Часть 4. Светский бродяга

Огромная светлая зала. Воздух пропитан запахом женского парфюма и торжественным настроением. Дамы в изысканных широких платьях и джентльмены в строгих фраках собрались в кучки и оживлённо беседовали, смеялись, но их разговоры было сложно разобрать: они, сплетаясь в общее бормотание, утопали в звуках классической музыки. Лили с трепетом наблюдала за гостями, знакомила их друг с другом и, заводя беседу в одной группе людей, перепархивала в другую, поддерживая разговор уже там. Это был уже давно не первый светский вечер, который она проводила, но волнение каждый раз окутывало её. Она следила, чтобы ничто не испортило чудного празднования и каждый гость покинул её дом с улыбкой на лице: это её долг как хозяйки, источник её репутации в высшем свете. Никто не посмеет унизить Лили. Всего этого блеска она добилась собственными силами и жертвами. Вскоре Лили объявила время танцев, и гости, разбившись на пары, грациозно поплыли, закружились в вальсе. И Лили наблюдала за этим изящным танцем, гордо приподняв подбородок и сцепив пальцы в замок. — Чудесный вечер, не так ли? — раздался подле Лили глубокий бархатистый мужской голос. — Да, чудесный вечер. — Лили не выдала удивления, но подумала, что не знает этого молодого джентльмена. — Почему вы не танцуете? — Я танцую только по особым случаям, — мягко улыбнувшись, ответил незнакомец. — Вот как? Значит, мой вечер не является для вас особым случаем? — Почему же? Очень даже наоборот, но, к великому сожалению, в нём нет смысла, если вы меня не помните. — Лили с недоумением смотрела на незнакомца, который, смерив её взглядом, добавил: — Как я погляжу, моя персона была не достойна остаться в вашей памяти. — Вам не кажется, что это довольно грубо с вашей стороны? — А не грубо забывать того, кого подобрали и наделили надеждой, а потом предали и вышвырнули? — Простите великодушно, но я не понимаю… — Не понимаете, о чём я говорю? — перебил Лили незнакомец. — Прошло только десять лет, а вы меня не помните. Это прискорбно. А вот я всё прекрасно помню, всё до мелочей: то, как я умирал, то, как вы подобрали меня и вскоре предали, и то, через что мне пришлось пройти за всё это время. Не тревожьтесь, я вам не буду об этом рассказывать: подобные истории не годятся для ушей светских дам. Слова незнакомца раздались эхом, когда закончилась музыка и находившиеся рядом пары перестали вальсировать, вслушиваясь в любопытный монолог. Ошарашенная Лили судорожно оглядывала залу и не знала, что предпринять: люди смотрели на неё, а разгорячившийся юноша не собирался умолкать. — Мне часто невероятно везёт: мне удалось вырваться из голодной нищеты! Но что я должен делать, если удача повстречать вас отравила мне всю жизнь? Я чувствую себя, как светский бродяга, — мне нигде нет места: ни в нищете, не среди знати! — воскликнул незнакомец, всплеснув руками. Весь зал молчал. Лили же становилось дурно: она не могла понять, кто этот человек и о чём он говорит, почему замолчала музыка и все гости застыли на месте. — Надеялся встретиться с вами вновь и узнать, почему вы бросили меня, Финну, Джозефа… Вы знали, что они умерли от изнеможения в работном доме? — Незнакомец, не отрывая от Лили взгляда, укоризненно помотал головой. — Нет. Вам не было до этого дела, а ваша любовь и благодетель — лишь игра на публику. Лили начала задыхаться от такой наглой грубости, от чего проговорила сквозь зубы, видя только, как всё перед ней расплывается и темнеет: — Немедленно уходите из моего дома. — Хорошо. С огромным удовольствием сделаю это для вас, — вернув самообладание, надменно произнёс незнакомец. Он, развернувшись, направился к выходу, и озадаченная толпа расступилась перед ним, перешёптываясь и переглядываясь. Все вздрогнули, когда Лили без чувств свалилась на пол.