чувства к макееву? бред.

После бурной ночи, изрядно потрепавшие нервы и тела подростки должны были ехать на важнейшую футбольную игру против престижной школы. Усталость с утром не исчезла, наоборот, она стала ещё более ощутимой. Глаза слипались, тело ломило, а настроение было ближе к нулю, чем к боевой готовности. Эдик, вечный оптимист и шутник, пытался внести какую-то долю позитива в эту угрюмую атмосферу. Он вытворял смешные танцы, корчил рожи, рассказывал глупые шутки, намеренно подбешивая ребят. Но даже его энергия казалась бессильной против общей усталости. Подростки лениво отмахивались от его попыток поднять им настроение, отвечая полусонными вздохами и неразборчивым бормотанием. Наконец, подъехал автобус, и уставшие подростки, тяжело вздыхая, поплелись садиться на места. Вместе с ними в автобусе были Ковалёв, Вероника и Эдик, который, казалось, наконец-то исчерпал свой запас энергии и устроился на своём месте в полном безмолвии. Путь обещал быть долгим, и никто из них даже не представлял, что ждёт их на игре. В автобусе царила гнетущая тишина, прерываемая лишь редким кашлем или вздохом. Макс сидел, уткнувшись в окно, его взгляд был направлен куда-то вдаль, он был замкнут в себе, и ничего не говорил. Его поведение было странным, даже для Макса. Раньше он всегда был болтуном, особенно рядом с Ритой, но теперь он весь в себе, избегая любого контакта. Он даже не посмотрел на Риту, что было настоящим сюрпризом. Рита тоже чувствовала себя не в своей тарелке. Голова болела, во рту пересыхало, а память о прошедшей ночи была расплывчатой и фрагментарной. Она помнила только отрывки: вечеринка, танцы, передоз дрочера, смех… и Даня. Она то и дело неловко поглядывала на него, не понимая, как она оказалась в его объятиях. Чувство стыда и неловкости смешивалось с неким загадочным чувством удовлетворения. Она тоже молчала, стараясь не встретиться взглядом ни с кем, в том числе и с Максом. Необычное поведение Макса её волновало, но она не знала, как к нему подойти. В этой напряженной тишине автобуса каждый думал о своём, о своих чувствах, которые были ещё более запутаны, чем сама ситуация. Автобус, наконец, прибыл к месту проведения игры. Ещё до того, как ребята успели толком выйти из автобуса, на поле уже разгорелась потасовка. Некоторые игроки из противоборствующей команды, начали принижать наших пацанов, ну, а наши молчать не станут, хули. Кулаки посыпались, градом летели удары, а воздух сразу наполнился криками и руганью. Ковалёв, как всегда, был в гуще событий, разнимая дерущихся и крича на своих подопечных. Вероника пыталась помочь тренеру и при этом успокаивать своих ребят. На трибунах девочки с напряжением наблюдали за этим беспорядком. Рита, Влада, Лена и Яна всё время поддерживали своих ребят криками и жестами, стараясь придать им духа. Они переживали за них, нервно сжимая кулаки. Атмосфера была напряженной и не предсказуемой. Игра ещё не началась, а уже была полна драмы и острых чувств. И это было только начало. Несмотря на драку перед игрой и общее утомление, парни из Центра показали блестящую игру. Они играли как одержимые, с неистовой энергией и задором. В итоге победа была наша, и довольно убедительной, почти «всухую». Трибуны взорвались ликованием. Девушки кричали от радости, обнимая друг друга. Рита, в этом общем ликовании, всё ещё не спускала взгляда с Дани. Она наблюдала за ним, за его движениями, за каждым жестом. Её внимание привлекли его руки, и в первую очередь, выступающие вены, которые казались её взгляду невероятно красивыми, она смотрела на эти руки и вспоминала, что совсем недавно они ласкали ее киску. В этом завораживающем движении вен она увидела всю его силу, энергию и мужской шарм. Даже победа команды отступила на второй план, уступив место этому внимательному рассматриванию Дани. Это было больше, чем простое любование: в этих спокойных, сосредоточенных взглядах читалась некая тайная привязанность.