judas kiss

А потом нежные объятия матери похожи стали на хватку мертвеца, наполнившись холодом и страхом, гневом и отчаяньем, ибо другой шагал по чудесному мирку, хромая и помощь отторгая. Хрустели под ногами чужие судьбы, ломаясь вновь, чужое счастье хрупкое трескалось от тяжёлых шагов, а изо рта шел пар, ибо холод окутывал того, кто звался целителем, Джейсом. Он шел медленно, ногу волоча следом, а в руках сжимал молот верный, который был его худшим проклятием.