Ночь перед Рождеством

      Забившись в угол, он сидел на полу, держась за голову двумя руками и, закрыв глаза, вспоминал, какой она была, когда он стал одержим ею. До того, как служение Темному Лорду сломало его.       Сколько жизней надо забрать, чтобы самому стать безжалостным призраком в живом теле? Видимо, столько, сколько забрал он. Может быть, сотни, а, может, и тысячи. Со временем сбиваешься со счета. “Малфой, отпусти меня, пожалуйста, я умоляю тебя” — стучало у него в голове.       Их очередные попытки противостоять Темному Лорду не увенчались успехом. Раз, и ловушка захлопнулась. Поттеру снесли голову на месте, очки набекрень смотрелись нелепо. Подняв за волосы, голову показывали всем, кто там находился. Над остальными издевались, обезображивали их тела до смерти. “Я успел забрать Грейнджер” — снова будто стук в голове.       Это не было спасением для нее. К ее сожалению. Скорее, таблетка для демонов в его душе. Плацебо.       Она бы никогда не смогла простить его, она бы никогда не приняла его, узнав о его чувствах к ней. Она бы никогда не была его. Никогда не посмотрела бы на него так, как смотрела на Уизли. Никогда не рассмотрела бы ломающийся в нем мир. Все, что она могла дать - это глаза, полные ненависти. За то, какой он, за то, что он вырвал победу из рук Ордена.       Но ему пришлось…Ради матери...Которую все равно не удалось спасти. Ее смерть была последней каплей человеческого милосердия в нем.       Он держал желаемый объект в старом чулане под лестницей несколько дней, слушая возгласы об освобождении, мольбы о милости, рев навзрыд.       В один из дней он спустился к ней, чтобы заткнуть эту чертову грязнокровку навеки, но случайно увидел во внутреннем кармане ее джинсовой куртки странный магловский предмет. Взяв его, он вернулся в комнату.       Это был плеер. Надев наушники и нажав на “Play”, он слушал песню Мэйти. Ночь перед Рождеством. Слушал снова и снова, лишь бы не слышать голоса Грейнджер. А потом - вся ночь как в тумане.       Открыв глаза, он безумным взглядом смотрел на свою рождественскую елку, в голове лишь были слова песни: Новогодняя елка из частей ее тела Белого-белого, Я мучительно долго собирал это дело, Потому что хотел ее. Свет гирлянды советской Так подходит для детской, Дополняя мой ребус. Я не буду менять это, Потому что опять Весь по локти изрежусь.