Глава 133. Сестрёнка

Глава 133. Сестрёнка 

         Дэмиан поперхнулся воздухом. Ему показалось, что он ослышался.      – Что? Сестра? Как это? Я думал, у тебя нет родственников… – ошеломлённо пробормотал он.      Аня протянула ему фотографию. Дэмиан её взял и рассмотрел.      – Это Сара. Здесь ей пять лет, – пояснила Форджер. – Правда, эта маленькая худенькая девочка не похожа на ту цветущую и радостную девочку, с которой мы познакомились в первом классе?      Дэмиан рассеянно кивнул. Он плохо помнил какой была Сара в первом классе. Он был слишком гордым, чтобы обращать внимание на кого-либо, кроме себя самого. Ну, разве что на Аню. Она всегда была для него особенной. С самого первого момента, когда они встретились на распределении.      – Я её тоже не узнала. Она очень изменилась. Но это фото… Эту девочку я узнала.      Анин голос дрогнул. Она проглотила вставший в горле комок и тихо, едва слышно продолжила:      – Я тебе рассказывала, что после побега из лаборатории год кочевала между приёмными семьями и приютами.     Дэмиан кивнул, подтверждая, но перебить словами не посмел, понимая, что очередная порция воспоминаний из детства Ане даётся тяжело.      – Это случилось после того, как меня вернули в приют во второй раз. Вскоре после этого привезли её, Сару. Тогда она представилась “Сэ-Ла”, – Аня невесело хмыкнула. – Возможно , она просто не могла сказать “эр”. Она была тихая, необщительная и всё время плакала. Этим она стала раздражать мальчишек. Они решили наказать её за это.      Аня вздохнула, отложила папку на сидение и посмотрела на Дэмиана. Он внимательно её слушал.      – Я узнала об их плане.      Дэмиан подумал, что она имела в виду, что узнала с помощью своей телепатии.      Аня придвинулась ближе, совсем вплотную, она обняла голову Дэмиана руками, заставляя немного наклониться, и прислонилась своим лбом к его. Тысячи невидимых острых игл вонзились ему в голову. Он стиснул зубы и рвано выдохнул, успокаивая сердцебиение. Давно Аня так не делала.      “Понятнее будет показать, чем рассказать”, – услышал Дэмиан в голове Ани голос.      Со стороны водительского сиденья было похоже, что на заднем сидении целуются. Аконит со свойственным ему спокойствием поднял тонированное стекло, отделявшее водителя от пассажиров. Подглядывать за молодым хозяином и его девушкой ни он, ни напарник не собирались.      – Ох уж эта молодежь, – преувеличенно упрекая, проворчал Клематис, когда стекло полностью закрылось.      – Сказал тот, кто не пропускает ни одной юбки, – усмехнулся Аконит.     Он смотрел на дорогу, но краем глаза увидел, что напарник пришёл в замешательство.      – Эй! Мне можно, я уже давно взрослый! – возмутился Клематис и, заметив, что Аконит едва сдерживал смех, добавил: – Просто они обсуждали что-то серьёзное, а потом вдруг…     – А ты уши грел, – продолжал насмехаться Аконит.     Клематис был хорошим парнем и исполнительным телохранителем, немного нетерпеливым, но это Аконит списывал на возраст. Ему нравилась забавная мимика Клематиса, когда того кто-то подначивал. Но нужно было следить, чтобы поблизости не оказалось его сестрички, слишком прямолинейной и с минимальным чувством юмора. Она сначала ударит, а потом уточнит, что имелось в виду.      – Я не грел! Думаешь, нам теперь за девочкой той придётся следить? – Клематис стал собранным.      Как ни крути, чтобы он ни вытворял в свободное время, а к работе он относился предельно серьёзно.      – Думаю, для этого найдутся другие, наша задача – охранять молодого хозяина и госпожу Орхидею, – ответил Аконит, следя за дорогой.           ***     Дэмиан увидел как сквозь пелену мрачное, унылое помещение со слабым освещением. В комнате играли дети разных возрастов, но не больше лет десяти.      В углу, обняв руками колени, сидела девочка в простом чёрном платье и громко плакала. Её кудрявые светлые волосы были растрёпанны.     – Эй, ты! Новенькая! – с вызовом позвал её мальчишка лет семи на вид. – Прекращай реветь, бесишь уже.      Мальчика был худ, конопат, с оттопыренными ушами и короткими мышиного цвета волосами.      Рядом с ним стояли трое мальчишек немного пониже ростом.      – Хочу домо-о-ой! – протяжно выла девчонка.      – Я тебе сказал: прекращай! Здесь нет дома! Ты туда никогда не вернёшься!      Мальчишка от злости топнул ногой.     Но девочка не слушала и продолжала плакать.     – Мамочка! За что? – ревела она.     Мальчики отошли в сторону и стали шушукаться.      – Надоела ныть! – сказал пухлый темноволосый мальчик без пары передних зубов.     – Уже третий день тут и ревёт не переставая! – сказал самый низкий из них мальчик.      – Бесит! – поддакнул белобрысый коротко стриженный мальчик.      – Надо бы её проучить, – сказал самый высокий, тот самый лопоухий мальчишка.      – А как? – спросил пухлик.      – Как-как, – передразнил заводила. – Кулаками объясним, что нас бесить не надо!      – Увидят же и накажут, – предостерёг самый низкий из них.     – Это если увидят! – возразил заводила. – Выманим её вечером, после ужина. Скажешь, что за ней мама пришла, – ухмыльнувшись, сказал он и ткнул пальцем в светловолосого мальчишку. – А сам уведёшь её к запасному выходу под лестницу.      – Но там же вход в подвал, – со страхом в голосе сказал светловолосый.     – Да. Надаём ей тумаков и запрём в подвале! – сказал пухлый.      – Пусть её крысы сожрут! – сказал заводила. – Бесит своими слезами!     Мальчишки противно захохотали. Они ушли и так и не заметили притаившейся под маленьким столиком, сжавшейся в комочек Ани.      *     У Ани не получилось поговорить с новенькой девочкой, её отвлекла воспитательница, сегодня была Анина очередь дежурить. Когда после ужина Аня примчалась в игровую, девочки там не было. Она проверила спальню – тоже пусто. Тогда Аня побежала к запасному выходу.     Их издевательства она услышала издали и остановилась.     “Я одна, а их четверо, – смекнула Аня. – Они большие. Изобьют и запрут в подвале с крысами. Надо позвать воспитателя”.      Аня побежала обратно.     Воспитатель ей не поверила. Но Аня, всегда тихая и послушная, сейчас была напугана.      Воспитатель вздохнула и пошла проверить.      – Если там никого не окажется, я тебя накажу за обман. Запру в комнате для наказания на целый день, – недовольно сказала она.      Аня лишь кивнула. Конечно, ей не хотелось сидеть в одиночестве в пустой кладовке целый день без еды, но таковы были правила в этом приюте. Детей наказывали, запирая в небольших комнатках, похожих на кладовки. Там ничего не было, кроме грязного матраса на полу и ведра, чтобы справить нужду. В зависимости от суровости наказания, запирали детей от нескольких часов до нескольких суток. Еду приносили раз в день и три раза приносили воду.      Аня выдохнула, когда услышала плачь новенькой и язвительные ругательства мальчишек.      Воспитательница ускорилась.     – Что здесь происходит? – громко и требовательно спросила она.     Аня не пошла за ней.      “Если мальчишки меня увидят, то в следующий раз на месте новенькой окажусь я! А меня спасать никто не пойдет!”      Аня спряталась в тени за шкафом со старым хламом.      Воспитательница отругала мальчишек. Она схватила заводилу за ухо одной рукой, пухлика схватила за ухо второй рукой.      – А вы двое за мной! – скомандовала она. – И не отставать! Отстанете – я вам ещё день в комнате для наказания добавлю! А ты иди к медсестре! – обратилась она к новенькой и ушла, утаскивая мальчишек.      Мальчики, хныча, пошли за ней.      Когда воспитательница оказалась далеко, Аня вышла из своего укрытия и поспешила к новенькой.      – Эй, ты как? – спросила она у плачущей девочки, свернувшейся на полу клубочком. – Вставай! Уходим отсюда!      Аня закрыла дверь в подвал, которую успели открыть мальчишки.     – Вот так, а то крысы сбегуться.      – К-к-крысы? – икнув, спросила девочка, пытаясь подняться.      – Крысы. Эти противные мальчишки тебя там запереть хотели, чтобы крысы тебя сьели. Потому что им не нравилось, что ты всё время плачешь, – сразу всё выложила Аня.     Девочка сильнее заплакала. Аня протянула ей руку.      – Идём отсюда.      Девочка схватила Аню за руку и встала. Аня посмотрела на разбитую губу и ссадину на щеке.      – Идём к сестре, она помажет это, – она пальцем указала на лицо девочки. – Как тебя зовут?      – Са-ла, – ответила она.     – А меня Аня.     Аня довела новую знакомую до медсестры, та обработала раны и отправила девочек спать. Маленькая Сара теперь ещё больше боялась.     Аня предложила ей лечь с ней. В следующие несколько дней девочки стали неразлучны, они вместе спали в одной кровати, ели, сидя рядом, вместе играли и вместе помогали с поручениями воспитательницы.      – Мы теперь как сестры, – сказала Аня, лёжа в темноте в своей кровати.      – У меня не было сестлы, – сказала Сара. – Тепель есть. Сестлёнка Аня.      Она прижалась к Ане и уснула.      – Спи, сестрёнка Са-ла, – ответила Аня.      ***          “Мы стали названными сёстрами. – услышал Дэмиан голос Ани. – Так бывает, когда двое брошенных, никому не нужных детей находят друг друга. На меня ведь тоже всегда смотрели косо, с подозрением. Она стала моим первым другом. Но в приюте она пробыла не долго. В тех документах, что добыли парни, написано одиннадцать дней. Скорее всего, так и было. Её забрали. А вскоре забрали и меня… Потом всё так закрутилось. Я о ней сначала старалась не вспоминать, потом действительно забыла, а встретив в школе, не узнала”.     Аня разорвала ментальную связь и немного отодвинулась от Дэмиана, помолчала, давая ему время, чтобы голова перестала кружиться, как иногда бывало. Дэмиан сжал Анину руку в знак поддержки.      – Я её не узнала в школе, а она, похоже, меня узнала. Скорее всего, из-за цвета волос. Поэтому она всегда ко мне хорошо относилась, – сказала Аня.      – Но она ни разу не сказала об этом… Почему?      Из всего, что он сегодня узнал, Дэмиан сделал вывод, что Саре Аня была дорога.      Аня задумалась немного, а потом ответила:     – У каждого своя жизнь, новые семьи. Наверное, побоялась, что кто-нибудь узнает. В Эдеме же только дай намёк на то, что ты в чём-то отличаешься – загрызут.      Дэмиану хотелось выразить свою поддержку, но он не знал, что можно сказать, поэтому крепко обнял Аню.      – Расскажешь ей, что всё знаешь? – спросил он.      – Нет. Уж точно не сейчас. Надо выяснить, враг она или нет. Я передам папку папе, пусть проверит ещё раз всё написанное. Теперь знаем точно, что и где искать. И я не отступлю от плана поймать и расквитаться с тем человеком, что столько лет угрожал твоей семье и тебе лишь потому, что он удочерил Сару!      Аня посмотрела на Дэмиана. Она была полна решимости. Он ни секунды не сомневался – Аня обязательно доведёт дело конца.      – Знаешь, Дэми, если для достижения цели мне нужно будет использовать Сару, я сделаю это. Я пойду на что угодно, чтобы добраться до него и уничтожить.      – Я тебя поддержу и помогу. Сделаю что нужно, – сказал Дэмиан. – У меня вопрос: она знает, что ты телепат?     – Нет. Я не успела ей рассказать или как-то себя выдать. Мы слишком мало времени провели вместе.      – Это успокаивает.      Машина остановилась у небольшого коттеджа, в котором жила семья Форджер. На дорогу ушло много времени, ведь пришлось долго петлять по городу, путать и заметать следы, сбрасывать “хвост” и смотреть, чтобы он не появился снова. Впрочем, ничего нового, такое уже стало обыденностью. Стекло, разделявшее пассажиров и водителя, опустилось.      – Молодой хозяин, через сколько за вами приехать? – спросил Аконит.      – Завтра утром, – незамедлительно ответила за Дэмиана Аня и, поймав его взгляд, объяснила: – Ты давно у нас не был. Мама будет рада, да и Алекс соскучился.      Дэмиан смущённо улыбнулся:     – Ну, тогда доброй ночи, парни.      Попрощавшись, Аня и Дэмиан скрылись за забором. Только после этого автомобиль уехал.      Йор встретила ученика с радостью, они давно не виделись, в последнее время Дэмиан усиленно тренировался в стрельбе под присмотром Ани. Алекс, увидев Дэмиана, радостно бросился к нему.      – Зачем ему сестра, когда есть Дэмиан? – саму себя спросила Аня.      Брат показал ей язык и, торопливо рассказывая о своих новых книгах и игрушках, за руку утащил улыбающегося Дэмиана к себе в комнату.     – Вы поздно, – прокомментировала Йор. – Пора ужинать. Помоги накрыть на стол.      – Да, хорошо. Папа дома?      – Будет с минуты на минуту, – ответила мама, уходя в кухню.      Лойд действительно пришёл ещё до того, как Аня с мамой успели накрыть на стол.      Он с первого взгляда в прихожей понял, что у них гость.      – В кои-то веки дочь дома, – с улыбкой сказал Лойд, заходя в кухню.     – Папа! – возмутилась Аня и смутилась.      Она действительно в последнее время всё чаще где-то пропадала, то в поместье с Дэмианом, то на работе с дядей Юрием.     Лойд поймал Йор за руку и, притянув к себе, легко поцеловал.     Аня отвернулась. В такие моменты ей было неловко.      Лойд так же быстро отпустил жену.      – Уже всё готово, пора ужинать, – сказала Йор.     – Хорошо. Пойду с зятем поздороваюсь и передам, чтобы они с Лексом спускались.     – Папа! – снова возмутилась Аня, при этом она густо покраснела.      Но Лойд не обратил на неё внимания.           ***          После ужина Аня, Дэмиан и Лойд спустились в подвал.      Алекс надулся и обиделся, что его с собой не взяли и никто не пошёл с ним играть. Он нарочно громко включил телевизор, пытаясь досадить, но он не знал, что в подвале была слишком хорошая звукоизоляция.      Йор усмехнулась и ушла мыть посуду, зная, что сын очень быстро остынет и прибежит за печеньем.      *     Лойд, ознакомившись с содержимым папки, был удивлён не меньше дочери. В тех источниках, в которых искали информацию на каждого подозреваемого, не было упоминания об удочерении. Были иные сведения: брак с иностранкой за границей, возвращение вдовцом с подорванным здоровьем после автокатастрофы и с маленьким ребёнком на руках. Из-за этого он не показывался на людях и не афишировал наличие дочери до её поступления в Эдем.      Теперь у ВАЙЗ и Фрэнки для поиска информации появились новые зацепки и новый главный подозреваемый. Всё, что принесла Аня требовало тщательной перепроверки.      Лойд отпустил Аню и Дэмиана, а сам внимательно изучал новые материалы и рассуждал.      “Нужно будет пробраться в старые архивы и лично всё посмотреть.      Это будет не просто. Я проникал туда девять лет назад, когда понял, что “Неясыть” может надолго затянуться, пришлось восполнять историю Ани и мою, подделывать документы прошлого, чтобы в случае проверки, как говорится, выйти сухими из воды.      Видимо, он и не подумал исправить информацию в архивных документах. Ведь мало кто в них копается: попробуй, выбей разрешение. А вот во всех существующих, доступных для проверок, реестрах про ребёнка написано другое”.     Лойд нахмурился, отложил папку, встал и прошёлся по подвалу.      “Сам же Себастиан Сеймур, усыновленный бывшим премьер-министром Чапменом, был объявлен его единственным наследником. Всё указывало на то, что старик в отчаянии всё оставил своему помощнику и “правой руке”. У нас нет сведений, что он был его незаконнорождённым сыном. Придётся и тут покопаться в архивах пятидесятилетней давности. Но не думаю, что что-то там найду.      Из того, что рассказал Донован, мы знаем, что он был сыном экономки в доме самого Чапмена, её муж погиб на службе, защищая Чапмена, когда женщина была беременна. Сама она погибла при родах. Чапмен оформил над ребёнком опекунство, но никогда этого не афишировал. Он отдал его учится в Эдем, скрывая свою причастность к этому.     Донован говорил, что никогда не видел его родителей, а сам Себастиан о них не распространялся. Все были уверены, что он из старинного аристократического разорившегося рода с юга страны. Он был тихий, неконфликтный, спокойный, незаметный. Они сблизились уже в старшей школе.      Незадолго до выпуска прошёл слух, что он был незаконнорождённым. Но не говорили, кто его отец. Возможно именно эти слухи мальчишки взяли за основу, что его отец Чапмен. Потому что именно он его усыновил…”     Лойд со вздохом опять опустился в кресло. Он тяжело уронил голову на руки.      “Мальчишки… Кто бы мог подумать, что моя дочь опустится до шантажа сокурсников? И ведь молчала, пока они не отыскали что-то стоящее. Не доверила всё ВАЙЗ. Сама проверила всех детей из списка. Даже не знаю: ругать её или восхищаться ею. Оставлю пока как есть”.     Лойд откинулся на спинку кресла, продолжая анализировать, вспоминать и обобщать всю имеющуюся информацию.      “Донован говорил, что он и его лучший друг Том Хенкинс не поверили в слухи. Но сам Себастиан признался, что не знал своих родителей и в том, что они работали на его опекуна.      Донован утверждал, что после школы их пути разошлись. Они не виделись, но он слышал, что Себастиан служил в доме Чапмена, его предшественника на посту премьер-министра. Они никогда не конфликтовали и никогда ничего не делили”.      Лойд снова вскочил с кресла и заходил туда-сюда, ероша волосы.      “Если Себастиан Сеймур – тот, кого мы искали, то в чём причина такой лютой ненависти? Где и как Донован перешёл ему дорогу и не заметил этого? В политику он не лез, бизнес у них в разных сферах. Это можно отмести сразу. Что-то личное? Но Донован бы тогда знал о конфликте. Мне нужна личная встреча с ним. Возможно, он не всё рассказал.      А может быть, то, что он удочерил девочку, как я Аню, просто совпадение? Может, это ничего не значит, и мы опять не там ищем?      У меня от постоянных теорий уже голова кругом идёт!      А времени до исполнения Аниного безумного плана, “как заманить преступника в ловушку и заставить его раскрыть себя”, осталось чуть больше года. А мы даже не можем с уверенностью сказать, кто наш враг! Не говоря уже о причинах!”      Лойд остановился, похлопал себя по щекам.      – Не время поддаваться панике. Первым делом – залезть в архивы. Пойду предупрежу Йор, чтобы не ждала меня.     Лойд убрал папку в тайник и вышел из подвала, погасив свет. Ночь у него сегодня будет неспокойная.