сети. — Молодцы! Я всегда знала, что у Слизерина самый большой потенциал, - кривая улыбка растянулась на её губах, — И с кем же вы, Поттер, хотели связаться? С Дамблдором, верно? Вы хотели обговорить с ним план по захвату власти в Министерстве, воспользовавшись всеобщей суматохой. — Что вы… - Гермиона была не в силах контролировать свои слова от абсурдности хода мыслей старухи. — Молчать! – крикнула Амбридж, направляя на гриффиндорку палочку. Пэнси вздрогнула от противного крика, сжав древко в пальцах сильнее. Её глаза метались от Гарри к Теодору в немом вопросе, ибо она понятия не имела, что им делать дальше. Следующие минуты прошли как в тумане. Мысли Гермионы метались в голове с бешенной скоростью, не давая возможности ухватиться хоть за одну. Приход Снейпа был неожиданным, а разговор о том, что все запасы Сыворотки правды были потрачены на допросы учеников, в том числе и на Чжоу, совсем выбивали её из колеи. — Вы не оставляете мне выбора, Поттер… - Амбридж, казалось, была ещё более потерянной, чем сама Гермиона, — Заклятие Круциатус развяжет вам язык.

********

Ни у кого из них не было плана, когда они, оседлав нескольких Фестралов, отправились в Министерство. Надежда на то, что Сириус выберется оттуда невредимым после огромного количества времени, которое было потрачено на возню с Амбридж, таяла с каждой минутой. Но решение о том, что они сделают всё ради его спасения, было неизменным. Гарри был полон решимости, ведя за собой остальных. Также у них не было плана, когда они ворвались в Отдел Тайн в поисках Сириуса. На своём пути они не встретили никого, кто мог бы охранять секретный отдел. Казалось, что Министерство совсем опустело, в бесконечных коридорах стояла оглушающая тишина. Но времени на то, чтобы обдумывать эти факты, у них не было, поэтому они просто двигались дальше, крепко сжимая в руках палочки и готовясь в любой момент отбиваться от возможной опасности. Не найдя в недрах Отдела Тайн крёстного, Гарри принялся искать то самое пророчество, которое видел в своих видениях. Обойдя несколько огромных стеллажей с маленькими хрустальными шариками, им удалось найти тот самый, на котором была подпись с именем Гарри. Прошло всего несколько секунд после того, как Гарри взял пророчество в руки, когда тишина вокруг стала не просто оглушающей, а почти физически давящей. Потоки незнакомой ранее магии окружали собравшихся студентов со всех сторон, заставляя их встать спинами друг к другу и выставить вперёд палочки. Чёрная дымка надвигалась, материализуясь в тёмные силуэты, чьи лица были скрыты за объёмными капюшонами. — Пожиратели… - едва слышно прошептала Гермиона, крепче прижимаясь плечом к Гарри. Мужская фигура, скрытая под длинной чёрной мантией, приближалась к Гарри, остановившись всего за несколько метров и внимательно вглядываясь в собравшихся студентов сквозь тонкие щёлки своей серебристой пожирательской маски. За его спиной виднелась ещё одна фигура, одетая идентично первому Пожирателю, но маска, скрывающая его лицо, была иной. Широкая улыбка растянулась почти от края до края блестящей маски, вызывая трепет ужаса. — Где Сириус? – Гарри первым сделал шаг к Пожирателю, вытягивая палочку вперёд. — Тебе пора уже научиться понимать разницу между снами, - мужчина также сделал шаг вперёд и взмахнул палочкой, превращая свою маску в облако чёрного тумана и открывая своё лицо, — И явью. Волна мурашек прошла вдоль позвоночника Гермионы, когда из под маски открылось лицо Люциуса, а платиновые волосы, казавшиеся такими знакомыми, рассыпались по его плечам. — Ты видел лишь то, что было угодно Тёмному Лорду. А теперь отдай пророчество, ни к чему кому-то умирать сегодня. Фигура, стоявшая за Люциусом, сделала несколько шагов в сторону и встала рядом с ним плечом к плечу. Они были почти одного роста, мужчина «с улыбкой» казался выше лишь на несколько сантиметров. Что-то кольнуло у Гермионы под рёбрами, когда в его руках оказалась длинная чёрная палочка, казавшаяся ей такой знакомой. Но мысли путались, не давая сосредоточиться на воспоминаниях и попытаться узнать её владельца. — Нападёте и я разобью его, - голос Гарри звучал отдалённо, едва перекрывая шум собственной крови в ушах Гермионы. Ужасающий смех, донёсшийся из темноты длинного коридора, в мгновение оказался совсем рядом, приближаясь к ним со стороны Невилла. Гриффиндорец вытянул палочку вперёд, освещая пространство синеватым свечением Люмоса, и из темноты показался силуэт женщины. Сердце пропустило удар, когда Гермиона узнала в ней безумную Беллатрису Лестрейндж. — А он любит поиграть… - её тонкий голос заставлял внутренности сжиматься от ужаса, — Быстрый, хитрый, пупсик… Поттер, - улыбка обнажила её кривые потемневшие зубы. Невилл, не выдержав вида мучавшей его родителей Пожирательницы, сделал выпад вперёд, планируя атаковать первым, но Рон предусмотрительно схватил его за плечо, стараясь сохранять спокойствие. Их короткую словесную перепалку прервал холодный тон Люциуса. — Нам нужно только это пророчество, и мы уйдём, сохранив вам жизни. Пророчества могут открываться лишь тем, кому они предназначены, поэтому Тёмному Лорду очень повезло, что ты так удачно оказался тут, - Люциус сделал несколько шагов к Гарри, — Ты не задумывался в чём причина этой связи между тобой и Тёмным Лордом? Почему он не смог убить тебя, когда ты был ещё младенцем? Разве ты не хочешь узнать секрет своего шрама? – он указал своим длинным пальцем с семейным кольцом с буквой «М», один в один похожим на кольцо Драко, на светящееся пророчество в руке Гарри, — Ты только должен отдать его мне. — Я ждал 16 лет… - голос Гарри на мгновение дрогнул и все повернулись к нему, в ужасе раскрыв глаза, — Могу ещё подождать. Давайте! Что-то взорвалось внутри от крика Гарри, заставляя моментально взмахнуть палочкой и выкрикнуть первое пришедшее в голову заклинание. Пожиратели, окружившие студентов со всех сторон, бросились в рассыпную, некоторые из них обратились в чёрный густой дым, скрываясь от глаз атакующих. Всё вокруг заполнилось хлопками заклинаний и искрами, летящими во все стороны. Ситуация за секунду вышла из под контроля, заставляя каждый стук сердца отдаваться в ушах с адским грохотом, заглушающим почти всё. Руки дрожали, а ноги почему-то стали ватными, отказывая двигаться так, как им следовало бы. Гермиона никогда не сталкивалась с Пожирателями в прямой дуэли, поэтому страх волнами гулял по телу, заставляя потоки адреналина поступать в кровь. Она знала, на что они способны и что никто из них не брезгует пользоваться тёмной магией, которая была в разы сильнее той, которой придерживались студенты. Она, окруженная Гарри и Роном, со всех ног бежала по длинному, почти бесконечному на вид, коридору, бросая разнообразные заклинания себе за спину. Оставалось только надеяться, что в конце их ждёт не тупик и что заклинания находили свою цель за их спинами. Полумна и Невилл отделились от их компании, свернув в один из многочисленных поворотов. Громкий крик пронзил весь Отдел Тайн, когда в ногу Рона угодило заклинание и он с глухим звуком упал на пол. Гарри мгновенно остановился и бросился к другу, осматривая его ногу, вокруг которой уже успела образоваться небольшая лужа крови. Гермиона, почти задыхаясь от бега, остановилась за спинами мальчиков и начала отражать заклинания, которые со скоростью молний летели в друзей. Она была почти без сил, но считала своим долгом защищать друзей так долго, как смогла бы. Два высоких Пожирателя в уродливых масках не спеша двигались на Золотое трио, перекатывая свои палочки в руках, обтянутых кожаными перчатками. Они играли с ними, растягивали время в своём извращённом удовольствии. От поднимающейся злости магия покалывала на кончиках пальцев Гермионы. — Нет смысла убегать, Поттер, - голос Люциуса звучал где-то совсем рядом, но уловить сторону, из которой он шёл, было невозможно, — Отдай нам пророчество. У вас ещё есть шанс уйти. Гарри, казалось, не слышал ничего вокруг, накладывая всевозможные залечивающие заклинания на глубокий порез на ноге Рональда. Каждая секунда была на счету, и он это знал. К моменту, когда Гарри едва заметно повернул голову и кивнул Гермионе, сообщая о способности Рона возобновить бег, двое Пожирателей были уже совсем рядом. — Редукто! - громко выкрикнув заклинание, Гермиона схватила Рона за плечо и потянула вверх, заставляя подняться. Гарри поддерживал друга с другой стороны. Заклинание, которое должно было сбить с ног Пожирателей хотя бы на пару секунд и дать гриффиндорцам небольшую фору, было успешно отражено и потребовалось лишь пару мгновений, чтобы им в ответ полетели куда более серьёзные и тёмные проклятья. Погоня продолжилась. Пожиратели то и дело превращались в облако чёрного дыма, и кружили вокруг собравшейся толпы студентов. Невилл и Луна присоединились к остальным несколько поворотов назад. Но бесконечный коридор оказался вполне себе конечным, когда, открыв одинокую дверь посреди огромной чёрной стены, друзья ввалились в неё и оказались в свободном падении в никуда. Затормозив всего за секунду до столкновения с холодной поверхностью, все пятеро через мгновение рухнули лицами вниз, сталкиваясь с суровой реальностью подземелий. Судя по обстановке, именно туда они и попали. — Хорошо здесь всё устроено, в Отделе Тайн… - пробубнил Рон, поднимаясь на ноги. — Что это за место? - Гермиона огляделась по сторонам. Они оказались в небольшой круглой комнате, окружённой стенами из чёрной плитки. В центре на небольшом возвышении располагалась старинная арка, сделанная из неровного камня и не имеющая на первый взгляд никакого смысла. — Голоса… Что они говорят? - Гарри подошёл к арке вплотную, всматриваясь в пустоту. — Какие голоса, Гарри? Нет никаких голосов… Здесь вообще ничего нет, - ощущение дежавю со второго курса, когда друг упорно рассказывал им про шёпот Василиска, кольнуло где-то в глубине души Гермионы. — Я тоже их слышу, - произнесла Луна своим мечтательным голосом, подойдя ближе к Гарри. Рот успел тихо хмыкнуть и закатить глаза в ответ на очередной приступ чудачества когтевранки, когда вокруг них со свистом начали проноситься клубы чёрного дыма. — Встаньте за мной! - крикнул Гарри, поворачиваясь спиной к арке и вытягивая палочку вперёд. Сгруппировавшись, друзья быстро встали за его спиной, также вытягивая палочки вперёд и готовясь к предстоящей неравной битве. Следующие мгновения были как в тумане. В прямом смысле. Их обволокла чёрная дымка, полностью скрывая студентов из виду. Глаза жгло от неприятного ощущения, видимость свелась к нулю. Гермиона прикрыла голову руками, стараясь защититься от нападок Пожирателей и всепоглощающего мерзкого чувства, исходящего от слишком плотного скопления тёмной магии вокруг. В ушах звенело, в горле с мерзким скрежетом скапливалось нарастающее чувство тошноты. Гриффиндорка оказалась полностью дезориентирована, когда земля, казалось, совсем ушла из под ног. Чёрная дымка не рассеялась, поэтому Гермиона не понимала, что с ней происходит. Она махала палочкой из стороны в сторону, стараясь задеть нападающего невербальными заклинаниями, но эффекта от этого не было совсем никакого. Её тело полностью обволакивало чёрное облако, создавая ощущение бесконечных несвязных прикосновений, гуляющих по всему телу гриффиндорки. Когда Гермиона вновь ощутила под ногами твёрдую землю и смогла с трудом открыть глаза, сердце сжалось от увиденной картины. Гарри лежал в центре комнаты у самой арки, согнувшись пополам и крепко сжимая в руке проклятое пророчество. Остальные, крепко удерживаемые Пожирателями, стояли по периметру комнаты. На каждого студента пришёлся свой пожиратель, из которых Гермиона узнала только Беллатрису и Долохова, которого несколько раз видела в «Ежедневном пророке». Лица остальных, которые хоть и не были больше скрыты серебряными масками, казались незнакомыми. Попытавшись кинуться друзьям на помощь, Гермиона ощутила крепкую хватку на своей талии и кончик палочки, вжимаемый в её шею. Страх мгновенно прошёлся вдоль позвоночника, заставляя вздрогнуть и замереть. До этого момента она будто не ощущала на себе чужие руки. Немного дёрнув головой, она уткнулась взглядом в знакомую маску с широкой улыбкой. Этот Пожиратель был единственным, кто оставался в маске, скрывая своё лицо. «— Он - правая рука Люциуса, всё очень плохо… - подсознание в страхе забилось подальше.» Паника накрывала девушку с головой. Предательские толпы мурашек собирались внизу позвоночника, расползаясь липкими щупальцами по всему телу, особенно покалывая в области живота, куда легла рука Пожирателя. Гермиона старалась стоять неподвижно, чтобы не соприкасаться с «улыбающимся» ни одним лишним миллиметром тела. Но что-то было не так. Его палочка, которую она вновь успела заметить, окидывая коротким взглядом мерзкую маску, не давала гриффиндорке покоя. Её рациональный и вечно анализирующий всё мозг бился в агонии, не в силах вспомнить нужную информацию. Она крепко сжала руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони в попытках отрезвить голову физической болью и вырвать её из путающей дымки паники. Будто в ответ на её действия, кончик его палочки, который до этого момента был вжат в её шею, немного отстранился, позволяя сделать глубокий вдох и наполнить лёгкие желанным кислородом. И этого оказалось достаточно, чтобы её тело пробило разрядом электричества, а ноги заметно ослабли, заставляя пошатнуться. Запах. Его запах. Мята и свежий пергамент. — Не может быть… - едва слышно прошептала Гермиона, стараясь не шевелить губами, чтобы не привлекать лишнего внимания. Всё, что происходило вокруг, резко поплыло перед глазами и сфокусировать взгляд обратно казалось невозможным. Рука Пожирателя на её животе вжалась чуть сильнее, выбивая из девушки шумный вдох. — Дыши, Грейнджер, дыши, — его шёпот отзывался внутри черепной коробки ударами барабанов. — Драко… - от произнесённого глаза Гермионы расширились в немом ужасе, будто она только в это мгновение позволила себе поверить в происходящее. — Замолчи и не делай лишних движений, - маска, скрывающая его лицо, обожгла холодом кончик её уха, когда он наклонился чуть ниже, скрывая шёпот от посторонних. Она не могла сфокусировать своё внимание ни на чём. Не могла заставить мозг обрабатывать то, что происходило вокруг. Размытые силуэты Гарри и Люциуса, стоящие около арки, их отдалённые голоса, не складывающиеся в связную речь, — это всё, что Гермиона могла заметить вокруг себя. Сердце бешено стучало в груди, грозясь выпрыгнуть в любое мгновение. Болезненное осознание накрывало с головой. Всё, что говорил Драко о прикрытии, своих планах и об ужасных событиях, происходящих у него дома, — оказалось куда более реальным, чем она ощущала ранее. До этого самого момента всё казалось таким абстрактным, мутным и расплывчатым. И вот картинка проявилась, как старая маггловская плёнка. И это сломало её. Как они смогут это пережить? На что они рассчитывали, позволяя своим чувствам взять верх? Как они смогут быть вместе, открыто оставаясь по разные стороны баррикад? Драко ежедневно рискует своей жизнью, чтобы позволить им иметь хотя бы небольшое преимущество и быть подготовленными к надвигающемуся кошмару. Но что ему придётся делать дальше, чтобы поддерживать свою позицию в рядах Тёмного Лорда и иметь возможность помогать ордену? И как много из этого она сможет принять и понять? Она знала своего Драко. Знала и любила всем сердцем, позволяя ему проникать в самые дальние уголки этого неустанно бьющегося комка мышц и занимать всю его территорию. Но война важнее их. Победа над Волан-де-Мортом важнее каждого из них и их двоих вместе взятых. Драко тоже понимал это - она точно знала. И был готов принести свою душу в жертву. Но, Святой Мерлин, она не знала, как сможет с этим справиться. Волан-де-Морт планировал использовать Драко как своё личное оружие, подставляя его под все возможные удары и используя для самой грязной работы. И Драко будет выполнять любой его приказ. Убивать. Пытать. Сводить с ума ради получения крупицы информации, чтобы потом использовать её и вновь убивать, пытать. Сколько раз ему придётся пытать членов Ордена Феникса, а потом приходить к ним и давать нужную информацию? Гермиона знала, что он не хочет этого, но также знала, что у него нет выбора и его руки, рано или поздно, будут по локоть в крови. Одна беззвучная слеза скатилась по её щеке, признавая ужас надвигающихся событий. Она сделала едва заметный полушаг назад, облокачиваясь спиной на его грудь и чувствуя, как тяжело она вздымается даже под несколькими слоями одежды. Ему тоже было тяжело. Больно. В подтверждение её доводов он сжал кончиками пальцев ткань одежды на её животе. Вспышка. Яркая белая вспышка заставила закрыть глаза руками, отворачиваясь в сторону Драко. Он на мгновение обхватил её руками в попытке защитить, поддавшись привычному порыву, но тут же отпрянул, растворяясь в облаке чёрного дыма и взмывая вверх. Гермиона почувствовала только оставленную им в последний момент палочку, вложенную в её руку. Белые вспышки продолжали заполнять комнату, налетая на стоящих Пожирателей и заставляя тех чёрным туманом разлетаться во все стороны. Освобожденные студенты бросились в рассыпную, находя свои палочки и начиная разбрасываться всевозможными заклинаниями в сторону противников. Одна из вспышек материализовалась в Сириуса, вставая рядом с Гарри и помогая крестнику отбиваться от нападок Люциуса, чей гнев достиг предела после того, как заветное пророчество было выбито из его рук и безвозвратно разбито. Он бросался всевозможными невербальными заклинаниями, источающими густую тёмную магию. Выйдя из секундного ступора, Гермиона бросилась на помощь к друзьям. Невилл отбивался от Беллатрисы, позволяя копившемуся годами гневу вырваться наружу. Луна стояла рядом с ним, выкрикивая заклинания в поддержку другу. Безумный хохот Пожирательницы бился о мраморные стены. Члены Ордена Феникса, оставаясь потоками света в воздухе, переплетались с чёрным дымом Пожирателей, взрывая пространство вокруг себя разноцветными искрами заклинаний. Воздух накалился до предела от концентрации магии в нём и почти ощутимо покалывал в лёгких при каждом вдохе. Гермиона бежала на помощь к Рону, который отбивался от атаки сразу двоих противников, когда перед ней о землю ударилось облако чёрного дыма, заставляя вскинуть палочку вверх. Мерзкая улыбка Долохова растянулась на его лице, обнажая жёлтые зубы. — Куда бежишь, Грязнокровка? - он говорил достаточно тихо, но каждое слово громом взрывалось внутри черепной коробки, заставляя Гермиону замереть на месте, — Я приметил тебя с первых секунд в Отделе Тайн. Ты станешь прекрасным дополнением к коллекции в моём доме, когда я приволоку твоё податливое тело туда, - едва успев договорить, он сделал шаг в сторону гриффиндорки и бросил в её грудь невербальным проклятием. Казалось чудом, что она успела его отразить, делая назад ровно столько шагов, сколько он сделал по направлению к ней. В голове крутились обрывки прочитанных статей о том, на что он был способен и какими талантами в создании ужасающих проклятий обладал. Пальцы, сжимающие палочку, предательски дрожали. — Ну что ты, не бойся, Грязнокровка, - его ухмылка стала ещё шире, — Я буду нежен, - ещё несколько больших шагов в её сторону, моментально сокращающих расстояние. — А я не буду, - голос за его спиной звучал ровно и уверенно. — Что ты… - развернувшись, Долохов почти упёрся в грудь «улыбающегося» Пожирателя. Мгновение и яркая вспышка проклятия ударилась ровно в центр его груди, заставляя Долохова моментально отлететь на несколько метров и рухнуть на пол без чувств. В общей суматохе никто не заметил, как один из Пожирателей оказался обездвижен другим. — Всё хорошо? - Драко тревожно взглянул в глаза Гермионы. Серая сталь его глаз почти светилась злостью сквозь узкие щёлочки серебряной маски. — Что ты делаешь, тебе нельзя… — Авада Кедавра! - безумный голос, произносящий проклятие, заполнил комнату до краёв. Резко обернувшись, Гермиона нашла глазами Гарри и мгновенно прижала ладони к губам, едва подавляя вырывающийся крик ужаса. Сириус, в грудь которого угодило убивающее его кузины Беллатрисы, пошатнулся и его тело растворилось в переливающихся бликах странного света арки. Эмоции, застывшие на лице Гарри в это мгновение, заставили ноги Гермионы подкоситься, оказываясь в крепких объятиях подоспевшего Драко. А дальше только крик. Оглушающий крик, который убивал всё живое в душе каждого из них. Гарри бросался к арке, абсолютно сломленный смертью крёстного. Профессор Люпин крепко держал его за плечи, не давая совершить ошибку. Гарри кричал до хрипоты в голосе, а по его лицу огромными каплями катились слёзы. Пожиратели, воспользовавшись возникшей паузой, взмыли в воздух чёрным дымом и скрылись с глаз. Драко же остался неподвижным, крепко сжимая в объятиях Гермиону, чьё тело подрагивало от рыданий. — Грейнджер, слушай меня, - слизеринец ожил в момент, когда Гарри вырвался и помчался за Беллатрисой, — Гермиона! Посмотри на меня! Он повернул девушку лицом к себе, наконец растворяя холодную маску и открывая всем свой облик. Ладони, обтянутые плотной чёрной кожей перчаток, легли на её щеки, заставляя взглянуть в глаза цвета туманного неба. — Грейнджер! - крик, заставивший девушку вздрогнуть и несколько раз моргнуть, сгоняя пелену слёз с глаз. — Драко… Она убила его, у Гарри больше никого нет, - голос предательски дрожал. — Мы поговорим об этом позже, хорошо? Пожалуйста, Гермиона, слушай меня. — Тебе надо уходить… Если они узнают, они убьют тебя, Драко, - подоспевшие студенты окружили пару, вскидывая свои палочки в сторону Пожирателя. Понадобилось несколько секунд, чтоб они смогли разглядеть его лицо и немного отступить. — Нет, это вы должны уходить, - он отошёл от Гермионы, когда её паника немного отступила, — Я позабочусь о Долохове, а вам нужно уходить. — Я могу помочь, - гриффиндорка направила палочку на лежащего без сознания Долохова, в её глазах вспыхнул огонь отвращения. — Нет! Уходи! - вскипел Драко, вставая между ней и телом Пожирателя, — Люпин, уведи их всех отсюда! Я сам позабочусь об остальном. В следующую секунду Гермиона почувствовала крепкую хватку на своём локте и силу, с которой её потянули в сторону. Она пыталась сопротивляться. Всё её сознание вопило о желании остаться рядом с Драко и не бросать его одного в этом аду, защищать. Но сила вервольфа, с которой их бывший профессор тащил гриффиндорку к выходу, была непоколебима. — Драко! - крикнула Гермиона сквозь слёзы, когда Люпин насильно втащил её за собой в открытую дверь, увлекая в безжизненный коридор Министерства. Последнее, что она успела увидеть, было лицо Драко, вновь скрытое за серебряной маской с улыбкой.

********

С трудом открыв глаза, Гермиона приподнялась на вытянутых руках и поняла, что так и заснула, лёжа головой на коленях у Рона. Всё тело ныло, проведя очередную ночь, полную тревожных снов, в не самом удобном положении на диване в гостиной Гриффиндора. Прошлый вечер Золотое трио в компании Джинни провело на этом самом диване, в сотый раз обсуждая происходящее и гадая над дальнейшими шагами Волан-де-Морта. Прошло уже около недели с момента сражения с ним в Министерстве, а друзья до сих пор пребывали в сбитом с толку состоянии, стараясь проводить как можно больше времени друг с другом. Пророчество было разбито, скрывая своё содержимое от цепких лап Волан-де-Морта, но Гарри поделился с друзьями, что успел узнать, что же в нём было. Теперь он был более внимателен к своим тренировкам по окклюменции, стараясь скрыть всю важную информацию в глубинах своих мыслей. Никто точно не знал, насколько далеко в его голову может проникнуть Волан-де-Морт. Министерство во главе с Фаджем наконец открыло глаза и признало, что воскрешение Волан-де-Морта оказалось правдой. Гарри был реабилитирован в глазах магического сообщества, о чём ежедневно трубили все печатные издания, включая знаменитый «Ежедневный пророк». Амбридж была спасена из рук разъярённых кентавров, что вызвало волну негодования у большинства студентов, и возвращена на свою прежнюю должность в Министерстве. То, что её незаконные действия в стенах Хогвартса не повлекли за собой никакого наказания, - вызывало в душе Гермионы чистую неприкрытую злость. За последнюю неделю студенты наконец смогли выдохнуть с облегчением и провести оставшиеся дни в школе в полном спокойствии, наслаждаясь долгожданным общением без каких-либо запретов. Школа расцветала и пропиталась счастливыми улыбками студентов, собирающихся в Большом зале шумными компаниями и с воодушевлением что-то обсуждающих. Компании состояли из представителей абсолютно разных факультетов. Даже факт воскрешения Волан-де-Морта не мог испортить им последние дни в стенах школы. Слизеринцы ежедневно перебирались за стол Гриффиндора во время обеда, проводя время с друзьями. Джинни беззаботно сидела на коленях Блейза, наслаждаясь тёплыми объятиями и вызывая удивлённые вздохи со стороны некоторых представителей зелёно-серебристого факультета. Пэнси также позволила себе расслабиться и отдаться чувствам, прижимаясь плечом к Гарри. Все чувствовали приближение опасности и хотели взять от последних спокойных моментов всё, что только было возможно. Но один факт всё же давил на них всех неподъёмным грузом. Драко. Он так и не вернулся в школу после произошедшего в Министерстве. Никто из них не получал ни единого письма от него, заколдованные тетрадки также молчали. Его вещей в спальне Слизерина не было, поэтому надежда на то, что он объявится в школе до начала летних каникул, была почти нулевой. Гермиона не находила себе места. Она верила в то, что с ним всё хорошо и он смог справиться с Долоховым, создав себе достойное прикрытие. Но тревога отравляла её душу каждый день. Отсутствие какой-либо информации заставляло её с криками просыпаться среди ночи, а тело дрожать после очередного сна, в котором яркий зелёный свет Авады отражался на знакомых платиновых волосах, заставляя их рассыпаться по чёрному полу Министерства, на которое падало его безжизненное тело. Гриффиндорцы старались не оставлять её одну, окружая заботой и поддержкой, что вызывало у Гермионы самые противоречивые чувства. Она считала, что Гарри сейчас заслуживал такой поддержки, но никак не она. Её лучший друг был сломлен потерей единственного родственника, а друзья переживали за её душевное состояние из-за любовных терзаний. Немыслимо. Последние дни в Хогвартсе пролетели слишком быстро, возвращая всех в суровую реальность. Ученикам предстояло провести очередное лето на каникулах, но покидать замок сейчас было куда тяжелее, чем обычно. Многие не были уверены, что родители позволят им вернуться сюда вновь, учитывая надвигающиеся тучи войны. Собрав последние вещи в чемодан, Гермиона достала заколдованную тетрадку и открыла её, внимательно всматриваясь в белоснежные листы. Она знала, что Драко ей не писал, но продолжала по несколько раз в день проверять тетрадку в надежде на то, что могла пропустить заветное свечение от его письма. Тяжело вздохнув, она спрятала зачарованный предмет поглубже в чемодан и, окинув взглядом родную факультетскую спальню, сделала шаг за её пределы. Клубы плотного белого дыма поднимались из трубы Хогвартс-Экспресса, который дружелюбно приглашал студентов открытыми дверьми вагонов. Не смотря на ужасы, происходящие вокруг, поезд оставался неизменным, даря ту самую волшебную атмосферу, к которой привыкли учащиеся. Душевная тяжесть от предстоящей поездки до Лондона становилась чуть легче, когда взгляд находил родные красные вагоны поезда. Эта поездка и правда была особенной, потому что стала первой, когда студенты решили не разделяться по привычным вагонам, придерживаясь своих факультетов, а проводили время все вместе, заполняя длинные коридоры поезда громким смехом и счастливыми улыбками. Красно-зелёная компания также осталась вместе, занимая несколько столиков в открытом вагоне без стен купе. — Как ты? – тихий голос Пэнси вырвал Гермиону из привычных мыслей, в которых она пребывала последние несколько часов пути. — Всё в порядке, - она надеялась, что её едва заметная улыбка, на которую ушли последние силы, не показалась подруге слишком наигранной. — Не переживай. Драко как паразит – выживает даже в самых обречённых ситуациях. — Это верно, - кивнул Блейз, сидящий напротив девушек, — Помнишь ту рождественскую вечеринку, на которой нас застукал Люциус на четвёртом курсе? Я был уверен, что он проклянёт блондинчика, но каким-то чудом тот вышел абсолютно сухим из воды. — О! Это та вечеринка, где были симпатичные итальянские близняшки? – весёлый голос Тео донёсся до них из-за соседнего столика. — Салазар… - Пэнси закатила глаза, — Почему-то я готова поспорить, что некоторые факты из своей жизни ты помнишь только благодаря тому, что твой член хранит воспоминания о побывавших на нём девушках гораздо лучше, чем твоя голова. — Не ревнуй, Пэнс, ты же знаешь, душой я верен только вам, - он наигранно крепко обнял сидящего рядом Уизли, от чего тот скривился в гримасе отвращения. Вагон залился громким смехом друзей, дарящим заветное облегчение измученной душе Гермионы. Пусть и кратковременное.

********

— Мама! Папа! – Гермиона расплылась в улыбке и бросилась в объятия родителей. Она попрощалась со всеми ещё на платформе 9¾ и теперь, оказавшись в маггловском мире, могла отодвинуть все переживания чуть дальше и ненадолго отдаться эмоциям от долгожданной встречи с родителями. Слишком долгая разлука разрушающее отражалась на и без того потрёпанной в последнее время психике гриффиндорки. Мама шла рядом с папой, держа его под руку и с широкой улыбкой рассказывая о последних новостях. Второй рукой она крепко сжимала ладонь Гермионы. Гриффиндорка молча слушала и улыбалась, наслаждаясь звуком маминого голоса, по которому так сильно соскучилась. В окружении родителей на душе становилось теплее. Проходя очередное здание на пути к автомобильной парковке, внимание Гермионы привлёк знакомый звук, похожий на хлопок аппарации. На мгновение притормозив, она огляделась по сторонам и её глаза распахнулись от удивления, когда в переулке между рядом стоящих домов она увидела знакомую платиновую макушку. Драко стоял, облокотившись на кирпичную стену и скрестив руки на груди. Его взгляд был прикован к девушке, а на губах виднелась едва заметная улыбка. — Мам, я сейчас, подождите меня в машине, ладно? – дождавшись одобрительного кивка, Гермиона почти бегом бросилась в сторону заветного переулка. Она сделала вид, что не заметила хитрой улыбки мамы, когда та покосилась в сторону стоящего парня. — Мерлин, Драко! – девушка бросилась к нему с объятиями, когда они ушли чуть вглубь переулка, скрываясь от взгляда родителей, — Где ты был? Почему ничего не написал? Ты хоть понимаешь, как я волновалась… — Прости, - взгляд его серых глаз внимательно скользил по её лицу, будто пытаясь узнать давно забытые черты, — Я хотел, но у меня не было возможности. Я не хотел подставлять тебя под возможный удар. Когда первый всплеск эмоций отступил, Гермиона слегла отстранилась от слизеринца и окинула его взглядом. Казалось, что его и без того острые черты лица стали ещё более выраженными. Он старался сохранять безэмоциональное выражение лица, но синяки под глазами и подрагивающие желваки выдавали то, насколько сильным было его волнение и тревога. Гермиона хорошо знала эти ощущения, они стали для неё родными за последние дни. Он был одет в привычный чёрный костюм, подчёркивающий его аристократический статус. Волосы были аккуратно уложены и зачёсаны назад. Он казался ей фарфоровой куклой. Идеальной фарфоровой куклой необычайной красоты. Такой прекрасной, что невозможно было оторвать взгляд, но такой хрупкой, будто способной сломаться от любого прикосновения. — Ты расскажешь мне, что произошло? – Гермиона подняла взгляд, внимательно глядя в его глаза. — Это сложно, - Драко провёл ладонью по волосам в привычном жесте, совсем забыв, что теперь они были аккуратно уложены, — И я бы не хотел тратить те пару минут, что у нас есть, на пустые разговоры. Драко сделал пару шагов навстречу гриффиндорке, заставляя ту отступить назад и упереться спиной в холодную поверхность каменной стены. Гермиона чуть наклонила голову в бок, стараясь вложить во взгляд карамельных глаз всё скопившееся возмущение от его раздражающего молчания в ответ на важные вопросы. Тело вело себя как самый настоящий предатель, отзываясь на приближающегося слизеринца лёгкой дрожью и нетерпеливыми мурашками. Когда-нибудь она обязательно поймёт, как ему удаётся влиять на неё так сильно. — Драко… - она прикрыла глаза и упёрлась затылком в стену, когда он оказался рядом и, склонив голову, коснулся губами её скулы, — Мы не можем избегать этой темы, ты же понимаешь? Нам всё равно придётся всё обсудить. — Знаю, но я скучал, - прохладные ладони легли на женскую талию, прижимая хрупкое тело к себе. — Я тоже, - последнее, что успела ответить Гермиона, прежде чем он накрыл её губы своими, требовательно проскальзывая языком в рот. Этот поцелуй отличался от тех, к которым Гермиона привыкла. Драко будто пытался насытиться ей на долгое время вперёд, не тратя драгоценные секунды на нежности. Он жадно прикусывал пухлые губы, оставляя на них красные следы. Его язык по-хозяйски сплетался с её, выбивая шумные вздохи сквозь поцелуй. Гриффиндорка обхватила ладонями его лицо, стараясь продлить момент как можно дольше, но нехватка воздуха дала о себе знать, заставляя с недовольным звуком оторваться от желанных губ. — Боюсь, что у меня не будет возможности быть с тобой рядом летом… - едва слышно прошептал Драко, прижимаясь своим лбом к её, — И я опять вынужден просить тебя не обращать внимание на всё, что ты можешь увидеть в блядских газетах. — Что происходит, Драко? Не то чтобы я надеялась провести всё лето вместе, я понимаю… Но что происходит? — Я не могу сейчас объяснить всего, прости. Могу сказать лишь то, что Тёмный Лорд будет пристально следить за мной и моими успехами в летнем обучении. И я не могу рисковать тобой. Тревога тяжёлым камнем осела где-то внизу позвоночника, заставляя Гермиону шумно вздохнуть. Она понимала, что у них не может быть таких отношений, как ей хотелось бы. Как у обычных людей, беззаботно влюблённых в друг друга. Но мысли о том, что ему придётся пережить за эти несколько летних месяцев в компании Волан-де-Морта, отзывались ударами острого ножа в самые уязвимые части души. И раны эти не заживали, становясь лишь глубже и забирая все внутренние силы. — Он наказал вас с Люциусом за то, что случилось в Министерстве? И что ты сделал с Долоховым? – Гермиона смогла вновь заговорить только тогда, когда Драко немного отступил от неё и убрал руки в карманы брюк. — Я не убил его, если ты об этом. — Я никогда бы не подумала, что ты мо… — Я стёр ему память, - он перебил её, не дав договорить, — А Люциус… Могу сказать лишь то, что у него будет достаточно времени обдумать то, где он оступился. В Азкабане. — В Азкабане? Решение комиссии уже известно? — Нет, но это же очевидно, Гермиона. После произошедшего Люциуса Малфоя задержали авроры и доставили в тюрьму в здании Министерства, где он ожидал решение комиссии о наказании за его преступления в рядах Пожирателей смерти. Гарри был главным свидетелем и его воспоминания использовались в качестве доказательств обвинения. Гермиона могла лишь гадать, как Драко отнесётся к такому, но у них не было возможности поступить иначе. Да и желания, честно говоря, тоже. — Драко, ты же знаешь, что Гарри… Он главный свидетель против Люциуса. — Да, я знаю, и я ему благодарен, - он криво улыбнулся, — Может хоть так Нарцисса будет в безопасности, я об этом позабочусь гораздо лучше отца. — Я могу писать тебе? Хотя бы в нашу тетрадку. — Не стоит, Грейнджер, - его тон вышел грубее, чем хотелось, — Прости, я не то имел ввиду. Мне нужны все силы, чтобы выдержать его вмешательство в мою голову, и я не могу позволить себе отвлекаться на эмоции, а думать о тебе без эмоций я просто не могу. — Тогда, получается, увидимся осенью… - ей не хотелось драматизировать, но душевная рана разрасталась с каждой секундой всё больше, затягивая в себя остатки эмоциональной стабильности, — Мне пора, Драко, родители ждут. — Да, я знаю, - он вновь сделал шаг к ней, но встревоженный взгляд гриффиндорки заставил его замереть на месте, — Гермиона? — Да, да, всё в порядке, правда, - она натянуто улыбнулась, — Я буду в порядке. Она сама сократила расстояние между ними и вновь обхватила его лицо руками, заставляя заглянуть в глаза. — Будь осторожен, Драко, пожалуйста, - оставив едва ощутимый поцелуй на его губах, она отстранилась и отвернулась, планируя вернуться к родителям, — Я люблю тебя. — Грейнджер, я… - его голос дрогнул и Гермиона приложила все оставшиеся силы, чтобы не обернуться и не показать ему своих слёз, — Я тоже люблю тебя. Громкий хлопок аппарации заставил её вздрогнуть и обнять себя руками в попытках взять эмоции под контроль. Плечи предательски дрогнули, когда несколько слезинок скатилось по румяным щекам. Но она не могла позволить родителям увидеть своё состояние, она не хотела волновать их раньше времени, война ещё успеет сделать это сполна. Зажмурив на несколько мгновений глаза, Гермиона смахнула с лица слёзы и, широко расправив плечи, направилась к родителям, которые с заинтересованными довольными лицами ждали её у машины. Атмосфера главы - https://pin.it/40wHox08U Арт к главе - https://pin.it/25leH1gHN Маска Драко - https://disk.yandex.com/i/Ax7_k-u1I5tVpA