Глава 48

- Ну так вот, - начала я, - они собираются пройти в полуфинал, а затем отправиться на остров Му... спасибо, - я приняла чашку с дымящимся чаем, и на мгновение аромат жасмина перебил нить мыслей. - …и когда вы все окажетесь на острове, отказаться от участия в финале... спасибо, - на блюдце легли рисовые крекеры. -...и когда начнётся ритуал “сон короля”… спасибо, - я машинально взяла предложенное печенье. - Хао! - строго произнесла я. Шаман невинно моргнул, словно не понимая, чем заслужил мой укор. Мы сидели в комнате, больше похожей на старый кабинет: голые каменные стены, прямоугольное отверстие вместо окна, тяжелый письменный стол, заваленный свитками. Между нами - низкий столик, на котором покоились две чашки зелёного чая и небольшое угощение. Два стула напротив друг друга - всё наше маленькое пространство. - Я была бы очень признательна, если бы ты сосредоточился на том, что я говорю, - произнесла я сдержанно. - О, дорогая, я абсолютно сосредоточен, - ответил он с мягкой улыбкой. Я прищурилась. Я прекрасно ощущала чувства шамана и, несмотря на спокойную полуулыбку и внимательный, цепкий взгляд, он был… слегка взволнован. Будто ребёнок, к которому друг впервые пришёл на ночёвку. - Да неужели? - протянула я с откровенным скепсисом. Асакура тихо рассмеялся, опёр подбородок на ладонь и посмотрел на меня с тем самым выражением, которое всегда казалось мне одновременно раздражающе самодовольным и обезоруживающе тёплым. - Признаться, я действительно немного воодушевлён, - сказал он, голос его звучал бархатно, почти обволакивающе. - Всё-таки это первый раз, когда ты у меня в гостях. Не считая, конечно, тех случаев, когда ты была на грани смерти или оказывалась рядом… скажем, не совсем по своей воли. Я удивлённо уставилась на него. Иногда я забывала, насколько одинок он был - и, кажется, даже столь ничтожная вещь, как визит без угроз и крови, радовала его по-настоящему. Хао наклонил голову, в глубине карих глаз вспыхнули озорные искры: - Могу ли я расценить это как прогресс в наших отношениях? А вот прямолинейности ему хватало с избытком. Я махнула хвостом - жест вышел скорее смущённым, чем раздражённым: - Мы можем вернуться к более актуальной теме? Хао, прикрыв глаза, медленно отпил чай. Тонкие струйки пара лениво поднимались вверх, растворяясь в солнечных бликах. - Но, Рин, - произнёс он спокойно, - я не вижу в этом никакой проблемы. - Вообще никакой? - вскинула брови. - Они всерьёз подумывают о том, чтобы прикончить тебя. - Что ж, это вполне закономерно, - Хао поставил кружку на столик, и лёгкий звон керамики разнёсся по каменной комнате. - Едва ли я когда-либо был образцом добродетели, не так ли? Солнечные лучи мягко касались стен, и помещение казалось больше, чем оно было на самом деле. В этой неподвижной тишине, густой, как воздух перед грозой, было что-то почти нереальное - казалось, мы находились не просто в убежище шамана, а в отдельном кармане мира, куда не проникала ни пыль, ни шум, ни страх. - Однако, - продолжил он, - защита патчей надёжна. Во время ритуала Десять Жрецов черпают силу напрямую от Короля духов. Пройти через них - задача не для слабых. Я покачала головой. - К тому моменту Йо и остальные уже несколько раз умрут и воскреснут. Их сила вырастет в разы. Хао усмехнулся - коротко, чуть насмешливо, но без тени злобы. - Тайны будущего открыты не тебе одной, дорогая. Да, они пройдут через испытания, которые сломали бы большинство людей. Но… - он сделал лёгкий жест ладонью, - даже тогда путь ко мне будет далёк от простого. Я прикусила губу. Его уверенность раздражала. Не самоуверенность - нет, в Хао всегда была какая-то особая, почти честная ясность. Скорее, это было спокойствие… опасное, как ровная поверхность воды, под которой скрывается течение. - Ты недооцениваешь их, - сказала я тихо. Он улыбнулся уголком губ. - А ты недооцениваешь меня. И уж точно - то, на что способен человек, проживший тысячу лет в ожидании одной-единственной вещи. Я фыркнула, поднялась и начала нервно расхаживать вдоль стены. Весёлый, чуть насмешливый взгляд шамана скользил за мной, словно луч света, следящий за движением пылинки. - Каким бы всемогущим шаманом ты себя ни считал, ты поступаешь неразумно, - резко бросила я. - Почему бы не разобраться с проблемой, пока она ещё в зародыше?! На мгновение повисла тишина. - Я предпочту не прибегать к жестокости первым, - спокойно ответил он и сделал ещё один глоток чая. - Не прибегать к жестокости? - я остановилась так резко, что хвост хлестнул по воздуху. Я устало потёрла виски. И это говорит человек, который устроил спектакль из казни команды Х-судей. Хотя, технически… они ведь действительно напали первыми. Я услышала тихий смешок и злобно уставилась на шамана. Вот бы послать в этого гения сейчас особо острый поток воздуха… жаль, Мары поблизости не было. - Ах, Рин, - сказал Хао, с откровенным весельем наблюдая за мной, - ещё немного, и я подумаю, что ты беспокоишься за меня. - Конечно, я беспокоюсь за тебя, придурок, - огрызнулась я. Он чуть приподнял брови. Улыбка исчезла, как будто её ветром сдуло. Я моргнула. Хао выглядел... растерянным. Эмоция, о существовании которой я уже почти забыла, появилась на лице человека, для которого даже смерть - просто временное неудобство. Потому что, разумеется, он был ошеломлён оскорблением. Ну да, “придурок” - не лучшее обращение к самому могущественному человеку на планете. Отлично, Рин. Гениально. Следующий шаг - добровольно сброситься со скалы. - Эм... послушай... - осторожно начала я, когда Хао вдруг замолчал и, не сводя с меня взгляда, медленно поднялся. Я инстинктивно отступила. Он никак не отреагировал - возможно, не заметил моего движения вовсе. Его лицо оставалось странно пустым, взгляд скользил сквозь меня, словно он всё ещё переваривал… услышанное. - Хао? - позвала я осторожно, чувствуя, как холодок пробегает по позвоночнику. Он сделал шаг - бесшумный, плавный, как движение тени. Я невольно попятилась, пока спиной не упёрлась в холодную стену. Чёрт, ещё минуту назад эта комната казалась просторной… Я собиралась обернуться, чтобы наметить путь отступления, но не успела - воздух передо мной сгустился. Хао был всего в нескольких сантиметрах. Карие глаза - внимательные, пронзительные, слишком близко. Так близко, что я ясно ощутила - пространство между нами дрогнуло - хрупкое, натянутое, как нить между вдохом и выдохом. Я сглотнула. - Ну подумаешь, ляпнула… - начала было оправдываться, но договорить не успела. Горячие пальцы мягко коснулись моего подбородка, приподняв его - так, чтобы я не могла отвлечься, не могла отвести взгляд. Карие глаза встретились с моими, и в их глубине что-то мерцало - пока ещё не угроза, нет, скорее тишина перед чем-то важным. - Если ты беспокоишься обо мне, - тихо, низко, почти бархатно прошелестел его голос, - почему бы тебе не отправиться со мной? Я моргнула. Мозг, кажется, завис где-то между паникой и непониманием. - Куда - с тобой? - выдохнула я, хмурясь. - В Святилище, где проходит ритуал, допускается только Король. Уголки его губ дрогнули. Большой палец медленно провёл по моей щеке - движение было почти неощутимым, но от него по коже пробежал жар. - Есть одно исключение, - мягко сказал он. - Для его жены. Я застыла. На миг в голове наступила пустота, а потом шестерёнки закрутились с удвоенной скоростью. Ну, с практической стороны - это даже логично. Мне действительно будет спокойнее, если я буду рядом. Конечно, я вряд ли смогу долго противостоять Йо и его команде, но пара хорошо подобранных иллюзий - и у меня будет несколько драгоценных минут. Главное - нейтрализовать их быстро: скажем, колени попереломать, руки у Фауста оторвать, чтоб не подлатал никого… И в целом, ничего страшного. Это ведь просто... формальность. Я не то чтобы верила в институт брака. Всегда можно развестись - особенно если муж собирается вскоре вознестись и стать богом. Технически - вдова. - Эм… - протянула я с сомнением. - То есть ты предлагаешь слетать в Японию и… расписаться? Хао моргнул. Потом ещё раз. И вдруг рассмеялся - искренне и легко. Я обиженно нахмурилась. - Что смешного? - О, Рин, - произнёс он между смешками, - ты и правда полагаешь, что Великий Дух потребует бумажку? Я закатила глаза. Откуда мне знать, как там всё устроено? Не то чтобы я была в близких отношениях с Великим духом. Видя моё выражение лица, Асакура снова тихо засмеялся - уже мягче, почти тепло. - Нет, - наконец произнёс он с раздражающе снисходительной улыбкой. - Духа не интересует союз между государством и двумя гражданами. Он наклонился чуть ближе, так что слова почти коснулись моего уха. - Для него доказательством служит лишь одно. Клятва Единства. Я онемела. Мозг нажал на все кнопки сразу и вышел из строя, язык прилип к нёбу, а мысли, как ужалённые белки, разбежались кто куда. Хао, разумеется, наблюдал за этим с самым позабавленным видом. - Клятва Единства… - выдавила я, запоздало моргая. - Это же та, где две души сливаются в одну? Я читала о ней. В древних свитках “Хикари”, в дневниках оммёдзи, в легендах, которые даже духи предпочитали не вспоминать. Клятва, столь строгая и необратимая, что её не применяли уже сотни лет. - Именно она, - спокойно подтвердил шаман. Слияние двух душ в одну. Связь, которую не разрубить, не разрушить, не отменить. Неразлучны до конца времён, до тех пор, пока сам мир не угаснет. Конечно, для влюблённых это, вероятно, звучит трогательно и романтично… ну, первые десятки лет. А потом? Когда один надоест другому? Когда любовь превратится в ненависть? В горькое сожаление? - И четыре года назад, - с той же заторможенностью продолжила я, - когда ты предложил… эм… - Стать моей женой, - услужливо подсказал Хао. - Да, это. Ты же не мог иметь в виду Клятву Единства? Он не сразу ответил. Его улыбка исчезла - не растаяла, не осыпалась, а была аккуратно, почти бережно снята с лица. Теперь он смотрел на меня тихо и слишком спокойно - этим спокойствием, в котором всегда пряталось что-то опасное, горячее, как лава под застывшей коркой. Он шагнул ближе. Совсем немного. Но воздух между нами вдруг стал плотнее, почти осязаемым. - Разумеется, имел, - произнёс он тихо. Я почувствовала, как перехватило дыхание. - ЧТО?! - выдохнула я. - А что ещё я мог иметь в виду? - Хао говорил ровно, без тени смущения, словно обсуждал погоду. - Жалкую человеческую бумажку? Пустую формальность? Союз, который растворится в нужный момент, когда станет неудобен? Я открыла рот, закрыла, снова открыла - процесс явно зависал. - Это… это… - у меня дрожал голос, но не от страха - от какой-то странной смеси паники, недоверия и той самой ярости, что обычно заставляет людей швырять стулья. - Ты хотел слияния душ, но при этом даже не удосужился мне СОБЩИТЬ, что речь идёт не о «пойти и расписаться»?! - Я считал, ты догадалась, - совершенно искренне сказал он. - Почему я должна была догадаться?! - сорвалась я. - Ты сказал «я планирую, что ты станешь моей женой» - где тут пункт про “вечная связь, смерть не разлучит, всё такое”?! Где, Хао?! Он слегка склонил голову, как будто обдумывал мой вопрос. - В слове «жена», - ответил он. Я на секунду перестала дышать. Вот теперь - никаких сомнений. Всё стало кристально ясно. Как я раньше этого не замечала? Хао сумасшедший. Абсолютно. Неисправимо. Космически. Какой нормальный человек добровольно согласится навечно привязать себя к кому-то? Да ещё и ко мне! Ко мне! Честное слово, ему нужен не трон Короля шаманов, а хороший психотерапевт. С немедленным курсом интенсивной терапии. - Что ж, - протянула я осторожно, тем самым тоном, каким говорят с душевнобольными, у кого в руках граната без чеки. - Я… эм… всё обдумаю, да. Я сделала осторожный шаг в сторону выхода, рассчитывая тихо и быстро выскользнуть из комнаты. Не тут-то было. Хао едва заметно переместил руку - и ладонь легла на стену рядом с моим плечом, отрезая путь к спасению. Он не касался меня, но и не нужно было: пространство между нами сузилось до опасно тонкой линии. - И куда, ты думаешь, направляешься? - его голос прозвучал тихо, почти ласково, но под этой мягкостью чувствовался стальной оттенок. - Неужели ты полагаешь, что я забыл о твоём оскорблении? Мои уши моментально опали и прижались к голове. Чёрт. Услышал всё-таки. - Я не имела в виду… - начала я с самой безобидной улыбкой, на какую была способна. - Не имела в виду? - повторил он тем же мягким, до невозможности вкрадчивым тоном, который заставил мой хвост дёрнуться от нервов. - Значит, ты назвала меня придурком… случайно? - Ну… - выдавила я, - ты… местами… не всегда… полностью… Он чуть приподнял брови. Я захлебнулась собственным бормотанием и попыталась ещё раз проскользнуть мимо. Бесполезно. Хао всего лишь чуть согнул локоть - и расстояние между нами исчезло, словно его никогда не существовало. - Знаешь, Рин, - произнёс он низко, почти мурлыча, - я многое могу проигнорировать. Неосознанные угрозы. Твой острый язык. Даже твои попытки сбежать. Он наклонился ближе. Слишком близко. Гораздо ближе, чем было безопасно для моего сердечного ритма. - Но вот оскорбление… - продолжил он мягко, с ленивой опасностью в голосе, - это уже личное. Я открыла рот, чтобы возразить, но не успела - тёплое дыхание скользнуло возле пушистого уха, заставив кожу под ним покрыться мурашками. - Хао, подожди- Ответом стал не голос, а прикосновение. Его губы едва коснулись кончика уха - лёгкое, как касание искры. И тут же - укус. Дерзкий, ощутимый. Звук, который я издала, был… предательски неугрожающим. - Хао! - пискнула я, дёрнувшись, но он удержал меня крепко, ладонью на талии, не давая ни шагу назад. Слова растаяли, когда его зубы скользнули ниже - туда, где ухо переходит в шею. Ауч! Ощущение было, будто под кожу вплелось пламя: гладкое, горячее, опасное. - Это нечестно… - прошептала я, чувствуя, что сердце сбивается с ритма. - Разве? - его голос звучал прямо у самой шеи. Губы едва касались кожи. - Ты оскорбляешь меня, а я даже не повышаю голос. По-моему, я предельно мягок. - Мягок? Ты меня кусаешь! - Весьма нежно и аккуратно, - уточнил он. - Поверь, если бы хотел по-настоящему - ты бы заметила разницу. Он говорил, а губы уже двигались - от шеи к линии подбородка, от подбородка - чуть выше. Каждое касание жгло, как уголь, но одновременно было мягче любого прикосновения. И прежде чем я хоть что-то поняла, он наклонился - и аккуратно, тщательно, почти лениво прикусил мою нижнюю губу. Я вдохнула резко, почти болезненно - и Хао поймал этот вдох, перехватил его, и плавно перешёл от укуса к поцелую. Глубокий. Медленный. Слишком внимательный, чтобы быть случайным, слишком требовательный, чтобы остаться без ответа. Мысли начали таять - одна за другой, будто снег под солнцем. Я не заметила, как руки перестали отталкивать его. Не заметила, как сама потянулась ближе, ощущая, что всё во мне искало этого тепла. И только когда его ладонь скользнула чуть выше моей талии, словно фиксируя меня ближе, я поняла, что уже не сопротивляюсь. Наоборот - стою так, будто любое расстояние между нами стало невозможным по определению. Он отстранился едва - всего на одно дыхание. На губах играла едва заметная улыбка, глаза мерцали в полумраке - тёплые, хищные, до странного довольные. - Видишь, Рин, - тихо сказал он, - как опасно меня злить. Это уж точно. Оказалось в тот вечер некоторые из компании Йо вновь успели оказаться в стычке с приспешниками старшего Асакуры. Честное слово, это скоро войдёт в рутину. Лисья часть меня чувствовала себя рядом с недавно воскресшим Тао крайне неуютно. Было в нём что-то… неправильное. Не в поступках, не во взгляде - в самой сути. Будто жизнь в нём дышала наперекор природе, чужим ветром. От этого шерсть на загривке вставала дыбом, а хвост норовил спрятаться. В общем, я обходила шамана по большой дуге. Что забавно - он поступал точно так же. Рен Тао, всегда прямолинейный и гордый, теперь избегал всех с той же мрачной решимостью, с какой раньше шёл в бой. Хоро-хоро и Чоколав только закатывали глаза: их капитан, который и раньше не отличался общительностью, теперь словно выстроил вокруг себя ледяную стену. Но если кто действительно был в ярости - так это Аня. Рыжая фурия с упрямством паровоза выискивала китайца по всему острову. И если удавалось его поймать - буквально вытаскивала из тени, требуя "вести себя как человек". Когда это не срабатывало, переходила к тактике диалога… с оттенком экзорцизма. Я же благоразумно старалась не отсвечивать: вставать между Аней и её целью - то ещё самоубийство. Но однажды утром судьба решила, что пора развлечься. Я моргнула от неожиданности, когда, зайдя на кухню раньше всех, заметила Рена. Он сидел за столом, неторопливо пил кофе, словно ничего необычного не происходило. Только подняв на меня взгляд - спокойный, чуть настороженный - выдал лёгкое удивление. Я бросила взгляд на часы. Полшестого. Прекрасно. Специально ведь встала пораньше, чтобы с ним не пересечься. Полагаю, Тао руководствовался той же логикой. - Доброе утро, - произнёс он, голосом хриплым, чуть сиплым - видимо, давно не говорил. - Доброе, - ответила я и, помедлив, прошла к чайнику. Что ж, сейчас убегать будет просто ребячеством. Я включила плиту, слушая тихое шипение газа и краем глаза наблюдая за ним. Надо признать, выглядел он… прилично. На удивление. Вероятно, заслуга Хоро-хоро. Воскрешение - занятие неблагодарное. У него слишком много подводных камней, и самый страшный из них - разложение. Представьте: вы умерли. Ваш организм делает всё, что положено после смерти - а потом вас вдруг возвращают. Но тело уже начало разрушаться. Мозг, мышцы, внутренности - всё в стадии распада. Что получается? В худшем случае - зомби. В лучшем случае - крайне тяжёлое, пускай и недолгое, существование. Хоро-хоро же, поняв, что Рен смертельно ранен, успел во время боя частично заморозить его тело, чем приостановил процесс разложения. - Как ты себя чувствуешь? - наконец спросила я, наливая чай в кружку. Рен моргнул, будто возвращаясь издалека. Его взгляд на миг задержался на мне - рассеянный, непрояснённый, словно он только что вспомнил, что должен смотреть не сквозь, а на человека. Прошло несколько секунд тишины, и я уже начинала думать, что ответа не последует. - Странно, - произнёс он вдумчиво, скорее не мне, а самому себе. - Словно я… ещё не до конца здесь. Я нахмурилась и поставила чайник на место. Он говорил не о теле - о душе. О том самом внутреннем присутствии, отсутствие которого лисица во мне улавливала первой. - Ты чувствуешь… разрыв? - осторожно спросила я. Рен кивнул. - Словно часть меня всё ещё там, - он мотнул пальцем в сторону окна, но, кажется, имел в виду не внешний двор. - В пустоте. Ждёт, когда я вернусь. Я медленно поставила кружку на стол, прежде чем сесть напротив. - Так ты… - медленно начала я, - не хочешь жить? Он резко поднял на меня взгляд. Глаза были холодные, острые, как лезвие, но под этой сталью чувствовалось что-то живое, уязвлённое. - Хочу, - ответил он твёрдо. - Но мне нужно время, чтобы понять, чего стоила эта жизнь. Я молча кивнула. Цена действительно была велика. Всё в этой жизни подчиняется закону равноценного обмена - хочешь что-то получить, придётся с чем-то расстаться. Но что может быть равно самой жизни? Рен, вернувшись из-за грани, заплатил половиной своего срока. Если раньше он мог прожить восемьдесят лет, теперь - не больше сорока. Только половина. А ведь половина - не целое. Недостающую часть внесла Железная Леди. Девушка, которая воскресила его. Я тогда удивилась - ещё в каноне - как легко их отношения после турнира приняли иную форму. Но теперь… теперь, кажется, я понимала. Возможно, не любовь стала их началом, а чувство долга со стороны китайца. Вина. Конечно, пока что это не более чем мои домыслы. Он заплатил дорогую цену - и всё же, однажды перешагнув границу между жизнью и смертью, не мог не ощущать: его связь с этим миром осталась хрупкой, натянутой, как нить. Рен вернулся слишком рано. Не по своей воли или своему решению. Стоило потянуть чуть сильнее - и нить оборвётся. Я сделала глоток чая. Тёплый пар коснулся губ, возвращая меня в реальность. - Я хотела извиниться, - сказала я спустя пару мгновений, наконец решившись произнести слова, которые уже давно вертелись на языке. Рен поднял брови, едва заметно, но с тем самым выражением, в котором сквозило и удивление, и привычное ехидство: - Это что-то новенькое. Я фыркнула. Что ж, сарказм, похоже, воскрес вместе с ним. - Пару дней назад я сорвалась на тебя, - продолжила я. - Правда в том, что я не имела никакого морального права произносить те слова. Мне жаль. Несколько секунд он просто молча смотрел на меня. Взгляд спокойный, задумчивый, будто взвешивал не слова - намерение. Потом коротко кивнул. - Что ж, - хмыкнул он, скрещивая руки на груди, - я тоже наговорил лишнего. Он на мгновение отвёл взгляд, и в его голосе мелькнула тень усталой откровенности: - Когда мы вели остальных через пустыню, я заметил, что часто приходим к одним и тем же выводам. Думаю, меня выбило из равновесия, что в тот раз всё оказалось иначе. Я лишь кивнула, делая глоток чая. Тёплая горечь скользнула по языку, но внутри всё равно оставалось ощущение лёгкой неловкости. Если бы речь шла не о Хао, я бы всеми руками и ногами поддержала идею Рена - быстрое и безопасное решение проблемы звучало просто замечательно. Но шаману это знать было совершенно необязательно. Я уже открыла рот, чтобы аккуратно сменить тему, когда за дверью послышались шаги - решительные, топающие, слишком узнаваемые, чтобы ошибиться. - Аня, - тихо сказала я. Рен в тот же миг будто окаменел. Я не удержалась от лёгкой улыбки. Он только недавно вернулся - и явно ещё не привык к самому факту жизни. Тело, мысли, чувства - всё требовало времени, рефлексии и некоторого уединения. Но Аня, похоже, решила, что всё это - лишняя роскошь. Дверь распахнулась с грохотом. - РЕН ТАО! - влетела она в кухню, как огненный шар, пылающий праведным гневом. Мы с Реном синхронно вздрогнули. Ах да. Вчера вечером шаман, кажется, исчез, не сказав ни слова. И, судя по всему, это не осталось незамеченным. Аня стремительно оглядела кухню, взглядом отметила каждую деталь - и прищурилась, уставившись прямо на Рена. Честное слово, в тот момент его даже было немного жалко. Во всей этой суматохе был, пожалуй, один положительный момент - по крайней мере, для меня. Заботясь о Рене, Аня совершенно забыла о другой своей навязчивой идее - о странной, необъяснимой связи между мной и старшим Асакурой. Никаких расспросов, подозрительных взглядов через плечо и назойливого присутствия рядом. Пространство вокруг вдруг стало тише, воздух - свободнее. Я даже начала надеяться, что она, наконец, оставит всё как есть. Что эта история растворится сама собой, как дурной сон. Увы. Вскоре я пойму, насколько ошибалась. Пойму - когда весь мой привычный мир перевернётся с ног на голову. Воздушные кинжалы пронеслись над площадкой - сверкая бледными лезвиями, они прорезали стволы деревьев и вздыбили за ними землю. Я тем временем не прекращала поддерживать щит - то сгущая энергию до плотности камня, отражая возможные удары, то выжигая из купола кислород, чтобы пресечь малейшую попытку огненной атаки. Рывок вверх - и через миг я уже на краю поляны. Когти взметнулись, воздух взвыл, рассекая пространство. Сухой треск - и дерево рухнуло, подкошенное невидимой косой. - Полегче, тигр, - усмехнулась я. Мара, в состоянии сверхдуши, хмыкнула, её голос отозвался лёгким эхом: - Я только разогреваюсь. Мы находились на тренировочном поле недалеко от дома. Солнце уже скрывалось за горизонтом, и над островом медленно сгущался бархатный сумрак. Маре, однако, не было до этого дела - в её глазах сверкал азарт, в движениях пульсировал хаос. Она искала границы - насколько близко сможет подойти к собственному пределу, прежде чем сорвётся в бездну? Насколько реальны могут стать её иллюзии, насколько острым - поток ветра, способный рассечь самую твёрдую плоть? Я не мешала. В её дерзости было что-то притягательное. Пусть мотивы Мары и нельзя назвать благородными - но разве у нечисти бывает иное топливо, кроме опасного любопытства и жажды силы? Прошло минут двадцать, прежде чем я ощутила усталость: уровень фурьёку падал, и продолжать дальше было бы расточительно. Мара возникла рядом - словно из ниоткуда, сотканная из самой стихии. Полупрозрачные очертания её фигуры дрогнули, сгустились, обретая плоть: длинные чёрные волосы мягко легли на плечи, синие глаза вспыхнули, как две холодные звезды. - Всё? - протянула она с разочарованием, стряхивая с ладоней невидимые искры фурьёку. - А я только вошла во вкус. - Не все из нас бессмертные существа без чувства усталости, - отозвалась я, потягиваясь и чувствуя, как ноют мышцы. - Хочешь - тренируйся одна. Мара фыркнула. - Без тебя скучно. Да и кто будет следить, чтобы я не снесла половину леса? - она бросила оценивающий взгляд на деревья и, кажется, так и не поняла, что в этом плохого - потерять ещё пару сотен. Я покачала головой и зябко поёжилась - вечер принёс с собой прохладу и влажный запах листвы. Накинув рубашку, устало провела рукой по лицу и направилась к тропинке, ведущей домой. После тренировки тело ныло, а фурьёку едва ощутимо потрескивало под кожей - крохотные искры искали выход. Хотелось только горячего душа и чего-нибудь сладкого - простого, земного, человеческого. Я сделала пару шагов. - Рин! Голос прозвучал неожиданно громко для такого часа. Я вздрогнула и обернулась. На краю поля стоял Йо. Он улыбнулся, махнул рукой и подошёл, ступая мягко, как будто не хотел тревожить тишину. - Ты одна? - просил он, оглядываясь по сторонам. - Сейчас небезопасно гулять в одиночку. - Тебя Роалд покусал? - приподняла я бровь, когда мы вместе двинулись по тропинке. - Обычно это он у нас курица-наседка. Да и ты не то чтобы сам сейчас в компании. - Справедливо, - Йо улыбнулся, легко принимая поражение. - Просто вышел проветрить голову. - Анна тебя четвертует. - Не напоминай, - простонал он с комичной обречённостью. Я рассмеялась - легко, искренне. Подняла взгляд к небу: там уже робко мерцали первые звёзды, холодные и чистые, как утренняя роса. Как же давно не было такого тихого, мирного вечера. БА-БАХ! Мы подпрыгнули одновременно. Громкий звук дробью отозвался в лисьих ушах, и я неосознанно схватила Йо за руку. - Что за… БА-БАХ! Второй взрыв прогремел со стороны леса, громче, яростнее. Ночь вздрогнула. Ну нахрен… - Голем… - прошептал Йо, и его тело окаменело от внезапного напряжения. - Го… что? - переспросила я, лихорадочно вспоминая канон. Шаман побледнел. Его взгляд метнулся куда-то в темноту, и в следующую секунду глаза расширились - понимание ударило, как пощёчина. - Чоколав ещё не вернулся домой. И тогда меня словно пронзило. Воспоминание вспыхнуло - яркое, пугающее. Голем. Исполин, в чьей мощи таится бездна, способная соперничать с самим Духом Огня. Существо, которым управляют неразумные дети… и мстительный дух, нашедший свою цель. Мстительный дух, который пробудился сегодня. Этой ночью. - Давай…- выдохнула я, но слова застряли в горле. Свалим отсюда не успело сорваться с губ - Асакура уже схватил меня за запястье. - Йо?! - успела я выдохнуть. Он не ответил. Его глаза сверкнули решимостью - и в следующее мгновение он рванул вперёд, в сторону леса. - Это не туда! - крик сорвался с губ, но парень уже врезался в темноту между деревьями, таща меня на буксире за собой. Я ощутила, как под ногами дрожит земля. Где-то впереди глухо загудело - низкий, тяжёлый звук, будто чьи-то шаги ломали корни. Он бежал к источнику этого гула. К Голему.