волки в мастерской

Эцио закрывает за собой дверь, и первая его мысль: странные звуки. Он оборачивается, и его вторая мысль такая же информативная, как и первая: большая собака. И уже потом, когда эта «большая собака» перестаёт грызть кость и поднимает на него свой очень жёлтый взгляд, вот именно тогда до Эцио наконец доходит: это блядский волк. Блядский волк в мастерской у Леонардо. — Эцио! — слышит он голос Леонардо. По крайней мере, это приводит его к мысли, что огромный римский волк не залез в мастерскую под покровом ночи и не загрыз его оптимистичного друга. — Так рад тебя видеть! Он останавливается, заметив, как Эцио крепко прижимается спиной к двери. — Что с тобой?.. — Леонардо с беспокойством омсатривает его, потом оборачивается, пытаясь проследить за напряжённым взглядом, улыбается, замечая волка, и встряхиает руками. — Точно, извини, забыл предупредить. Майлз, иди сюда. Волк встаёт, Эцио отлипает от двери. Господи, зверь действительно огромный, даже если Эцио не был экспертом по волкам. — Господи, Леонардо, ты напугал меня до смерти. Когда ты успел приручить волка в Риме? Волк подходит совсем близко, и Леонардо бесстрашно кладёт свою ладонь на голову зверю. Эцио цинично думает, какие критерии храбрости должны быть у Леонардо, если для него впустить волка в мастерскую — поступок человека, который называет себя трусливым. — Ну, определённо можно сказать, что Майлз сам меня нашёл. Волк бодает его головой, а потом открывает пасть. — Просто ты любопытный, Леонардо, — раздаётся голос, и Эцио требуется несколько секунд, чтобы понять. — Он говорящий?!

***

С другой стороны, Эцио смотрит на вечерний Рим и продолжает думать о встрече с Майлзом, разумным говорящим волком, а кто, кроме Леонардо пошёл бы ночью проверять странные звуки, и, увидев волка, не убежал бы сразу? Вот судьба и свела его с разумным огромным волком, потому что, ну а кого, кроме него?