Часть 12. Конец

— Ник… — Джульетта, стоящая в дверях в подвал, выдохнула его имя. Ник обернулся на звук ее голоса, и она побежала к нему. Он поймал ее, и она прижалась к нему, дрожа в его руках. Он посмотрел через ее плечо на Адалинду, но она отвернулась от него, чтобы позволить Диане поговорить с Келли. Она что-то лепетала и хихикала над ней. — Мы должны ввести вас в курс дела. Кто это? — Келли посмотрела на Беду, которая стояла рядом с Адалиндой, свирепо глядя на Джульетту. — Беда, это моя Мама, Келли, это Беда, она Гримм, как и мы. Она жила с нами, узнавая, что значит быть похожей на нас. Она собирается вернуться в Вирджинию, как только мы устроимся, но я подумал, что было бы неплохо, если бы она сначала со всеми познакомилась. Это Монро, Розали и… — Ник отодвинулся от Джульетты, чтобы положить руку на плечо Беды с гордой маленькой ухмылкой. — Джульетта. Твой напарник здесь? — Беда встала между Джульеттой и Адалиндой. Ник посмотрел на Монро, вопросительно приподняв бровь. — Да, он внизу с Ву, — Монро ткнул большим пальцем через плечо, глаза Ника выпучились. — Ву знает? — Ник взял Диану на руки и направился в подвал. — О, да. На какое-то время он как бы потерял самообладание. Мы должны были рассказать ему, — они спустились по лестнице, Хэнк, и Ву ухмыльнулся, когда они увидели его. — Эй! С возвращением, блудный Гримм! — Ву пожал ему руку, хлопнув по спине. — Мы скучали по тебе в участке, — Хэнк приветствовал его так же, как и Ву, задержавшись в его пространстве, как будто не мог поверить, что он действительно тут. — Я тоже скучал по вам, ребята. Мой напарник в Вирджинии была существом, но это не одно и то же, — Ник оглядел обстановку, у них было много книг Монро, и некоторые вещи, которые выглядели так, как будто они принадлежали Ренару. — Это шляпа моей матери? — ахнула Адалинда, Ник нахмурился, ему не нравилась мысль, что у них здесь есть ее вещь. — Да, у нас была небольшая проблема с колдуном. Ренар впустил нас в хранилище, они сказали, что собираются все продать с аукциона, поэтому мы перенесли это сюда. Извини, — сказал Монро, Адалинда пожала плечами, они всегда могут переехать, если у них здесь будет место. Если у них будет общий дом. Джульетте, казалось, не терпелось его увидеть. — Итак, Ренар все еще наш капитан? Он вообще в стране? — Ник опустил Диану на пол вместе с ее плюшевой лисой. Она подбежала к Розали, потянув ее за руку. Та присела на корточки, чтобы поиграть с девочкой. — Официально он в отпуске, но если все получится, он не вернется, кроме как для того, чтобы закончить дела с участком. Ву исполняет обязанности капитана, это потрясло всех, когда об этом объявили, — объяснил Хэнк, сидя на одном из многочисленных стульев вокруг большого стола с книгами и бумагами, разложенными на нем. — С небольшой помощью сопротивления я уничтожила Виктора, Кенита и Короля. Ренард — последний прямой наследник. Это было кроваво, несмотря на его заявление. Я не так часто бываю здесь. Я прилетела только сегодня утром, — сказала ему Келли, Ник придвинулся ближе к Адалинде. Он не знал, как он относится к тому, что Ренард в Австрии. Если бы он хотел видеть свою дочь, им, возможно, пришлось бы переехать в другую страну, чтобы обеспечить раздельную опеку. Не то чтобы он не пошел, но он определенно не говорит на этом языке. — Он спрашивал о Диане? — Адалинда протянула руку, положила ладонь на руку Ника, он обнял ее за талию, успокаивая. — Нет. Он доверяет Нику и тебе воспитывать ее. Я не думаю, что это будет проблемой, пока он не взойдет на трон, может быть, даже тогда. Он не хочет, чтобы люди видели в ней уязвимость, которую они могут использовать, — сказала Келли, Адалинда плотнее закуталась в пальто, положив свободную руку на живот. — И хорошие новости, мы с Розали, поженились, и у нас будет ребенок! — не выдержал Монро, практически вибрируя от возбуждения. — Что? — заговорил не только Ник. Все, казалось, были немного шокированы этой новостью. — Я только что узнал, когда ты пришел сюда. Розали сдавала анализы прошлым вечером. У нас будет ребенок! — Монро ухмыльнулся, Ник поспешил обнять его. — Поздравляю, чувак, мы на самом деле… — прежде чем он успел поделиться своими хорошими новостями, Диана быстро повернулась, и ее вырвало на пол. — Папа! У меня животик болит! — взвыла она, Ник подбежал к ней, вытаскивая салфетку из внутреннего кармана своей куртки. — Все в порядке, дорогая, давай приведем тебя в порядок. Мы не должны были позволять тебе есть так много нездоровой пищи. Мне действительно жаль, Розали, — он подхватил ее на руки и понес наверх, Адалинда и Беда бросились за ним. Беда ждала за дверью. — Думаю, я принесу ведро, — Монро зажал нос, они отвели ее в ванную, сели рядом с ней и нежно погладили по спине. — Ты хочешь остаться с ней. Я дам им знать, что нам нужно идти. Мы должны уложить ее в постель, — Ник приподнялся на корточки и потянулся к ней. Она взяла его за руку, поднимая на ноги. Он сократил расстояние, провел руками по ее спине, наклонился, чтобы поцеловать ее. — Это ужасно, что я отчасти рада, что мы должны прервать это? — прошептала она, когда он заключил ее в объятия. — Нет, мне жаль, что Джульетта здесь. Я думал, она не хочет иметь ничего общего с моей жизнью Гримма. Я не знаю, почему она захотела быть здесь, — Ник откинулся назад, потирая ее руки только потому, что не хотел прекращать прикасаться к ней. — Держу пари, для тебя это был сюрприз. Вы двое толком не разговаривали с тех пор, как ты ушел. Беда может отвезти нас обратно, если ты хочешь поговорить с ней, — Адалинда заставила себя улыбнуться, он бросил на нее недоверчивый взгляд, оглядываясь на Диану. — Нет, я не хочу оставлять Диану. Я могу заскочить к Монро утром, сообщить им хорошие новости. Тебе тоже надо отдохнуть, ты беременна, — он приподнял бровь, глядя на нее, и она улыбнулась немного легче. — Хорошо, я подготовлю ее. Ты не посмотришь, есть ли у Розали что-нибудь для желудка? — она хлопнула его по заднице, когда он вышел из ванной. — Да, я снял для Беды и Дианы отдельную комнату с двумя кроватями. Тебе придется поделиться, — он подмигнул ей, делая несколько шагов назад. Она засмеялась, присев на корточки, чтобы проверить Диану. — Эй, нам нужно уходить. Диана неважно себя чувствует, Адалинда подумала, что у тебя может быть что-нибудь, чтобы помочь ее желудку. Я могу забрать его, я зайду утром. Я сожалею о беспорядке. Мы ели много вредного по пути сюда... - Ник съежился при виде Монро, пока тот убирал упомянутый беспорядок. — Это не имеет большого значения, Ник, у нас здесь бывало и похуже. На стойке есть чай. Ты можешь вернуть бутылку завтра, — Розали указала на лестницу, Ник кивнул остальным и повернулся, чтобы подняться по ступенькам. — Ник. Мне нужно с тобой поговорить, — Джульетта схватила его за руку, он посмотрел на нее, беспокойно наморщив лоб. Шесть месяцев назад он проснулся в постели рядом с ней и клялся, что любит ее, но сейчас… Она просто заставляла его чувствовать себя усталым. Он не хотел иметь с этим дело. — Я должен уложить Диану в постель. У Монро есть мой номер. Что бы это ни было, мы можем поговорить об этом позже, — Ник отстранился, перепрыгивая через две ступеньки, по комнате прокатился шоковый шепот. — Ник! Зачем он это делает? Ты же не думаешь, что Адалинда наложила на него какое-то заклятие, а что, если он меня не помнит? — Джульетта вцепилась в свою куртку, ее глаза наполнились слезами. Розали подошла к ней и обняла, не отрывая взгляда от двери на верхней площадке лестницы. Уложить Диану в постель оказалось проще, чем заставить ее выпить чай, но они не думали, что ее снова вырвет. Адалинда пошла распаковывать вещи, и Беда поймала его прежде, чем он успел присоединиться к ней в их комнате. — Ник, я не думаю, что должна говорить тебе, что Джульетта хочет, чтобы ты вернулся. Ты ведь не собираешься вернуться ней, не так ли? Я имею в виду, даже если она хочет все это — Гримм и все такое, — Беда уставилась на него тяжелым взглядом, который говорил, что она надеется, что он не настолько глуп. — Она не хочет, и неважно, что я думаю, этот корабль уже уплыл. У меня будет ребенок от Адалинды, я не откажусь от этого, — сказал ей Ник, и Беда отпустила его, одобрительно кивнув. Ник нырнул в свою комнату. Адалинда была в душе, поэтому он проверил местную недвижимость в этом районе. — Эй, как ты относишься к дому на ранчо? — Ник положил свой телефон на раковину, она раздвинула занавеску, открыв ему потрясающий вид на нее, обнаженную, с водой, и цветочным мылом, стекающим по ее изгибам. — Пока там больше одной ванной, я счастлива, — она согнула палец, подзывая его к себе. Ник сорвал рубашку через голову, сбрасывая ботинки. Он разделся в рекордно короткое время, набросившись на нее под теплыми струями воды. Она задернула занавеску, чтобы спасти пол от затопления, прежде чем он прижал ее к пластиковой стене душа, положив бедра на перекладину для инвалидов поперек стены. Она обхватила ногами его бедра, в то время как его ступни скользнули назад, пока не коснулись края ванны. Его рот пожирал ее, и ее ногти впились ему в спину. Он скользнул в нее без особого труда, громко застонав напротив нее. Она наклонилась, оставляя маленькие укусы вдоль левой стороны его шеи, вниз к плечу. Он сдвинул ее с места грубым рывком, откидывая волосы назад, чтобы прикоснуться губами к нежной шеи. Новый ракурс заставил ее ахнуть, быстро приближаясь к кульминации. Он безжалостно входил в нее, не беспокоясь, что причинит ей боль. Она могла бы с лихвой выдержать удар, его свирепости. — Ник! — захныкала она, обхватив его руками. Он кончил, двумя толчками в ее оргазм, почти теряя сознание от его интенсивности. Только сильная рука на перекладине для инвалидов, на которую он взгромоздил Адалинду, удерживала его ноги под собой. — Вода становится холодной, — мяукнула Адалинда, обмякнув в его объятиях. Он зарычал, ныряя под струю, чтобы быстро смыть их, затем повернул ручку. У него не было достаточно средств, чтобы вытащить их, чтобы обсохнуть. Она протянула руку мимо него, чтобы взять пушистые гостиничные полотенца. Он ухмыльнулся, проводя мягкой тканью по ее обнаженному телу. Она хихикнула, обнимая его за плечи. — Вытрись, дурачок, — она отстранилась ровно настолько, чтобы вытереться полотенцем спереди. Он вздохнул, выходя из ванны и вытираясь. Он схватил свой телефон, но не стал утруждать себя одеждой. Он плюхнулся на кровать поверх одеяла. Адалинда не торопилась со своими вечерними ритуалами, расчесывая волосы и чистя зубы, прежде чем присоединиться к нему. — А как насчет этого? Четыре комнаты, две ванные и пристройка, — он повернул телефон к ней, когда она легла в постель. Она взяла у него телефон, глядя на причудливый маленький домик за городом с несколькими акрами земли и красивым видом на озеро. — Диане понравилось бы озеро, мы могли бы даже поставить качели, — он указал, пока она просматривала фотографии. Она посмотрела на него, тронутая мыслью, которую он вложил в их будущее. — Ник, — она прошептала с благоговением, он перевел взгляд на нее. — Я люблю тебя. — Он смотрел на нее, слишком ошеломленный, чтобы говорить. Он наклонился и поцеловал ее, нежно и страстно. Он провел ночь, показывая ей то, что не смог сказать. Утро пришло и ушло, а они все еще вместе, когда зазвонил его телефон. Он вслепую протянул руку, поднося его к лицу. — Алло? — прохрипел он, пытаясь сесть, но Адалинда лежала у него на груди. — Ник? — даже спустя столько времени он узнал ее голос. Он вытер лицо и посмотрел на часы. 12:45 — Джульетта, что-то не так? — проворчал он, осторожно высвобождаясь из объятий Адалинды и ища штаны. Он мог бы захватить им что-нибудь поесть, пока будет разбираться с этим. — Нет, я хотела посмотреть, сможем ли мы пообедать. Мне действительно нужно с тобой поговорить, — сказала она, он нахмурился, хватая кофе из вестибюля. — Мне еще нужно встретиться с Монро, я напишу тебе позже. Мы можем выпить кофе или еще что-нибудь, — он не хотел связывать себя обязательствами по поводу еды. Он даже не был уверен, что хочет с ней разговаривать. — Хорошо. Я вроде как подумала, что ты можешь скучать по мне. Я даже не знаю, почему ты ушел, — сказала она, он нахмурился, остановившись за дверью с чашкой кофе для Адалинды в свободной руке, его собственная уютно устроилась на сгибе руки. — Я ушел, потому что это было правильно. Я напишу тебе, — без дальнейших разговоров он повесил трубку, Адалинда посмотрела на него с сонной улыбкой. — Кофе? — он сунул телефон в карман и протянул ей чашку. Она села, с радостью принимая предложенный напиток. — Кто звонил? — она прижалась к нему, когда он снова сел, обняв ее. — Джульетта, она хотела пообедать и поговорить. Я сказал, что мне еще нужно увидеться с Монро. Я должен написать ей, чтобы мы могли выпить кофе. Я действительно не хочу иметь с этим дело, — вздохнул Ник, она долго изучала его, потягивая кофе. — Ты не можешь просто игнорировать ее. На самом деле ты так и не порвал с ней. Ты сам сказал, что все еще любишь ее. Ты не можеш просто смериться с этим Ник, тебе нужно посмотреть правде в глаза, — она встала с кровати, натянула свой длинный свитер и завернулась в него, как в халат. — Ты права, я знаю, что это так, это просто утомительно. Ты хотела прийти к Монро, я могу сам сказать ему, если ты хочешь отдохнуть. Я хочу записаться здесь на прием к врачу и осмотреть несколько домов. Если здесь действительно безопасно оставаться, мы должны найти место получше для трейлера, — Ник последовал за ней, когда она пошла чистить зубы и готовиться к новому дню. — Нет, я хочу быть там, когда ты им скажешь. Я хочу иметь возможность защитить себя, когда они начнут выдвигать обвинения, — сказала она, Ник скорчил гримасу, обхватил ее руками и поцеловал в шею. — Они не ненавидят тебя. Адалинда, они будут счастливы так же, как и мы, — он положил голову ей на плечо, она протянула руку, запустив пальцы в его волосы. — Они друзья Джульетты, а не мои. Я не знаю, примут ли они меня, — она потерла рукой живот. Он придвинулся, чтобы обнять ее. — Они мои друзья, и они будут любить тебя, — он повернулся, чтобы принять душ, так как прошлой ночью он не очень хорошо вымылся. У них были Беда и Диана, которые запоем смотрели старые мультфильмы. Монро открыл дверь, ухмыляясь им. — Эй, ты привел Адалинду, мы как раз готовили обед. Надеюсь, тебе нравятся бургеры с черной фасолью, — он провел их внутрь, Ник положил руку ей на поясницу, чтобы провести внутрь. Это не осталось незамеченным. — Да, на самом деле у нас есть важные новости. Я бы сказал вчера вечером, но Диана заболела, и я думаю, что часть меня не хотела говорить это при Джульетте. Почему она вообще была там прошлой ночью? — Ник позволил им пройти вперед, чтобы поговорить с Монро наедине. Он посмотрел на Ника так, словно тот сошел с ума. — Не знаю, чувак, может быть, потому, что она любит тебя, а тебя не было шесть месяцев. Ты ушел как-то неожиданно. Она была очень расстроена из-за этого, — он наклонился, чтобы иметь возможность наблюдать за Розали на кухне со всеми остальными. — Я знаю, но она хотела вернуться к нормальной жизни. Я не просто сбежал, я ушел, чтобы она могла двигаться дальше. Когда мы только переехали, мы были на пути к тому, чтобы пожениться и завести детей. Как только я стал Гриммом, я начал лгать ей, и мы отдалились друг от друга. Даже после того, как она отклонила мое предложение, и я знал, почему она расстроена, я не хотел это исправлять. Я хотел защитить ее. Я чуть не потерял ее, потому что не думал, что она справится с моей жизнью. Когда-то она знала… Она позвонила Монро. Это не ее вина, но этот мир, мир существ, никогда не был чем-то, частью чего она была. Это то, что она посетила. Она хотела быть нормальной, и я никогда не смогу дать ей этого. Я не хочу быть в состоянии дать ей это, мне нравится быть Гриммом, — Ник провел руками по лицу, лицо Монро выглядело таким же страдающим, как и он сам. — Ух ты. Чувак, это довольно много. Значит, ты не просто ушел, ты бросил Джульетту. Ты не думаешь, что сможешь с этим справиться. Я имею в виду, что это Джульетта, мужик! — пробормотал он, махнув рукой в пустоту. Ник посмотрел на Адалинду, смеющуюся с Дианой на руках. — Я не хочу в этом разбираться. Джульетта все так усложняла, что я всегда был тем кто должен был быть тем кто стараился. Именно я пытался все исправить Я влюблен в Адалинду, — он прошептал эти слова в первый раз, и от этой правды у него защемило в груди. У Монро отвисла челюсть. — Ты что? С ней? Она пыталась убить тебя! Это еще одна штука с печеньем? — Монро огляделся, как будто что-то на его стенах могло придать всему этому смысл. Ник рассмеялся, потому что он реагировал именно так, как сказала Адалинда. — Нет. Эта история с Адалиндой произошла не за одну ночь. Я живу с ней уже шесть месяцев, воспитываю Диану. Она так сильно отличается от того, что мы думали. Да, она мстительна, и она не потерпит, чтобы ею пренебрегали, не отомстив немного, но она также такая умная и забавная. На днях она была в этом… Дело не в этом, дело в том, что мне не нужно ничего от нее скрывать, мне не нужно защищать ее от своей жизни. Она не раз спасала мне жизнь, — Ник повел его на кухню. — Адалинда беременна, — выпалил он, как только приблизил его достаточно близко, чтобы они оба могли быть здесь. Адалинда посмотрела на него с недоверием. — У тебя такт Тауреус-армента в посудной лавке, — прошипела Адалинда, и он одарил ее застенчивой улыбкой. — Адалинда беременна? Кто на этот раз отец? — ахнула Розали, Беда уставилась на них, забирая Диану. — Я собираюсь отвести Диану на улицу. Твои друзья — придурки, Ник, — она поплелась мимо них, Монро и Розали обменялись раздраженными взглядами. — Да, и Беда права, я думал, что вы, ребята, будете рады за нас. Это было не совсем запланировано, но мы так же взволнованы, как и вы двое, — Ник скользнул рукой под пальто Адалинды, обхватив ее за спину, действительно подчеркивая выпуклость, которую она собиралась скрыть. — А как насчет Джульетты? — ахнула Розали, Ник застонал, глядя в потолок. — Почему все продолжают спрашивать меня об этом? Я бросил ее! Я покинул штат, чтобы она могла жить дальше и вести нормальную жизнь. Я пошел дальше, может быть, для вас, ребята, это выглядит неожиданно, но это не так, — зарычал на них Ник, Розали отпрянула от его гнева. — Ник, нам очень жаль. Ты просто не предупредил нас заранее. Последнее, что мы знали, это то, что вы ненавидели друг друга. Если ты счастлив, то и мы тоже, — сказала ему Розали, он вздохнул, напряжение спало с его плеч. — Она права, я не могу поверить, что ты только что выпалил это. Мы определенно не ожидали оказаться здесь, когда уезжали, но я действительно рада, что мы здесь, — Адалинда игриво шлепнула его по груди, он накрыл ее руку, прежде чем она успела отстраниться, поднеся ее к губам, чтобы поцеловать внутреннюю сторону запястья. — Я тоже, — после этого обед прошел довольно хорошо. Они также извинились перед Бедой, объяснив, на чем остановились в том, что касалось Адалинды. Как только они успокоились, Адалинда и Розали заговорили о своих беременностях, а Монро принес старые игрушки из своего детства для Дианы. — Ты не против остаться здесь? Я хочу похоронить эту историю с Джульеттой раз и навсегда, — Ник поймал Адалинду на кухне, она повернулась и притянула его в свои объятия. — Со мной все будет в порядке. Диана влюблена в Розали, а Беда похоронена в одной из старых книг Монро о существах. Я почти уверена, что могла бы вздремнуть на диване, и никто бы даже не заметил, что на самом деле звучит довольно заманчиво. Кто-то не давал мне спать всю ночь, — она ткнула его в грудь, он усмехнулся, целуя ее на прощание. — Позвони, если тебе что-нибудь понадобится, даже просто страстное желание, — сказал он, пятясь из дома. Он отправил Джульетте сообщение о расположении небольшого кафе, в котором не слишком людно, но достаточно людей, чтобы, возможно, она не устроила сцену. — Ник! — она поспешила к нему, как только заметила его за дальним столиком. Она наклонилась, чтобы поцеловать его, и он повернул голову, удерживая ее. — Джульетта, остановись. Я не знаю, что, по-твоему, произошло, но я ушел. Я бросил тебя. Ты хотела, чтобы я был тем, кем я не мог быть, и я больше не хотел бороться, поэтому я ушел, — он повторил это твердо и спокойно, как говорил бы с жертвой нападения. Она узнала его полицейский голос и откинулась на спинку стула с выражением недоверия на лице. — Так вот что это было? Ты ушел с Адалиндой, потому что я сказала, что скучаю по нормальной жизни? То, что я хотела, чтобы все успокоилось, не значит, что я не люблю тебя. Я хотела во всем разобраться. Я не хотела, чтобы ты уходил, — Джульетта потянулась к его рукам, он отстранился, качая головой. — Джульетта, я не знаю. Я люблю тебя, но я не влюблен в тебя. Я не хочу продолжать бороться, чтобы все исправить, я не хочу быть в отношениях с кем-то, кто думает, что меня нужно исправить. Я ушел. Я двигаюсь дальше. Я с Адалиндой, — она посмотрела на его руки, ее глаза остановились на кольце слева от него. — Она сделала это с тобой? Это похоже на кому? — она схватилась за кольцо, пытаясь стащить его с его пальца. — Джульетта! Остановись! — он убрал руку, снял кольцо и положил его на стол. — Адалинда ничего не сделала, кроме как приняла меня. Я знаю, что облажался с тобой, лгал и подверг тебя опасности. Мне не следовало заставлять тебя вспоминать меня. Мне жаль, но все кончено, — он встал, заплатил за кофе, который не пил, и снова надел кольцо. — Ник! Ты не можешь просто уйти! Ты не можешь отказаться от шестилетних отношений из-за того, что у меня был момент сомнения. Это не может быть просто концом! — она схватила его за руку, он посмотрел вниз на ее руки, закрыв глаза. — Мне жаль, если мои причины недостаточно хороши для тебя. Я не могу изменить себя, и я не хочу пытаться, удержать тебя. Может быть, я и задница, но я люблю Адалинду, и мы создаем семью. Пожалуйста, отпусти это, — он отстранился от нее, оставив ее сидеть одну за столом и тихо плакать. Он чувствовал себя плохо, но не жалел об этом. — Как все прошло? — прошептала Адалинда, закрывая дверь в дом Монро, чтобы провести этот потенциально душераздирающий разговор подальше от посторонних ушей. — Хорошо, я думаю. Я думаю, у нее сложилось впечатление, что, когда я уйду, я вернусь к ней. Я объяснил, почему ушел, когда написал ей на прощание, — он обнял Адалинду за талию, она внимательно изучала выражение его лица. — Она хочет, чтобы ты вернулся? — она вцепилась в его куртку обеими руками, позволив себе немного прижаться к нему, опасаясь, что он отстранится. — Может быть, но это не имеет значения, о чем я ей и сказал, — он притянул ее ближе, прислонив свою голову к ее. — Ты уверен? — слова сорвались с ее губ, сжатые и горькие. — Адалинда. Я люблю тебя. Я влюблен в тебя. Я никуда не уйду, — твердо сказал он, подчеркивая каждое предложение медленным, обжигающим поцелуем. Она хихикнула, прижимаясь к нему, чтобы скрыть покрасневшее лицо. — Я тоже тебя люблю, я действительно нашла дом, на который хочу посмотреть, пока тебя не было, если ты планируешь остаться, — она одарила его застенчивой улыбкой, он нежно откинул ее волосы назад. — Я думаю, мы должны пойти посмотреть на это, потому что ты застряла со мной, — он повел ее внутрь, к их друзьям и их жизни, потому что теперь ничто не могло встать между ними.