Нежданные гости

— Лев Семенович, ваши эксперименты вышли из под контроля. Вирус распространяется стремительно, а ваши “солдаты” совсем нам не подчиняются. Гана уже ввела чрезвычайное положение. Слушаю ваши мысли. — Товарищ министр здравоохранения, ситуация действительно сложная, но мы все держим под контролем. Случай побега - единичный, все остальные участники эксперимента находятся под строжайшим контролем. Г.А.Р.Д. уже занимается поиском и нейтрализацией сбежавшего. Согласно нашей информации, он находится в небольшом городке. Ситуация больше не повторится, все будет хорошо. — Нет, хорошо уже не будет. Чертов проект. Зачем я вообще дал добро на него. Ладно, попросту слова тратим. А, кстати… Где Ермак? Почему его не задействуете? — Ермак еще в нестабильном состоянии. Выпускать его рано. Это первый прототип, нельзя рисковать… После этих слов прозвучали короткие гудки, которые означали конец телефонного разговора. Лев Семенович выглядел очень взволнованным - растрепанные волосы, пот на лбу и десятая выкуренная сигарета подряд. За окном уже темнело. У военных остается все меньше и меньше времени. Больше медлить нельзя. Профессор вылетел из кабинета и побежал вперед по коридору. Несколько минут спустя он оказался около двери с эмблемой химической опасности. Вздохнув и перекрестившись, профессор зашел внутрь. — Доброго вечера, Ермак. Как себя чувствуешь? С одиноко стоящей посреди комнаты койки сидел человек, одетый в больничную униформу - халат, майка, белые штаны и тапочки. После слов профессора он встал, но не обернулся. — Прекрасно, Лев Семенович. Все органы работают на несколько сотен процентов быстрее обычного. Сердце - 350 ударов в минуту, дыхание учащенное. — Рад слышать. Я сразу к делу - поступил приказ из Москвы. Необходимо уничтожить сбежавшего, бойцы Г.А.Р.Д. могут не успеть. — С удовольствием, профессор. Как раз выйду из этой душной комнаты, — ответил Ермак, все также стоя спиной к ученому. — Отлично. Форму тебе выдадут. Задача - уничтожить и вернуться. Фото цели положил на стол. Профессор вышел из комнаты, оставив человека наедине с самим собой. Ермак взглянул на фото и увидел мужчину низкого роста в окружении своей семьи. Он улыбнулся. Наконец-то он выйдет на свободу. — Преданность - дурацкое качество, — сказал мужчина и, плюнув на фото, удалился из комнаты вслед за профессором. На выходе его уже ждала группа ученых, которая держала в руках разные атрибуты одежды. — Объект ЕРМ-1999, твоя задача - выследить и уничтожить цель до прибытия группы Г.А.Р.Д. Цель находится в небольшом городе. Бойцы будут на месте через полчаса. После уничтожения ты должен вернуться на базу и оставаться в комнате до дальнейших указаний. Приказ ясен?, — спросил один из ученых. — Приказ ясен, — сказал Ермак, сбрасывая с себя всю одежду, — Разрешите одеться. Атлетизм мужчины поразил группу - двухметровый, накачанный с ясно выделяющимися кубиками пресса и бицепсом размером с голову ученых. Ермак надел черные военные штаны, майку, пальто и черные авиаторы. На ногах у него красовались новенькие берцы. — Ермак, подойди на секунду, — позвал бойца Лев. — Слушаю, профессор. Какие-то дополнительные указания? — Да, — сказал Лев Семенович и, наклонившись к уху, прошептал, — Мир - это высшее благо, какого люди желают в этой жизни… Удачи, объект ЕРМ-1999… С момента вылазки в аэропорт прошло три месяца. Тимур и Миша обжились в новом месте, помогали военным с постройкой укреплений, размещали новоприбывших. Саша уехал со своим отцом в правительственный бункер за Уралом для дальнейшей координации действий в случае ухудшения ситуации. База преобразовалась. Теперь тут было не страшно находиться - вокруг Лужников была создана буферная зона с постоянным патрулем, а стены охраняли вышки со снайперами. Каждый прибывший помещался в карантин на семь дней, после чего ему давали полноценный статус гражданина поселения. К сожалению, о других выживших информации не было. В день до базы добиралось максимум пять-десять человек. И то, многие были в ужасном состоянии и умирали спустя несколько суток от болезней, которые подхватили по пути в безопасное место. Изредка по рации было слышно о передвижении групп людей в разных районах Москвы, но обычно эти новости стирались из памяти так же быстро, как и математические формулы в последние недели учебы перед летними каникулами. Некоторые люди уже привыкли к действительности, которая наступила - они просто жили свою жизнь, которая у них осталась благодаря разным обстоятельствам. Кто-то не готов был принимать никакое “после”, но и ничего сделать для возвращения “до” не мог. Разговоры про карантинные зоны в других городах стали обыденностью. За каждым приемом пищи кто-то обязательно вкинет что-то типа “Мда, а из Екатеринбурга на связь никто уже неделю не выходит”. И действительно - такое ощущение, что жива только Москва. Ну, вернее ее часть, которая находится около прекрасной Москвы-Реки. — Миш, там Красный указание дал нам. Надо сходить разгрузки достать со склада, новых бойцов обучать собираются. Отряд Серого не вернулся с ночного дозора. Говорят, что у них все норм, на связи, вечером будут, — сказал Тимур, вытягивая Мишу из его раздумий. — Да, брат, сейчас. У тебя че как с Алиной, кстати? Полный газ?, — спросил подросток, вставая со стула у входа в палатку. Тимур замешкался. — Ну… вроде газ, а вроде… — Так, ну хорош уже. Не факт, что мы вообще в живых останемся, а ты не реализуешь свой потенциал хищника, — усмехнулся Миша и, похлопав Тимура по плечу, двинулся в сторону склада. Друг последовал за ним. Алина помогала в импровизированной больнице новоприбывшим. Кто-то приходил полностью здоровым, а кто-то - с ножом в спине в прямом смысле этого слова. Работы было хоть отбавляй, тем более койки уже были переполнены. По пути на склад к подросткам подошел Красный. — Доброе утро, парни, — сказал военный, протягивая руку сначала Мише, а потом Тимуру, — Тут вот какое дело - отряд Серого в западне, около Сити, “зиков” там сотни. Борода собирает людей для эвакуации. Не рассчитали свои силы пацаны. Вы как, поможете? — Да, какой вопрос, Красный, поможем, — ответил Тимур и, кивнув, боец удалился. Москва-Сити считался одним из самых опасных приграничных районов. Все дело в том, что там находилось множество человек на Всемирной Выставке Технологий, которая проводилась в день начала эпидемии. По Сити нанесли множество ударов ракетами для предотвращения распространения заразы, но только это не помогло. Наоборот - люди оказались в искусственно созданной блокаде из разрушенных зданий, а зомби смогли инфицировать практически всех, кто там находился. Раньше вирус распространялся по организму долгое время, вплоть до 48 часов, если у человека был сильный иммунитет. Сейчас же патоген мутировал - среднее время заражения составляет всего пять - семь минут. Врачи смогли найти выход из ситуации - был создан блокатор, который мог удерживать вирус в определенной части организма около часа. За это время, по задумке, человека успевали прооперировать и он оставался в живых, получал вторую жизнь. Препарат планировали протестировать уже через два месяца после начала эпидемии, но группа ученых пропала. По рассказам некоторых военных они видели вспышку в небе в начале сентября и обломки самолета, который должен был их перевозить. Но никаких доказательств кроме слов не было. — Так, парни, шо вы? Двигаться готовы? — спросил Борода, смотря на подростков, которые выгружали разгрузки. — Да, всегда готовы. А че они в Сити то поперлись? — спросил Тимур, скидывая разгрузку в стопку. — Информация появилась, что там ребята находятся, живые. Сигнал по рации передали, вот они туда и отправились. Так, у нас пять минут, давайте быстренько за обмундированием и к машинам. Борода пошел в сторону ворот, а подростки побежали в оружейную. По пути они перекинулись несколькими шутками о предстоящей поездке. — Седой, нам по два “калаша”, легкие броники, по два магазина, две разгрузки и два медкомплекта. Давай в темпе, плиз, — быстро крикнул Миша, забежав в палатку. — Сию секунду, господа, — сказал оружейник, которому недавно перевалило за пятьдесят, — в Сити? — Да, туда, — ответил Тимур, забирая из рук Седого “калаш”. — Да, нечисто что-то тут, молодежь. Я сам недалеко от Сити жил и шандарахнуло туда знатно, ни за что не поверю, что там живчики остались. Будьте аккуратнее. — Спасибо, дядь Толь, — сказал Миша, забирая свой комплект и спешно одеваясь, — Но сигнал получен был от мирняка, зомби то не умеют пользоваться приблудами. — И то верно. Удачи, ребят. Подростки вышли из палатки и побежали в сторону ворот, где их уже ожидали остальные бойцы. — Долго, парни, долго. А если эвакуация или еще что-то? У вас когда собранность появится? — недовольно сказал Леон, — Ладно, грузитесь. Бойцы запрыгнули в несколько “Тигров” и друзья снова оказались в компании Бороды и Стрелка. — А он перестанет душнить когда-то? Достал уже, ей Богу, мы же не умеем бегать так же быстро, как он кончает, — недовольно сказал Тимур, плюхаясь на свободное место. — Тимур, по возвращению с тебя два наряда вне очереди. Следи за языком, — сказал голос Леона из рации. Борода и Стрелок посмеялись, сказав Тимуру, что рации во время спасательных операций в нынешней ситуации всегда включены на прием и отправку голосовых сигналов. Всю оставшуюся дорогу подросток сидел с такой кислой миной, будто узнал, что всю оставшуюся жизнь он должен будет убираться за пенсионерами в больнице. — Ну ниче, брат, зато будет чем заняться на базе, а то мне вот книжки только приходится читать, — усмехнулся Миша, но, увидев взгляд друга, решил замолчать. Дорога была относительно спокойной. На горизонте мелькали то полуразрушенные дома, то машины, то редкие горки трупов зараженных, которые как-то смогли пробраться в буферную зону, но в целом - ничего необычного. Вдруг машины начали сбрасывать скорость и перед глазами бойцов предстали ворота из колючей проволоки, намотанной на железные балки. Рядом с ними стоял небольшой генератор и вышка со снайпером, который коротко махнул конвою. Перед ней машины окончательно остановились — Мы подъехали к концу буферной зоны, прошу всех быть внимательными, здесь уже не так безопасно, как было. Диспетчер, прошу открыть ворота “А-1” в секторе “С”. Личный код - ЛЕ-2203, — сказал голос Леона по рации. — Принято, ЛЕ-2203. Ворота открываю. С Богом, ребята. Возвращайтесь живыми, — ответил диспетчер. Ворота медленно, со скрежетом открылись, давая возможность проехать. Впереди была только пустота и тишина. — А теперь внимание. Скорость развиваем максимальную, ехать будем с ветерком. Это самый опасный участок из всех, которые у нас есть. Тут пошутить не получится, — вновь заговорил Леон. Снайпер на вышке показал большой палец вверх и машины резко стартанули, развивая все большую и большую скорость. — Диспетчер, закрывай шкатулку. Ждем вас до полуночи, встретим вас с цветами. Удачи, парни. Конец связи, — сказал снайпер и выключил рацию. Наступила тишина. Никто ничего не говорил. Был слышен лишь рык мотора и легкий скрежет подвески. — Парни, вы на таком еще не были, поэтому краткий экскурс. Хоть Леон и душнила, но он опытный. Очень. Его важно слушать и выполнять каждый приказ, каким бы глупым он не казался. Поверьте, так будет лучше для всех. Держитесь середины, не лезьте вперед, зиков здесь сотни, — сказал Борода, надевая тактические очки, — Вопросы? — Вопросов нет, только вот у нас рация трещит, не слышишь? — сказал Тимур, кивая в сторону аппарата. Борода прислушался и побледнел. — Леон, ты услышал? — спросил военный. — Да, абсолютно точно, это группа Серого. Подают сигнал бедствия. Мы вовремя. Машины резко затормозили и остановились. Подростки посмотрели в лобовое стекло и увидели разрушенные небоскребы. Они приехали. — Глушим двигатели, тушим рации, по моей команде вылетаем как пробки из бутылок… Вперед! — сказал голос Леона и задние двери машин открылись. Военные быстро выпрыгнули, а подростки вслед за ними. Тишина. Это было очень странно. Никаких звуков, даже шума ветра. Леон жестом показал двигаться за ним. Все подняли автоматы и последовали приказу. Медленно, будто хищники, военные двигались в сторону небоскребов. На асфальте лежали осколки стекол, железки, ключи, клочья одежды, а вдали на сломанной машине лежал труп без руки - эта часть тела лежала рядом в луже засохшей крови. Это было жутко. Напряжение нарастало до предела, пока Леон резко не остановился и не поднял руку вверх. Боец опустился на одно колено и что-то начал осматривать на земле. Вдруг он застыл без движения. Военные подошли поближе и тоже обомлели. На земле лежала военная куртка с органами и свежей лужей крови на внутренней стороне. На правом плече красовался шеврон с волком. Под ним был позывной - Серый. Мишу вырвало от увиденного. Да, к такому жизнь его еще не готовила. — Что за хрень? Они же только подавали сигнал бедствия… — прошептал Борода. В его голосе чувствовались подступающие слезы. — Не знаю, Борода, я не знаю. Но факт очевиден - перед нами свежий труп. Что мы сделать можем? Надо идти дальше, — ответил Леон. Вдруг раздался резкий, но тихий звук и через секунду тело Стрелка упало рядом с остальными бойцами. — В укрытие! Засада! — прокричал Борода и, взяв за шкирку подростков, подбежал к машинам. Раздался второй звук и второй боец упал рядом с первым. — Снайпер на два часа! — крикнул Борода и начал стрельбу в сторону противника, — Леон, сигнал отправляй, нам помощь нужна! Началась неразбериха - бойцы стреляли туда, куда сказал Борода, но там никого не было. — Прячется, сука! Я ему сейчас покажу… — Что за хрень?! Тут люди? — испуганно спросил Тимур у Мишы, понимая, что он сам ничего не знает. Вдруг на крыше, где сидел снайпер, показались еще люди. Потом еще, еще и еще. Но они уже не стреляли. — Бойцы, внимание! Приказываю сложить оружие и отказаться от любых попыток нападения на нас. Ваши бойцы ранены пулей с быстродействующим анестетиком и только мы можем их привести в чувства сейчас. Нас больше и вы падете в неравном бою. Путь назад сейчас закрыт, а машины находятся под прицелом РПГ. Одно неверное действие - отправитесь к Господу Богу на Страшный Суд. Даю минуту на размышление, — прокричал один из бойцов с крыши. Тимур и Миша переглянулись - попали. Видимо, эти люди и оставили от группы Серого только куртку. — Сволочи, их больше, опытные, сразу видно, надо сдаваться… — прошептал Борода подросткам, — Вряд ли они нас убьют, скорее всего что-то потребуют и отпустят. Серый всегда принципиальным был. Не сдался. После этих слов боец положил оружие на землю и поднял руки. Тимур и Миша последовали его примеру. — Время вышло, товарищи-комсомольцы. Не ссыте, ваши бойцы живы и здоровы, отпустим их вместе с вами. Мои люди сейчас к вам спустятся и проводят, — прокричал тот же человек и удалился с крыши. Через несколько секунд к машинам подбежали его бойцы. Они вселяли животный страх - маски с черепами, черная, измазанная кровью одежда, тяжелые берцы и новенькие, обвешанные разными примочками автоматы НАТОвского образца. — Без глупостей. Руки подняли, я вас прохлопаю и колонной за мной топаем. Шаг влево или вправо - пуля в лоб и до свидания. Ты, с бородой, ко мне. Живо, — спокойным голосом сказал один из бойцов, пока другие держали на мушке всю группу. Борода подошел к говорящему. Тот снял с него разгрузку, вытащил пистолет, ножи, магазины и бросил все это своему товарищу. Так он сделал с каждым из бойцов, после чего кивком головы показал следовать за ним. На удивление дорога не заняла много времени - уже через несколько минут группа оказалась в довольно уютном подъезде одной из хрущевок, которая чудом уцелела. Дверей у квартир уже не было, а с каждого этажа слышались абсолютно разные по тону и настроению голоса. Боец повел пленных в самую ближнюю ко входу в квартиру на первом этаже, где за столом сидел другой человек в военной форме. Тут Миша смог рассмотреть шеврон поближе - череп и два перекрещенных автомата. Под ними надпись: “Смерть - прибыльный бизнес”. — Товарищ генерал, доставил бойцов, — сказал конвоир. — Спасибо, Саш, ты свободен, — ответил майор и оторвал взор от бумаг, которые он очень тщательно рассматривал несколько секунд назад, — Итак, доброго всем здравия. Чай, кофе, вода нужна? Леон отрицательно покачал головой, а Борода яростно плюнул на пол. Майор сделал вид, что не видел этого, поправил воротник и продолжил. — Меня зовут Дмитрий Владимирович Марков, я генерал и основатель частной военной компании “Markov Group”. Мы ее учредили с братом, но, к сожалению, в живых его давно нет, поэтому разговаривать будете со мной. Ваши бойцы находятся на пятом этаже в больнице, им оказывают необходимую медицинскую помощь. Сигнал “SOS” мы отправляли с рации одного из ваших ребят, поэтому прошу простить за такую шалость, я был вынужден вызвать сюда как можно больше военных. Зомби в этой части города нет - мы их уничтожили еще несколько недель назад, вы в полной безопасности. Есть вопросы? Борода сделал шаг вперед. — Да, есть! Какого хера вы начинаете стрелять по людям? И почему никто нам не докладывал, что в секторе есть люди? Вы наших разведчиков тоже уничтожили? — яростно спросил боец. — Меры запугивания и предосторожности, прошу простить нас за такой холодный прием. Отвечая на вопрос про отсутствие информации - мы никогда нигде не показываемся, мы призраки. Вы о нас не слышали и не услышите, как только покинете это здание. Леон тоже сделал шаг вперед. — Товарищ Марков, почему вы не пришли в убежище? Такие профессиональные бойцы необходимы нашей стране в столь тяжелое время. На лице Дмитрия расплылась улыбка - он явно ждал этого вопроса. — А в этом вопросе и кроется суть, почему мне пришлось вас выкурить. Я понимаю, что вы вряд ли знаете, что делают наши высокопоставленные генералы, поэтому и пытаюсь уберечь вас от потенциального соучастия. Те спасательные борты, которые прилетали раньше, никогда не долетали до места дислокации. Тот самолет с учеными упал не сам по себе. ПВО сбивает любые летательные аппараты, которые либо достигают границ Подмосковья, либо вылетают за пределы. Повисла гробовая тишина. Все были в недоумении и шоке. Миша поднял руку. — Дмитрий Владимирович, а… доказательства? Генерал встал из-за стола, взял бумажки, которые рассматривал до прибытия военных и протянул их Мише. — Двадцать шестое июня, семь часов двадцать одна минута по московскому времени. Борт номер 661, принадлежащий государственной компании “Аэрошторм” пересекает границу Подмосковья и движется в сторону Смоленска. Семь часов двадцать четыре минуты - фиксируется сигнал о взлете ракеты класса “земля-воздух”. Семь часов двадцать пять минут - борт пропадает с радаров и больше не выходит на связь. А вот борт с учеными уже интереснее, — сказал Марков, протягивая другой лист, — Пять часов тридцать три минуты по московскому времени, дата - второе августа. Самолет немецкой компании “Люфтганза” пересекает границу Подмосковья в тверском направлении. Пять часов тридцать пять минут - фиксируются два неопознанных летательных аппарата, которые на сверхзвуковой скорости летят через Москву в сторону борта. Через минуту засекается пуск четырех ракет класса “воздух-воздух”. Еще через минуту виден взрыв и падение обломков самолета. На связь никто больше не выходил. — А что значит “неопознанные”? НЛО? — усмехнулся Тимур, понимая, что все звучит максимально бредово. — Нет. Неопознанный объект - летательное средство без опознавательных знаков, то есть без символики, флагов и банально без связи, — ответил Марков, — И тут в дело вступает другой интересный факт. За несколько дней до начала эпидемии в Гане взрываются сотни домов, уничтожаются российские и натовские военные базы. Те же самолеты, без каких-либо знаков отличия. Согласно нашей информации, это дело рук секретной группировки под названием “Миротворцы”. Кем создана и спонсируется - неизвестно. Также неизвестно, кто ее основал. Где базируются - неизвестно, но намерения у них явно не из лучших, раз они уничтожают борт, на котором везут образец вакцины. В комнате вновь наступила тишина. Теперь слова генерала звучали не так безумно, как несколько минут назад. Бойцы переглянулись между собой. — А от нас вы чего хотите то? — уже не так нагло спросил Борода. — Я хочу, чтобы вы навсегда покинули лагерь и по-максимуму забрали всех, кто хоть как-то помогает людям бежать из страны. Лучше им уехать в более менее безопасную зону, например, под Мурманск, и жить там, чем погибать от прилетов своих же ракет. Я с радостью приму вас к себе. Ваши семьи, если таковые имеются, тоже. Либо другой вариант - я просто вас отсюда не выпускаю и в лучшем случае вы умрете в карцере в старости, а в худшем мы вас оставим без еды и воды, а сами уйдем искать новое пристанище. Позиция понятна? Тимур и Миша переглянулись. Последний краем глаза заметил, что в дверном проходе уже стоят военные Маркова с оружием наперевес. Вариант только один и каждому стоящему в этой комнате уже был давно понятен. — Отлично, раз возражений и предложений нет - буду считать, что вы согласились. Тогда давайте пройдем на второй этаж, где я вам кратко объясню, чем мы занимаемся, — сказал Марков, довольно сложив руки за спиной. Вдруг Леон резко вытащил пистолет из внутренней стороны берца и направил его на генерала. — Хрена ты пососать не хочешь, ублюдок? — яростно сказал боец. — Ну-ну, к чему такие резкие высказывания. Саш, уволю нахрен, ты как пистолет у него не заметил, — усмехнувшись сказал Марков, — Дружище, мой кабинет находится под прицелом. Как только твой палец хоть слегка надавит на курок - твои мозги будут стекать по соседней стене. Ты же должен понимать, что отпускать вас работать на людей, которые убивают моих соотечественников я не могу. Поэтому, пожалуйста, не делай глупостей. Миша присмотрелся к Маркову - лицо, полное мелких ссадин и шрамов, легкая небритость, андеркат, темно-зеленые глаза и желтоватые зубы. Черная камуфляжная куртка была испачкана в крови, а на поясе висел внушительный охотничий нож. Он напоминал типичного военного из любой видеоигры про мир постапокалипсиса. — Леон, успокойся, пожалуйста, — обратился Тимур к главе отряда, — Товарищ Марков, мы можем поговорить в более интимной обстановке? — Разумеется. Если твой товарищ сдаст оружие - я отойду с тобой в любую из комнат и мы спокойно поговорим, — ответил генерал, кивая в сторону Леона. Тот хоть и нехотя, но положил пистолет, понимая, что он находится в проигрышной ситуации. Марков жестом указал в сторону коридора и Тимур пошел за ним. Спустя несколько секунд перед ними предстала еще одна комната, у которой, на этот раз, была дверь. Генерал пропустил подростка вперед и зашел вслед за ним, закрыв дверь на замок. — Дмитрий Владимирович, отпустите нас с Мишей, пожалуйста. У меня в лагере осталась любимая девушка, а за городом мама. Мы к ней поедем, после ваших слов тут оставаться точно не вариант, — начал Тимур. — Конечно, я вас отпущу, но почему не хотите присоединиться к нам? Дружный коллектив, места есть, гражданских, если они того хотят, переправляем в безопасные зоны, — ответил Марков. — Не наше это. Мы до сих пор с другом в шоке, что оказались в такой ситуации, хотим просто жить и наслаждаться каждый днем в более-менее спокойной обстановке. — Понял тебя. Я понимаю, вы еще подростки и вам это не надо, конечно. Только пообещай мне, что точно покинешь лагерь. Нельзя тут оставаться, грядут тяжелые времена и придется принимать сложные решения. — Где-то я уже это слышал, но, понятное дело, после сказанного вами мы не останемся, — закончил Тимур. Марков одобрительно кивнул и открыл дверь. Подросток пошел обратно к своим, а генерал последовал за ним. — Бойцы, подростков отпускаем, проводите их, пожалуйста, до машины. Остальные остаются на месте и дают вердикт, что они решили. Берегите себя, парни. Если понадобится помощь - вы знаете, где нас искать. Друзья вышли на улицу, где дул свежий осенний ветерок. На улице стояло бабье лето, а это означало, что в ближайшие дни не придется доставать теплую одежду и укутываться в одеяло ночью. — Машину же водить умеете? — спросил один из бойцов, которые сопровождали подростков. Тимур молча кивнул и боец, пожав друзьям руку, жестом показал своей группе возвращаться обратно в здание. — Мы ведь кинули наших, разве это норм? — спросил Миша, садясь на пассажирское сидение. — Похер. Мы в таком мире, что думать о других точно стоит в последнюю очередь. Жить будем, погнали, — ответил Тимур заводя машину. Друзья двинулись обратно, навстречу уходящему в закат солнцу. Они едут забирать Алину и уматывать из города к родителям Тимура. В безопасность.