Противоположности притягиваются

      — Ты сможешь его вылечить?       Если в первые дни Дин рычал и кидался на каждого, кто осмеливался заикнуться о том, что Сэм не выкарабкается, то сейчас… наверное, пришло временное смирение. У Дина только едва заметно тряслись руки, но агрессивным он не выглядел — а Эйми дышала едва-едва, впервые не находя в себе силы ответить на вопрос.       — Дин… — выдохнула она. Дин сжал ее плечи сильнее, но тут же отпустил, отступая на шаг назад. Дин помнит правило — дети демонов были сильны только тогда, когда по земле ходил Люцифер. В те времена Эйми была на пике возможностей, но Дин сам поспособствовал тому, чтобы Сатана отправился обратно в Клетку, так что сейчас Эйми, наверное, чуть сильнее обычного черноглазого. Этого недостаточно.       — Он не умрет, — глухо заявил Винчестер. Эйми слышала врачей, которые Сэма уже похоронили — кажется, к Дину даже собирались отправить местного психолога, чтобы помог… справиться с утратой. Эйми по происхождению было положено верить в чудеса, но состояние Сэма абсолютно паршивое, но и позволить умереть ему они не могли… Эйми слабо улыбнулась, шагнув обратно к Дину, коротко обняла его и выдала:       — Папа меня не простит, если я не спасу Лосяру.       Она посмотрела на Сэма. Столько всякого прошли вместе, и причем далеко не всегда на одной стороне были, но смотреть на него, как будто уже вовсю мило беседующего со Смертью, было… паршиво. Сам факт того, что один из Винчестеров может абсолютно серьезно и по-настоящему умереть, вводил Эйми в невольный ступор. Нужно было что-то делать, а у нее, как у существа некогда почти всесильного, был синдром отличницы — если нужно что-то делать, то это обязательно должна быть она. Вздохнув, Эйми отстранилась от Дина и подошла к Сэму. Руки холодные. Сам он внутри весь переломанный. С ее нынешней способностью исцелять можно было даже не пытаться — внутренности на соплях держатся, могла только хуже сделать. Доломать Сэма… она бы сама себя не простила.       — Дин, — тихо позвала Эйми, чувствуя, как мужчина сразу напрягся. — Если бессильны демоны, ну, полудемоны, то может быть…       — Смеешься? — ядовито уточнил Винчестер, который явно уже смирился с тем, что своеобразный юмор Эйми полностью передался от отца. Однако Эйми сейчас совсем не шутила. — Загляни в приемный покой, посмотри телик. Забыла уже про недавний, — вот тут градус сарказма уже превысился, — «метеоритный дождь»?       — Я была с вами, вообще-то, — напомнила Эйми. Ей, кстати, еще предстоял невероятный разговор с отцом на тему того, что Эйми поспособствовала его пленению… но зато получилось немного душу отвести на Абаддон, пока Сэм ее не поджарил. — Дин, я понимаю, но… — Антихрист советует старшенькому Винчестеру помолиться какому-нибудь случайному пернатому. Звучит как паршивый анекдот. — Кас не слышит, сам говорил. А по земле сейчас ходит толпа растерянных ангелов, для которых твое имя — не пустой звук. Если помолиться, наплести что-нибудь про возвращение на Небеса, то возможно…       — Нет.       Дин злился. Хорошо, что он перебил ее до того, как Эйми предположила, что Сэма удобнее и лучше всего будет лечить именно изнутри.       — Я прогуляюсь, — сказала Эйми, решив, что братьев сейчас нужно оставить вдвоем.       Приемный покой больницы — сомнительное место для прогулок. Эйми села на первый же стул, откинулась на спинку и с усталым вздохом прикрыла глаза. Жалко, что человеческое в ней все-таки преобладает. Спать хочется… глупые потребности. Людишки вот ходят вокруг, разговаривают, кто-то плачет, кто-то, наоборот, радуется чудесному почти воскрешению… Сколько из них, встретившись с потерянным падшим ангелом, отчаянно желающим уцепиться хоть за что-то в чужом мире, скажет то самое «да»? Подумалось вдруг, что больница — идеальное место для поиска сосуда. Наплети какому-нибудь несчастному, что ты всесильный небожитель, который может вылечить его больного ребенка, воскресить погибшего мужа или омолодить любимую бабушку, и все, дело в шляпе. Но ангелы сейчас — кучка потеряшек, большая часть даже на землю не спускалась ни разу, и о людях они не знают ровным счетом ничего, поэтому будут хвататься за случайных встречных, но не факт, что получат согласие. Мда. Антихрист, устраивающий ангелам мастер-класс о том, в каких местах лучше искать сосуды. Звучит как начало еще более паршивого анекдота.       Но главная проблема все еще Сэм.       Действительно, если бы Люцифера не отправили обратно в Клетку, все могло быть… иначе. Дети демонов и людей должны были стать его самыми верными приспешниками, и именно падший архангел давал им силу. Нет Люцифера — нет и способностей. Вариант с продажей души отпадал — папа не возьмет, да и… в общем, пройденный сюжет. Кас не отвечает и не факт, что падшие еще не прирезали его как сторонника Метатрона.       Вариант помолиться кому-нибудь и обмануть пришедшего казался Эйми самым удобным. А почему нет, собственно? Никто не знает, можно ли вернуть ангелов обратно на Небеса. Если такая возможность все-таки есть — окей, тот, кто откликнется на зов, по-любому получит билет домой, потому что Винчестеры и сами не против будут пернатых куда-нибудь сплавить. Если ангелам суждено остаться среди людей — «прости, чувак, сами в шоке». Дин бы сейчас обязательно сказал, что в Эйми говорит сучья демонская натура, но в конце концов — ангелы ведь для защиты людей в этот мир и пришли, верно?       А Сэму сейчас очень нужна защита.       Эйми усмехнулась, открывая глаза и сползая по стулу ниже, чтобы почти на нем лежать. У нее с Винчестерами вообще странные отношения. Изначально они, уже облажавшись так с другим антихристом, они взяли ее под свое крыло с одной целью — чтобы быть уверенными, что она не сотворит какой-нибудь маленький Апокалипсис. Эйми была не против — мать, отчаянная католичка, не смогла жить с тем, что родила антихриста — до этого-то она считала, что дочь у нее как минимум посланница Бога, отсюда и силы, — а отца Эйми тогда еще не знала, поэтому перспектива кататься с Винчестерами по штатам, изучая свои способности, казалась привлекательной.       Потом была попытка реального Апокалипсиса, без шуток, и Сэм, пожертвовавший собой, чтобы отправить Люцифера в Клетку. Способности стали в половину слабее, и Дин, сломленный потерей брата, предложил и ей остаться с Лизой. Лиза была доброй и милой, и Эйми не сомневалась, что она окружила бы заботой и любовью и ее, демонское дитя, но от предложения Дина она отказалась. В тот год Эйми и познакомилась с отцом, абсолютно случайно попавшись ему на глаза. Признаться, эта встреча прошла не так сказочно, как ей хотелось бы — как выяснилось позже, он уже облажался с одним ребенком и давать себе второй шанс не собирался, да и способности Эйми интересовали его больше… тем не менее, они сработались, и Эйми с ним нравилось. Только кто же знал, что затея с душами из Чистилища закончится левиафанами и попыткой Кастиэля стать новым Богом? Вот именно. И вообще, Эйми до сих пор удивлялась, как Винчестеры с ней после этого разговаривали.       Но самым своим неоднозначным поступком Эйми считала участие в гонке за скрижалями. Изначально Эйми вспыхнула праведным гневом — ее, как полудемона, возмущала сама мысль о том, чтобы закрыть Адские Врата… собственно, именно поэтому она и перешла на сторону отца и стремилась помешать Дину и Сэму получить инструкцию по избавлению мира от демонов. Потом всплыла еще ангельская скрижаль, и хоть у папы были на нее другие планы, Эйми снова возмутилась — закрыть ангелам доступ к людям? Нет, понятно, что не все ангелы хорошие, но… их же для того и создали! Так что гонка продолжалась… В процессе нее Эйми успела поддаться на уговоры Дина и Сэма, которые убеждали, что если они исцелят отца и сделают его смертным, то у нее даже будет семья. Так что она помогла поймать родного отца, да. Гонка приближалась к финишу…       А в какой-то момент антихристу захотелось мира.       В сущности, все происходило так, как и должно быть. Ангелы помогали людям — демоны их искушали и портили. Бог, конечно, редкостный придурок, но все в мире было создано им с какой-то целью. Вычеркнуть из мироздания два весьма важных звена значит сломать весь порядок. Да и, на самом деле, у Эйми мелькала мысль, что если изгнать ангелов и демонов, Бог заглянет на огонек и придумает кого-нибудь вместо них. Кто-то должен искушать. И спасать.       Жаль только, что это озарение снизошло на Эйми тогда, когда она, раскрыв рот, смотрела на падение ангелов, так цинично названное людьми метеоритным дождем.       Мимо нее разъяренной, но весьма решительной фурией, даже не посмотрев на нее, пронесся Дин. Выгнув бровь, Эйми проводила его взглядом — Дин скрылся за самой популярной здесь дверью. Руководство больницы позаботилось о том, чтобы близкие тяжелобольных пациентов имели тихое место, где они могли бы помолиться и просто побыть наедине с собой. Забавно, кстати — с падения ангелов прошло всего ничего, но верующих людей как будто бы стало больше. Чувствуют все-таки, наверное?..       Эйми бы тоже помолилась ангелам, чтобы наверняка, но она не хотела осквернять собой этот маленький островок покоя в море боли. Святые вещи особо не причиняли ей вреда, вроде бы, но тревожный голосочек паранойи сложно было заткнуть. Тем более, сил у нее поубавилось, да, и маскировка стала слабее, поэтому лучше не светиться лишний раз. Сам факт того, что Дин Винчестер просит помощи, должен стянуть к ним всех ангелов в округе.       Вдруг подумалось, что хорошо, что она уговорила Дина хотя бы не держать папу в багажнике. Если что-то пойдет не так, успеет сбежать. Да и, наверное, в демонской ловушке в бункере, куда его перенесла Эйми, его искать вряд ли будут. Кстати, хотелось бы верить, что Кевин отошел от шока, потому что она телепортировалась, ничего ему не объяснила и быстро свалила…       Сэма спасут. Где это видано, чтобы Винчестеры умирали всего лишь из-за неоконченных божественных испытаний? Мелочи!       Дин вернулся быстрее, чем ожидалось, но как будто бы постаревший еще лет на десять. Садиться не стал. Эйми смотрела ему в глаза и не могла перестать думать о том, что будет, если с Сэмом все-таки… не выйдет. Забавно шутить об одержимости братьев друг другом, когда оба целы и здоровы, но сейчас Эйми понимала, что единственное, чем она сможет помочь Дину в случае неудачи — это отговорить его продавать душу или пытаться уговорить Смерть и просто… позволить ему уйти вслед за братом. Нажать на курок, грубо говоря, или просто вложить ему в руку пистолет. Ох… Секунду назад Эйми была настроена весьма положительно. Сейчас же, когда посмотрела на Дина, вспомнила, что ангелы сейчас явно в гневе и хотят убить Кастиэля, а Дин его самая лучшая подружка, и никого не волнует, что они и сами даже примерно не представляют, где Кас, что с ним случилось…       Так. Не унывать.       — Давай-ка пройдемся, ковбой, — предложила Эйми, взяв охотника под локоть и потащив его за собой. Сначала она хотела просто вывести Дина на улицу, но потом подумала, что лучше будет отвести его к машине. Хоть переключится немного.       Дин молчал. Часики тикали. Эйми, чувствуя, что должна что-то сказать, заявила:       — У ангелов сейчас, наверное, небольшие задержки с ангельским радио. Подождем немного, окей?       Дин молчал.       Импала так и стояла на парковке рядом с больницей — одинокая и какая-то… сиротливая, что ли. Где-то внутри так и валялся легендарный солдатик Сэма, все эти безделушки, делающие машину именно крутой тачкой Винчестеров. Но Сэм сейчас был на грани между жизнью и смертью, и Импала казалась такой… пустой. Да, кажется, идея вытащить Дина на парковку была не лучшей. Он подошел к Импале, явно не особо понимая, что делает. Открыл багажник. Чисто механически взялся перебирать весь их охотничий арсенал — Эйми отводила глаза каждый раз, когда он касался чего-то, что принадлежало Дину, потому что от нервов у Дина тряслись руки.       Он всегда говорил, что Сэм для него превыше всего, важнее целого мира. Без Сэма этого мира не будет. Без Сэма Дина не будет.       Антихристская чуйка взвыла, почувствовав приближение кого-то очень сильного. Эйми нервно потерла глаза и тут же ойкнула — ее тело всегда очень странно реагировало на приближение ангела. Защита стоит. Не такая сильная, как раньше, но пойдет — гость не почувствует в ней демонскую кровь. Наверное. Эйми абсолютно искренне восхищало то, что ее жизнь в последнее время — одна сплошная неопределенность.       — Дин, — позвала она осторожно — никакого ответа. К ним слишком шустро приближался мужчина в унылом костюмчике, характерном для ангелов. Интересно, если папе продать душу, он может устроить, чтобы хоть один пернатый оделся… допустим, в кожаную куртку? Эйми часто заморгала — дурацкая восприимчивость ко всему сверхъестественному. Хорошо еще, что она истинный облик пернатых не видит. — Дин!       — Дин Винчестер? — громко позвал его гость. Дин повернулся. Нахмурился. Кивнул. Эйми успела подумать, что на парковке они, как назло, одни…       А потом в руке ангела мелькнул клинок.       У Дина реакция быстрая — успел увернуться. Завязалась драка. Эйми, пользуясь тем, что ангел не обратил на нее внимание, спряталась за Импалой, судорожно пытаясь понять, как пернатого вырубить. Вроде как, они связаны со своими сосудами более тесно, чем демоны. Может, ну, попробовать его хотя бы ослепить?.. Дин за это время успеет пырнуть его ангельским клинком. Эйми напряглась, стараясь поймать то особенное ощущение, похожее на щекотку, когда ее силы начинали действовать, но… черт, к ним приближался кто-то еще. Пришедший придурок прижал Дина к багажнику и собрался его убить, потому что явно был не в восторге от того, что Винчестер не знал, где Кас…       Но тут руку придурка перехватили.       Глаза зажгло еще сильнее от этого их внутреннего света, но у второго ангела явно было что-то не так. Эйми не видела их полного истинного облика, так, только самую верхушку — достаточно для того, чтобы не сгореть, но даже на этой самой верхушке у нового гостя были… бреши. Раны, которые не исцелишь по щелчку пальца, как человеческие. Эйми высунулась из-за Импалы сильнее, чтобы рассмотреть больше. Ей вспомнился милашка Самандриэль, которого с таким искренним удовольствием пытал папа — у него эти энергетические бреши тоже были. Но… если бы Эйми говорила о чем-то материальном, она бы сказала, что у незнакомца они уже гноятся. Падение потрепало его явно сильнее, чем остальных его братьев и сестер.       — Я не узнаю тебя, брат, — задумчиво сообщил придурок, который так и не опустил оружие. Вот это уже было интересно — обычно ангелы опознавали друг друга в любых телах, даже в сосудах противоположного пола.       — С каких пор приходим мы к тем, кто взывал о помощи, с оружием в руках? — спросил второй ангел, словно не услышав первую реплику.       Дальше Эйми и вовсе не успела среагировать. Придурок бросился на второго, но у него не только сосуд был мощнее, но и сам он определенно был лучшим бойцом… поначалу. Адекватный успел выбить из рук придурка клинок, но потом придурок начал его оттеснять, и тогда в дело вмешался Дин. Ангельский клинок вошел как по маслу, придурок был убит… а адекватный, к удивлению и Дина, и Эйми, рухнул, как подкошенный, и отключился. Повисла тишина. Единственное, на что хватило Эйми, это подойти поближе, убедиться, что сосуд адекватного жив, просто сам ангел в отключке, и спросить:       — А какого черта он пошел на него с голыми руками, а не со своим клинком?..

***

      Эйми перенесла себя, Дина и отключившегося ангела в закрытую парковку за больницей, где в основном останавливались врачи. Найдя свободное от машин место, Дин бросил адекватного туда и принялся разливать святое масло вокруг него. Задачей Эйми было контролировать ситуацию — сделать так, чтобы они были невидимы для чужих глаз, а дым от огня не заставил верещать датчики. Раз плюнуть. Раньше она и не такое могла.       Заодно можно было подумать.       Судя по тому, что любительница стремных и старящих ее сосуд костюмов Наоми с момента падения никак себя не обозначила, она либо сильно пострадала, либо умерла. В любом случае, власть больше не у нее, следовательно вариант, что это она продолжает контролировать ангелов пытками, можно исключить. Кто-то другой? Ангелы не любят повторяться. Да и… нет, все-таки после Наоми травмы были меньше, почти единичные. Этого же как будто правда пытали… позвонить папе? Похожий стиль.       Ангел зашевелился, когда святое масло разгорелось. Дин решил сыграть в плохого полицейского. Эйми все еще думала.       Его пытали. Не просто так, конечно же. Если бы папа или кто-нибудь из его приспешников поймал ангела, Эйми об этом бы знала. То есть… их гостя пытали свои же? Как вариант, пожалуй, как вариант. Раны разошлись сильнее после падения. Только… чего ж он такого натворил?       — Как тебя зовут? — спросила Эйми, прерывая пламенный монолог Дина. Взгляд ангела метнулся к ней. Нахмурился. Конечно же, он не мог не почувствовать демонскую кровь, но взгляд у него был какой-то… странный. Если бы Эйми не знала, что перед ней ангел, она бы подумала, что он просто не догоняет.       — Иезекиль, — ответил он. Эйми усмехнулась — впервые восприимчивость к сверхъестественному помогла ей. Ложь полностью противоречит всей ангельской природе. Им врать сложно, особенно если речь идет о чем-то серьезном. Ну… например, о том, чтобы представиться чужим именем. Энергия пострадавшего ангела дрогнула всего на секунду, но да, он абсолютно точно и как-то даже слишком нагло врал. Только зачем? — Смогу я исцелить брата твоего, Дин. Мне нужно к нему.       Вопрос «зачем?» отпал сразу же. В принципе, какая разница, как его зовут, если он может сделать то, зачем его, собственно, и вызвали?       Медленно сжав кулак, Эйми потушила пламя. Дин был не против.       Чтобы точно ни с кем не столкнуться, в палату Сэма возвращались обычным способом. Дин молчал, находясь в нервном тревожном предвкушении. Назвавшийся Иезекилем ангел тоже ничего не говорил, но чувствовал он себя явно так себе, хоть и сказал, что сможет исцелить Сэма. Что-то во всей истории Иезекиля явно было не так. Эйми попробовала бы исцелить его, дать еще немного сил, чтобы наверняка, но… никогда бы не подумала, что будет так скучать по временам, когда Сатана еще ходил по земле и планировал устроить семейные разборки. В общем, Эйми тоже молчала. Было тревожно, а само понимание того, что они нарвались на какого-то очень добродетельного ангела, который, хоть и сам ранен, рвался помогать, только усиливало тревожность девушки.       Почему-то сейчас атмосфера в палате Сэма казалась еще более тоскливой. Иезекиль подошел к Сэму, коснулся двумя пальцами его лба. От его рук пошло свечение… и Эйми почувствовала предательский холодок по спине, когда ангел стремительно изменился в лице.       — Он очень слаб, — заключил Иезекиль. Но, надо сказать, он был хорош — Эйми чувствовала, как истерзанная душа Сэма начинает медленно исцеляться… была лишь одна проблема — слишком медленно. Такими темпами им тут надо лет десять провести, а Сэм за это время успеет раз пятнадцать умереть. Или врачи отключат от чудо-аппаратов, удерживающих его жизнь. Или… так, не накручивать себя. У них теперь ангел.       — Да неужели? — вскинулся было Дин — Эйми коснулась его плеча, пытаясь успокоить. Дин успокаиваться не хотел, но пришлось. — Ты точно сможешь его вылечить?       В этот момент Эйми ждала, что Иезекиль откажется. Однако он с лицом таким, будто собирался умереть, но Сэма спасти, повторил:       — Смогу. Но время нужно мне…       Проблема в том, что именно после этого его очень решительного заявления Эйми почувствовала, что к больнице приближается кто-то еще. Из-за расстояния определить, ангелы это или демоны, ей было сложно, зато чудесный спаситель Иезекиль сразу выдал, что это его пернатые — точнее, теперь уже, наверное, нет — братья. Да уж, побочные эффекты обращения к павшим Небесным солдатам — вас могут примчаться убить просто потому, что вы общались с тем, кто и сам ничерта не понимал, что делает. В общем, классно.       — Я разберусь, — решительно заявил Дин. — Эйми, прикрывай его, — кивок в сторону ангела.       — Естественно, — отозвалась Эйми, провожая взглядом выбегающего из палаты Дина, у которого из оружия при себе, вроде как, был только нож. То-то ангелы — если это правда они, вдруг после падения чуйка Иезекиля его подводит — удивятся. Интересно, а что Дин собрался делать с кучей мирных людей в больнице?.. В ту же секунду заверещала пожарная сигнализация. Эйми усмехнулась, щелчком пальцев закрывая дверь палаты — Дин иногда такой… приверженец старых методов, если честно.       Ангел же занялся Сэмом. Эйми почти бездумно пялилась на него, распространяя свою защиту еще и на его тушку — серьезно, сейчас она чувствовала себя дурацкой Беллой из «Сумерек» с ее щитом, но что не сделаешь ради хорошего дела… Интересно, как Иезекиль добился от этого мужчины согласия? Пообещал что-то? Обманул? Честно обрисовал все перспективы? Если последний вариант, то это насколько же дерьмовой должна быть жизнь, чтобы остаться где-то там, на задворках, полностью отдавая контроль непонятно откуда взявшемуся сгустку чистейшей энергии, который еще с Адамом и Евой за ручку в Райском саду разгуливал?       — Ты ведь не Иезекиль, — вдруг сорвалось с губ Эйми. От нее не ускользнуло, как ангел напрягся, поэтому девушка уточнила: — Я не с упреком или чем-то таким, нет, не подумай. — Сама же, в конце концов, частенько представлялась другими именами и фамилиями. С фамилией такая тема была чаще. Больно она у Эйми… известная.       — А ты — демонское отродье, — чисто ангельским убийственно невозмутимым тоном парировал не-Иезекиль. Правда потом… в его голосе зазвучало почти искреннее недоумение: — Зачем демонам нужны дети?       — Неплохо ты от жизни отстал, конечно, — хмыкнула Эйми, всегда считавшая, что дети-антихристы и при необходимости способы их устранения — это одна из первых тем в Небесной школе. Однако не-Иезекиль правда не догонял. Вздохнув, Эйми села рядом с ним и начала: — Демоны не делают детей в… привычном понимании этого слова. То есть, ну, они не занимаются сексом со смертными и тем более не создают их словами. Просто, если вдруг сосуд слишком поврежден или надо скрыться от кого-то, демоны не слишком избирательны в поисках нового тела. Иногда они могут не погнушаться и беременной женщиной…       — Отравляя дитя при этом, — закончил за нее не-Иезекиль.       — Ага. Вообще, обычно для рождения нормального антихриста демон должен находиться в женщине до самых родов, но, видимо, душа папы была настолько темной, что ему хватило пары дней, пока он от кого-то там скрывался. Так что… вот она я. — Эйми максимально дружелюбно улыбнулась. — Эйми Форбс, но официально должна была бы быть Эйми МакЛауд. Плод попытки Кроули, Короля Ада, спасти свою тушку. — А в ответ молчание. — Да ладно ты… Я знаю, что у Дина всегда с собой есть пуля — для меня. Мне нет никакого резона раскрывать твой маленький обман. Просто, думаю, тебе проще будет, если я хотя бы один на один буду называть тебя настоящим именем.       Раны Сэма медленно-медленно затягивались, а вот не-Иезекиля, наоборот, расходились больше. В какой-то момент свечение с его рук прекратилось — он сжал кулак, лицо сохранил, но Эйми чувствовала, что ему больно. Чисто инстинктивно она коснулась его руки, но не-Иезекиль отдернул ее, словно обжегшись. Потом только дошло, что немного демонской магии ангелу, пусть даже и падшему, пользы не принесет.       — Прости, я…       — Гадриэль.       Тут даже не надо было быть супервосприимчивым антихристом — неправильным таким антихристом, почти всегда использовавшим свои силы не ради разрушения, а во имя мира, — чтобы почувствовать, насколько сложно ему было это сказать. Эйми улыбнулась еще более дружелюбно, надеясь хоть как-то смягчить атмосферу. Гадриэль вернулся к Сэму.       Странный он какой-то. Нет, на самом деле, все, кто хотя бы немного прожил среди людей, считают ангелов странными, но Гадриэль-Иезекиль был самым странным из странных. Они же обычно все как… чистый белый лист. Без прошлого, без ошибок, без грехов, без мыслей — идеальные солдаты, преданные своему папочке. Если все ангелы виделись Эйми кристалльно, ослепительно, тошнотворно белыми, то Гадриэль был… скорее серым. Какая-то тайна у него была, и тайная темная, совсем не ангельская. Можно было бы обнаглеть и попытаться залезть ему в голову, но, во-первых, почувствует, а во-вторых… и не хочется, в общем-то. Гораздо интереснее было бы это узнать самостоятельно.       — Ты слаб, — осторожно заметила Эйми. Просто констатация факта… в коридоре раздался чей-то крик. В щель двери Эйми увидела свет. Минус один ангел. И ведь не поленились же притащиться сюда! Как будто бы Дин стал просить о помощи, если бы у него был карманный ангел под рукой…       — Я справлюсь.       — Ты буквально вырубился, помахавшись с пару минут со своим братом. — Не ответил. Крыть было нечем. — А Сэм типа прервал испытания демонской скрижали. Ты не подумай, я не сомневаюсь в твоих силах, но… — Эйми перевела дыхание и неловко улыбнулась, — Сэм бы тоже не хотел, чтобы его спасли ценой жизни другого.       Это еще более странно, но Эйми чувствовала, что Гадриэль ее просто не понимает. Не потому, что она говорила глупости или на каком-то непонятном ему языке, а потому, что… ему был непонятен сам факт беспокойства о нем. Ох уж эти Небеса со своими армейскими порядками…       — Я должен спасти его, — заявил Гадриэль. Засветило из-под его руки ярче, но ангельские батарейки от этого таяли слишком быстро. Эйми выругалась, снова дернувшись, чтобы остановить его, но в последний момент притормозив. Черт знает, не станет ли ему хуже из-за ее воздействия. Раздался еще один крик. Эйми вскочила на ноги, принимаясь нервно мерить шагами палату.       У ангела Гадриэля с вероятностью процентов девяносто пять была какая-то паршивая тайна, из-за которой он представлялся чужим именем. А еще ангел Гадриэль определенно был не против откинуться ради благой цели. Да уж, если Дин Винчестер попросит помощи, то призовет он обязательно самого неправильного ангела. Как же может быть по-другому?       Через какое-то время вернулся Дин. Злой, как все демоны Ада, с недобрым огоньком убийства в глазах… в общем, Дин Винчестер в естественной среде обитания. Эйми не стала спрашивать, как там поживают незванные гости — разбитый висок Дина и ангельский клинок в его руках говорили сами за себя. Эйми только бросила мысль, засевшую в ее голове с самого появления Гадриэля и ставшую более настойчивой после разговора с ним о ее рождении:       — Демоны не так тесно связаны со своими сосудами. Если травмы слишком серьезны, проще переметнуться в другое тело, возиться не станут. А ангелы… — Повернулась к Гадриэлю. По глазам видела, что он ее понял и был весьма удивлен. — Дин, ты же знаешь, что ангелы могут исцелить свой сосуд от всякого дерьма типа рака и прочего… Как думаешь, с постравматическим синдромом после испытаний демонской скрижали фокус пройдет?